- -
- 100%
- +
А Настя вошла в раж и понеслось: "А че думать то, завтра Вовка на работу уйдет, поднимешься на третий этаж, нажмёшь на звоночек и все. Если у него никого дома нет, там дашь, прямо в коридоре. А если жена дома, скажешь, что тебе нужна мужская, помощь, и как сегодня пойдете полы в твоей детской протирать, вот и все дела!". Но Анька после бражки не хотела уступать: "Да я бы сейчас ему дала! Как вспомню, что он со мной сотворил, так ноги сами раздвигаются. А если тебе не удалось этого пережить, не завидуй. "
Я понимала, что сейчас начнется скандал, и решила проверить обстановку у моей квартиры. Ну мне пора было домой. В подъезде было тихо. Тускло горели сорокаватные лампочки. У моей двери никого не было. Слава богу. Я решила сначала открыть дверь, а потом одним рейсом утащить Ольгу и манеж. Я дохромала до первого этажа, вставила замок, повернула его, распахнула дверь. И тут чьи-то сильные руки затолкнули меня в коридор.
Чьи это руки я узнала сразу, и что сейчас будет сразу спрогнозировала, потому что в ухе уже звучал голос: "Что, сука, ребенка дома бросила и по мужикам пошла? Думаешь я не знаю, чем ты тут без меня занимаешься! Тешишь себя, ненасытную! Сейчас я успокою твою блядскую плоть!". Я испугалась, больше от неожиданности. Сценарий знаком, придется принять все, как данность. Ну и что мне у Насти не сиделось?
Витькина рука держала меня за шейку, крепко держала, сам он мне дышал перегаром в лицо и выплевывал страшные слова, а я их слушала, у меня не было выбора: "Шлюха ты подзаборная, тебя же в твоем питомнике, все кобели перепробовали! Что, после собак мужика то мало? Сколько тебе их надо? Скажи мне, я приведу, чтобы тебе хватило! Пусть по очереди тебя, куда хотят!".
Спустя годы я многое пойму и узнаю. Никогда не было у Вити информации о моих связях. Но ему надо было меня опустить ниже плинтуса, и в ход шло все, что он мог придумать, и мужики, и собаки, ведь вечно виноватая жена, очень полезное устройство. А самое главное, безотказное. Его ручка тихо сжималась на моей шее, и мне было страшно до истерики. А он продолжал что-то мне вещать в ухо.
Но страх страхом, но умирать то сегодня я не собиралась. Поэтому я правдами- неправдами старалась освободиться. Но у Витька были другие планы. А я следила за его действиями и не понимала, что он хочет и к чему клонит. Мне это было удивительно. Этот упырь пытался меня раздеть! Ха! Зачем? Но грудь моя уже была на свободе, а он старался снять с меня брюки.
Эй, идиот, ты хочешь, чтобы я отдалась тебе в коридоре на полу, так в чем дело то? Зачем насилие? Я не поклонник какого там графа. Просто скажи, что надо, я подыграю. Тем более, что никогда в жизни не пробовала ролевые игры. Но с удовольствием попробую. Вот дура то! Ролевые игры с Витей? Да он до сих пор не знает, что это такое! Идеализация сработала.
Он повалил меня на пол и все-таки победил и брюки и протез. Опыт то был. А еще, что было очень удивительно, он как-то старался не травмировать живот, прямо новости какие то неожиданные. Но я то, реально понимала, что от меня чего то хотят. Руку с горла убрали и уже можно было говорить, и я рискнула спросить: "Чего ты от меня хочешь то?", последовал резкий ответ: "Заткнись, шалава! ".
Витек был силен. А я просто не понимала, что со мной делают. Мне казалось, что меня хотят уложить мордой в пол. Интересненько, если учесть то, что из одежды на мне остался один носок и сережки. Значит добивались от меня ни фига не близости. Чего тогда? И зачем меня раздели? Ворочать меня на полу можно было и в одежде. Я сопротивлялась изо всех сил, я не хотела лицом в, пол, я не хотела лечь на свой, хоть и не большой, но беременный живот.
И тут до меня медленно начало доходить чего от меня хотят. Потому что я почувствовала, что штанов то на отце моих детей тоже нет, и что он в данный момент в полной боевой готовности! Дело было за фигнёй, я очень неудобно лежала. Неудобно для него. А когда он пытался положить меня в удобную позу, я сопротивлялась изо всех сил. Витюшка хотел извращений. Он хотел параллельной любви. Надеюсь, вы догадались о чем я, поэтому раздел меня и повернул к себе задом. Поставить то меня было нельзя по понятным причинам, а то бы он уже давно справился.
Когда до меня дошло, что со мной хотят сделать, я прямо офонарела. Не знамо откуда взялись силы, я скинула этого бугая, с себя, и одним движением уползла в угол, и дернула к себе протез. Не была я готова к такому общению.
Я конечно, девушка распущенная и легко доступная, и мужикам отказывать не умею. Но не до такой же степени! Опять же если отследить процесс моего научения постельным премудростям, то все что у меня есть в голове про это дело, все занесено мастером этих утех, Геннадием. А что говорил гений Гена про вот такой нелицензионный контакт? Да. Именно так. Он говорил, что если в койке начинается что-то некорректное, значит мужика надо менять.
Менять и только менять. Потому что на простынках должно быть хорошо, а не больно. И помогаторы нужны только тому, у кого проблемы с возбуждением. Ну не получается у мужика завестись, просто глядя на женское тело, и просто от обычного контакта, значит проблемы у него, у мужика то есть. Все роты, попы, Гена не понимал, и никогда не пользовал. И меня приучил к тому, что в кровати просто надо сплестись телами и открыться друг другу.
А что происходило сейчас? Меня почти склонили к тому, что мне не нужно, и не приятно. Да, я воспротивилась и ускакала, но не факт, что этот монстр на этом закончит, степень готовности то я видела. И точно. Витек встал, сгреб с меня под мышки, и развернув лицом в угол, и держа за бедра, попытался продолжить процесс. Эй, ты в своем уме? Я не хочу так! Это насилие! И я опять выкрутилась из его рук и оказалась на полу.
Но я же знала Витька и понимала, что если он дошел до ручки, он получит то, что хочет. И дело тут ни в том, что ему что-то не хватает, а в том, чтобы наказать меня моим же оружием. Любишь койку? Давай! Но больно и горько! Скушай это! Давай не так как положено, а погрязнее. И еще чтобы порвать тебе все внутри, и чтобы ты запомнила это на всю жизнь. И чтобы знала, кто в доме хозяин.
Но вот этот вариант был не про меня. Я боролась с ним в коридоре, как львица. Мне не нужен был этот контакт, я его просто не представляла. Хотя точно представляла, что если Витя применит физическую силу, я не выдержу. Он ведь одним ударом мог послать меня в нокаут, а потом, пожалуйста, делай, что хочешь. Я увертывалась от его рук и от его гвоздя и молилась о том, чтобы бы он не начал махать руками.
Но тут неожиданно открылась дверь в наш темный коридор без света и в проеме я увидела родной и знакомый силуэт. Мамочка. Я совсем про тебя забыла! А ты пришла, можно сказать вовремя. Витя застыл в стопоре со спущенными штанами, а я перекатилась в комнату и залезла на диван, замотавшись в пледик. Мама тоже не ожидала увидеть такой картины, и от неожиданности даже не знала, что сказать.
Витька засуетился, подтянул штаны, собрал по коридору то, что растерял и ретировался под мамино улюлюканье. И тут я поняла в каком я была напряжении. Я подтянула к себе маму за юбку, уткнулась в ее ладони и зарыдала. Слезы лились без остановки минут двадцать. Все дерьмо вышло, я оделась и пошла забирать со второго этажа свою дочь. Я даже не подумала, что на мне остались следы борьбы.
Я открыла дверь в Настину квартиру, и увидела, что банкет продолжают только Настя с Катериной. Они повернули ко мне головы, и застыли непонятно от чего. Что не так то, я что в грязи вымазалась? И тут я поняла, что девчонки увидели следы борьбы. Настя первая пришла в себя и спросила:" Что, прилетело за пьянку в женской компании? "
– Не, не успел, мать пришла.
– А следы от ран тогда откуда?
– К интиму принуждал
– Ну и дала бы, что жалко, что ли?
– Противно что то
– Какие-то вы неправильные девки. Вроде муж он тебе, а давать противно. А я бы сейчас дала любому, но никто не просит.
Настя налила бражки и подвинула мне кружку. Я замахнула напиток тремя глотками, и пошла собирать Ольгу. Одним рейсом домой я унесла Ольгу, покормила ее, уложила спать и пошла забирать манеж. И по пути мне налили еще. Это было лишнее. Я выпила, взяла манеж, вышла в подъезд, села на подоконник и заплакала. Так мне было плохо от того, что я представила перспективу Витькиного возвращения.
Ну что мне без него плохо? Нет, просто замечательно. Но он мне зачем-то нужен. Зачем? Ведь дня через три придет насовсем и начнется ад. А потом я рожу, и будет еще хуже. Ну вот как вывести из моей головы этого долбанного Витьку? Не могу, хоть ты тресни. Я порыдала минут пятнадцать и пошла домой. Ведь надо было спать и жить дальше.
Утро было солнечным. Летнее утро и не могло быть другим. Но меня тянул к земле живот. По крайней мере мне так казалось. И я, покормив Ольгу, решала, как мне дальше жить. Потому что свободы мне осталось дня два, я это точно знала. И надо их было истратить с пользой. Но я не могла понять, что для меня польза, и кроме этого, Ольгу оставить было не с кем.
Но вселенная умна и предупредительна. В десять часов утра вдруг прибежала давно не появлявшаяся в моем окружении Маринка. Конечно же ей надо было, чтобы я посидела с ее дочкой. Сказала, что часа два, значит придет часов через пять. С одной стороны хорошо, можно будет Ольгу с ней оставить, если понадобится, а с другой стороны, я не знала зачем кому-то оставлять Ольгу.
Тельце мое активно отзывалось на эротические фантазии, но уж очень меня, приземлял живот. А еще я не знала, с кем реализовать эти фантазии, хотя понимала, что скоро не будет ни фантазий, ни возможностей. Поэтому я забрала Маринкину Аньку и отпустила Маринку туда, куда она хотела. Две коляски я вытащила на улицу, сама уселась с ногами на скамейку и задумалась.
Но, думай, не думай, а никаких светлых перспектив я не видела. В том смысле, что перспективы я должна была изобразить сама. Сама придумать, и сама реализовать. А придумывался только Сашка таксист. А для того, чтобы его найти нужно было хотя бы доехать до центрального рынка и поискать его на стоянке. Если повезет, встретимся. Но для того, чтобы поехать надо было освободиться. Поэтому я решила разобраться с этим завтра.
Но как только нарисовалась Маринка, как я и предполагала, во второй половине дня, я оставила ее на пять минут с колясками и поскакала звонить в таксопарк. Куда звонить и что спрашивать я знала, поэтому получила информацию о том, что сегодня он работает в день, а завтра в ночь, и можно позвонить в диспетчерскую у цирка и узнать, когда он будет ужинать.
Откладывать дело в долгий ящик я не стала и позвонила. Мне сказали перезвонить через час. Чудесно. Маринку я отпустила, маму с работы встретила, сейчас договорюсь с Сашкой, и решу, как прожить два дня, чтобы не было обидно за свою необласканную плоть. Но я не успела позвонить. Сашка приехал сам, и встал посреди двора, и я увидела его, когда пошла звонить.
Сесть в машину такси во дворе было очень не правильно, поэтому я прошла мимо Санька по направлению к хлебному магазину. Он обогнал меня, свернул на Пушкина и встал в кустах. Вот из этих кустов я и залезла в машину, так, чтобы никто не видел. Сашка моментально притянул меня к себе и спросил: "Рожать то скоро будешь, а то как то страшно тебя трогать".
– Не знаю я когда мне рожать, тебе диспетчер сказала, что я звонила?
– Нет, она мне сказала, что мне звонила девушка. А кроме тебя звонить некому. Поэтому я догадался, что ты соскучилась, так?
– Допустим так. Что-то можешь предложить?
-Могу, в машине. Больше пока негде. Не готов я был к твоему звонку.
– Не, в машине я не буду. Не умею, да и живот мешает. Пошла я короче.
-Не, постой. Слушай, я в восемь вечера заканчиваю смену, возьму у сменщика Волгу на пару часов, там замечательная лежанка. И в девятом часу приеду к тебе. Не понравится, уйдешь. А завтра я какую-нибудь гостиницу найду. Договорились?
Если бы я не была уверена в том, что на днях нарисуется Витя, ни в жизнь бы не согласилась. А тут не было вариантов. Я открыла дверцу, чтобы выйти, а Сашка сказал: "Одень пожалуйста юбку или халат какой-нибудь, а то пока освободишь тебя от брюк все желание пропадет!". Ой, Саша, не смеши меня. Если бы ты сейчас не был на работе, твое бы желание уже было там, где надо, и никакие брюки бы тебе не помешали! Это желание через джинсы было видно. Но все-таки кивнула головой в знак согласия.
-Не забудь, здесь же в полдевятого.
– Не забуду, сама позвала.
Халатик я надела простенький, без застежек, на пояске. Все, как просили. Пристроила Ольгу маме, и отправилась на свиданку. Меня сейчас даже уговаривать не надо было, я горела, как факел. А с учетом того, что я знала на что способен Сашка, я прямо готова сама была на него накинуться, так я соскучилась по мужским рукам. Мне вообще казалось, что достаточно просто взять меня за грудь и все случится.
Я завернула за угол и увидела эту Волгу, цвета индиго, с козлом на капоте. И черт с ним, что в машине, хочу прямо сейчас, прямо здесь. Сейчас сяду в машину, и отдамся, без всяких условий. Но оказалось, что я размечталась. Только я села в машину, как Санек стартанул с места.
– Ты куда?
– А ты что, собралась на центральной улице под фонарем это делать? Сейчас на бережок скатимся, постельку постелим, и расслабимся часа на два. Так что не торопись.
– Ты специально? У меня внутри все кипит и времени мало, а он место собрался искать?
– А я люблю, когда у тебя все кипит! Ты прямо, как пружина. А как ты красиво стонешь! Просто вечно бы тебя пахал в таком состоянии. Все, приехали, выходи, я постель постелю.
Злая, я вышла из машины и пошла смотреть на камыши, которые в огромном количестве разрослись в этом месте. Место было тихое и красивое. Иркут потихоньку бежал к Ангаре, на берегу была чудесная лужайка, в траве стрекотали кузнечики. Кто-то рядом сегодня, косил траву, и у берега стоял аромат скошенной травы. Летний вечер был чудесным.
Санька подошел сзади и сразу проник своими руками под халат. Мамочки, какие же нежные у него были руки! Я развернулась к нему и подставила ему губы. Да я вся ему подставилась. Ведь как долго я этого ждала! Поэтому не было никаких предварительных ласк, с меня просто сняли халат и на этот же халат меня уложили. Для меня все случилось ровно в тот момент, когда я почувствовала Сашку внутри. Мамочки, слава богу, хорошо то как!
У Саши все протекало медленней минуты на три. А еще ему не повезло. Я обмякла от ощущений и ни грамма ему не помогала, ни движениями, ни звуками. Вернее, я не стонала и не пищала, я просто рассказывала ему, какой же он сегодня волшебник. Именно это ему,наверное, и помогло завершить процесс. Он отдышался и спросил: "А ты чего такая оголенная, от беременности? Ишь ты, не успел прикоснуться, а уже все"
– Не знаю от чего это, но ведь это не последний на сегодня раз?
– Точно не последний, я прямо еле дождался этого момента. Ты же знаешь, что у меня с женщинами сложно? Поэтому пока не наемся, домой не поедешь.
– Не, давай как-нибудь к двенадцати расстанемся. Ведь ты же завтра хотел гостиницу найти.
– Да я ее вроде нашел. Только конкретно не договорился. А так как я работаю завтра в ночь, то встретиться надо после обеда. А может еще после ночи денек полежим?
– Сань, я честно не знаю. Но если получится точно полежим, мне нравится, что ты со мной делаешь.
Санька покраснел, встал с земли, помог мне встать, и понес меня в машину, попутно поглаживая меня по нужным местам. А я лежала у него на плече и млела, уже готовая к новым подвигам.
А вы видели когда-нибудь как раскладываются сиденья в двадцать первой Волге? Видели, какая там лежанка получается? А Сашка еще застелил эту лежанку простынкой беленькой! Такое любовное ложе получилось, всем на зависть. Потом он пошел забрал с берега мои интимные принадлежности с халатом и ногу. Одежду положил на руль, а ногу, в багажник. Можно было продолжать.
И мы продолжили. Вернее, Сашка продолжил, а я просто подставляла ему те места, при поцелуях которых прикосновения отдавались в нужном месте. И он целовал и гладил меня до тех пор, пока в этом самом нужном месте не образовалась критическая масса. Когда масса критическая к ней достаточно просто прикоснуться, и все сразу загорается разными огнями, сверкает и искрится.
Именно в этот момент я попыталась запустить Сашку вовнутрь. Но Сашка был готов к гадостям и сказал: "Давай, ты меня подождешь, а то мне что-то кажется, что это игра в одни ворота". Пришлось сдерживать свое безумное желание завершить все с одного тычка. Я двигалась потихоньку, как просил Сашка, чтобы не проткнуть свою критическую массу.
Я открывалась ему и прислушивалась к его дыханию. Чем ближе к развязке, тем отрывестее было дыхание мужчины, которому я отдавалась. И здесь уже надо было ловить момент и завершить процесс на мгновение раньше его, чтобы потом не идти к разрядке, тыкая палкой мертвую лошадь. Конечно у меня получилось, и Санек догнал меня, когда меня закрутило в спиральку от восторга. В волшебный лес мы вошли вместе.
А потом мы ели виноград, который прихватил с собой Санек и разговаривали, как старые добрые друзья. О его жене, о Витьке, о моем животе. И вместе разглядывали мою шикарную беременную грудь. Но наши организмы просили передышки, поэтому целый час мы просто трепались, гладили друг друга, и катались по нашей шикарной лежанке. Наши мозги никак не реагировали на близость обнаженного тела.
Я уже хотела предложить Александру ехать домой, чтобы отдохнуть для завтрашнего веселья, но увидела, как медленно набухает бутон внизу его живота. И конечно съязвила: "Ой, слава богу, встаем, а то я думала сдохли навсегда!".
– Галь, ну не гневи бога, вспомни, как ты сегодня верещала целых два раза. Тебе что ли не понравилось? Какая бы ты не была талантливая девушка, а тыкал то тебя я, так ведь? А раз ты так кричала, и ножками сучила, значит тыкал я тебя правильно, и попал туда, куда надо. Поэтому не обесценивай мою стоячку.
– Ну не обижайся. Я действительно сегодня обласкана, как никогда, и стоячка твоя мне нравится, и можешь уже начинать что-нибудь делать.
– А почему я должен начинать? Может ты проявишь инициативу? Поцелуешь меня, погладишь, в нужных местах потрогаешь?
– Не, Сань, давай это ты будешь делать, а я не буду тебя ограничивать, и ты попадешь туда куда надо, а я поплачу от того, что ты со мной сделал, и расскажу тебе, какой ты самый лучший.
– И действительно, ты маленькая поганка, так умеешь завершить процесс, что хочется повторить его только с тобой
– Ну у тебя то больше ни с кем не получается
– Именно поэтому и не получается, потому что никто так не умеет. Давай, на спину ложись, ноги в стороны!
Но как бы нам с Санькой не хотелось не прекращать этот процесс, но он все равно завершился. Пришлось моему любовнику собирать сиденья трансформеры и везти меня домой. Хотя оба мы рассчитывали на то, что завтра встретимся. Вот сейчас вспоминаю это и думаю о том, как люди умело загоняли себя в угол. Не я одна, многие. У меня хоть причина была, а люди без причин лишали себя радости и счастья.
Санька высадил меня у дома, и я пошла домой услышав вслед, что завтра, когда все сложится Санька найдет способ меня известить. Я слушала и понимала, что мне плевать на то, что будет завтра, потому что сегодня мне замечательно. Витьке отомстила, плоть свою успокоила. Сейчас пойду посплю и вообще все будет хорошо. А что будет завтра никто не знает. И вот в этом я была абсолютно права.
А завтра случился Витька. Он приперся в десять часов утра, с полной сумкой продуктов и букетом тигровых лилий. Где он их взял, вроде рано еще? С одной стороны, я понимала, что из-за того, что приперся Витька, Сашки сегодня не будет. А с другой стороны, я же прекрасно знала, что этот ачмодей придет, только время не правильно высчитала. Так что особых разочарований не было. Но Витек был совершенно трезвый, поэтому я позволила ему упрашивать меня и просить прощения за недавние грехи.
А Витя артист, прошёл в кухню, поставил цветы в вазу, выложил продукты в холодильник, и рассказывал мне, как он изменится, если я дам ему шанс. Он, придурок тогда еще не знал, что у него на этот шанс безлимит, можно делать гадости и не извиняться, все равно все простят. Сейчас то я знаю, что в то время он жил у своих дружков маргиналов, почти в подвале, устал. К комфорту привык.
А я в глубине души была рада тому, что у меня появилась перспектива затащить этого урода в ЗАГС, я все-таки очень на это надеялась. А Витька в тот конкретный момент надеялся на то, что я его не выгоню, и не дам это сделать своей умной маме. Ведь спать на белых простынках намного лучше, чем на топчане с рваным матрацем. Он мне не один раз это припомнит.
Ну и вот, я сидела на табуретке в кухне и наслаждалась тем, что этот товарищ унижается, уговаривает, умоляет, целует руки, коленки. Какая прелесть! Сейчас я думаю, что мы и попадаем в такие отношения именно для того, чтобы иметь вот эти редкие минуты счастья и удовлетворения. Вот они, эти несколько дней, когда тебя никто не тыркает, не оскорбляет, и в данный момент совсем не важно, что будет потом. А потом обязательно будет!
Мама, зайдя в квартиру, была ошарашена новостями. Витька скакал у плиты, готовил какую-то вкуснятину, улыбался во весь свой беззубый рот и вилял и передо мной и перед ней своим облезлым хвостом. Она то, взрослая и мудрая, с первого взгляда поняла, что я его простила. А еще она знала, что человек не меняется, и через два три дня, ну самое большое через неделю, все вернется на круги своя. Но со своей дурнесенькой дочерью она ничего не могла сделать. Поэтому смирилась с текущим моментом.
Ну вот, началась новая жизнь. И я как-то быстро приняла эту данность. Хотя помнила о том, что мне вчера говорил Санек, он даст мне знать о встрече. Теперь я знала, что на встречу не пойду, но в окно поглядывала, чтобы как-то нивелировать ситуацию. Санька все понимал, и я была уверена в том, что ко мне домой он не пойдет, но я не хотела, чтобы он полдня бродил по нашему двору. Поэтому периодически наблюдала то, что делается во дворе.
А Витюша был таким хорошим, прямо диву я давалась. Еды приготовил, все за собой убрал и даже полы в кухне помыл. Красота. Интересно, сколько дней это протянется? Моя счастливая жизнь? Три дня, пять или неделю? А что будет потом? Да бог с ним, что будет, то будет, самое главное, что я теперь при мужике, остальное не важно. Потому что главная заслуга женщины, выйти замуж.
Ну а так как меня никто не трогал, и за меня все сделали, я просто пошла и легла на диван, в конце концов, я беременна и мне тяжело таскать живот, который вечно пинается. Витя скакал вокруг и делал намеки на незабываемую ночь. Да ну? Не стоит, Сашка постарался, дней на пять хватит. А потом может я и обрадуюсь контакту с тобой. Контакт то так себе, уцененный.
Я смотрела на этого упыря, который зарабатывал себе индульгенцию, и думала не о том, как я буду с ним жить всю оставшуюся жизнь, а о том, как здорово, что он явился. Вот рожу сейчас мальчика, и уведет меня в ЗАГС, сделает женой, и даст всем моим детям свою противную фамилию. И это будет счастье. Счастье, к которому я стремилась уже второй год.
Он занимался чем-то с Ольгой, пытался наладить отношения с мамой, а я думала о том, работает он сейчас или нет. У меня, конечно, не было никаких претензий к бичам местного разлива, но надо было понимать, кто кого кормит. У меня, конечно, были заначки. Они всегда образовывались, когда Витьки не было рядом. Но надо было понимать на сколько мне их хватит и что-то придумать.
С животом на мясокомбинат работать не попрешь. Но как-то надо сделать так, чтобы был источник денег. Санька таксист в этот раз не выделил никакого вознаграждения. Наверное, рассчитывал сделать сегодня, но не получилось. Я так и не увидела его в течение дня, и знаков никаких не заметила. Значит и у него что-то не сложилось. Ну и слава богу, зато нервы мои в целости сохранности остались.
В раздумьях подошла ночь. И Витя вдруг пошел принять душ. Ха-ха. Это он меня так предупредил, что ему придется дать? Да я с утра готова вытерпеть его попытки выглядеть мужиком. Да еще попытаюсь хоть какую-то пользу из этого вынести. Потом он покормил Ольгу, уложил ее спать, и даже устроил тестирование насколько хорошо она спит. Всегда поражалась тому, с каким мастерством он из себя хорошего строит.
А я просто наблюдала за ситуацией. Вот что будет дальше? Чего он нового он принесет в нашу постель? А Витя собирался с духом. А зачем? Можно просто было залезть на меня, дернуться раз двадцать и завершить процесс. Я бы, наверное, успела даже что-то почувствовать и порадоваться. Но Витек к чему-то готовился. Ведь я наизусть знала его постельные таланты