- -
- 100%
- +
Гера одарила наглого Шона таким испепеляющим взглядом, что им можно было бы сжечь город, а не то что маленького лепрекона. Она зашипела, расправила крылья и перелетела в дальнюю часть комнаты. И там, усевшись на подоконник, она устремила свой грустный взгляд в окно на Центральный парк.
– Не, ну чего она вечно такая мрачная и нудная, ― оправдывался Шон. ― Даже не пошутит никогда. Сидит здесь, вечно всем настроение портит. Опа! А это кто с тобой? ― Он наконец обратил внимание на Франческу. ― Ох, ничего такая, симпатичная. Как тебя зовут?
– Никак меня не зовут, хам. Иди отсюда! ― И Франческа оскалилась, показывая свои клыки.
Казалось, Шон перестал дышать. Он завороженно смотрел на вампиршу. На его лице можно было прочитать удивление и восхищение.
– Я Шон, ― медленно, как во сне, произнес лепрекон.
– Франческа, ― девушка бросила надменный взгляд. ― Но знакомиться, а тем более общаться с тобой я не собираюсь.
– Франческа, ― как эхо повторил Шон. ― Ты потрясающая. Я никогда не встречал таких, как ты. Красивая и опасная.
Франческа скривилась:
– Софи, пойдем отсюда, а то от него не отвяжешься.
Девушки развернулись и пошли знакомиться с остальными гостями. Но лепрекон не отставал от них. Он семенил за ними, постукивая каблуками.
– Ты должна быть моей и только моей.
Франческа обернулась:
– Дорогой, никогда я не буду твоей, можешь расслабиться и даже не надеяться.
– Я тебя озолочу и сделаю из тебя самую богатую женщину в мире, ― не унимался Шон.
– Отстань от нас, хорошо? У меня нет никакого желания общаться с тобой.
– Какая женщина! ― Шон не отставал.
Весь вечер маленький лепрекон ходил «хвостиком» за девушками, не в силах оторвать восхищенного взгляда от Франчески. Поняв, что он не отстанет, вампирша попросила его, чтобы он, наконец, хотя бы замолчал. И влюбленный лепрекон следовал за ними уже молча, поднося им напитки и угощения, тяжело вздыхая и бросая восхищенные взгляды на вампиршу.
Около девяти часов вечера по квартире раздался звон колокольчиков, созывавший гостей на традиционный концерт. Девушки и за ними лепрекон поспешили в небольшой концертный зал. Сцена была пока закрыта зеленым бархатным занавесом. Раздался третий звонок, и зрители затихли в ожидании очередного чуда. Шон не решился сесть рядом с Франческой, поэтому устроился за девушками в следующем за ними ряду.
Наконец, занавес раздвинулся, и на сцену вышла друида Лиана. Она была одета в длинное блестящее платье изумрудного цвета. Ее светлые длинные волосы были распущены. По правую руку от нее стояла высокая металлическая рама с множеством жердочек. «Какой странный музыкальный инструмент, ― удивилась Софи. – Никогда такого не видела». Друида поклонилась публике и сделала легкое движение пальцами правой руки. И внезапно из дальней правой части зала раздалось пение птицы, и мимо зрителей пролетел соловей и уселся на жердочку. Такое же движение левой рукой ― и через весь зал к Лиане пронесся, щебеча, второй соловей. Взмах двумя руками – и со всех углов зала к друиде полетели десятки птиц. Все они уселись на жердочках, устремив свои маленькие глазки на Лиану. Хор был в сборе.
Лиана негромко напела мелодию, и хор пернатых тут же подхватил ее. Они то пели единым хором, то разделялись на голоса и партии. Софи никогда ничего подобного не видела и слушала, буквально открыв рот.
Первая мелодия закончилась, и зал взорвался аплодисментами. Лиана повернулась к публике, поклонилась и произнесла тихим мелодичным голосом:
– Я от всего сердца благодарю вас за теплый прием, но небольшая просьба – не кричать «бис», так как это может испугать наших певцов. ― Она улыбнулась. ― А теперь продолжим. ― И она напела грустную шотландскую мелодию.
Маленький хор тут же подхватил ее и развернул мелодию во всей красе. У Софи подступили слезы от восторга и побежали мурашки. Она украдкой глянула на Франческу, казалось, дивные мелодии тронули и ее. А сзади раздались всхлипывания и сморкания: Шон тоже не остался равнодушным к народной песне.
После каждого номера публика взрывалась аплодисментами. Это был полный восторг. Звучали мелодии Вивальди, Моцарта, Бочелли, и Софи даже узнала мелодию романса Алябьева «Соловей».
Как всегда, все зрители были в полном восторге от концерта. Нима стоял рядом с Лианой после концерта и, довольный, улыбался. А гости подходили и подходили к друиде поблагодарить за чудесное представление. А обычно бледное зеленоватое лицо Лианы даже немного раскраснелось.
– Предлагаю незаметно улизнуть, пока Шона рядом не видно, ― шепнула Франческа. ― Если ты не против, конечно.
– Да-да, ― зашептала Софи. ― Я уже пьяная и сытая. Мы со всеми познакомились, поздоровались. Концерт закончился. Так что вполне можно и по домам.
И девушки, озираясь, проскользнули в прихожую и к лифтам, пока их отсутствие не заметил Шон. Обе были довольны проведенным вечером. И Софи видела, как светилась от счастья итальянка. Впервые ее приняли в обществе и не отвернулись.
Глава 3. Первое дело
― А вот и первое дело! ― воскликнула Франческа. В этот день она «сидела на телефоне», то есть отвечала на телефонные звонки. Хотя, по правде сказать, им звонили только из телефонной компании или с предложением рекламы. И это был первый клиент, позвонивший в их агентство. ― Наконец-то!
– Кто? Что случилось? ― Макс, который всегда находился от Франчески на почтительном расстоянии, встрепенулся и подскочил к столу вампирши. Она сидела в дальнем и темном конце офиса, куда не добирались солнечные лучи. ― Рассказывай! ― Эльф был в нетерпении.
– Тяжелый случай, ― выдохнула Франческа. ― Позвонила, судя по голосу, старушка, зовут ее Линда Стюарт. И у нее проблема: кто-то шуршит у нее в квартире.
– И в чем проблема? ― удивилась Софи. Она присела около Франчески на стул. ― И почему тяжелый случай?
Макс и Франческа удивленно уставились на девушку.
– Возможно, у нее в квартире завелся шуршунчик. А может, что и похуже – шебуршунчик. И то и другое хуже некуда, ― произнес Макс. ― Шуршание в углу ― это верный признак того, что квартира проклята.
– А чем они так опасны, эти ваши шуршунчики и шебуршунчики? Никогда не слышала о таких существах. Кто это? ― Софи была в недоумении.
– Ты правда не знаешь? ― Франческа была искренне удивлена. ― Но это и понятно, ты выросла не в магическом мире. Одним словом, гиблое дело. ― Вампирша была расстроена. ― Мы не сможем помочь этой Линде Стюарт.
– Так что в них такого ужасного? ― Софи уже теряла терпение. ― Расскажите!
– Это такие мелкие человекоподные твари, которые живут в домах и квартирах, ― начала объяснять Франческа. ― Обычно они невидимы обычному человеку. Но это зависит от их желания, если захотят, то могут и показаться тебе во всей красе. Живут они в темных чуланах, шкафах, чердаках и в других труднодоступных местах. Они не приносят хлопот, пока довольны своим житьем и хозяевами. Но стоит им обозлиться или обидеться на хозяина – и дом пропал.
– Они начинают пакостничать и портить жизнь всеми возможными способами, ― подхватил Макс возбужденно. ― Они хитры и безжалостны. Но их любимый способ изводить хозяев дома – это шуршать по углам. От этого невозможно избавиться, и хозяева начинают медленно сходить с ума.
– Шуршунчики и шебуршунчики, ― задумчиво повторила Софи.
– Да, именно так, ― продолжил Макс. ― Говорят, это одна из разновидностей хобгоблина. Я их, если честно, никогда не видел. Слава Мерлину, но у нас в доме они никогда не жили.
– И в результате жители дома или квартиры действительно сходят с ума, ― закивала головой Франческа. ― Сначала они начинают искать источник шума. Но безрезультатно. Эти твари никогда не покажутся. Хозяева думают, что это мыши или термиты, и начинают травить и тех, и других. Но шуршание продолжается. Некоторые начинают разбирать стенку или пол. Но все совершенно бесполезно. Есть только один вариант избавиться от шуршунчиков и шебуршунчиков – выехать из квартиры или дома.
– Да, ― произнес Макс угрюмо. ― Мы ничем не сможем помочь этой старушке. Ей надо искать новое жилье. Говорят, еще пожар помогает. Но это, как я понимаю, слишком радикальный метод.
– Первое дело – и сразу провальное, ― печально вздохнула Франческа.
– Подождите, подождите, ― запротестовала Софи,― почему так мрачно? Судя по вашим описаниям, эти твари похожи на домовых.
– На кого?
– По-русски такие существа называются домовыми или барабашками.
– Бара – кто? ― Макс попытался произнести по-русски.
– Ба-ра-ба-шка, ― произнесла Софи русское слово по слогам и засмеялась. ― Они были хранителями дома, в старину даже делали по ночам работу по дому. Или ухаживали за скотиной в хлеву. Но если хозяин дома обижал домового, тот начинал пакостить. Очень напоминает их по вашим рассказам. Сейчас, сейчас, ― девушка склонилась над телефоном, ― вот как написано про домовых на русских сайтах:
«Домовой ― добрый дух, хранитель дома и всего, что в нем находится. Выглядит домовой, как маленький старик (ростом 20—30 сантиметров) с большой бородой.
Домовой обитает практически в каждом доме, выбирая для проживания укромные места: за печкой, под порогом, на чердаке, за сундуком, в углу или даже в печной трубе.
Домовой очень любит чистоту и порядок в доме, а не любит, когда обитатели дома лентяйничают. Но гораздо сильнее дух не любит, когда жители дома начинают ссориться друг с другом или неуважительно относиться к нему. Рассерженный домовой начинает давать знать о том, что человек неправ: стучит дверьми, окнами; мешает спать по ночам, издавая страшные звуки или крики. Домовой обладает огромной силой, как физической, так и магической, поэтому он способен противостоять практически любой нечисти, которая попытается проникнуть в дом. Однако сила домового напрямую зависит от того, как относится к нему семья, живущая в доме, и насколько дружные взаимоотношения у членов семьи между собой».
Макс закивал головой:
– Похоже, похоже. Во всем мире одинаковая нечисть.
– А почему вы так пессимистичны? И почему думаете, что это дело безнадежно? Есть прекрасное средство задобрить домового, или, как вы его называете, шуршунчика.
– И какое? ― хором спросили Франческа и Макс.
– Как какое? И вы не знаете? ― Софи была искренне удивлена. ― Все очень просто: в угол, где он шуршит, надо поставить блюдечко с молоком и печеньем.
– И всё?
– И ё ― просто ответила юная волшебница. ― Домовенок покушает, подобреет и перестанет шуршать, бренчать и шуметь.
– И это работает?
– Не знаю, я никогда не пробовала. Но откуда-то знаю. Из сказок или бабушка рассказывала.
Макс с Франческой переглянулись:
– Надо попробовать, все равно других идей для борьбы с шуршунчиками у нас нет.
Макс кивнул Франческе на телефон:
– Звони этой бабке. Пусть делает, как Софи говорит.
– Есть, сэр! ― Она тут же набрала номер Стюарт и дала инструкцию, как задобрить домового. Бабуля на том конце провода никак не понимала, что надо делать, и вампирша потратила пятнадцать минут, силясь объяснить ей, что надо просто поставить около того места, где слышно шуршание, на ночь два блюдца: одно с молоком, другое с печеньем. Наконец, она положила трубку и, довольная, потерла руки:
– Позвоню ей завтра и узнаю, работает твой, Софи, метод или нет.
На следующее утро Макс и Франческа повскакивали со своих мест, когда Софи зашла в офис после пары часов, проведенных утром в библиотеке.
Макс всплеснул руками:
– Не поверишь, Софи! Уже звонила бабка Стюарт и сказала, что шуршание прекратилось и она, наконец, первую ночь провела спокойно. Это переворот в магии! Так просто! И какой результат! И что самое интересное, эта Стюарт рассказала Франческе, что, действительно, не так давно поругалась со своей дочкой.
Софи пожала плечами:
– Если честно, в России любой ребенок знает, как успокоить разбушевавшегося домового.
– Значит, Россия – страна магов и чародеев, ― подытожила Франческа. ― Я, несмотря на то, что всю жизнь провела в магической среде, не знала такого способа борьбы с шуршунчиками. Или, как ты их называешь, барабачками.
– Барабашками, ― улыбнулась юная волшебница.
Софи и сама не представляла, откуда она это знает. Она знала и всё. И, несмотря на то, что она справилась с первым делом и помогла несчастной бабушке, ей все равно было страшно. Она понятия не имела, что делать, когда она столкнется с какой-то более серьезной проблемой.
– Франческа, Макс. Я совсем не разделяю вашего оптимизма. Я полный ноль в магическом мире. Помните, как в фильме про охотников за привидениями у ребят хотя бы оборудование было. А что у нас? Интернет, интуиция и энтузиазм.
– А нам не нужны приборы и агрегаты. ― Макс был на подъеме. ― Ты с привидениями общаешься за просто так. Кстати, как твой сосед Вудс, еще живет в подвале?
– Да, болтается там. И вечно ноет о своей несчастной судьбе. Он действительно был в туннеле, когда вендиго собирал армию из призраков?
– А зачем этому чудовищу-каннибалу нужны были призраки? ― поинтересовалась Франческа.
– Я думаю, для защиты. Окружил себя плотным кольцом привидений, через которое не пройдешь. Еще, наверное, для устрашения. Он был зол и голоден и хотел нанести максимальный вред городу. А вы его остановили. ― Софи развела руками: ― Голыми руками.
– Да, ― задумчиво произнес Макс, ― пошли на чудовище со столовыми ножами. Но я ни о чем не жалею. Только вот лопатки, там, где были крылья, иногда чешутся. Особенно когда погода меняется.
– Ты молодец, Макс. Спас мне жизнь, ― улыбнулась Софи Максу. ― Закрыл собой от смертоносного удара.
– А ты мне тогда под мостом, ― улыбнулся эльф ей в ответ. ― А сейчас у меня кое-что есть. ― И Макс вытащил из холодильника торт. ― Нам надо отметить и закрепить успех первого дела.
– Но, Макс! ― запротестовала Софи. ― Сколько можно есть сладостей?! Мы скоро станем толстыми.
Но Франческа уже доставала тарелки и чашки из кухонного шкафа.
Софи покачала головой:
– Ну что с вами поделаешь. ― Она улыбнулась. ― Только что это за шум на улице? Кто там бибикает без перерыва?
Софи подошла к большому окну, от потолка до пола. Подоконник располагался низко, так, что на него можно было присесть. Софи выглянула на улицу, и лицо у нее вытянулось.
– Ой, ― вырвалось у нее, ― Франческа, тебе лучше это увидеть.
– Что там такое? ― Франческа недоверчиво посмотрела на Софи и скривилась. ― Это то, о чем я подумала?
– Да.
А на улице под самыми окнами офиса стоял огромный черный джип, около передней открытой двери стоял Шон и со всех сил жал на клаксон, стараясь обратить на себя внимание.
Франческа выглянула в окно:
– Нашел-таки меня. ― Она вздохнула. ― И мне придется выйти к нему, иначе он не перестанет гудеть. ― Она еще раз тяжело вздохнула, накинула пальто, надела темные очки и шляпу – без этого она не появлялась днем на улице – и вышла. А Макс и Софи уселись на подоконник и с интересом наблюдали за немой сценой внизу.
Франческа решительно подошла к лепрекону и стала что-то эмоционально ему говорить, яростно жестикулируя. Вампирша, всегда такая холодная, превратилась в настоящую темпераментную итальянку.
Макс и Софи переглянулись:
– Итальянская кровь, никуда не денешься.
А Шон расплылся в улыбке и, казалось, был неимоверно счастлив просто от ее присутствия рядом. Он смотрел на нее снизу вверх, улыбался и кивал головой, а потом полез в машину на заднее сиденье, вытащил огромный букет темно-бордовых роз и гордо вручил их Франческе. Та схватилась за голову, взяла букет и указала ему рукой, чтобы тот убирался прочь. Шон еще что-то говорил, просил ее, но каждый раз получал от итальянки один ответ: прочь отсюда. Наконец он сдался, сник, забрался в джип и уехал. Франческа перевела дух, покачала головой, развернулась на каблуках и направилась обратно в офис.
Софи и Макс уже не сдерживали улыбок.
– Ну и ухажер у тебя! ― подкалывал Макс, когда вампирша вернулась с огромным букетом роз, от которых по всему офису разнесся аромат. ― Всего лишь на голову ниже тебя.
А расстроенная Франческа опустилась в кресло прямо с букетом.
– Всё, я пропала. Он не отстанет теперь.
Софи пожала плечами:
– Ничего не поделаешь, вляпалась. А он тебе совсем не нравится?
Франческа фыркнула:
– Нет, конечно! Навязался на мою голову. ― Она поднялась и посмотрела на букет. ― Цветы красивые, что ни говори. Надо в вазу поставить. И тортик еще никто не отменял, ― она подмигнула друзьям.
Вторая половина дня прошла спокойно, друзья болтали и шутили допоздна и разошлись уже после семи вечера.
Глава 4. Оборотень в городе
― Всем привет! Как дела? ― Софи поприветствовала друзей с порога. Макс сидел за своим столом, уткнувшись в телефон и что-то там рассматривая.
Франческа на секунду оторвалась от компьютера.
– Привет, ― бросила она коротко и опять уставилась в экран.
– Что, что происходит? ― Софи вопросительно обвела взглядом друзей. Что-то было не так. Обычно друзья приветствовали ее по-другому. Софи стало не по себе. ― Почему вы такие хмурые? Что случилось?
Макс оторвался от телефона и уставился куда-то в потолок.
– Ты только не волнуйся.
Софи опустилась на стул, даже не раздеваясь. Что может быть хуже фразы «ты только не волнуйся». У нее неприятно засосало под ложечкой.
– Да что, в конце концов, происходит! ― она умоляюще смотрела то на Макса, то на Франческу.
Франческа взяла пульт и включила телевизор. На экране появился репортер.
– …По всей видимости, он прячется в подвале. Уже вызвали специалиста по отлову диких животных. Нередко дикие животные забредают в наш город. Но я думаю, это первый случай, когда в Манхэттене появился волк. ― Камера оператора показала дом и подвал. Из подвала доносился волчий вой. ― Волк появился на улице около девяти утра. Жители соседних домов, рискуя своими жизнями, загнали его в подвал. Они говорят, что он очень агрессивен и представляет опасность для всех окружающих.
– Это же дом, где живет Эд, ― ахнула Софи. ― И сегодня полнолуние. Вы думаете?.. Нет! Только не это!
Макс пожал плечами:
– Мы можем только предполагать. Ты же говорила, где находится квартира Эда. И тут вдруг появляется волк в городе. И прямо по его адресу. Сомневаюсь, что это совпадение.
– Но этого не может быть! ― воскликнула Софи. ― У него были два дня выходных, как всегда на полнолуние. И он должен был принять таблетки и спать. Мы только вчера вечером виделись. Он обещал все подготовить и принять снотворное. ― Софи дрожащими пальцами пыталась набрать номер Эда на телефоне. Длинные гудки. Никто не отвечал.
Девушка вскочила на ноги:
– Я должна ехать. А если это действительно Эд?! Его же могут убить.
– Подожди! Но это же опасно! ― Макс пытался удержать девушку. ― Он может на тебя напасть.
– Ну и пусть. Я не видела его никогда в волчьем обличье, но уверена, Эд не сделает мне ничего плохого. ― Софи решительно направилась к двери.
– Подожди, я с тобой. ― Франческа уже спешила вслед за подругой к двери, впопыхах натягивая перчатки и шляпу.
Через пару минут они уже поймали такси и мчались к дому Эда. Где-то в глубине души Софи еще надеялась, что несчастье случилось не с Эдом, а это действительно какой-то заблудший волк или дикая собака. Как же это больно и унизительно, когда тебя загоняют в подвал! Франческа взяла руку Софи.
– Не волнуйся. Мы справимся, – пыталась она успокоить подругу.
Наспех расплатившись с таксистом, Софи первая выскочила из машины и поспешила к дому, вокруг которого уже собрались зеваки и репортеры из нескольких телекомпаний.
– Пропустите, пропустите. ― Девушка расталкивала прохожих.
Дорогу ей преградил полицейский:
– Сюда нельзя, мэм. Здесь небезопасно, – произнес он строго.
– Там мой… ― Софи осеклась, ― моя собака.
Полицейский смотрел на нее с недоверием.
– Но, как я понимаю, в подвале не собака, а волк.
– Нет-нет, ― Софи старалась протиснуться мимо полицейского, ― это такая редкая порода, помесь волка и хаски. Он боится чужих и случайно вырвался. Он живет с нами, со мной и моим бойфрендом, в этом доме.
Девушка вытащила ключи от квартиры Эда.
– Вот ключи. Я его сейчас заберу и отведу домой, и он там успокоится.
– Да-да, ― уверяла Франческа полицейского с другой стороны, ― это моя подруга, София. И она здесь живет со своим парнем. И это их собака.
Девушки были столь убедительны, что полицейский, покачав головой, все же пропустил их сквозь оцепление. Толпа сзади зашумела, увидев, как две девушки направились к входу в подвал.
– Я тебя подстрахую, если ситуация выйдет из-под контроля, ― шепнула Франческа. Софи с удивлением посмотрела на подругу: «Что она сможет сделать? Поможет скрутить волка? Разве что ткнет его своим каблуком».
Софи осторожно подошла к двери в подвал. Дверь была наполовину застекленной, и Софи старалась хоть что-то разглядеть сквозь мутное стекло. «Я же понимаю язык животных, и они меня понимают. Я смогу, я сумею».
– Эд, Эд, ― позвала она сквозь дверь. ― Это я, Софи. Иди сюда.
Из-за двери послышалось тихое рычание.
– Это я. Не бойся. Мы сейчас пойдем домой. ― Софи нажала на ручку двери и тихонько приоткрыла ее. В подвале было темно, свет проникал только сквозь дверь и небольшое узкое окошко на противоположной стене. ― Эд, иди сюда, мы сейчас пойдем домой.
В дальнем углу Софи увидела, как сверкнули желтые глаза в темноте. Она сделала шаг по направлению к волку и протянула к нему руку:
– Это я, Софи. И я на твоей стороне.
И вдруг что-то огромное и серое налетело на девушку и сбило ее с ног. Эд накинулся на нее. Софи вскрикнула от неожиданности.
– Эд!
Прямо около своего лица она увидела морду зверя, он скалился и рычал, обнажая огромные зубы. Спасения от такого зверя не было.
– Эд, ― тихо произнесла девушка. Софи уже не было страшно, страх пропал, а осталась только жалость. ― Это я, твоя Софи. А ты мой Эд.
Девушка смотрела волку прямо в глаза, и где-то в глубине, за желтыми зрачками зверя, она увидела глаза Эда. Да, это был он, только выглядел по-другому. А волк сделал шаг назад, перестал скалиться, опустил голову и сник. Софи поднялась с пола и обняла зверя.
– Пойдем домой. ― Она гладила его по холке, шерсть была жесткой на ощупь. Совсем не такие были волосы Эда. Она обняла его за холку: ― Только веди себя тихо. Хорошо?
– Пр-р-р-р-рости, ― прорычал волк. И сердце Софи забилось: значит, что-то человеческое в нем остается, когда он превращается в зверя, где-то в глубине его души.
Она взяла волка за холку и повела к двери.
– Пожалуйста, только веди себя тихо, ― прошептала девушка.
Они вышли на улицу, толпа ахнула и отпрянула. Все репортеры тут же направили на нее камеры.
– Не волнуйся и не обращай на них внимания, ― шептала Софи. Она вывела волка на улицу и повела к двери в парадную.
Неожиданно из толпы раздался крик:
– Куда ты ведешь его?
Волк тут же обернулся и зарычал.
– Домой! ― крикнула Софи. ― И отойдите все подальше!
Она благополучно довела волка до двери квартиры, дрожащими руками открыла дверь, впустила Эда внутрь и только тогда смогла выдохнуть:
– Уф, дома.
Девушка завела его в комнату. На столе стояла баночка с таблетками.
– И почему же ты не принял эти таблетки? ― разговаривала Софи со зверем. ― Но сейчас нам надо их принять и немного поспать. ― Она гладила волка по холке. ― Эд, мой Эд. – Девушка уложила зверя на диван в гостиной. Она взяла таблетку и поднесла к морде волка. – Надо это проглотить. ― Она попыталась разжать его челюсти.
Неожиданно волк зарычал и схватил Софи зубами за запястье. Он сжимал челюсти все сильнее и сильнее. У Софи перехватило дыхание. «Если он меня сейчас укусит и его слюна попадет в рану, я тоже стану оборотнем». У Софи выступили слезы: «Ну, пускай будет так. Я же выбрала его и знала, какой он, и знала, что есть риск».
– Кусай, что ты медлишь, ― произнесла она тихо.
А волк поднял на нее глаза, сейчас Софи увидела в них не агрессию и злобу, а тоску. Он отпустил ее и слизнул таблетку с ладони девушки. Она улыбнулась.
– Ну вот, видишь. ― Девушка обняла волка и прижалась к нему. ― Сейчас немного поспишь. А вечером я приду к тебе.
Зверь закрыл глаза, вздрогнул и засопел.
Софи вытерла слезы и накрыла волка пледом. Около дивана она поставила две миски: одну с водой, другую с собачьим паштетом, растерев туда две снотворные таблетки.