Акушеры. Женская консультация
- -
- 100%
- +
– А старички? Ее родители?
– Родители мужа. Не такие уж они и старички.
– Это я фигурально. Грустные вышли.
– Зато муж радостный. И она. Ситуация сложная. Неизвестно, как всё обернется.
– Не повезло тебе. Такой геморрой на участок.
– Консилиум завтра. Надо успеть всех собрать. И Розу Львовну предупредить.
При упоминании о Розе Львовне Корзинкин громко чихнул.
– Будь здоров! – улыбнулась Ольга.
– И вам не хворать, – подмигнул Корзинкин.
Увлеченные беседой, они не услышали фирменной поступи заведующей. И её появление застигло врасплох.
– А я только что собиралась к вам идти, Роза Львовна! – уверила Ольга.
– Я и гляжу.
Роза Львовна строго посмотрела на обоих.
– У вас сегодня очень свежий цвет лица, – неожиданно заявил Корзинкин, вспоминая наставления Анатолича.
Левая бровь Розы Львовна взметнулась ввысь, а очки съехали на нос.
– Корзинкин, ты что, белены объелся?! – какой ещё цвет лица?!
– Ну, вашего лица… Я имел в виду красивый… – смешался Корзинкин.
– Так, Корзинкин… Не продолжай лучше… Комплименты – не твой конек.
– Да я же от всей души, Роза Львовна…
И Корзинкин развел руками так, словно собирался обнять заведующую.
– Попытка зачтена. Иди работай!
– Как скажете, Роза Львовна.
Корзинкин приложил правую руку к груди, слегка поклонился и вышел из кабинета.
– Если ты решила что-нибудь замутить с Корзинкиным, – резко сменила тему Роза Львовна, – хочу сразу тебя предостеречь, что он слегка туповат.
– Я?!
– Ну не я же! – заверила Роза Львовна. – Это было лирическое отступление. Что у нас по беременной? Консилиум?
Моментально переключаться на важное Роза Львовна умела. Это сейчас она была заведующей консультацией. «В детстве», как называла сама Роза Львовна, она всё-таки была акушером. А бывших акушеров не бывает.
20
– Зови всех профильных на завтра. Из роддома я сама приглашу. Надеюсь, отправят кого-нибудь дельного на сей раз.
Роза Львовна взглянула на дверь, явно намекая на смывшегося Корзинкина.
– А зачем из роддома, Роза Львовна? – удивилась Ольга.
– Как зачем?! А родоразрешать кому? Вот пусть и скажут свое веское слово. Чем больше соберем народу, тем лучше. Коллегиальное мнение – наш железный аргумент.
– Конечно, Роза Львовна! Конечно! – согласилась Ольга.
Заведующая направилась к выходу, но вдруг остановилась и резко обернулась.
– По поводу Корзинкина. Это, конечно, не моё собачье дело. И вообще, пардон, что вмешиваюсь, но… Этот фрукт не так прост, как кажется. Хотя, повторюсь, слегка туповат.
Роза Львовна оставила Ольгу в смятении.
С чего она взяла, что у нас с Корзинкиным что-то есть?! У нас ведь и нет ничего! Во всяком случае, пока… А даже если есть, то какое ей дело?! Может, она его просто недолюбливает? Бедный Корзинкин! Не зря он решил, что она к нему придирается… Тем более надо ему помочь! Чтобы он ответил все на зубок! И она от него отстала!
Ольга не заметила, что сказала последнюю фразу вслух.
– Вы с кем это тут, Ольга Петровна, беседуете? – спросила акушерка.
– Размышляю про завтрашний консилиум, – нашлась Ольга.
Акушерка не стала разбираться в подробностях и пригласила новую беременную.
Из кабинета Роза Львовна набрала Фердинандовну.
– Приветствую, дорогая моя!
– Взаимно, Розочка Львовна!
Уж кого-кого, а Розу Львовну Фердинандовна почитала как собственную свекровь. Все потому, что именно она принимала роды у самой Ирины Фердинандовны. И была для неё из категории «проси что хочешь!». И Роза Львовна попросила.
– Просьба к тебе… Почти Личная…
– Все, что угодно, Розочка Львовна! Вы же знаете! – пела Фердинандовна.
– Пришли мне завтра утром человечка на консилиум… Из своего отделения…
– На консилиум?! Из отделения?! А зачем?!
– Не просто человечка… Есть у вас такая Смуглянка. Верно?
– Ну да, есть… – изумилась Фердинандовна.
– А зачем вам вообще кто-то из роддома??
– Не спрашивай пока. Как-нибудь поясню. Не по телефону. В приватном разговоре. Как там моя крестница, кстати? – перевела разговор заведующая.
– Крестница замечательно! Давно у нас не были, Роза Львовна! Заехали бы на выходных! – поддержала Фердинандовна.
– Заеду, заеду! Как раз и расскажу, зачем. Ну так что? Пришлешь?
– Вообще-то она в утреннем «плане». Но для Вас, Розочка Львовна…
– Вот и славно! Значит, договорились! А у вас буду в субботу.
21
При всей душевной привязанности к Розе Львовне, Фердинандовна не могла допустить, чтобы в ЕЁ отделении были какие-то «тайны мадридского двора». Она решительно набрала номер ординаторской.
Когда заведующая звонила из собственного кабинета, который располагался в трёх шагах, ничего хорошего это не предвещало. Поэтому Фитера, услышав в трубке голос босса, провела ладонью поперек горла, призывая остальных приготовиться. Но Фердинандовна пригласила одну Смуглянку. Та молча отложила историю, тронула турмалины и отправилась «на ковер».
– Какие у тебя дела с Розой Львовной? – напрямик спросила заведующая.
– Никаких.
– Это первый случай на моём веку, когда в консультацию требуют кого-то из отделения. Точнее тебя!
– Удивлена не меньше, Ирина Фердинандовна, – стояла на своём Смуглянка.
– Или сотрудники консультации входят в зону твоих интересов?
– Таких нет, – совершенно спокойно ответила Смуглянка.
– Для чего тебя вызывают?! Ты не можешь не знать!
При внешнем спокойствии Смуглянки её мозг работал на максимальных оборотах. Она искала повод отказаться от консилиума с ещё большим воодушевлением, чем заведующая жаждала разгадать загадку.
– Может, вместо меня отправить Мальвину? Я в утреннем «плане».
– Как раз на план я её и отправлю! – отрезала Фердинандовна.
– Но женщина из моей палаты, – цеплялась за любую возможность Смуглянка.
– У нас нет личных палат. Все врачи взаимозаменяемы.
– Хорошо, – коротко ответила Смуглянка.
– Так все же, есть какие-нибудь идеи?!
– Ни одной.
– Не думай, что завтра сможешь отоспаться и поехать в консультацию! Перед консилиумом заедешь в роддом и сделаешь обход!
Фердинандовна убедительно играла злую мачеху. Но Смуглянка совершенно не годилась на роль Золушки. И ничуть не собиралась подставляться перед Ольгой.
– Так вот, рыба моя, – продолжала заведующая. – Я очень надеюсь, что моральный облик моего отделения никак не запятнан в этой истории.
– Не запятнан, Ирина Фердинандовна.
– Можешь быть свободна.
22
– «Рыба моя», – фыркнула Смуглянка, вернувшись в ординаторскую. – Интересно, Фердинандыща своего она так же называет?
– Скорее всего, он у неё какой-нибудь котик или пупсик, – подхватил симпатичный блондин в ярко-бирюзовой пижаме.
Сзади Сева, так звали парня, напоминал треугольник: широкие плечи и спина переходили в узкую талию. При росте почти со Смуглянку на каблуках, он выглядел представительно. Смуглянка сразу угадала в нём спортсмена. И не напрасно. Когда-то Сева был чемпионом института по плаванию.
– Хотела бы я увидеть эту картину: Фердинандовна и пупсик.
– Представляю её в домашнем халате с мощным половником, – прыснул блондин.
– Сильно на распаляйся. А то сейчас явится, – Смуглянка повела глазами в сторону стены, разделяющей ординаторскую с кабинетом заведующей, – и получишь два дежурства вне очереди.
В роддоме Севы не было больше года. Он, как выразился Палыч, «болтался» в гинекологии, где «потерял страх и нюх». А теперь вновь вернулся в родные пенаты. По данным Фитеры, временно. Больше других возвращению Севы радовался Анатолич: в его банной команде вновь прибыло.
Общий расклад по ситуации в роддоме Сева имел. А вот роман Смуглянки с Рибоконём грянул без него. Иначе бы он не спросил:
– А что ты делаешь сегодня вечером?
Смуглянка взглянула с интересом. Вообще-то сегодня вечером она встречалась с Рибоконём. Но последнее время он стал несколько тяготить. Скитание по гостиничным номерам постепенно потеряло новизну и драйв. Тем более, что Рибоконь каждый раз пытался сэкономить и взять гостиницу подешевле. Смуглянка же не без основания считала себя дорогой женщиной. И все чаще задумывалась о преемнике.
– Сегодня я совершенно свободна, – сказала она решительно. – А что ты мне предлагаешь?
– Предлагаю покататься на моей новой машине.
– А машина хорошая? – усмехнулся Смуглянка.
– Хорошая! – гордо заявил Сева.
– Нет, ну вы посмотрите на этого капиталиста! – появился из неоткуда Палыч. – Он опять девушек замужних соблазняет!
Смуглянку позабавило, что Сева смутился.
– Аманду Карловну давеча подвозил на рынок!
– Аманда Карловна мне не конкурент, – снисходительно улыбнулась Смуглянка.
– Ну, это, как говорится, дело индивидуальных предпочтений, – парировал Палыч.
– Я согласна, – обратилась Смуглянка к Севе. – Но у меня будет одно условие.
– Какое? – насторожился Сева.
– Я должна не попасть завтра на консилиум в женскую консультацию.
Поклонник был озадачен.
– Ты станешь свидетелем, что я подвернула ногу по пути на работу. И отвезёшь меня в травмпункт.
– А нога? Ты на самом деле её подвернёшь? Или это легенда?
– Я ее подверну слегка… понарошку.
– Эй, вы, Бони и Клайд доморощенные. Поосторожнее озвучивайте планы. Кругом глаза и уши, – благосклонно посоветовал Палыч.
– Ну ты же не выдашь нас? – повела плечиком Смуглянка.
– Ой, ну святая простота! – всплеснул терапевт руками. – Кроме меня здесь полно желающих. Движение в коридоре, как по проспекту Мира!
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.