Святоша. Магическая Академия

Глава 2

Я задумчиво грызла кончик пера, подозреваю, многократно и с не меньшей задумчивостью объеденный другими адептами Магической Академии. Перед первым экзаменом нам выдали общественные перья и чернильницы, затем пустые свитки, после чего разогнали по аудиториям, выстроенным в виде амфитеатров – слышала о таких, дядя Никлас рассказывал. Трисс оказалась права – книгу с его заметками, написанную четким, каллиграфическим почерком у меня все же отобрали. Вернее, один из экзаменаторов велел положить на стол, за которым сидела комиссия из трех магов. Вскоре появился молодой темноволосый магистр в черной мантии, рявкнул: «Тишина в аудитории!» и пообещал за любую провинность – разговор с соседом, использование магии или попытку списать с чужого свитка – развеять, а уж потом разбираться, кто прав, а кто виноват.

Трисс, сидевшая рядом со мной, выпучила глаза, едва сдерживая смех. Затем принялась разворачивать свой свиток и сразу же посерьезнела. Я, в очередной раз подумав, насколько же извилист мой путь к магистру Шаррезу, тоже раскрутила золотистый лист пергамента. К удивлению, на нем стало проявляться экзаменационное задание. Ух ты!.. Провела рукой над темнеющими буквами, чувствуя, как искусно наведенное заклинание покалывает ладонь. Красиво, словно произведение искусства!

Затем… Затем мне стало ни до чего. Прочитала первый, второй вопросы. Схватилась за гусиное перо, обмакнула в чернильницу, готовая тут же отвечать. Но одернула себя, вспомнив уроки магини Сивиссы, вдалбливающей «неугомонному дитяти», как она называла меня, основы чистописания. Спокойнее, Лайне, спешка никого до добра не доводила!

Обдумав ответы, принялась записывать. Буквы, послушные мыслям, выходили из-под пера ровными и аккуратными. Заполняли строчки и вовсе не стремились сползти на соседние. Сначала решила задачки по математике, удивившись тому, что уже встречалась с подобными на уроках наставницы. Вновь задумчиво пожевала перо и начала один за другим отвечать на вопросы по землеописанию и истории моей страны.

Кемир… Столица Гридар. Пять провинций – Южная, Северная, Восточная, Западная и Центральная.

Но начала я все же с Волчьего Дола, лежащего у подножия непроходимых Мервянных Гор, окруженного со всех сторон дремучим Диким Бором. За горами, по слухам, находилась Великая Пустошь, до которой не добрался даже дядя Никлас. Но это не мешало войскам полудемонов-полулюдей, которых называли абберами, перебираться через ледяные перевалы, затем лавиной обрушиваться на границы Западной и Южной провинций. Живущие наполовину в проявленном мире, наполовину во Тьме, они пролили слишком много крови кемирцев!

Не они одни терзали нашу провинцию, самую большую из входящих в состав Кемира. Пройдя через пустыню Дахар, на южные города нападали кочевники. Племена скизов и самиритов, извечные враги Кемира… Отец рассказывал, армия короля Кромунда несколько раз пыталась завоевать кочевников, но… Как покорить громадную страну, в которой нет городов, а ее население то и дело перемещается с места на место? Попытки провалились – войска вернулись домой, измученные поисками врагов, жаждой и бесконечными переходами. Зато кочевники в считанные дни могли собрать многотысячные конные армии. К тому же к власти у самиритов пришла молодая королева Мазгул, подчинившая скизов. Война с ней – вопрос времени…

Война… Извечная спутница Кемира, тысячелетие которым правила династия Кромундов. Все изменилось два десятка лет назад, когда последний король стал терять доверие своего народа. Или же… Кто знает, почему к власти пришли Тиринги? Что они пообещали ар-лордам, из-за чего пришельцы из другого мира встали на их сторону в погоне за властью? Ведь именно король Кромунд разрешил ар-лордам остаться на земле Кемира.

Но не мне, выросшей в Волчьем Долу, судить об этом!

Наконец, закончила с землеописанием, затем по памяти нарисовала карту. Точь-в-точь такую, которую любила разглядывать на сорок третьей странице книги дяди Никласа. Вспомнив, вернулась назад, к тексту, дописала кое-что из военных традиций кочевников, затем о племени ингархов, завоеванных еще армией Старого Короля. Подумала о землях Драконов, лежащих за восточной границе Кемира. Изобразила большой архипелаг с десятком островов. Не сказать, что драконы особо дружественны к людям, но торговые дела вели охотно, зато зевак и путешественников к себе пускать не пускали. Но дядя Никлас… Кто мог отказать ему?

Добавила о викингах, живущих на островах в холодном Северном море, время от времени совершающих набеги на прибрежные города Кемира. Еще раз поразилась тому, как много врагов у моей страны. Правда, после того, как в Кемир пришли ар-лорды и реорганизовали армию, мы стали давать им серьезный отпор.

Наконец, перечитав еще раз экзаменационный свиток, добавив для красоты кое-где завитушек над буквами, сдала его грозному Темному магу. Подивилась, что сделала это первой. Тот самый магистр, обещавший развеять нарушителей порядка, окинул меня заинтересованным взглядом, затем потянулся к книге дяди Никласа. Повертел ее в руках. Хмыкнул под нос, пробормотав «Забавная вещица»!

– Какой-то религиозный артефакт? – спросил у меня. – Я чувствую идущий от него Свет.

Тут же поморщился, словно кожаный переплет жег ему руку. Но я знала, что Тьма и Свет прекрасно могли поладить, дело лишь… Дело в личном отношении!

– Книга моего дяди, – сказала магу. – Но это просто книга! Дядя верил в Единобога, возможно, из-за этого ваша Тьма так на нее реагирует.

Получив заветные рукописи из рук магистра, прижала к груди, словно любимое дитя.

– Идите же, Вайрис! – разрешил маг. – Ждите результатов экзамена. Я же пока прочитаю, что вы тут написали.

И я пошла, а он принялся разворачивать свиток. Оглянулась у дверей. Трисс усердно выводила ответы на вопросы, и лицо казалось сосредоточенно-красивым. Тут маг оторвался от моей экзаменационной работы, посмотрел на меня с изумлением.

А… Я же ничего такого не написала!

Затем, дожидаясь результатов экзамена, прошлась по коридорам в тщетных поисках магистра Шарреза. Села на подоконник, уставившись через стекло – такая редкость для Волчьего Дола – на синее небо в рваных пятнах облаков. Вот было бы замечательно наткнуться на магистра и все, все ему объяснить! Про то, что не собираюсь учиться в Академии, и про магиню Сивиссу, которая словно готовила меня к поступлению в ту самую Академию. Когда-то она преподавала в этих стенах, но двадцать лет назад что-то случилось. Что-то, заставившее великолепную магиню, одну из лучших в Хольберге, покинуть столицу провинции и переселиться в Волчий Дол. Вести уединенный образ жизни, воспитывать дочь трактирщика – меня то есть! – лечить больные зубы и спины обитателей разрозненных деревень и хуторов. Выгонять из слабых детских грудин зимний кашель, бороться с болотной лихорадкой и принимать роды.

Я не знала, что именно, но подозревала, что это как-то связано с появлением нового короля. Но мне никто, никто и ничего не рассказывал и уже не расскажет.

Первой умерла наставница. В один страшный день сказала, что устала и время пришло. Заставила поклясться, что отдам письмо ее ученику, Ильсару Шаррезу, именно в эти даты в середине июня. Поцеловала на прощание. Сказала, что Боги не дали ей родной дочери, но я заменила ей так и не рожденное дитя.

Потом ушла к Богам, в Верхние Магические Потоки, недостижимые простым смертным при жизни. Я ее похоронила и оплакала. После нее – отца, погибшего на охоте. Если бы папу успели донести до деревни, то я бы поставила его на ноги! Но до деревни оказалось далеко, и его друзья принесли уже мертвое тело.

– Говоришь, из Волчьего Дола? – услышала звонкий, грудной голос.

Я вздрогнула, повернулась. Удача покинула меня еще утром и возвращаться не собиралась. Рядом с окном стояли те самые девицы, что прозвали меня «святошей», с которыми я постоянно и некстати пересекалась. Мы даже попали в одну аудиторию! И вот опять…

Синеокая, золотоволосая красавица, видимо, заводила в окружении преданной свиты, смотрела на меня с видом королевского сборщика налогов, навскидку определявшего, сколько стребовать в казну с того или иного крестьянского подворья.

– Да, именно оттуда, – ответила ей.

– Ты забыла добавить «госпожа».

– Ты это сделала за меня.

Девушка растерялась, да так, что даже раскрыла маленький, аккуратный ротик, но быстро пришла в себя.

– Можешь звать меня леди Айрин, – сказала мне высокомерно.

Я промолчала, лишь улыбнувшись в ответ под давящим взгляд аристократки. Маги и магини не были низшим сословием. К тому же стены Академии уравнивали нас с леди Айрис в правах.

– Ну же, госпожа ждет, – ядовито заметила одна из девушек. – Скажи «леди А-айри-ин»!

– Святоше здесь не место! – подала голос вторая сотоварка. – Пусть убирается в свой Волчий Лаз или как его там! Понаехали в Хольберг из деревней, разносите заразу…

– Неправда, – сказала ей.

Зараза – это большой город. Грязный, пыльный, пропитанный вонью сточных канав, а еще – титулами и высокомерием их обладателей.

– Странно, что они не передохли от чумы, – произнесла третья девушка. – Она ведь как раз бушевала на отрогах Мервянных Гор…

– У нас не было чумы, – ответила ей.

Болезнь, терзавшая границы Западной Провинции этой весной, поговаривали, пришла из Великой Пустоши. До нас не добралась, но подступила слишком уж близко. Рыж, мой друг детства, принес весть, что сразу за Диким Бором вымерло несколько поселений. Я помню этот страшный день. Магиня Сивисса умерла зимой, чума приближалась, и в воздухе явственно ощущалось черное дыхание смерти. Я забиралась высоко в скалы, чтобы убедиться, своими глазами увидеть кружащее над Диким Бором воронье, предвестник беды.

Вернувшись, принялась судорожно вспоминать уроки наставницы. Разыскала старейшину, наказав отгородить деревни от окружающего мира. Ничего не ввозить. Никого не впускать и не выпускать. А если кто-то придет незваным, пусть остается за границей поселений и ждет, пока я его лично не осмотрю, а товары и телеги не обработаю магическим Живительным Огнем.

Но обошлось. Дядя Никлас отправился в горы. Заметив, что я иду следом, прогнал прочь. К ночи вернулся в бывшую таверну моего отца, в которой бессменно проживал уже двадцать лет. Лег на лавку у камина, велел покликать меня. Отдал книгу, наказав передать ее нерадивому Готеру. «Он все поймет», – сказал мне. Протянул руку, и я привычно опустилась на колени для благословения.

– Чума ушла из Кемира, и я ухожу за ней. Прощай, мое дитя, – произнес он, после чего испустил дух.

Я… Я верила, он прогнал болезнь, но она отомстила, лишив его сил, забрав с собой. Дядя Никлас был последним из моих наставников. Какое мне дело до леди Айрин, пытающейся доказать, что она лучше меня?

– Завидует, – сказала Трисс, с которой я поделилась лепешкой.

Девушки к тому времени уже ушли, так ничего от меня и не добившись. Напоследок обозвали меня «блаженной».

– Мне?!

– Угу, тебе, – с набитым ртом ответила подруга. – Ты себя в зеркале видела?

– Глупости говоришь, Трисс! – улыбнулась в ответ.

Но подруга не успокоилась, пока не соткала, ловко захватывая магические нити, полупрозрачное, искажающее изображение зеркало. Я взглянула на свой кривой образ и похвалила Трисс за искусное владение бытовой магией.

– Мама научила, – заявила девушка с гордостью. Затем посмотрела сама. – Фу, какая гадость получилась! – поморщилась, вмиг развеяв зеркало. – Мама очень хотела девочку, но у них все пацаны выходили. До меня – целых три раза, пока она не взвыла, пригрозив папе адом на земле, плевать, что мы Светлые. И тогда он расстарался… В общем, я им удалась.

Подруга рассмеялась, а я подумала, что завидовать стоит ей. Искренней, светлой завистью. Ведь у нее была семья! Ее родителям, магам из провинциального городка, пришлось нелегко, но они отправили всех детей в Академию Хольберга. Поступить – одно, но само обучение стоило запредельно дорого. Слишком дорого для меня!

Тут стали звать будущих адептов к деканату, где под радостные возгласы тех, кто сдал первый экзамен, и горестные вопли проваливших зачитали списки допущенных ко второму. Мое имя стояло в самом начале. Это…

– Молодец, Лайне! – искренне восхитилась подруга после того, как и ее имя прозвучало в середине списка. Разулыбалась, глаза стали зелеными, словно у довольной кошки. – Знаешь, ты ведь набрала наивысшее количество баллов из всех поступающих!

Затем был стадион, где нас поджидал сам ректор с группой магистров. Даже скучающего ар-лорда прихватил. Тот окинул взглядом наши нестройные ряды, затем вновь потерял интерес к происходящему. Архимаг Тангрих выглядел куда более оптимистичным, взирал на толпу будущих адептов аки горный орел на своих птенцов. Наконец, когда «птенцы» выстроилась перед приемной комиссией, ректор, откашлявшись, потянул себя за бороду, явно приготовившись произнести речь.

Мы с Трисс стояли в конце строя, решив держаться подальше от леди Айрис с группой приспешниц. Хотя, после оглашения списков, свита заметно поредела. Не только она – отсеялась примерно половина поступавших. Осталось человек сто пятьдесят, из которых, по словам Трисс, на факультеты Темных и Светлых Сил возьмут по тридцать адептов. Проще всего оказалось носителям драконьей крови, которых набралось не так уж и много. Наличие второй ипостаси гарантировало способность к драконьей магии и, следовательно, если не совсем глупец, место в Академии Хольберга.

Вспомнив о загорелом декане драконьего факультета, попыталась отыскать его среди магистров. Удалось – он стоял в стороне, причем не один. Разговаривал со светловолосой девушкой. До меня донесся ее звонкий, словно горный ручей, смех. Будто почувствовав мой взгляд, девушка повернулась. Великолепная блондинка, ее длинные волосы роскошными волнами спускались до бедер. Она… Она была безукоризненно хороша! Смотрела на меня, хотя, уверена, на нее устремляли взгляды все «птенцы» архимага Тангриха мужского пола.

Но какое дело спутнице магистра Ваза до Лайне Вайрис из Волчьего Дола?! Стало тревожно, сердце сжалось от дурного предчувствия. С чего бы это?

– Невеста декана, – завистливо прошептала Трисс. – Свадьба через пару месяцев, в Хольберге. Кажется, она – дочь одного из советников короля драконов. Поговаривали о неравном браке и о том, что она сбежала, чтобы быть с магистром. Чиаро Ваз, он… – подруга снова вздохнула. – Он идеален! Ее родителям пришлось смириться, ведь такая любовь!

– И откуда ты все знаешь? – удивилась я.

Трисс едва успела ответить, что старшие братья разносят сплетни, будто сороки на хвостах, как ректор, откашлявшись, произнес:

– Приветствую вас, будущие адепты и гордость Хольберга! Передо мной те, кто войдет в новый набор на факультеты боевой магии, Темных и Светлых Сил. Мужи и… гм… девицы! На втором испытании вам предстоит доказать свою физическую готовность. Ибо маг не маг, если он не может…

Рядом кто-то отчетливо застонал, словно его скрутила зубная боль, да так громко, что заглушил последние слова ректора.

– Вам предстоит пробежать три версты по стадиону, уложившись в отведенное время. – Будущие магини заохали и запричитали, но архимаг продолжал: – Дабы не срамиться и не задирать подолы, девицам следует надеть под камизы мужеские штаны. Или же того лучше, переодеться в мужескую одежду. Тем, кто… гм… все же останется в платии, мой наказ: ослабить шнуровку, дабы хватило дыхания.

Я пожала плечами. Мне переодеваться в мужское не впервой – отец заставлял надевать удобную одежду, когда тренировал меня. Трисс, выросшая с тремя братьями, кажется, тоже не собиралась паниковать или стесняться.

– Мужчины, – продолжал ректор, – будущая гордость Академии Хольберга, на втором испытании должны вести себя, как… подобает мужчинам, – добавил глубокомысленно, – и будущим магам! Не посрамите честь этого заведения, сдерживайте себя, свои руки и свои глаза. Пусть не только эти стены, но и эта земля… – он протянул длань, указывая на вытоптанное поколениями адептов, местами выжженное дотла поле, словно на нем проводились испытания «адского огня» или особо разрушительных магических заклинаний, – не устыдятся вашего поведения.

Наконец, речь закончилась, и архимаг дал благословение начинать экзамен. Будущие адепты пришли в движение. Парни отправились к экзаменаторам, девушки потянулись к темно-серому зданию Академии, где в одном из помещений поджидала «мужеская одежда». Мы с Трисс шли в хвосте вздыхающих и переговаривающихся адепток, пока нам не перегородили дорогу трое Темных. Черноволосый парень, который, помню, дышал мне в спину в деканате, произнес, повернувшись к своим друзьям:

– Вот и посмотрим, что скрывают Светлые под платьями! Такие ли они женщины, как и Темные малышки?

– Заткнись, – посоветовала ему Трисс, – а то я тебя…

Не договорила. Взвизгнув, залепила пощечину еще одному, с мерзким смехом попытавшемуся задрать ее подол.

– Я помогу переодеться! – черноволосый подскочил ко мне, за что получил книгой по рукам, после чего ею же по голове. Била я несильно, чтобы выжил. Пусть мягкий переплет, но углы-то окованные!

Тут замерла, почувствовав, как пришли в движение магические потоки. Взглянула на разозленного паренька, получившего писанием дяди Никласа по голове. Его лицо серело, словно Первозданная Тьма одержала над ним верх. Я слышала от магини Сивиссы, что в молодом возрасте Темные Маги не всегда могли совладать со своим даром. Иногда он брал их в плен. Прежде, чем будущий маг успел зачерпнуть с лихвой Тьмы и натворить глупостей, я сделала то, что сделал бы дядя Никлас, способный лишь ровным тоном и уверенным голосом успокаивать человеческие души:

– И сказал Единобог своему Ученику… – произнесла, заглядывая парню в глаза, одновременно пытаясь успокоить всколыхнувшиеся магические потоки. – Если возжелаю женщину, мне не принадлежащую, да вырву глаза свои, чтобы не видеть более вожделения. Да вырежу я язык свой, чтобы не проговориться о своей слабости… Да отрежу восставшую пло…

Тут получила локтем от Трисс. Так больно и неожиданно, что выдохнула, согнувшись, не успев договорить про восставшую плоть.

– Три-исс! – прошипела в ответ. – Ты что?!

– Тише! – приказала она. Склонилась, вернее, присела вполне грациозно. – Милорд…

Я последовала ее примеру, судорожно прижимая к груди книгу. Поделом мне досталось! Рядом с нами стоял ар-лорд, появление которого я прозевала, и взирал на меня сверху вниз. У него были черные-пречерные глаза… Я же потупилась, уставилась на оружие в красивых ножнах, притороченное к его боку. Ар-лорды, слышала от отца, принесли в Кемир технологии по изготовлению длинных боевых мечей, дающих преимущество перед короткими акинаками скизов и тяжелыми боевыми топорами – вооружением самиритов.

Кочевники от нас далеко, а вот он оказался слишком близко. Неужели решил защитить от приставаний парней?! Я бы и сама справилась, но…

– Пошли вон! – приказал ар-лорд застывшим озорникам. – Еще раз замечу – будете траншеи рыть. Тоже мне, боевые маги!

Повернулся и посмотрел на меня. На долю секунды мне показалось, что строгое лицо военного утратило печать вселенской скуки.

Глава 3

– Удивите меня еще раз, Вайрис! – попросил экзаменатор.

Откинулся на спинку высокого резного стула, уставился на меня. Внимательно, выжидающе. На серой столешнице, местами прожженной, местами процарапанной, словно в нее впивались огромные когти, но слегка подкрашенной для приличия, рядом с аккуратно сложенными свитками лежал один, знакомый. Моя экзаменационная работа. Пометки красными чернилами, размашистая подпись и магическая печать.

«97.7 баллов. Допущена».

Последний экзамен проходил в большом гулком зале – магические светлячки по углам, украшенный лепниной потолок, расставленные тут и там бюсты предыдущих ректоров Академии. Три стола, три экзаменатора. Несколько человек на лавках в темных углах – то ли зеваки, то ли наблюдатели.

Экзамен принимали одновременно на три факультета. Но среди экзаменаторов, к величайшему моему удивлению, не оказалось магистра Шарреза. А ведь я так надеялась! Дожидаясь своей очереди, заглянула в зал, как раз когда вызывали очередного претендента. Удостоверилась, что магистр Шаррез на месте. Решила – положу ему на стол письмо и уйду, а он, по достоинству оценив мою настойчивость, прочтет послание.

Первой проводила на экзамен Трисс. Порадовалась за нее – девушка вышла довольная, сказала, что поступила. Попрощались, так как ее дожидались братья, снимавшие маленькую комнатку в квартале Магов. Правда, Трисс собиралась получить место в студенческом общежитии, учрежденном на пожертвования благотворителей.

– Там и встретимся, – сказала девушка. – Смотри мне, не натвори глупостей!

Я и не собиралась… Поступать в Академию.

Леди Айрин тоже поступила. Вышла, окинула меня высокомерным взглядом, после чего удалилась в сопровождении свиты. Затем настал мой черед, но когда я вошла в зал, место магистра Шарреза занимал совершенно другой маг. А где же мой?! Неужели ушел через портал? Растерянная, озирающаяся, предстала пред серыми очами лорда Дьеза, принимающего экзамен у Светлых.

– Надо сказать, я удивлен, – произнес магистр, изучив мой свиток, пока я пыталась придумать, что делать дальше. Ерзала на стуле, оглядывалась. Выходит, зря я пробежала три круга в мужской одежде, доверив книгу дяди Никласа одному из магистров! В нужное время уложилась, а нужного человека так и не нашла. Неужели придется караулить возле «Цветка Хольберга»?!

– Великолепная работа, – продолжал лорд Дьез. – Ваша карта Кемира заслуживает аплодисментов. Лучшее, что я видел за последние годы. Единственное, Вайрис, к чему могу придраться, так это к вашему геоцентризму.

– Это… что? – растерялась я.

– Волчий Дол, – усмехнулся магистр. Улыбка украсила казавшееся лишенных эмоций лицо, – что бы вы знали, отнюдь не находится в центре мира. Но заблуждение, по мне, довольно забавное. Ваши теоретические знания меня приятно удивили. Надеюсь, вы удивите меня еще раз, Вайрис, но уже практическими умениями.

Под пронзительным взглядом на миг стало не по себе. Кажется, он пытался определить мои способности. На глаз.

– Хорошо! – сказала ему, положив книгу на колени. Посмотрела магу в лицо, затем произнесла: – Я не собираюсь учиться в Академии Хольберга.

Он хотел, чтобы я его удивила? Мне это удалось.

– Я здесь для того, чтобы встретиться с магистром Шаррезом.

Лорд Дьез молчал. Я тоже. Смотрела, как на его гладко выбритом лице заиграли желваки, как сжались в тонкую линию губы. Пришло время мне встать и уйти. К тому же взгляд Светого мага изменился. Если до этого в нем читался интерес, теперь он не предвещал ничего хорошего. Но я медлила. Медлила, потому что в сердце поселилось сожаление. Словно я замерла у приоткрытой двери в удивительный мир магии, которую мне предстояло закрыть. Самостоятельно. Собственными руками. Здесь и сейчас.

Но… Разве я могла остаться в Хольберге, жить с Трисс в маленькой комнате студенческого общежития, если меня ждали дома? Пусть у меня гао… Гио… Как же это слово?! Геоцентризм, вот! Но центром моего мира был и останется Волчий Дол, где я была нужна.

– Знаете, что я вижу, Вайрис? – неожиданно произнес маг, нарушая повисшую тишину. – Девушку с отличным магическим потенциалом. Образованную. Умеющую мыслить нестандартно. Я скажу вам большее! Ее место – в Академии, потому что в будущем, если станет прилежно учиться, из нее выйдет Высшая магиня. Вместо этого вы… – он сделал ударение на это слово. – Вы растрачиваете данный вам Богами дар на…

– На что? – негромко спросила у него.

Он не ответил, но его взгляд говорил сам за себя. Повернул голову, с усмешкой посмотрел на Темного мага, занимавшего место магистра Шарреза.

– Вы думаете, что я?.. – осознав непроизнесенное, задохнулась от возмущения. – Я и магистр Шаррез?! Что это из-за него? Из-за того, что у нас?.. – кровь прилила к щекам, и я пожалела, что туго завязала косу и не могу спрятать лицо в растрепавшиеся пряди.