Гармония преображения

Что ещё можно было бы сказать здесь, именно в первой части, и о том, самом важном и основополагающем, о чём читающему определённо всё-таки не помешало бы узнать? Ну, что ж, наверно, в самом начале, было бы крайне неплохо как можно более доходчиво и просто уточнить, как именно устроен этот, некогда задуманный, созданный, при этом и в немалой степени благодаря естественному отбору, и, наконец, пусть и с немалой помощью со стороны Высших Сил, расселившийся по поверхности планеты, самый обычный, вместе с тем даже поболее чем удивительный человек. Одновременно, и по ходу дела, уточнить, что происходит в полной непохожести, телесной оболочке, если, к примеру, разобрать всякое происходящее по деталям. И здесь, среди наиважнейшего, прежде всего впору выставить вперед следующие постулаты: люди, в сущности, в основе своей явление исключительно три-де материальное (то есть состоят из того, из чего состоит (создана) вся три-де материальная природа мира вокруг), обычно пребывают (именно живут) в жёстких границах чисто материального течения времени (организующего течение, происходящее для живущих в одном единственном, строго фиксируемом сознанием направлении). Но вместе с тем всего того, что рождающиеся-живущие из себя представляют (как и самой организации жизни) попросту не было бы, если человеческое существование, как и существование всякого иного, именно живого порождения окружающей среды, не представляло бы из себя обязательного, пусть и разного объединения, формирующей тело, чисто материальной субстанции, и несущей базовую и накопленную в течение жизни информации, от Света получаемой и пронизывающей всё энергетики, позволяющей радовать каждое живое существо побуждающим любимым и столь желанным для живущего действием. Материальное, из которого формируется всё, представляет из себя одну из организующих телесное структур, энергетико-информационное, пронизывающее всё не ведая материальных границ – другую сторону оформления-организации жизненного процесса. Разница между такого рода организационными схемами весьма существенная, вплоть до направления восприятия-взгляда на энерго схему процессов (есть даже подозрение о обратном течения времени, определяющем последовательность развивающихся и происходящих событий). Но форма взаимо-совместного сосуществования материального-энергетического, такая, как человек, не только способная просто и примитивно среди всего прочего жить, но уже, пусть и на самом начальном уровне, способная идентифицировать себя, и, как следствие, мыслить, с некоторых пор появилась, существует, активно реагирует на разное происходящее, и, как результат, это позволяет использовать такую активную телесную оболочку хотя бы для попыток получения достойных и радующих последствий пожизненного прогрессирующего развития. При этом, как сразу впору отметить, когда речь идёт о развитии, разговор заводится не столько об улучшении от рождения к рождению, столь обычного для человеческого образа, двуногого-двурукого одноголового тела. Значительно более важным фактором следует считать возможность развивать эту самую внутреннюю энергетику, к задачам которой относится оживление материи тела и скапливании, идентифицируя очередную новую личность, самой разнообразной пожизненной информации (обычно как раз и называем такое истинное чудо духовно-интеллектуальным обличием). Правда, если судить по результатам, получается, что у людей на этом поприще пока всё точно уж совсем не столь приемлемо-желательно или же даже допустимо-удовлетворительно, как Бог Создатель от такого удивительного, крайне необычного творения хотел бы ожидать. Однако всё-таки не оставим основополагающей уверенности, что после разной помощи на данном поприще, и в том числе прочтения в разное время здесь написанного-переписанного, с этим вопросом обстановка станет выглядеть ну хоть немного как-нибудь и в чём-нибудь получше. Во всяком случае, уже неоднократно при создании текста ниже утверждалось, что, выглядящая достойно после окончания существования внутри тела, духовная суть, должна иметь возможность вновь словно бы возрождаться-просыпаться в очередном и новом теле, таким образом улучшаясь от одного прожитого существования к другому, и знаменуя этим начало не как будто бы с полностью пустого и лишённого всего появления-рождения на Свет, а, если уж достоин благодаря достигнутому благодаря жизни результату или обращению живущих к облику жившему, то, по ходу дела насыщаясь ранее уже достигнутыми знаниями и духовным совершенством, иметь возможность словно вспоминать подобное в новом рождении, благодаря чему начинать жизнь не с пустого и безликого, а хоть чего-то более толкового. И пусть вопрос уже неоднократно рассматривался, по-прежнему полон уверенности, что для всех живущих теперь лучше, если будет подобным образом получаться! Духовный образ, формирующийся внутри тела, сомнений нет, что будет лучше, если сможет улучшаться, переходя после конца существования в одной достойной личности к рождению в обличии нового претендента жизненно улучшиться в своём очередном развитии с возможностью по мере роста и взросления оказаться этим новорожденным-растущим и взрослеющим как будто вспомненным для ускорения своего развития. Здесь только одна тонкость важна – разделение рождающихся – вспоминаемых по половому признаку, поэтому, если жизнь прожил в теле мужском, то и родится после зачатия такой, кому положено вспоминать знания-образ подобный должен в теле мужском, а если жизнь была прожита в женском теле, после чего сформировался образ женский, то и рождаться с возможностью пробуждения в теле такая, прожившая жизнь, должна после зачатия-рождения в теле женском.

ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ СУЩЕСТВОВАНИЕ И ВЕЧНАЯ ЖИЗНЬ (рассуждения)

Что же касается прочего. Сейчас пребываем в ситуации, когда человек, появившийся на планете после естественного отбора и обитающий в окружении столь привычных и самых разнообразных форм жизни, по определению смертен. Возможно, пройдёт какое-то время, и в этой области тоже произойдут самые кардинальные изменения, но, во всяком случае, пока, истина сея выглядит непреложной, и спорить с подобным попросту смысла не имеет – как теперь с некоторых пор становится понятно, для того, чтобы любой из людей мог даже заикнуться перед самим собой о хоть намёке на такое что-либо под названием «бессмертие», живущий, именно живущий, а не труп, весь в ранах, как Иисус!, должен замахнуться просто на немыслимую высоту собственного совершенства духа. Раз нет такого, тело, разумеется, стареет, и дряхлеет, и деградирует, и что потом случится, после смерти, что происходит с такой, сформировавшейся как результат от жизни, и по результату получившейся душой, по большей части скрыто от сознания членов человеческого общества. Что здесь сказать, очень возможно, что как только те, что в это время всё ещё живут, начнут по жизни сталкиваться с фактами словно бы пробуждения в телах вновь где-то в должный срок родившихся, обличий всяких-разных таких, кто ранее и когда-то пред этим жил и ушёл, оставив тело, из мира всё ещё живых, возможно взгляды по подобному вопросу начнут кардинально изменяться. При этом, уж насколько сверх серьёзными окажутся подобные крутые перемены, даже предсказывать довольно сложно, так-как, даже сейчас, коль индивидуум из человеческого общества наделён разумом, то точно спорить не захочет, например, с тем, что, в распространившемся среди людей, обычном осознании понятие «вечная жизнь» по сути своей, по определению лишено какого-либо роста и развития, в том числе и телесного, и личностного, (в основе совершенства духа просто нет как нет!), а потому скорей походит на какое-то такого рода наказание кошмарное, чем на награду. К счастью, человеку рассуждающему-думающему и хоть в чём-либо таком толковому обычно свойственно стремиться всё-таки к чему-то именно и несомненно незнакомому-неведомому, как минимум уж в чём-то вне любого-всякого сомненья иному, и потому-то при предложении разных вариантов, тем ли, иным к себе зовущему, и определённо к этим странностям манящему. А между тем, когда всё таким образом остановилось – замерло на каком-то определённом достигнутом уровне, когда перемен и нового по определению нет как нет, да это же не жизнь (вечная, не вечная, существование в виде образа, да всё равно), а настоящий кошмар! И вместе с тем, как об этом свидетельствуют рассуждения самых разных религий, Бог прежде всего если и желает чего, это чтобы рождающиеся по мере продвижения от малого к большему становились во всех своих проявлениях только и исключительно лучше. Во всяком случае, все дарованные живущим поучения и наставления, вне всяких и каких бы только ни было из существующих сомнений, имеют целью подтолкнуть именно в подобном направлении. Совершенствуясь, и в том числе, после смерти получая возможность проявиться в новоявленном рождении, духовная, организующая суть должна всем этим радовать того, кто надлежащим образом прожил, так-как любой рождён, чтоб постараться воссиять в достигнутом своём. И пусть проникнуться всем пониманием тонкостей всей сути всякого того, что именно с такими, от рождения очень разными, по ходу жизни происходит, даровано уж точно далеко не каждому, что среди человечества, людей, что и среди всяких таких, что наблюдают за происходящим и творящимся словно со стороны, всё равно, толково следовать всем указаниям и правилам, когда-то и неоднократно, а ниспосланным ранее с нравоучениями всё-таки способен каждый из живущих. И здесь, уж стоит только сделать все такого рода правила и указания для организации схематики существования по ходу жизни чем-то непреложным, всё это сразу же, и как будто по определению какому-то, приводит всякого того, кто такие старания прикладывает, к значимой дороге, известной издревле и, несомненно, праведной, достойной. А это уже открывает способ подниматься в плане радующего самосовершенствования, улучшаясь внутренне на каждом следующем сделанном шагу. Что снова возвращает к мысли, что если в достигнутом со всей определённостью преуспел и радовал, будет правильней рождаться, всё-таки, не теряя всё перед тем в стараниях достигнутое, чтобы вновь, при рождении, не начинать с полнейшего ничтожества-неведенья, а чем-то баловать себя при очередном появлении на Свет из духом собранного и накопленного при до того прожитом интервале, если уж действительно того достоин.

ПЛОТЬ – ТЕЛО – БЕССМЕРТИЕ

Между тем плоть человеческая, действительно, даже слишком, удручающе недолговечна. Когда проходит середина жизни, оборачиваешься, глядишь на пред этим пройденное, окидывая взглядом ожидающее в перспективе впереди, и, кажется, что даже среди ранее минувшего-прожитого, не говоря уже о таком, что в перспективе впереди ожидает, всё сплошь одно только, после завершения состояния устойчивости молодой телесной, старение, дряхление и окончательное увядание с последующим самым разнообразнейшим разрушением всего, что это самое тело из себя представляет. Конечно, если серьёзно задуматься, то вполне благоразумно было бы предположить, что человек и рождается совсем не для того, чтобы оставаться навсегда замурованным в каком-то экзотическом, определенного вида, таком – ином телесном образе. Застыть-застрять навсегда в каком-нибудь, да ещё и постоянно-непрерывно удручающем состоянием своим, дряхлеющем и разрушающемся теле? Да чем-то таким скорей сродни и впору как-то провинившихся стращать, предполагая напугать! А людям, уж какие бы особенные верования не порывались что-то и о чём-нибудь вещать в ключе таком, всегда норовят пообещать, приманивая на сторону каких-либо религиозных толкований, при этом клятвенно пообещать, что, если будете по ходу жизни от рождения до смерти следовать на каждом шагу непосредственно как базовые религиозные истины указывают, то, по меньшей мере, уж бессмертие духовное, как помрёте, это точно, будет обеспечено, и в том числе, и очень может оное случиться, что, в дополнение к прочему, окажется обеспечено бессмертие телесное, и ничего, ну хоть немного невозможного для рождающихся в подобном вечном истинном существовании после смерти точно уж не обнаружится. Ну, и что за резюме напрашивается? Подобным образом, отодвинув в сторону все, вызывающие явные вопросы, сомнений нет, что странности-нюансы, связанные с такого рода обещаниями посмертного вечно жизненного некого существования, одним лишь ожиданием чего-то именно подобного, и взяться ублажать себя, любимого? Или другие перспективы будут в истинности смысла притягательней, приятнее смотреться, если и о таком толково всё-таки, а взяться хоть немножечко подумать? Что ж, ниже, в тексте, полагаю, о таком обнаружится немало разных слов. Ну, а пока уточним, прежде всего, смысловую суть и наполненность, обычно называемых религиозными, наиболее распространённых базовых основ.

ТЕПЕРЬ НЕСКОЛЬКО СЛОВ О РЕЛИГИЯХ, ИЛИ, СКОРЕЙ, О ТОМ, А ПОЧЕМУ ТАКИХ МОЛЕНИЯ ОРГАНИЗУЮЩИХ ОБЪЕДИНЕНИЙ, ПРИЗЫВАЮЩИХ К КАКОЙ-ТО ВЕРЕ, В СООБЩЕСТВЕ ЛЮДСКОМ, ГОВОРЯ ОТКРЫТО, ПОПРОСТУ ИЗБЫТОЧНО МНОГО?

Теперь, действительно, настала пора сказать несколько слов о религиях. Хотя, скорей, о том, почему вероучений столь удивительно, с избытком, много. Ну, что ж: религии. Как склонны утверждать всё те же, самые различные научно-исторические изыскания, такие, называемые именно религиозными учения, самые-самые разные, сопровождали человечество, начиная с первого шага, проделанного по канонам истинного восхваления Божьего в каменном веке возле жертвенного костра самой убогой, но уже в подобном направлении освоенной первобытной стоянки. И призывающих к вере и различных толкователей истин, что и тогда, очень-очень давно, существовало достаточно много, и притом самых мало похожих, что и сейчас, когда живём уже в иное время, что точно, то уж точно, что от года к году меньше никаким образом не становится. С чего же, почему такого, призывающего поклоняться, и во все времена столь, с явным избытком, и несоразмерно много? И при этом подобное-разное распространяется среди рождающихся, после чего живущих в тоже чаще всего именно разнящемся, таком, другом, ещё каком-то человеческом обществе, ну, и потом, по тем, либо иным причинам всё-таки умирающих? То, что у каждого сообщества вероучение свое, может служить вариантом для объяснения возникновения-распространения разнообразия религий, если в данном случае речь касается времён убогих, что же касается времён, когда для выставления новой веры напоказ, необходимо для такого организовать что-то вроде рекламного представления чего-то, способного кого-то, как-то, где-то на подобном поприще увлечь, то это уж совсем иного рода ситуация. Но, почему всё-таки и столь много, этих самых, разнящихся и различающихся верований, с настойчивостью поучающих живущих людей, и с постоянством восхваляющих некоего Бога, чаще всего называемого самыми разными, притом кардинально отличающимися именами? Что здесь сказать? Этот вопрос уже давным-давно должен был бы тревожить сознание любого благоразумного и здравомыслящего человека, однако всё таким образом обустроилось, что люди, уж действительно, начиная с самых ранних и теряющихся в памяти времен с великой твёрдостью привыкли, что религий, как-то принято, что столько, что, уж воистину, даже толком озаботиться все сосчитать, и то как будто выйдет не с руки. Больше того, по большей части никому и никогда вопросы лишние в такого рода направлениях не задаются, типа, что эти самые религии, такие большей частью разные, в сущности из себя представляют – существуют себе, ссорятся, мирятся, (лишь бы только драк кровавых между собой не затевали!), а остальное сплошь именно таких, кто верой, той-иной или ещё какой-то одержим забота! Что здесь поделать, но привычка есть-превалирует к такому, что религиозных поучений-наставлений точно уж с избытком и довольно, и каждый живущий сам способен выбрать, как, кому, и в каком именно храме помолиться. Меж тем, вопрос уж точно стоит того, чтобы присмотреться к странностям нелепым повнимательней. Ведь столь внушительное, и избыточно-изобильное количество вероучений, при осмыслении такого точно нет необходимости быть супер гением, чтобы сразу понять, подобное, с непрекращающимся постоянством, возникает-существует далеко не просто с бухты-барахты. Ну, а раз всё, представленное в такого рода изобилии, при разнородности, и сверх устойчиво, то, надо понимать, что обязательно существуют весьма существенные и в достаточной степени весомые к такому направляющие некие первопричины. Касательно того, какие же? Что в данном направлении сказать – к счастью ли, или же всё-таки к несчастью, но пригодный к потреблению ответ на столь приметный, интригующий вопрос, как теперь стало до определённой степени понятно, по сути своей, всегда пребывал у любопытствующих перед носом, лежал, говоря проще, на поверхности. Одна беда, возможность, и притом с достаточной уверенностью, заявить-рассказать о чём-то таком появилась только после того, как написавший текст лично, оставив в стороне свойственные людям склонности относиться ко всем такого рода поучениям достаточно несерьёзно, выбрал одно из центральных и распространившихся вероучений, после чего, строго придерживаясь основополагающих религиозных правил, прошёл предложенной дорогой самоусовершенствования настолько далеко, как это только оказалось в данном случае возможным. Во всяком случае, возможным для достигнутого уровня, и на момент освоения ситуации. И, в виде одного из первых полученных результатов, сразу стало понятно, что все эти, заявленные и самым активным образом восхваляемые религиозные правила существуют и преподносятся всем верующим, это уж точно, не просто для некоего, способного обрадовать развлечения! Что если такой, озаботившийся собственными улучшениями человек всё делает строго, как о таком сказано, во всяком случае, в установлениях центральных религиозных доктрин, то, в результате подобного проделанного, прежде всего сам начинает меняться, а в дополнение к этому и сам мир вокруг такого человека, согласно дарованным такому верующему ощущениям, тоже начинает благообразным образом меняться! При этом, рассказать о чём-либо подобном людям пытались уже очень давно, трудно даже представить, насколько давно. Прозревшие и в следствие этого поучающие, несущие истину таким, кому было бы интересно о таком удивительном слушать, появлялись среди людей с самых древних времён, одни из таких привлекали своими словами достаточно многих, поучения и наставленья других мелькнули в бурном потоке человеческого существования, оставшись в результате почти незамеченными. Однако, как показывает столь немаловажный исторический опыт, таких, кому, пусть и в различной мере, открывалось что-либо, до того прочим живущим совершенно неведомое и полностью от понимания скрытое, всегда и с избытком хватало, во всяком случае недостатка в подобных личностях, склонных расточать истины-поучения, сомнений нет, что не наблюдалось, никогда не наблюдалось. Одна беда, понимание истин, которые становились при подобных откровениях доступными, обычно не отличалось избыточной глубиной и масштабностью, глобальностью и способностью вести за собой, и от того, как следствие, всё, к чему такого рода столь неожиданное прозрение приводило, сводилось к осознанию своей особенной значимости, и к последующему, вполне понятному и объяснимому желанию хоть что-то, отныне понятое и осознанное, и всем прочим, рядом живущим и готовым слушать непонятное растолковать и объяснить. Что, в свою очередь, и приводило обычно к возникновению очередного религиозного вероучения. Как именно такое непосредственно происходило, да и сейчас где-нибудь и когда-нибудь происходит? Что ж, здесь-то точно, с протеканием такого рода процессов никогда не возникало ничего особенного и избыточно сложного. Всё происходившее, при желании, можно даже по шагам разложить, ввиду того, что оное почти всегда и полностью, но повторялось с однотипностью раньше, соответственно и сейчас в таком же контексте попросту повторяется.

И начиналось всё обычно с того, что всякий такой, кому столь неожиданно, вдруг, и удивляя искренне до глубины души, открывалось хоть что-то, не укладывавшееся ни в какие каноны существовавших до того объяснений и правил, озабочивался желанием всё это распространить среди всех прочих, рядом существующих-живущих. При это, первые действия после возникновения таких намерений у всяких-разных подобных, удостоенных прозрения людей обычно выглядели очень-очень похоже – где-либо возле себя, в узком личном кругу, такие отмеченные странными откровениями, в очередной раз говоря о таком, о чём обычно никогда не говорят, пытались неких из таких, по мнению поучающих, достойных просвещающего и оказанного должного внимания, через сказанное, чем-то избыточно-особенным надоумить. А вследствие того, что слушать рассуждающих о высших истинах, разумеется, не захотят (а зачем слушать подобную белиберду?) сражали сознание собравшихся, к которым обращались, чем-то истинно необъяснимым и особенным, чему и толкования таким внимающим, сколько бы не искали, ни за что и никогда не обнаружить. Как результат, получали очередное-новое поклонение, с признанием всякого-разного, чтобы из такого не было рассказано, а вследствие того, что существуют и другие, следовавшие точно таким же путём, ранее появившиеся поклонения, и служители таких, иных поклонений, со служителями нового поклонения верующими делиться ни за что не захотят, со всей неизбежностью и в скорости между существующими и возникающими доктринами вспыхивает конфликт. Куда уж при таком развитии событий достойным образом отнестись к осмыслению, в принципе, каких угодно основополагающих истин, с которых, удивляя и поражая сознание чем-то особенным, в самом начале всё, породившее любую существующую религию, и начиналось?! Здесь бы все со всеми вокруг не перессорились-не переругались-не передрались, отстаивая свои интересы! А так-как попытки донести до человеческого сознания до того как будто скрытые от живущих истины предпринимались очень-очень давно, фактически, с тех пор, как люди были признаны достойными рождать своим существованием искреннюю надежду в собственном пожизненном улучшении, то и религии, ставшие последствием и порождением такого рода попыток, как возникали раньше, по-прежнему продолжают вновь и вновь возникать. Что поделать, живущим уже очень-очень давно пытались объяснить определённые тонкости того, как создан и строится окружающий мир, как надо правильно жить в этом мире. Больше того, от случая к случаю в разные времена и в самых разных частях полной поселений планеты через таких прозревавших посланцев от Высших Сил членам человеческого сообщества давались самые чёткие указания, как именно следует правильно жить, чтобы достойным образом продвинуться в вопросах всестороннего прогрессивного развития и самоусовершенствования. Увы, результативность подобного рода попыток хоть что-то кому-то растолковать скорее заставляла желать лучшего, чем сколь-нибудь радовала. Кстати, немаловажный вопрос, почему на этой, столь важной для всех живущих дороге, людей, как преследовали раньше, по-прежнему продолжают преследовать сплошь одни, при этом самые разнообразные неудачи тоже вполне понятно. Печально, но нельзя не признать – первая реакция, которая практически всегда отличает любого слушающего, к которому с растолковыванием чего-то до того малопонятного обращаются, обычно выражается в категорическом нежелание с должным согласием отнестись к рассказанному и на первый взгляд попросту неприемлемому и непонятному. Признания истинности услышанного обычно не наблюдается и в помине, пока такого слушающего не поразят чем-нибудь совершенно непонятным и необъяснимым. Ну, а когда разум того, к кому обращаются, сражают тем самым, необычайно необъяснимым, в сознании у столкнувшегося с подобным в самом лучшем случае возникает именно вера. Слепая вера, полная набора нелепых догматов, ограничений и правил. Потом? Потом кто-то из живущих захочет, по тем или иным причинам, поддержать такого рода вдруг возникшее, новое, отличающееся от других верование, кто-то, наоборот, на появление подобного рода вероучения ополчится. А потому, ничего удивительно, что всем тем, к кому обратились от лица Высших Сил, ожидая со стороны таких личностей некоего прозрения, проникаться должным пониманием смысла узнанного становится попросту недосуг. Да, зачастую, у сражённых проявившейся собственной сверх особенностью общаться с чем-то высшего порядка, такое самым элементарным образом не получается! К тому же, ещё, жизнь идёт, это самое время идёт, и на таком, чему пытались научить, и с чего всё вроде бы начиналось, начинают расти и закрепляться самые разные, чаще всего крайне нелепые и по на придуманные фантазии. И, получите последствия, учили одному, а после в сознании таких, к кому обращались, такое удивительное нечто может сформироваться, что возникновение чего-то подобного заранее и предсказывать не возьмёшься! Ещё и все те, кто с организовавшимся вероучением связан, чаще всего не столько заинтересованы в том, чтобы в тонкостях религиозных основ разобраться, сколько в таком, чтобы то, что прижившихся при вере поддерживает и кормит, в казуистической незыблемости сохранить. Что же здесь странного, что столько религиозных вероучений, как возникало раньше, продолжает возникать и расти, и распространяться где только возможно?