Заоблачная Академия, или Единственная для дракона

Глава 1

Говорят, рука чешется к деньгам.

Я же, поглядев на непонятно откуда взявшееся на правом запястье приличного размера розовое пятно – с аккуратной, но почему-то темнеющей кромкой, – решила, что денег оно мне вряд ли принесет. Если только отнимет часть из уже имеющихся, потому что с таким пятном либо в аптеку, либо к врачу.

Вздохнув – как же все не вовремя! – решила, что сперва в аптеку, а потом, если не поможет, буду искать врача.

Объяснение этому пятну у меня было лишь одно – в поезде я подхватила неведомую заразу. Ничего удивительного, ведь я провела почти двое суток в душном, пропахшем копченой курицей и грязными носками плацкарте вместе с плачущими детьми и отмечающими чей-то юбилей дальнобойщиками.

Всю дорогу пряталась на верхней полке, слушая музыку и повторяя материалы вступительных экзаменов, но подхватить в том вагоне можно было что угодно – от холеры с кишечной палочкой до этого самого… гм… пятна.

Конечно, добраться до Москвы на самолете было бы намного спокойнее и быстрее – лишь несколько часов лета, – но я экономила на всем, понимая, что даже если поступлю в вуз на бюджетное место, то жить мне придется крайне скромно.

На одну стипендию, судорожно хватаясь за любую подработку.

Пока что экономить получалось так себе – снова до жути зачесалась рука, и я решила срочно разыскать аптеку, пока не стало еще хуже. Остановилась, озираясь, потому что Казанский Вокзал и прилегающий к нему гигантский проспект куда-то пропали, хотя только что были на своих местах.

Теперь же по обе стороны от меня протянулась улица с одно- и двухэтажными деревянными домами с допотопными рамами и стеклянными окнами, а буйная растительность пыталась перебраться через кривоватые заборы, просовывая наружу листья и ветки.

Признаюсь, объяснение произошедшему у меня нашлось лишь одно – судя по всему, я каким-то незаметным для себя образом заблудилась, свернув не туда. Стоило покинуть вокзал, как у меня жутко закружилась голова, и я на пару секунд закрыла глаза. Затем открыла и, борясь с головокружением, оглушенная шумом огромного города, побрела в ту сторону, где, по моим прикидкам, находилось метро.

Но ошиблась, потому что метро здесь и не пахло. Люди неведомым образом тоже испарились вместе с огромными, устремляющимися ввысь домами и запруженным машинами проспектом.

Даже серое московское небо пропало. Вместо него до рези в глазах светило жаркое солнце.

Зато пятно на руке осталось, приняв форму четко очерченного круга, внутри которого появились непонятные завитушки.

Почесав руку, я принялась растерянно озираться. Интересно, как же это меня так угораздило… свернуть не туда, если я вообще никуда не сворачивала?! Куда пропали многоэтажки, и почему вместо них появились эти дома, а еще солнце, жарившее так, что я моментально вспотела?

Стянув старенькую ветровку и сунув ее в видавший виды рюкзак, я осталась в джинсах и в светлой футболке.

Внезапно на улице показался дворник в странной одежде – мне даже показалось, что вырядился он так, будто бы снимался в историческом кино. На нем были широкие серые штаны, замызганная туника до колен, подпоясанная веревкой, и видавшие виды сапоги.

Дворник посмотрел на меня, хмуря брови, после чего как ни в чем не бывало принялся размахивать метлой. Тут на подоконник первого этажа через приоткрытое окно протиснулся рыжий упитанный кот.

Увидев его, признаюсь, я вздохнула с облегчением.

– А… А это кино здесь снимают? – спросила я то ли у кота, то ли у дворника, то ли у двоих одновременно.

Хотя, скорее всего, я спросила это у скрытых камер или спрятавшегося оператора, потому что в просвете между домами прогромыхала, подпрыгивая на ухабах, телега. Свернула за угол, а навстречу ей выехало несколько всадников.

Так и есть, это кино, успокоила я себе. Но надо же было так… гм… забрести прямиком в кадр!

– Простите! Наверное, я вам мешаю, – обратилась я к дворнику. – В общем-то, тогда я пойду!..

Мужчина взглянул на меня недовольно, хмуря брови. В глазах у него промелькнул интерес лишь тогда, когда его взгляд остановился на моей футболке. Он снова что-то пробормотал – мне послышалось: «Понаедут тут всякие!», – после чего, отвернувшись, опять принялся размахивать метлой.

И я подумала, что это все-таки Москва. И кино, наверное, тоже про Москву.

Правда, про другую эпоху.

Подхватив сумку, решила, что мне и в самом деле лучше пойти – вряд ли в джинсах и с вещами я вписывалась в историческую атмосферу этого фильма. Зашагала дальше по улице, ожидая окрика режиссера или же его ассистентов, требовавших, чтобы я немедленно убиралась из кадра.

Но окрика не было, поэтому я шла и шла… куда-то.

Вспомнив о навигации, вытащила из кармана старенький телефон с потрескавшимся экраном. Но сеть почему-то не ловилась, так что о карте пришлось забыть.

– Да что же этого такое?! – выдохнула я расстроенно.

Потому что уже свернула на следующую улицу, но привычный мир с машинами и метро возвращаться не спешил – снова были такие же старые деревянные дома и телега вдалеке.

Тут, привлеченная шумом, я подняла голову.

Затем растерянно выдохнула, решив, что я сошла с ума, потому что по небу, нисколько не похожему на московское – чистому, глубокому, ярко-голубому, пахнущему цветами и летом, а еще немного отхожим местом с ближайшего двора, – в мою сторону неслись два здоровенных черных дракона.

И нет, это были никакие не птицы!

Я вытаращила глаза – быть может, мне померещилось?!

Но уже скоро поняла, что не померещилось. По воздуху ко мне стремительно приближались два огромных летающих ящера. Их тела были покрыты черной чешуей, задние лапы поджаты, длинный хвост вибрировал в такт движениям крыльев.

Летели невысоко – как раз над крышами и трубами, – поэтому я смогла разглядеть, что на спинах драконов сидели люди в темных одеждах и в шлемах на головах. Были ли они в седлах, этого не заметила, потому что заморгала, а затем потерла глаза рукой, подавив желание тотчас же бежать и прятаться.

Драконы с всадниками были уже рядом, а я все еще стояла посреди безлюдной улицы. Быть может, пора?!

Признаюсь, все происходящее слишком сильно смахивало на галлюцинацию, поэтому я до сих пор медлила. Подумала: а вдруг оно развеется само по себе?

Но не развеялось – драконы с ветерком пронеслись у меня над головой, правда, перед этим я все-таки кинулась и вжалась в стену ближайшего дома.

На это еще один сидевший на подоконнике кот – черно-белый, с пушистым хвостом – презрительно дернул усами. Затем спрыгнул на землю и, повернувшись ко мне упитанным задом, ушел по своим делам.

На драконов он не обратил никакого внимания, словно летающие ящеры были здесь в порядке вещей. Вот и я проводила их взглядом – вытаращив глаза, уставилась на то, как синхронно с крыльями двигались по воздуху их длинные хвосты, – затем трясущейся рукой выловила из рюкзака бутылку с водой.

Мне… Мне нужно срочно попить. Может, полегчает?!

Но вода меня не спасла, а еда закончилась еще утром в поезде. Аптеки тоже нигде не наблюдалось, поэтому я с остервенением почесала руку, увидев, что проступившие внутри пятна завитки принялись обрастать фигурными листиками.

Ну вот что за ерунда со мной приключилась?!

Наконец, вздохнув еще раз, побрела куда глаза глядят. Решила, что мне обязательно нужно выходить к людям. Уверена, они объяснят, что здесь происходит, потому что я не могла взять и сойти с ума на ровном месте.

По крайней мере, никаких предвестников до этого не было. Да и родня у меня вся здоровая – вернее, к этому времени они давно все уже умерли, но никто из них не закончил свой путь в сумасшедшем доме.

Бабушку с дедом я почти не помнила. Папу похоронила прошлой зимой, а маму никогда не знала. Но, по рассказам отца, в нашей семье ментальными расстройствами никто не страдал. Вот и я не собиралась.

– Меня зовут Маша Меркулова, – сказала я безразличному деревянному дому.

В его стеклах отразилась худая и высокая фигура растерянной светловолосой девицы – длинные волосы собраны в косу, синяя спортивная сумка на плече и видавший виды рюкзак за спиной.

– Мне восемнадцать лет, – добавила я, уставившись на валявшегося на солнцепеке серого пса. – Я приехала в Москву из Северославска, потому что собираюсь поступать в университет. На экономический, – пояснила собаке.

Пес вывалил язык, но ни мною, ни моей историей не заинтересовался. Наверное, потому что ни в ней, ни во мне не было ничего примечательного.

Восемнадцать лет мне исполнилось как раз в поезде. Свой день рождения я встретила под мерный перестук колес, храп с соседней полки, русский шансон за стенкой и хныканье ребенка, которому за два дня пути осточертело все на свете.

Но это было вчера, а сегодня я бреду по незнакомому городу.

По какому?!

Вряд ли по Москве, потому что драконы над ней не летают. И уж точно не по Северославску, из которого я уехала, заперев отцовский дом, так как продать его не было никакой возможности.

В родном городе меня ничто не держало, поэтому я решила перебраться в столицу. К тому же у нашей соседки, с которой мы с отцом всегда ладили, обнаружилась в Москве пожилая родственница. Та согласилась приютить сиротку на первое время, пока я не поступлю и не получу место в общежитии.

У меня были грандиозные планы на собственную жизнь, да и отец научил никогда не сдаваться. Вот я и не собиралась – уже на следующей улице решительно подошла к двум солидного вида мужчинам, одетым в длинные туники до колена и подпоясанным кожаными перевязями. На волосатых ногах красовались сандалии с ремешками.

Мужчины оживленно обсуждали, поднимутся ли цены на молоко после вчерашней бури. Починить перекидные мосты к фермам так быстро не получится, так что все утренние поставки коту под хвост…

– Простите! – обреченным голосом обратилась к одному из них, потому что со мной все было очень и очень плохо.

Вернее, со мной произошло нечто крайне странное – эти двое говорили на чужом языке, но я не только их прекрасно понимала, но и сама, как оказалось, могла общаться на нем, как на родном.

– Что вам, юная мисс? – спросил у меня первый, но уже после того, как смог оторвать взгляд от моей груди под тонкой футболкой.

Правда, в моем гардеробе присутствовал еще и спортивный бюстгальтер, но я почему-то почувствовала себя раздетой.

– Э… – растерянно протянул второй, у которого, похоже, перехватило дыхание по той же самой причине.

На это я, вздохнув, полезла в сумку за ветровкой, поняв, что без нее мы не поговорим.

– Хотела спросить у вас, что это за место, – заявила им, застегнув молнию.

– Значит, еще и телепорт сбился! – пробурчал второй, обращаясь к своему собеседнику. – Скорее всего, опять к нам из столицы попутным ветром занесло!..

На это я оживленно покивала – да-да, так и есть, они совершенно правы! Я как раз из столицы, и меня сюда занесло непонятно каким ветром!

– Все именно так, я попала сюда из столицы, – сообщила им. – Но где это я?

– На Прей-Экрил тебя закинуло, бедняжку! А что, в столице нынче все так ходят? – и второй выразительно уставился на мою ветровку, а потом перевел взгляд на бедра, затянутые в потертые синие джинсы.

Не успела я его заверить, что в столице все нынче ходят именно так, как наверху снова произошло какое-то движение.

– Э-эй, поберегись! – закричали оттуда.

Я подняла голову – над нами с ветерком проносился красный дракон. Но мужчины не обратили на него внимания, вот и я, немного подумав, тоже не стала. Пусть летит себе с миром!

Зато в сторону, в которую он улетел со скоростью реактивного истребителя, бежала детвора.

– Сейчас Слона привязывать будут! – закричали они вихрастому темноволосому мальчишке, выглянувшему из соседнего двора. – Давай с нами, скорее!

– А что его привязывать-то? – нахмурился один из мужчин. – Неужели снова оторвался?

– Так буря же была, вот, наверное, и потрепало бедолагу! – многозначительно пояснил второй.

Тут я и поняла, что если до этого момента до сих пор еще не сошла с ума, то сейчас со мной это произойдет.

Отлично, Маша, сказала я себе. Драконы летят, чтобы привязывать слона? Надо поскорее отсюда выбираться, пока с моим разумом не произошли необратимые изменения!

– Простите, – повернулась я мужчинам, – а где этот… Этот самый телепорт, через который меня закинуло из столицы? Как мне его найти?

Они махнули куда-то рукой, после чего принялись оживленно обсуждать тонкости привязывания слонов, а я потащилась в указанном направлении.

Судя по всему, именно там находился центр города, потому что дома постепенно становились все выше и выше, а каменные строения понемногу начали вытеснять деревянные. Улицы тоже расширились, и по ним то и дело проезжали телеги с повозками, да и людей становилось все больше и больше.

Проходили мимо меня, иногда окидывая недоуменными взглядами, но я уже давно поняла, что одета не по моде этого… гм… сумасшедшего дома.

Поэтому шагала себе дальше, пока не заметила молодого светловолосого парня лет так двадцати. Мое внимание он привлек тем, что одет был в длинную коричневую мантию – несмотря на жаркий день! – так что этот факт немного меня порадовал.

Не одна я выделялась из толпы!

Парень с независимым видом шел мне навстречу. Явно куда-то спешил, но при этом оглядывался по сторонам. Поравнявшись со мной, мазнул безразличным взглядом, но затем посмотрел еще раз. Его взгляд, опять же, остановился на моей груди, старательно упрятанной не только в спортивный бюстгальтер, но еще и в футболку, и в застегнутую до самого верха ветровку.

Наконец, он отвел глаза и собирался было пройти мимо, но тут земля под нашими ногами резко и сильно дернулась, подкинув нас куда-то вверх и в сторону. Совершенно не ожидая от нее такой подлости, я потеряла равновесие, после чего пребольно грохнулась на землю, отбив себе то, на что приземлилась.

Вот и парень тоже не удержался.

Завалился на меня сверху, угодив локтем в живот. На это я охнула. Затем охнула еще раз, потому что обнаружила чужую руку совсем не там, где ей место.

– Слона, наверное, привязывают! – сообщил парень моей правой груди.

Судя по его голосу, он был вполне… гм… доволен происходящим.

В отличие от меня.

– Мне все равно, кого и кто привязывает, – заявила ему, убрав чужую руку со своей левой груди. – Даже если какой-то слон у вас отвязался, это не повод меня лапать!.. И вообще, хватит уже на мне лежать!

Уже в следующую секунду парень подскочил на ноги, но протягивать мне руку не спешил и извиняться тоже не стал. Уставился с интересом на то, как я поднималась и отряхивалась, а потом принялась поправлять задравшуюся ветровку, серьезно раздумывая о теплой куртке.

Лучше уж упариться под жарким солнцем, чем щеголять перед мужчинами, открывая им такие виды, к которым они не привыкли!

Потому что в неизвестном мне Прей-Эскриле – я уже успела насмотреться – женщины ходили в длинных, преимущественно светлых или серого цвета платьях. Правда, видела я парочку и в мужских нарядах, причем увешанных оружием с ног до головы. Но вырезы у всех были скромными, а то и вовсе отсутствовали – вороты их одежд были наглухо застегнутыми, а штаны широкими, не то что мои обтягивающие во всех местах джинсы.

Признаюсь, мне нисколько не хотелось выделяться из толпы, только вот переодеться в местное у меня не было никакой возможности, а в сумке и рюкзаке ничего похожего на здешние наряды не лежало. Ну не любитель я длинных платьев – сроду подобного не носила!

– Откуда же ты такая взялась? – спросил парень насмешливо, закончив свой осмотр.

Вот и я тоже немного на него посмотрела.

Кстати, он оказался очень даже ничего. Настоящий красавчик, что уж тут скрывать, если, конечно, кому-то нравится смазливая внешность, растрепанные светлые волосы и ярко-голубые, под стать здешнему небу глаза на загорелом лице.

Правда, вид у него был излишне самоуверенным, что его, как по мне, немного портило. К тому же мне казалось, что он привык к впечатлению, которое производил на женский пол, поэтому ждал от меня соответствующей реакции.

Но не дождался.

– Из телепорта, – сообщила ему мрачно. – Разве не слышал, что он сбился из-за бури? – после чего снова почесала руку.

Взглянула на ненавистное пятно – оно продолжало «радовать» меня новыми и новыми завитушками по краям ровно очерченного круга. Кроме того, внутри прорезалось нечто неожиданное – я разглядела контуры птицы с расправленными крыльями.

– Погоди! – губы парня растянулись в улыбке. – При чем тут телепорт, если у тебя на руке метка Облака?!

Оказалось, он тоже смотрел на мое проклятое пятно.

– Какого еще облака? – нахмурилась я.

– Нашей Академии Магии, – пояснил он, после чего совершенно бесцеремонно схватил меня за руку и принялся выкручивать запястье.

Наверное, чтобы получше разглядеть.

Но при этом делал мне больно, а я, признаюсь, не привыкла к подобному обращению. Поэтому вполне ловко вывернула руку из чужого захвата, а потом и самого парня отправила в полет путем передней подсечки.

Хотела еще и приложить хуком справа, но удержалась в последний момент.

Так бывает, когда тебя растит отец – отставной военный, подозревающий, что весь мир только того и ждет, чтобы обидеть его маленькую принцессу. Поэтому он научил меня всему, что отлично умел сам.

Постоять за себя в любой ситуации.

Но папа умер еще прошлой зимой, а его принцесса давно уже выросла и поняла, что миру, по большому счету, на нее наплевать. Зато навыки, вбитые в голову до автоматизма, остались. И еще светловолосый парень, лежавший на земле у моих ног, – он тоже никуда не спешил пропадать.

– Еще раз так сделаешь, сломаю тебе руку, – сообщила ему спокойно.

После чего тоже не стала помогать ему подниматься – любезность в ответ на любезность.

– Кто же ты такая? – нахмурился он. Подскочил на ноги, с недовольным видом принявшись отряхивать мантию, и я заметила у него на плече золотую нашивку с черным драконом. – Неужели не понимаешь, что нельзя вот так брать и разбрасываться боевыми магами? Я ведь могу и испепелить!

Это он произнес с излишней бравадой, и я засомневалась в его словах. Ну, насчет «испепелить». Кстати, как это вообще работает?

Или же лучше не узнавать?

– Маша, – сказала ему. – Меня зовут Маша Меркулова, и я… – вздохнула. – Я хочу домой!

– Марша? – исковеркал он мое имя. – Гордон Ларгет, – назвал свое. – Кстати, насчет домой я серьезно сомневаюсь!

– Это еще почему?!

– Раз уж тебя призвали сюда через метку…

На это я взглянула удивленно, и новый знакомый пояснил:

– На твоей руке знак нашей Академии.

– Боже, какой еще знак?! – выдохнула я. – Какая Академия?

– Академия Магии Прей-Экрила, – произнес он терпеливо. – Мы называем ее Облако. Если тебя призвали сюда через метку, то назад так просто не отпустят. По крайней мере, пока не выяснят, есть ли у тебя то, зачем тебя сюда призвали, – добавил туманно.

– Молодец! – похвалила я. – Ты отлично все объяснил. Пока что мне понятно только то, что ничего не понятно.

Гордон усмехнулся.

– Тебе обязательно нужно поговорить с нашим деканом. Думаю, это его рук дело и это он тебя сюда призвал. – Затем еще раз окинул меня взглядом с ног до головы: – А ты вообще откуда? Не помню, чтобы где-нибудь в Альянсе Пяти носили такую одежду.

Внезапно его взгляд изменился – стал излишне резким, даже требовательным, словно в голову Гордону Ларгету пришла не слишком-то приятная для меня мысль.

Теперь он смотрел на меня так, будто бы подозревал в чем-то нехорошем, и мне стоило немедленно дать правильный ответ, тем самым развеяв его подозрения.

– А откуда мне еще быть, как не из Альянса? – отозвалась я, постаравшись, чтобы мой голос прозвучал как можно более уверенно.

Решила, что о другом мире говорить ему будет довольно поспешным решением. Сперва нужно разобраться, что к чему.

Затем добавила:

– Метка сработала неожиданно. Я была в одном месте, а потом внезапно оказалась в другом. Но одежда на мне осталась из… гм… того самого места.

– Из какого?

– Из того самого! – вздохнула я. – Тренировалась я в ней. В платье подол мешает, рукава узкие, а проклятая шнуровка так и вовсе жить не дает! В общем, я сама придумала для себя новый фасон… Разве тебе не нравится?

Последнее я произнесла требовательно, уставившись на Гордона взглядом молодого гения, сшившего себе одежду из мусорных пакетов и кусков мяса и теперь мечтавшего о мировом признании.

На мой вопрос Гордон неопределенно кивнул, заявив, что… гм… получилось очень даже неплохо.

– Пойдем! – неожиданно произнес он, словно его посетила еще одна крайне важная мысль. – Раз уж ты впервые на Прей-Экриле, ты должна это увидеть!

– Что именно? Телепорт?

– При чем здесь телепорт?!

– Говорю же, я хочу домой!

– Говорю же, – передразнил он меня, – сначала тебе нужно пообщаться с нашим деканом. К тому же ночью была буря, все координаты сбились, так что ни один из телепортов еще не работает. Потрепало нас порядком, даже Слон отвязался!

– Я уже слышала эту печальную историю, – отозвалась я. – Но, судя по всему, слона все-таки привяжут.

– Обязательно, – согласился со мной Гордон. – Раз уж за дело взялись Всадники.

На это я промычала нечто нечленораздельное, поняв, что разговор в очередной раз заходит в неведомые для меня дали.

– Кстати, раз уж тебя призвали через метку, – Гордон склонил голову, – то у тебя наверняка есть наш Дар.

– Какой еще дар? – нахмурилась я, и он принялся мне объяснять.

– Дар Всадников, способных устанавливать Связь со своим драконом. Он либо есть и ты с ним рождаешься, либо дракона у тебя уже никогда не будет. Таких людей осталось не так-то много, и по неведомой причине с каждым поколением становится все меньше и меньше. Кстати, здесь, на Прей-Экриле, лучшая Академия Всадников во всем Альянсе. Так что если у тебя на руке наш знак, думаю, ты здесь именно по этому поводу!

Сказав это, Гордон уставился на меня выжидательно.

– Что не так? – спросила я у него, пытаясь уложить в голову сказанное.

– Целых пять предложений, Марша, а ты до сих пор не задала мне ни одного вопроса!

– Я жду, – сообщила ему, – когда ты расскажешь мне поподробнее о Всадниках и Академии, а потом задам их сразу тысячу.

К этому времени мы уже прошли несколько поворотов. Солнце жарило нещадно, я тащила на себе сумку и рюкзак, изрядно потея в джинсах и ветровке, в то время как Гордон Ларгет с увлеченным видом рассказывал мне о том, что декан факультета Всадников, судя по всему, пошел на крайние меры, решив собрать на Прэй-Экриле всех, у кого есть возможность установить Связь с драконами.

Даже тех, кто об этом даже не подозревал или по какой-то причине не задумывался об обучении.

Правда, доподлинно Гордону ничего известно не было, но по Академии давно уже ходили слухи, что декану все-таки удалось раздобыть древний свиток Драконьего Призыва.

– Говорят, уже видели несколько таких же, бродивших с утра по городу с потерянным видом. Судя по всему, ты из новой партии, – добавил Гордон.

На это я почесала руку, но на этот раз вопросы задавать не спешила, хотя у меня их скопилось предостаточно. Понимала, что стоит дозировать и хорошенько думать над каждым. Я и так выделялась из толпы своей одеждой и потерянным видом, не хватало попасть в еще большие неприятности.

Хотя, что может быть хуже, чем оказаться вытащенной с… Казанского Вокзала через метку на запястье каким-то там свитком Драконьего Призыва?!

Я пока еще не знала.

Шла, раздумывая над услышанным, а заодно пытаясь уговорить себя, что я все-таки не сошла с ума. А потом увидела место, в которое так настойчиво вел меня Гордон, и вопросов у меня появилось даже не тысяча, а миллион с хвостиком.

Но я не смогла произнести вслух ни одного из них.

Вместо этого застыла, раскрыв рот.

– Это наш Край, – заявил мне Гордон, довольный произведенным эффектом. – Такого нет нигде в Альянсе!

Но вместо обещанного края я увидела лишь бесконечное небо, в какую сторону ни погляди. И вверх, и направо, и налево, потому что там, где мы стояли – это был заросший пыльной травой пустырь за домом, с вбитыми в землю столбиками, на которых на веревках висело выстиранное постельное белье…

Так вот, в этом месте суша заканчивалась.

Дальше шел неровный земляной край, затем был обрыв и… то самое небо. Бесконечная голубизна, где-то на границе видимости затянутая дымчатыми облаками.

Наконец, я все-таки решилась.

Подошла поближе и взглянула вниз, подумав, что мы с Гордоном очутились на краю пропасти. И еще, что рядом с этим краем детвора играет с собакой, кидая ей палку, словно подобное опасное соседство не тревожило ни их, ни родителей.