Мэри Лонгшир - дочь магната

Глава 9.

Я как раз разложила бумаги ровными стопками, когда в кабинете стало душно - не физически, а по ощущению. Обернувшись, я увидела дворецкого.

Бернс стоял у двери, выпрямившись чуть строже, чем обычно. Он не спешил говорить - и именно это меня насторожило. Я ещё слишком мало времени провела в этом доме, чтобы узнавать людей, но логику ситуации никто не отменял: если дворецкий медлит, значит, новость неприятная.

Я не подняла головы и продолжила смотреть на цифры.

- Леди Мэри, - сказал он наконец.

Я отложила Parker. Холодный, тяжёлый, слишком современный для этого кабинета. Я отметила это машинально - металл лёг в подставку с глухим звуком.

- Если это снова про ужин, - сказала я спокойно, - передайте повару, что…

- Сегодня приём, - перебил он мягко, но без извинений. - В доме Уэстморлендов. Вас ожидают.

Я подняла голову.

- Приём? - переспросила я. - Мой отец числится пропавшим без вести после крушения «Титаника». В подобной ситуации люди не ездят в гости.

Бернс выдержал паузу. Не драматическую - деловую.

- Позвольте сказать откровенно, леди Мэри. Если вы сегодня не появитесь, некоторые господа сочтут это признаком… отсутствия контроля.

Вот теперь всё встало на свои места.

- Контроля над чем? - уточнила я.

- Над положением семьи, - ответил он. - И над делами лорда Лонгшира.

Я закрыла глаза на секунду. Этого хватило, чтобы представить пустые строки балансов, нервных партнёров и слухи, которые всегда бегут быстрее официальных писем.

- Приглашение… с детьми? - спросила я.

- Да, леди Мэри. И… - он чуть замялся, - с мисс Каролиной Вэйн.

Конечно.

- Хорошо, - сказала я. - Мы едем.

Дом Уэстморлендов был залит светом так, будто хозяева пытались выжечь из него саму мысль о катастрофе. В окнах дрожали огни, на крыльце стояли лакеи в безупречных ливреях, а в воздухе смешались запахи полированного дерева, каминного дыма и дорогих духов.

Внутри было тепло. Слишком тепло. Камин в гостиной трещал, выбрасывая искры, которые отражались в зеркалах и украшениях гостей. Женщины были одеты строго - тёмные платья, закрытые плечи, но ткани выдавали совсем не скорбь: бархат, плотный шёлк, бисер, чёрные камни в оправе. Мужчины - аккуратные, сдержанные, с тем выражением лиц, которое появляется, когда сочувствие идёт рука об руку с расчётом.

Фредерика держала меня за руку, её перчатка была тёплой и чуть влажной. Фред шагал с другой стороны, выпрямив спину так старательно, что это выглядело почти трогательно. Грейс держалась чуть позади, внимательно оглядывая зал - словно запоминала всё сразу.

Когда нас объявили, разговоры стихли ровно настолько, чтобы каждый мог рассмотреть нас как следует.

Я чувствовала взгляды кожей.

Каролина появилась почти сразу. Её платье было безупречным: глубокий чёрный, подчёркнутая талия, тонкая вуаль, спадающая на плечи. На шее - нитка жемчуга. Скорбь в таком исполнении выглядела продуманной до мелочей.

- Мэри, дорогая, - произнесла она, склоняясь ко мне. - Вы так достойно держитесь.

- Благодарю, мисс Вэйн, - ответила я.

Она перевела взгляд на детей и вздохнула так, чтобы это услышали окружающие.

- Бедные малыши… В такие времена особенно важно, чтобы делами семьи занимались люди опытные.

Я повернулась к ней, выстраивая между нами чёткую дистанцию.

- Именно поэтому все решения по имуществу лорда Лонгшира сейчас принимаются мной, - сказала я спокойно. - В рамках действующего закона.

Где-то за спиной кто-то неловко кашлянул.

Каролина моргнула.

- Разумеется, - сказала она. - Просто я слышала, что завещание…

- …вступает в силу только после официального подтверждения смерти, - закончила я. - А пока этого не произошло, лорд Лонгшир считается живым. Как и его обязательства.

Я сделала паузу.

- И его дети, - добавила я, - не могут быть исключены из этих обязательств.

Каролина отступила на полшага. Улыбка осталась, но глаза стали холоднее.

- Не стоит обсуждать подобные вещи в гостиной, - мягко сказала я. - Это может быть неверно истолковано.

Она кивнула.

- Вы правы, Мэри.

Когда мы уходили, ко мне подошёл пожилой господин с сухими руками человека, привыкшего держать в них документы.

- Леди Мэри, - сказал он негромко. - Ваш отец был человеком рискованным.

- Я знаю, - ответила я. - Я разбираю последствия.

К нам подошли супруги - мужчина с аккуратно подстриженной бородой и дама в тёмно-лиловом платье, слишком живом для траура. Она рассматривала меня с откровенным, почти игривым любопытством, будто я была новой безделицей на каминной полке.

- Леди Мэри, - произнесла она с участливой улыбкой. - Мы так рады видеть вас здесь. Честно говоря… - она понизила голос, но не настолько, чтобы это осталось между нами, - мы переживали, что вы предпочтёте уединение.

- Благодарю за заботу, - ответила я ровно.

Муж кивнул, сложив руки за спиной.

- Страшные события, - сказал он с тем видом, с каким говорят о погоде. - В такие времена, должно быть, многие планы приходится пересматривать.

Дама наклонила голову и улыбнулась шире.

- Например… - она сделала паузу, - планы на брак. Наверное, теперь вы отложите заключение помолвки? Мы просто… - она чуть пожала плечами, - беспокоились.

Беспокоились. Разумеется.

Я позволила себе секунду тишины. Ровно одну - чтобы они успели почувствовать неловкость.

- В нашей семье, - сказала я спокойно, - не принято принимать решения на основании слухов.

Я слегка улыбнулась - без тепла, но и без резкости.

- А пока судьба лорда Лонгшира не прояснится окончательно, все прочие вопросы остаются… вторичными.

Мужчина кивнул с заметным облегчением, словно услышал именно тот ответ, который ожидал. Дама же чуть прищурилась - не разочарованно, скорее разочарованно недостаточно.

- Разумеется, - сказала она. - Мы просто подумали…

- Я понимаю, - ответила я. - Здесь многие думают.

Они обменялись взглядами и, вежливо попрощавшись, отошли.

Я заметила, как несколько человек поблизости сделали вид, что вовсе не прислушивались.

И как внимательно они начали прислушиваться теперь.

Я едва успела сделать несколько шагов, как меня аккуратно, но настойчиво оттеснили к стене - туда, где свет от камина уже не доставал, а разговоры становились тише и плотнее.

- Мэри, - сказала Каролина вполголоса, но с тем нажимом, который не оставляет иллюзий. - Что ты сейчас такое говоришь?

Я повернулась к ней.

- Простите?

- Я слышала, - продолжила она, не понижая тона ещё больше, - разговор о браке. О том, что он может быть… отложен. Не знаю, что ты себе думаешь, но такие вещи не обсуждаются на приёмах. И уж точно не в таком ключе.

Её лицо было слишком близко. Я видела мелкие морщинки у глаз, тщательно скрытые пудрой, и блеск раздражения, который она даже не пыталась приглушить.

- Этот брак, - сказала она жёстче, - должен быть заключён. Так было решено.

Вот мы и дошли до сути, подумала я.

Я развернулась к ней полностью и сделала шаг вперёд, так что теперь уже она оказалась прижатой к стене - не телом, а пространством. Лицо к лицу. Слишком близко для приличий и слишком ясно для двусмысленностей.

- А вот вам, мисс Вэнс, - произнесла я тихо, отчётливо, - я ничего не должна.

Она моргнула.

- Простите?

- Ни объяснений. Ни отчётов. Ни согласия, - продолжила я. - Если вы считаете себя вправе обсуждать мою жизнь, то дождитесь моего отца. Когда - и если - он вернётся, вы сможете выяснить с ним, кто кому и что должен.

Я сделала паузу и добавила:

- Со мной - нет.

Рядом бесшумно появилась Грета. Я даже не заметила, как именно - просто в какой-то момент её рука легла поверх моей, тёплая, спокойная. Она встала чуть сбоку, но так, что закрыла меня плечом, и посмотрела на Каролину снизу вверх - без вызова, без улыбки. Просто смотрела.

Каролина вскинула подбородок.

- Я вам почти что мать, Мэри.

Я усмехнулась - коротко, без веселья.

- Почти, - согласилась я. - Но, как говорится, почти - это когда не считается.

Грета слегка сжала мои пальцы.

Каролина открыла рот, словно собираясь сказать что-то ещё, но потом заметила взгляды - слишком много внимательных, слишком близко стоящих людей. Она резко выпрямилась, поправила складку на платье и холодно кивнула.

- Вы ещё пожалеете о таком тоне.

- Возможно, - ответила я. - Но не сегодня.

Она ушла, не оглядываясь.

Я выдохнула только тогда, когда поняла, что держу плечи слишком высоко. Грета не отпустила мою руку сразу - и за это я была ей бесконечно благодарна.

По дороге домой дети были румяные, уставшие и удивительно спокойные. Машина мягко покачивалась, за окнами проплывали огни.

Я смотрела на их отражения в стекле и думала о том, что сегодняшний вечер был не развлечением.

Это был выход наследницы лорда Лонгшира. И я его выдержала.

Глава 10

Я проснулась ещё до начала утра - не от шума, не от света, а от того особого внутреннего напряжения, когда тело уже бодрствует, а разум всё ещё цепляется за сон.

В комнате стояла тишина, густая, почти осязаемая. За шторами угадывался холодный серый свет - Лондон не спешил радовать ясным утром.

Я уже собиралась снова закрыть глаза, когда подумала о кофе. Очень крепком. Ароматном.

Помечтав так, я услышала стук в дверь.

- Леди Мэри… - голос горничной был осторожным, как шаг по тонкому льду. - Простите, что беспокою. Мистер Бэрнс просил разбудить вас. Курьер принёс письмо. Очень срочное.

Сердце дёрнулось. Это известие было о лорде Реджинальде. В такое время… Придётся будить детей и сообщать. Я не стала ничего спрашивать. Просто села, нащупала халат и вышла в коридор, ещё не до конца проснувшись, но уже собранная внутри.

Пол был холодным, камень отдавал в ступни неприятной бодрящей дрожью. Бэрнс стоял у двери, как всегда безупречно прямой, с подносом в руках. На подносе - плотный конверт, аккуратно запечатанный.

- Я позволил себе разбудить вас, леди Мэри, - сказал он, чуть наклонив голову. - Понимаю, что это не принято, но счёл необходимым. Письмо доставили с пометкой «немедленно».

Я взяла конверт.

- Спасибо, Бэрнс. Я сейчас приду в кабинет.

В кабинете было прохладно. Я не зажгла свет - просто отдёрнула штору, впуская мутный утренний свет. Села за стол, положила письмо перед собой и несколько секунд смотрела на него, не решаясь вскрыть. Глупо, конечно. Бумага не кусается. Но внутри всё сжалось так, словно в этом конверте лежала не весть, а приговор.

Письмо оказалось из банка. Короткое, вежливое, выверенное до запятой. Меня ожидали для окончательного оформления документов. Всё. Ни слова лишнего.

Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Это было не то, чего я боялась. Просто очередной шаг - необходимый, холодный, без эмоций. Очередной кредит, только теперь я несла за него ответственность. И за детей, и за тётю Шарлотту, и за Мэри.

- Кофе, - сказала я, выйдя обратно в коридор. - Только кофе. Завтрак не нужен. И пусть автомобиль будет готов через двадцать минут.

Собралась я быстро. Платье выбрала строгое, тёмное, без кружев и вышивок. Ткань была плотной, тяжёлой, приятно ложилась на плечи. Я нервно перебирала перчатки и остановилась на самых простых. Украшения оставила в шкатулке - сегодня они были бы неуместны.

Перед зеркалом задержалась дольше, чем собиралась. Лицо выглядело усталым, но взгляд был ясным. Я поправила воротник, застегнула пуговицы, надела шляпу. Локон у виска выбился и упрямо не хотел возвращаться на место. Я махнула рукой - пусть будет так.

Кофе выпила стоя у окна. Он был обжигающе горячим, горло свело от крепости, но это помогло окончательно проснуться. За окнами город начинал движение - кареты, редкие автомобили, прохожие, укутанные в пальто.

В банке всё прошло именно так, как я и ожидала. Управляющий был вежлив, сдержан, говорил ровным голосом. Мы почти не обменивались любезностями.

Я читала каждый пункт, задавала вопросы, делала пометки. Он отвечал спокойно, без раздражения. Когда я подписала последний документ, внутри не было ни облегчения, ни радости - только сухое понимание: сделка состоится.

Дом встретил меня тишиной. Я велела позвать детей и прошла в малую гостиную. Пока ждала, стояла у окна, машинально следя за тем, как ветер треплет ветви в саду.

Грейс вошла первой. Она держалась прямо, серьёзно, как маленькая взрослая. Фредерика влетела следом, сразу устроилась на диване, поджав ноги. Фред пришёл последним, нёс в руках деревянную игрушку.

- Мне нужно с вами поговорить, - сказала я и села напротив. - Я уезжаю на несколько дней.

Фредерика нахмурилась.

- Надолго? Плохие новости?

- Нет. Но мне нужно уехать именно сейчас.

- Из-за папы? - тихо спросила Грейс.

Я кивнула.

- И да и нет. Я еду по делам. Чтобы всё было… правильно. Чтобы нам не пришлось потом расхлёбывать чужие ошибки.

Фред молчал, крепко сжимая игрушку.

- Только не скучайте без меня - сказала я, чувствуя, как привязалась к этим детям.

Фредерика дёрнула плечами.

- Ну ладно.

- Я буду телеграфировать, - добавила я. -Хорошо?

Грейс кивнула.

В этот момент в комнату вошла тётя Шарлотта. Глаза её были красными, платок смят в руках.

- Мэри, ты не можешь вот так уехать, - начала она. - Сейчас… когда всё так…

Я подошла к ней и взяла за плечи.

- Тётя Шарлотта, - сказала я тихо, но твёрдо. - Мне нужно, чтобы вы взяли себя в руки. Вы пугаете детей. Я прошу вас - будьте взрослой. Хотя бы до моего возвращения.

Она всхлипнула, но кивнула.

Собирая вещи, я действовала методично. Документы, смена одежды, тёплая накидка. Перед самым выходом Бэрнс снова появился в холле с телеграммой.

Я развернула его уже на ходу. “Лорд Лонгшир признан без вести пропавшим.”

Я сложила бумагу и убрала в сумку. Это ничего не меняло. Пока.

Автомобиль ждал у подъезда. Ветер попытался сорвать с меня шляпу, я придержала её рукой и села внутрь.

- Куда едем, леди Мэри? - спросил шофёр.

Я протянула ему бумажку с адресом верфи.

- В путь, - сказала я. - У нас мало времени.

Автомобиль тронулся плавно, почти бесшумно. Лондон медленно отступал, словно держал меня в своих границах.

Каменные дома редели, улицы становились шире. Я приоткрыла окно, и в салон ворвался запах влажной земли, угля и реки - резкий, но живой.

Шофёр вёл машину уверенно, не суетясь. Было видно, что дорога ему знакома, пусть и не до последнего поворота.

- Далековато ехать, леди Мэри, - заметил он спустя какое-то время, не оборачиваясь. - Обычно туда нечасто наведываются дамы.

- Знаю, - ответила я. - Но у нас с вами тяжёлый случай.

Он помолчал, потом, будто решившись, осторожно добавил:

- Люди спрашивают… ну… - он замялся, подбирая слова. - Есть ли новости о хозяине.

Я смотрела вперёд, на дорогу, где серое небо отражалось в лужах, как в тусклых зеркалах.

- Пока нет, - сказала я ровно. - И давайте на этом остановимся.

Он понял. Больше вопросов не задавал.

Дорога тянулась вдоль воды. Река была тяжёлая, тёмная, медленно несущая свои свинцовые волны. По берегам стояли склады, пакгаузы, редкие краны, похожие на застывших металлических птиц. Чем дальше мы ехали, тем явственнее чувствовался запах машинного масла, сырого дерева и железа.

Когда верфь появилась из-за поворота, я невольно выпрямилась.

Это было не одно здание - это был целый организм. Пространство, живущее по своим законам. Длинные строения с высокими окнами, часть из которых была мутной от копоти, часть - заколоченной. Рельсы, уходящие прямо к воде. Краны, мачты, леса, металлические конструкции, похожие на ребра огромного скелета.

У воды стояли корпуса судов - одни почти готовые, другие только начинавшие обретать форму. Их чёрные борта были испачканы ржавыми потёками, как следами старых ран. Где-то стучали молотки, но звук был редким, неуверенным - не тот ритм, который должен быть у работающего предприятия.

Автомобиль остановился у административного здания. Оно выглядело уставшим: облупившаяся краска, потемневшие ступени, тяжёлая дверь.

Я вышла. Пахло солью, металлом и холодной водой. Ветер тут был резким, он сразу забрался под воротник, пробежал по спине, словно проверяя меня на прочность.

Навстречу уже шёл человек. Молодой, подтянутый, в пальто, которое было слишком аккуратным для этого места. Он явно старался выглядеть собранным, но в движениях чувствовалась напряжённость.

- Леди… - он остановился, чуть поклонился. - Я управляющий, мистер Блант. Представьтесь, будьте любезны. Ведь вход посторонним сюда закрыт.

Я достала документы. Бумага была плотной, холодной на ощупь.

- Вот, - сказала я, протягивая их. - Ознакомьтесь.

Он пробежал глазами текст, и я увидела, как меняется его лицо. Сначала недоверие. Потом удивление. Потом растерянность.

Я не дала ему времени собраться.

- Здравствуйте, - сказала я, выпрямившись и подняв подбородок. - С этого момента я отвечаю за это место. Давайте начнём с главного. Покажите мне, где у вас простаивает производство и где вы теряете время.

Он скрипнул зубами, ведь он видел перед собой слишком юную, на его взгляд неопытную девушку, которая пыталась отдавать ему приказания.

Он ведь не знал, что я была Аглаей Машинистовой - «Дизелем», которая раскачает эту машину и заставит её работать.

Ветер дёрнул край моего пальто, где-то за спиной скрипнула лебёдка, и верфь словно прислушалась.

Работы у нас было много.

Глава 11

Кабинет, в который меня провели на верфи, был холодным даже после жаркого дня. Каменные стены тянули сырость от воды, окно выходило прямо на плавучие доки, и из-за этого казалось, что весь воздух здесь пропитан металлом, водорослями и машинным маслом.

Я медленно прошлась вдоль стола, провела пальцами по его краю - шершавому, давно не знавшему полировки, в общем-то зная с чего начать. Просто взяла короткую паузу - как воздуха набрала, перед прыжком в тёмную ледяную воду.

Управляющий стоял напротив, не садясь. Высокий, сухощавый, с сеткой морщин у глаз, не смотря на молодость. Его взгляд скользил по мне с плохо скрываемым сомнением.

- Итак, леди Лонгшир, - начал он, подчёркнуто вежливо. - Прежде чем мы приступим, я обязан предупредить: дела у верфи… сложные.

- Я не питаю иллюзий, - спокойно ответила я. - Но давайте сразу перейдём к цифрам - они скажут сами за себя, без слов.

Он скрипнул зубами, ведь он видел перед собой слишком юную, на его взгляд неопытную девушку, которая пыталась отдавать ему приказания и казаться умнее него (мужчины!). Это было почти осязаемо - его раздражение повисло в воздухе, как пар над водой.

- Конечно, мэм. Все цифры я вам предоставлю, отчёты у меня всегда наготове. Факты таковы, - сказал он, доставая несколько папок, - что производство замедлено, часть заказов заморожена, рабочие недовольны, а оборудование требует вложений.

- Отлично, - кивнула я. - Значит, начнём с главного.

Я протянула руку за документами. Он отдал их с паузой, будто ещё не до конца верил, что я действительно здесь по делу, а не играю в кукольный домик с корабликами.

- Мистер Блант, вы видели подтверждение сделки. Я - владелица верфи и дела буду вести сама. Давайте не будем больше на этом задерживаться, думать об этом и удивляться. Сейчас я быстро просмотрю цифры и вернусь к ним позже, чтобы изучить детальнее. Дайте мне десять минут и проведите меня по территории.

Он явно ожидал другого. Вопросов, сомнений, возможно, попытки переложить ответственность. Однако, я открыла первую папку и пробежалась глазами по сухим строчкам отчётов.

Через озвученные десять минут я поднялась, накинула плащ и направилась к двери, не оглядываясь. После короткой заминки он пошёл следом.