Нийлас. Поцелуй тигра
- -
- 100%
- +
– Почему ты не захотела впустить меня этой ночью, богиня?
– Кажется, я крепко заснула.
– Я бы стерег твой невинный сон…
Алейша раздраженно дернула плечиком. В памяти возникло изображение сморщенной мордочки зверька из блокнота.
– Тамил, а что это за птицы – тартушки?
– Хм… лесные куры, человека почти не боятся, привыкли рыться в помойках у деревенских околиц.
– Как их еще не переловили?
«И о помойках он так спокойно говорит, разве здесь это в порядке вещей…»
– Мясо домашних гораздо вкуснее и мягче. Тартушек ловят разве что бродячие псы, отчаянные бедняки да скучающие лентяи, – пояснил Тамил, – а что это тебе пришло в голову про них спрашивать?
– Разве на Нийласе не устранена бедность? – удивилась принцесса.
Тамил равнодушно потянулся, давая понять, что социальные проблемы отечества ему мало интересны. Зато спустя пару часов князю предстояло решать куда более сложную задачу. Дороги вблизи главного космопорта Нийласа были запружены людьми, выступающими против повышения налога на землю и снижения закупочных цен на зерно.
А протесты в столице достигли такого масштаба, что Император приказывал сыну и его нежданным гостям пару дней провести в родовом поместье Марзуков пока не улягутся общественные волнения.
Получив распоряжение отца через капитана Зунгу, Тамил пришел в бешенство.
– Он даже не захотел со мной поговорить! Наверно, опять поверил каким-то нелепым сплетням. Я знаю, кому выгоден наш разлад. Это все происки Амирхана. Проклятый ублюдок строит из себя святошу, а на самом деле желает отнять у меня все…
– Так Амирхан твой старший брат? – выдохнула Алейша. – Он тоже часто совершает полеты на Чантас?
– До недавних пор отец запрещал ему покидать Нийлас. Уж так рад был под старость обрести еще одного сынка. Тот, впрочем, не особенно дорожит оказанной ему честью. Он вырос в зверинце, потому и тянет его в леса да в горы собирать сведения о редких животных Антарес. Хочет устроить в старом поместье настоящий хлев. И теперь я должен привезти тебя в этот вонючий загон! Я готов умереть от позора, богиня!
– Зачем так кричать? Пожалуйста, успокойся. У меня нет претензий. Наоборот, появится возможность больше узнать о простых жителях вашей страны. И с твоим братом я тоже хочу познакомиться.
– Это ни к чему! Мне стыдно, что твой приезд совпал с беспорядками. В Парламенте сидят мягкотелые старцы. Если бы в моих руках была настоящая власть, я быстро бы разогнал горластых бродяг с дороги…
– Похоже, я выбрала неудачное время для визита.
– Нет, Лиша, нет! Именно сейчас мне нужна твоя поддержка и одобрение.
В синих глазах Тамила было столько мольбы и затаенной печали, что принцесса ощутила себя гораздо старше и опытней чрезмерно импульсивного собеседника. Она ласково погладила его по щеке и проговорила с улыбкой:
– Тогда выполни пожелание Императора и пригласи меня в ваше старое гнездышко. Если я правильно поняла Зунгу, имение недалеко отсюда, потом мне будет проще покинуть Нийлас. Ты же знаешь, я проведу здесь не более пяти дней. Для первой встречи достаточно.
– Ты же не думаешь, что я так просто тебя отпущу? – прищурился Тамил, не скрывая торжествующую улыбку. – Птичка попалась в клетку!
– Может, ты и Ослепительный, но я вовсе не глупая тартушка.
– Мне нравится, когда ты показываешь коготки, но у тигров они гораздо длиннее, – усмехнулся Тамил.
Однако его чванливое замечание Алейша пропустила мимо ушей. Зунга приглашала Князя и его спутников в сопровождении нарядного караула проследовать к летмобилю, который доставит делегацию в Бенапуру.
– Что это за место? – спросила Алейша с неровно бьющимся сердцем, поскольку загадочное слово было знакомо ей по дневнику, найденному в каюте звездолета.
– Провинциальный музейный комплекс и в то же время парк дикой природы. Там собрано множество птиц и зверей с разных участков планеты.
– Спасибо, Зунга! А кто сейчас управляет имением?
– Большая часть территории находится в руках господина Амирхана, но Ослепительному принадлежит дом, где родился и провел юность Император.
– Вот как… А разве Амирхан не имеет звания Ослепительного?
– Насколько мне известно, господин Амирхан отказался от высокого титула, – отчеканила Зунга и с неудовольствием посмотрела на Фарсака. Тот слишком громко и одобрительно цыкнул сквозь зубы.
– Вы хотели прокомментировать мои слова, капитан Фарсак?
– Я рад убедиться, что на Нийласе остались люди, для которых чины и звания не дороже совести и свободы.
– Я не поняла намек. Поясните вашу мысль, господин Фарсак! – Зунга покраснела и слегка выпятила нижнюю губу, отчего вдруг показалась капитану моложе и симпатичней.
Он даже позволил себе наклониться к нийласке и несколько фамильярно ответить:
– Похоже, за время моего отсутствия здесь ничего не изменилось. Народ нищает, но плодится, как кроличья стая, ему легко заткнуть рот охапкой травы, правительство суетится без толку, представители старой династии от безделья меняют любовниц и лучшие пляжи, а в своей стране дороги разбиты, кругом собачье дерьмо, в армию набирают недотеп и тупиц…
От звонкой пощечины Зунги голова Фарсака дернулась в сторону, бравые усы пообвисли, а в серых глазах застыло изумление. Алейша схватила капитана за руки, предостерегая от активных действий в отместку.
– Ты вел себя грубо и должен изменить тактику.
– Это приказ? – хрипло осведомился Фарсак. – Я все понял, госпожа, отпустите меня.
– Приказ, – внушительно подтвердила Алейша, искоса поглядывая на невозмутимую, но, кажется, очень довольную Зунгу.
– Я готов подчиниться и сменить тактику.
В то же мгновение Фарсак обхватил шею Зунги сильными лапищами, развернул к себе и яростным поцелуем впился в гневно раскрывшийся рот.
Шипя змеиные ругательства, Алейша успела всего трижды стукнуть кулачками по напряженной спине охранника, как тот уже выпустил добычу и замер, готовясь отразить ответное нападение. Но не удержался от веселого резюме:
– В одном я только что убедился, наши женщины самые сладкие во всей Антарес. Как же давно я не прикасался к настоящей тигрице! Ах, Зунга, если ты станешь моей женой, я обещаю носить тебя на руках и назвать первенца в честь твоего отца.
Холодный интерес на красивом лице Тамила сменился на легкое недоумение. Ситуация, в которую он собирался вмешаться, принимала непредсказуемый оборот. Самое странное, что слова Фарсака прозвучали хоть и с оттенком доброй иронии, но все-таки искренне. Алейша достаточно хорошо успела изучить спутника, чтобы понимать его настроение. Сейчас капитан Фарсак был немного смущен и очень серьезен в своих намерениях.
Принцесса сочла своим долгом ему помочь и несколько разрядить обстановку:
– Я всегда считала, что ухаживать за женщиной нужно с помощью комплиментов и цветов, а не ехидных реплик. Но ты много лет был один, а потому подзабыл некоторые правила… Надеюсь, капитан Зунга даст тебе еще один шанс.
С этими словами Алейша бросила вопросительный взгляд на потенциальную невесту. Зунга тяжело дышала, крылья ее точеного носика подрагивали, а зрачки миндалевидных глаз расширились, почти скрывая зеленоватую радужку. Нийласка будто раздумывала – растерзать наглеца или же стиснуть в ответных объятиях.
Наконец она вскинула подбородок и процедила сквозь зубы:
– Я подумаю!
Фарсак прижал ладонь к сердцу и вежливо поклонился, вызвав разочарованный возглас Тамила и счастливый вздох принцессы. Остаток пути прошел без особых приключений, но с губ пожилого капитана не сходила победная усмешка, хотя заговаривать с Зунгой он больше не пытался. Она же, как ни в чем не бывала, отслеживала маршрут, сухо отвечая на короткие, эмоциональные вопросы Алейши, и за всю дорогу даже не посмотрела на пожилого поклонника. Армейская выучка на Нийласе не пустой звук!
Глава 6. Княжеские забавы
Из-за нарушенных планов Тамил не скрывал своего раздражения и постоянно срывался на покорных слугах.
– Почему дом в таком ужасном состоянии? От пыли нельзя дышать! Немедленно вымыть все комнаты, сменить занавеси и закупить у местных свежие продукты. Вы позорите меня перед гостями, свиньи неповоротливые!
Алейша озадаченно озиралась вокруг. Сказать по правде, ее представление о красотах Нийласа оказалось смешанным. Еще на подлете к Бенапуре она заметила внизу кучки поселений в жалком состоянии, а сама усадьба пряталась в неухоженном парке, вычурные ограждения которого были едва видны под натиском зеленых лиан.
С другой стороны, после четкой геометрии садов Яшнисс любопытно будет побродить по настоящим джунглям, где наперебой щебечут птицы и порхают огромные бабочки.
– Здесь чудесно, Тамил! Предлагаю расслабиться и общими усилиями привести в порядок комнаты, где нам предстоит остаться на несколько дней. Как-то в домике на Птичьем острове я залезла на чердак и обнаружила…
Князь бесцеремонно перебил ее воспоминания гневной репликой:
– Мне нет дела до прогнившего старья, будь моя воля, сжег бы постройки Бенапуры и построил здесь новый дворец, а питомцев Амира загнал в тесные клетки или сдал шкурникам. Но пока отец жив, придется терпеть выходки наглого выскочки.
– А твой брат сейчас в Бенапуре? Разве мы не должны его предупредить о визите? – живо поинтересовалась Алейша.
– По приказу отца усадьба разделена на две части. Та, что обросла лесом – принадлежит Амирхану. Пусть возится там со своими большими кошками и не суется ко мне. В прошлую встречу мы едва не вцепились друг в друга.
– Надо же какие страсти!
Лицо Тамила немедленно преобразилось. Молниеносным движением он подхватил принцессу на руки и прижал к груди.
– Да, я горяч, как вулкан и сумею растопить твои снега, Горная Лавина.
– Но я желаю осмотреть поместье… точнее, твою часть поместья.
– А я хочу тебя покусать, сладенькая малышка! Хочу добраться до твоего острого, шаловливого язычка, потом до спелых вишенок грудей, хочу запутаться в твоих волосах. Внизу они такие же золотистые и мягкие? В моем саду есть беседка, где нам никто не помешает.
Алейша подавила короткий смешок и значительно произнесла:
– Я устала и проголодалась. Будь добрым хозяином, поставь меня на землю своих родовитых предков, накорми и покажи будущие покои. А дальнейшие планы обсудим без фанатизма.
Тамил восхищенно прищелкнул языком, осторожно выпуская ее из объятий.
– Ты ведешь себя как императрица! Мне нравится твоя игра. Что ж, я готов еще немного подождать.
– И я тоже. Мы ведь цивилизованные люди, Ослепительный, мы ведь не дикари.
Последние слова Алейша произнесла с легкой иронией и вдруг поймала себя на мысли, что общество Тамила уже не кажется ей волнующе-приятным. С куда большим интересом она бы в одиночестве прогулялась по узким тропинкам Бенапуры, без помех разглядела затейливую лепнину старого дома, насладилась теплым вечером и звоном цикад.
Мысли ее невольно возвращались к владельцу блокнота, а ведь таинственный зверолов обитает неподалеку. Но судя по намекам Тамила, он так же импульсивен и болтлив… Жаль.
Между тем князь отдал последние распоряжения насчет обустройства покоев и предложил Алейше немного осмотреться в запущенном саду. Зунга и Фарсак следовали в пяти шагах от своих господ, кажется, тоже пытались завязать непринужденный разговор.
Принцесса ободряюще улыбнулась охраннику, давая понять, что понимает его чувства. Как хорошо снова попасть на родину после долгих лет скитаний в чужих краях. Но скоро благостное настроение Алейши сменилось на сочувственную грусть.
Рядом с мутным бассейном в тени огромных деревьев с искривленными, словно от тяжкой муки, стволами находилось несколько клеток. В одной спал черный медведь, в другой бродил из угла в угол поджарый лев, а другие были заполнены более мелкими существами: обезьяны, гиена, красный волк, беспокойные голубовато-серые птицы с тяжелыми, изогнутыми клювами.
Ароматы цветущего сада смешались с вонью скотного двора у нерадивого хозяина.
– Тамил, если я верно поняла, здесь редко бывают посетители. Почему бы тебе не отпустить птиц, а животным улучшить условия содержания? Странно, я совсем иначе представляла местные парки.
– При Бенапуре всегда был зверинец, – равнодушно ответил Тамил, – наши предки развлекались, устраивая битвы хищников на арене или обучая зверей разным веселым штукам. Профессия дрессировщика пользовалась большим почетом.
– Хорошо, что некоторые традиции ушли в прошлое, – прошептала принцесса и вдруг прямо обратилась к Зунге:
– А вы любите охоту?
– Разве что на домашних крыс, – без малейшего раздумья выпалила та, – я выросла в деревне и хорошо помню, как хвостатые твари губили наши запасы.
– Как же тебе удалось подняться до управляющей княжеского кортежа? – мягко спросил Фарсак.
– Мою мать взял в постель один из Великих князей. Мне было семь лет, а брату двенадцать. Нас устроили в хорошую школу и оплатили учебу даже когда покровитель нашел любовницу помоложе, – спокойно пояснила Зунга, доброжелательно поглядывая на привязанную к изгороди козу.
Алейша про себя грустно усмехнулась.
«И вот из такого общества мне хотели найти верного мужа! Мужчины Яшнисс, конечно, тоже любвеобильны, но сделав выбор, никогда не обижают подругу изменой, ведь женщины любой расы грезят об идеальном спутнике. Наверно, я не исключение. Но у меня есть счастливый пример родителей, которые искренне преданы друг другу. Разве я соглашусь на меньшее…»
Заметив тень на лице гостьи, Тамил расценил это как признак скуки и тут же принялся выдумывать развлечения.
– Мы поужинаем под сенью джатовых листьев, а потом продолжим осмотр. Надеюсь, здесь сохранился хотя бы один фонтан в рабочем состоянии. Отец совсем забросил поместье и не разрешает что-то менять.
Алейша не успела возразить, что зрелище животных в тесных клетушках поубавило ее аппетит, как из соседних кустов раздались испуганные вопли прислуги. Фарсак немедленно встал рядом с принцессой, готовясь в любой миг закрыть ее от опасности, а Зунга подняла руку с оружием.
Спустя недолгое время толпа окружила соседний бассейн, в котором так давно не было воды, что из многочисленных трещин на дне и в стенах проросла трава. Но не облупившиеся барельефы и не крупные белые цветы у подножья статуи охотника привлекали внимание. Алейша, как завороженная, с восхищением смотрела на зверя, решившего переждать жару в тени каменной чаши.
Великолепный тигр зевнул, обнажив клыки, и царственно вытянул вперед правую лапу, словно приветствуя собравшихся.
– Отличный образец! – похвалил Тамил. – Как он сюда попал?
– Большой тигр принадлежит господину Амиру, – угодливо зашептали слуги. – Его территория начинается за кустами акаций, мы не раз наблюдали их совместные прогулки по вечерам.
– Теперь я и сам узнаю дешевый кожаный поводок на облезлой кошке, – заявил князь. – И чего братец ищет вблизи моих границ? Чего он вынюхивает? О, я знаю, Амирхану не терпится захватить весь Бенапур в мозолистые ручонки и навезти сюда тварей со всех уголков системы. Он даже отцу обещал найти живого дракона. Нам только мерзких ящериц не хватало!
– Все знают, что драконов больше нет в Антарес, – холодно заявила Алейша и после короткой паузы добавила:
– Не все считают их мерзкими тварями!
Тамил тряхнул головой и язвительно засмеялся:
– Прости, дорогая, я и забыл, что ты родом с Тарсин, а ваши старики помешаны на летающих монстрах. Впрочем, и на Яшнисс полно чешуйчатого народа с остывшей кровью. Представляю, как одиноко было тебе в окружении мрачных, безволосых парней с железными…
– Не продолжай! Я поняла, о чем идет речь.
– Вот и я догадался, почему ты до сих пор девственница.
– Похоже, тебя очень беспокоит тема женской невинности, – вкрадчиво проговорила Алейша. – Мешает сосредоточиться на ближайшем ужине и ситуации с народными протестами в целом. А ты не собираешься связаться с Императором и разузнать, что происходит в столице? Может, дворец твоего отца уже взят приступом и скоро на Нийласе поменяется политический строй? Не пора ли спасать собственную шкуру?
Тамил расхохотался, звонко хлопая в ладоши:
– Я без ума от тебя, Лиша! Ни одна прежняя гостья не доставляла мне столько удовольствия одним разговором. Прости, твои рассуждения слишком наивны. Очевидно, ты мало знаешь наших людей и не можешь предугадать развитие событий. Зунга подтвердит, что уже через пару дней та же чернь засыплет улицы цветами и устроит грандиозный праздник. Народу пообещают бесплатное зрелище, дадут ряд послаблений в налогах, показательно осудят пару чиновников… возможно, даже кого-то казнят. Процедура давно известна обеим сторонам конфликта.
– Зачем же доводить до уличных столкновений? – вмешался Фарсак, задумчиво потирая лоб, будто припоминая службу в молодости.
– Если ты вырос на Нийласе, знаешь, что наша земля изобильна, а водоемы полны рыбы, никто здесь не дохнет от голода, – с улыбкой заключил князь, – но жизнь простолюдинов однообразна, а мы – горячая, неистовая раса, нам нужно порой собраться в толпу и хорошенько продрать глотки, прежде чем вернуться к прежней рутине. Эй, Зунга, ты же поднялась из низов, расскажи, как в самой жалкой лачуге вашей деревни молились на статую Императора!
Алейша перевела взгляд на степенную нийласку, и та кивнула, соглашаясь. Решив, что на этом острые вопросы гостей закончились, Тамил обернулся к тигру, который спокойно наблюдал за происходящим со своего травяного ложа.
В голову князя тотчас пришла блестящая идея, как скрасить вечер в вынужденном заточении Бенапура и поразить воображение строптивой гостьи.
– Спустить в яму златогривого красавца! Он голоден и свиреп, а мне давно хотелось выяснить, чья лапа сильнее, а клыки острее – у тигра или льва. Я ставлю на моего питомца. Пусть он разорвет в клочья ленивую кошку Амира.
Слуги загудели, словно разбуженный улей шершней, а Зунга нахмурилась так, что невозможно было понять, нравится ей распоряжение хозяина или она не смеет нарушить приказ. Только одна фраза сорвалась с ее губ:
– Амирхан будет разгневан. Ваше пребывание здесь осложнится. Подумайте еще раз, господин.
– Зверь на моей земле, значит, принадлежит мне и я могу хоть сейчас изжарить его на вертеле.
– Лучше бы взять молодую антилопу для этих целей, – проворчала Зунга.
Наконец после ряда суетливых приготовлений, клетку со львом удалось подкатить к самому краю бассейна. Несмотря на возмущенный возглас Алейши и молчаливое осуждение Фарсака, Тамил велел поднять грязную решетку и выпустить хищника прямиком на дно каменной чаши. Княжеская охрана с оружием наизготовку заняла места наверху.
Понимая, что никакие просьбы не убедят самодура отменить предстоящую схватку, Алейша с тоской оглядела ближайшие заросли и твердо обратилась к Тамилу:
– Я считаю твой приказ отвратительным и не собираюсь смаковать эту дикость. Я ухожу.
– Интересно, куда? Тебя не выпустят за пределы Бенапура.
– Разве я пленница? – с вызовом спросила Алейша, заметив, как напрягся Фарсак.
– Ну, что ты, дорогая! – ядовито улыбнулся Тамил. – Броди, где вздумается, но учти, я не собираюсь тебя кормить просто так. Скоро наступит ночь, станет темно и холодно. Если мой дом тебя не устроит, можешь выбрать любую клетку. Вон в кустах парочка пустых…
Капитан Фарсак наклонился к принцессе и, едва сдерживая ярость, прошептал:
– Позвольте, я скажу этому юнцу, кто вы на самом деле!
Принцесса тихо ответила:
– Нет, я хочу знать до каких пределов может дойти его грубость по отношению к дочке богатого дельца.
– Мы рискуем попасть в неприятную ситуацию.
– Но мы уже здесь, Фарсак. Я покинула Яшнисс, чтобы встретить людей разных рас и традиций. Пора набираться опыта.
– Не всякий опыт полезен, госпожа. Как бы после не пришлось жалеть…
Тамил весело вмешался в беседу:
– Лиша, иди сюда! Хватит дуться, я знаю, как ты азартна и любишь опасные игры.
– Люблю. Так почему бы тебе самому не прыгнуть в яму и не сразиться со зверем? Я бы с удовольствием наблюдала за битвой и даже расцеловала победителя, – заявила принцесса и, отойдя на несколько шагов в сторону деревьев, круто обернулась.
– Фарсак, за мной! Раз Ослепительный не готов дать нам приют на эту ночь, может, его брат не откажет в куске сладкой лепешки. «Заодно я верну ему блокнот и узнаю насчет Харакаса…»
– Не откажу. У меня давно не было гостей.
Алейша вздрогнула, когда прямо на нее из-за толстого стола дерева вышел высокий мужчина в зеленовато-серой футболке с влажными пятнами на груди. Пояс его украшали ножны, в которых мог легко поместиться солидный тесак.
С Тамилом незнакомца роднили лишь синие глаза и черные волосы, но если у князя они были аккуратно уложены, то брат его явно не придавал большого значения прическе. Похоже, что после купания он расчесывался пятерней и даже не потрудился воспользоваться полотенцем.
– Я Амирхан Марзук – владелец южной части Бенапуры. Откуда прибыли вы?
– Не важно, – сдавленно крикнула Алейша. – Там… в пересохшем бассейне ваш тигр.
– Хума? Они что же – собираются посадить его в клетку? – недоверчиво усмехнулся Амирхан.
– Напротив, выпустили из нее льва и намерены любоваться дракой.
Тотчас сжав губы в жесткую линию, он обошел принцессу и быстрым шагом двинулся к яме, из глубины которой уже раздавалось злобное рычание. Поколебавшись, Алейша пошла за ним, но ее остановил Фарсак.
– Здесь скоро запахнет кровью, госпожа, нам лучше держаться подальше.
– И не подумаю!
– Взбалмошная девчонка! Я обещал королю следить за твоей безопасностью. Даже если придется тащить тебя силой.
Их спор прервали взволнованные голоса рабочих и торжествующий рев Тамила. Вцепившись в руку своего капитана, затаив дыхание, Алейша наблюдала за тем, как новый знакомый растолкал слуг и бесстрашно спрыгнул в бассейн с хищниками, а потом боднула Фарсака в плечо и бросилась к яме.
«Он не может вот так нелепо погибнуть на моих глазах! Не может, не может…»
Алейша не знала, что сделает в следующий момент, может, надо приказать охране пустить в ход парализаторы или даже смертельное оружие. Бездействие Тамила вызвало в ней нестерпимую ненависть и презрение.
Однако удовольствие на лице молодого князя скоро сменилось недоумением и досадой, потому что Амирхан схватил тигра за ошейник с явным намерением удержать от сурового диалога с рыжеватым конкурентом. А когда голодный лев раскрыл пасть, просто поднял руку с поблескивающим кинжалом.
– Стой! Не шевелись и останешься цел.
Лев оглушительно рычал, припадая на передние лапы, но не двигался с места, пока грозный человек и его питомец не выбрались из бассейна по стершимся каменным ступеням.
Испуганно и уважительно перешептываясь расступилась охрана, Алейша оказалась в стороне и теперь наблюдала, как удивительный зверолов спокойно возвращается на свою территорию. Внезапно Амирхан остановился и, отпустив ошейник тигра, начал взглядом искать кого-то в толпе смуглокожих, бородатых людей, пока не обнаружил стройную девушку, недавно пожелавшую стать его гостьей.
– Кажется, вы передумали меня навестить?
Алейша не успела сделать и шага, как путь ей преградил сердитый Фарсак. Лохматые брови телохранителя сошлись на переносице.
– Довольно с вас происшествий. Этот человек может быть опасен.
Словно в подтверждение его слов, тигр издал протяжный утробный рык, увлекая хозяина поскорее покинуть скучное общество. В то же мгновение очнулся Тамил, выступив вперед, он небрежно бросил родственнику:
– В следующий раз следи, чтобы твоя драная кошка не появлялась на моей земле, иначе ей не сдобровать.
Амирхан пожал плечами, поправляя ножны.
– Твои птицы залетают на мои деревья, что же – я должен приготовить из них паштет? Ведешь себя как избалованный мальчишка, не пора ли повзрослеть.
– Не смей меня поучать, ты…
Заметив, что Тамил подбирает наиболее уничижительное выражение, Алейша рванулась из рук Фарсака.
– Пусти меня. Я и минуты не останусь с этим скандалистом. Ты должен подчиняться моим приказам.
Она в самом деле была готова бороться с охранником, потому что душа ее была готова лететь следом за человеком, который одним жестом предотвратил кровавую бойню двух свирепых зверей. Как смеет Фарсак перечить принцессе Яшнисс! Тем более, что Амирхан все еще ждет, не сводя от нее серьезного, внимательного взгляда.
Наконец до Тамила дошло, что симпатичная тарсианка не шутит и действительно готова уйти вместе с ненавистным бастардом. Мысль о том, что придется еще пару дней коротать в одиночестве, пока чиновники не уладят дела с протестами, заставила вновь проявить показное смирение.
– Лиша, подожди, я признаю, что дурные новости и жара меня доконали. Прости за этот инцидент, я и не знал, что ты так любишь животных. Дорогая, я готов предоставить тебе лучшие покои в доме, не обижай отказом. Ведь ты здесь по моему приглашению, нехорошо убегать по первому зову чужака.