Оля плюс Паша. Бывшие

Глава 9

Лялька

«Время... разве его бывает достаточно?»

Расстроенная, разъедаемая вопросами и обидой на всех, я бесцельно еду в потоке, сворачивая и перестраиваясь за машинами. Все равно куда, просто жму на педали и кручу руль до тех пор, пока бампер незнакомого ярко-малинового спорткара, не скрывается за автоматическими воротами жилого комплекса.

- Приехали — осматриваюсь я, пытаясь понять, куда меня завели мои мысли.

За окнами угадываю очертания высоток бизнес-центра, мост. Быстро выезжаю обратно на шоссе и двигаюсь к набережной. Хочу на мост, где ветер, снег и черная вода, перемешанная с ледышками.

Звонок мобильного заставляет вздрогнуть.

«Папа» — читаю на экране.

Зачем-то отвечаю на звонок и тут же готовлюсь попрощаться и нажать отбой.

- Не бросай трубку, Ляль, — устало с хрипотцой произносит отец и я не бросаю — Из меня, наверное, так себе папаша получился? Да? Не отвечай, сам знаю, но я старался. Ради вас, ради нее... Хотелось вам все по максимуму... А это сложно. Ты даже не представляешь, как сложно, в этом мире подняться. У меня получилось, и все, что я теперь хочу — чтобы ваша жизнь была другой! Я многого не прошу, Ляль. Просто проживите ее лучше! Пойми ты меня, я хочу знать, что вы пристроены, а после и подыхать не страшно!

- Прекрати! Ты справился пап... правда справился — перебиваю его — Не знаю была бы довольна мама... Но ты молодец. Спасибо тебе, но дальше я сама.

Завершаю звонок и паркуюсь в каком-то кармане, наплевав на знаки и правила. Глушу двигатель и, практически пнув дверь, вываливаюсь из машины. Телефон оповещает о новом сообщении, и во всплывающем окне я быстро читаю последнее от отца: «Раз решала сама, значит, будешь сама. Нахлебаешься самостоятельности и прибежишь. Я подожду».

- Да, что же за день-то такой! — вырывается у меня вместе с облачком пара.

Как назло, в этот самый момент с неба начинает сыпаться снег. Крупные хлопья падают, налипают на волосы, тают... Вода стекает за ворот тоненькой куртки, льется по щекам... Я подхожу к парапету, смотрю на воду, на снег... Там на другом берегу, среди вереницы домов виден стеклянный купол Грозинского дома. Как он там? Наверняка живет, как ни в чем не бывало. Работает, отдыхает... Мозг моментально рисует картинки, как его новая пассия расхаживает по нашей квартире в купленном белье...

- Не нашей, его квартире — поправляю себя, облизываю влажные от растаявшего снега губы и понимаю, что это не вода, это слезы.

Мне бы стоило вернуться в теплую машину и поехать домой, но я стою, смотрю на воду и чувствую, как все во мне превращается в лед. Мокрые волосы свисают сосульками, пальцы немеют... Постепенно холод пробирается все глубже под одежду, и в тот момент, когда я почти стучу зубами — оживаю.

- Идиотка! — шепчу себе под нос синюшными губами.

Они точно синие, потому что я практически их не чувствую.

- Придумала, месть какую-то... Что я докажу, приперевшись в его клуб в свадебном платье? Ничего! Если только свою глупость. Очередной поступок избалованной девочки, именно так он его и расценит.

Через пять минут я уже сижу в машине. Дрожу, кутаюсь в мокрую куртку и жду, пока навигатор проложит кратчайший путь до Сашкиного дома. Неужели, для того чтобы мои мозги включились, надо было превратить их в ледышки?

- Время в пути 57 минут — безэмоционально выдает навигатор, а я аж присвистываю от такой новости — прокатилась, называется. Двигатель завожу с одной мыслью — Сашка меня прибьет!

Вопреки прогнозу умного гаджета, во двор дома Межницких я заезжаю через час двадцать.

- И ты врешь, — разочарованно бросаю в адрес навигатора и выхожу из машины.

- Я тебя прибью, мелкая! Просто прихлопну когда-нибудь! - Бросается ко мне Сашка, как только я захожу в дом — Ты! Ты где была?! Мокрая какая! Ты с ума сошла?! Бегом в душ!

Возражать нет сил, да и бесполезное это занятие, спорить со старшей сестрой. Бросаю мокрые кроссовки посреди прихожей и иду выполнять приказ. Пусть кричит, ругается, заботится... уж лучше так, чем дурацкие мысли.

- Я в ванной! - Отчитываюсь перед Сашкой, что уже гремит посудой на кухне и ворчит.

«Все-таки семья — это лучшее, что может с тобой случится».

От этой мысли у меня даже получается немного улыбнуться, и я прячусь под теплыми водяными струями.

- Садись — кивает на свободный стул Сашка, когда я появляюсь на кухне с головы до пят замотанная в махровый халат — чай с медом.

Снова молча выполняю приказ, делаю большой глоток и рассказываю все, что со мной произошло.

- Я все решила, Сань — заявляю не без гордости, и облизываю мед с большой ложки.

- Уверена?— осторожно спрашивает она.

- Наверное, да. После слов врача как-то сомневалась немного, а потом, когда с отцом поговорила... Он такую вещь правильную сказал, про время и я подумала, что ведь, правда, никто не знает, хватит ли его. А что, если и у меня другого времени не будет?

- Ты что такое говоришь?! - сестра быстро пододвигает свой стул поближе и садится рядом.

- Нет, Сань, ты послушай, негативный сценарий, как говорится. Все, что говорил врач сбывается. Обидно? Да. Справедливо? Нет. Потому что он предатель! Он должен страдать, а получится, наоборот. Пострадаю я, а у него все будет замечательно с этой его, Ни-кой.

- Ты такая взрослая, Ляль...

- Считаешь? Грозин бы с тобой не согласился...

- Дурак, твой Грозин, а ты молодец. Отец успокоится. Перепсихует, поорет и приедет мириться.

- Думаешь?

- Да, Ляль. Ты молодец — повторяет она.

- А? — я замолкаю, осторожно подбирая слова — если бы я все-таки совершила, уже не молодец бы была?

- Не-е-ет, все-таки ты еще глупенькая маленькая сестренка — вздыхает Сашка и обнимает меня за плечи.

- Ты не ответила.

- Значит, так надо было. Не мне тебя судить. А еще, ничего у Грозина с рыжей не будет хорошего.

- Почему? — я с трудом прячу волнение.

- Потому что мужчины очень часто совершают глупости — отвечает сестра, встает из-за стола и начинает убирать посуду — на сегодня разговор окончен, марш в кровать!

Глава 10

Лялька

Все три дня после поездки к врачу, я сидела в комнате, листала телефон, фото... и ждала звонка... Умом понимала, что глупо, а вот сердце... Оно предательски ныло и пускалось вскачь от каждого оповещения, пришедшего на мобильный. Ведь нельзя же вот так, по щелчку, забыть человека?

Пока получалось, что можно.

***

Сегодня утром все изменилось.

Первое, что пришло в голову, когда я открыла глаза — так жить нельзя. Да, больно, страшно и непонятно, но надо что-то делать. Одной мне бы хватило комнаты в общежитии и отцовских денег, а с ребенком?

Мысли о работе были первыми и я, лежа в кровати, быстро пролистала главные сайты вакансий. Результат оказался плачевным. Мне хватило десяти минут, чтобы понять — без образования, опыта и знакомств можно рассчитывать только на работу курьера, администратора или расклейщика объявлений.

«Возвращаемся в универ — огласила приговор и встала с кровати».

Все еще спали, и я, с ноутбуком под мышкой, тихонько прокралась на кухню. Больше так продолжаться не может. Надо что-то решать. Жилье, учета, работа... Я просматриваю объявления и отмечаю подходящие варианты.

- Ты чего с самого утра и с ноутбуком? — удивляется Сашка, как только заходит на кухню.

- Хочу снять недорогую однушку. Вот, ищу. - Озвучиваю свое решение, принятое за время добровольного заточения.

- Вот тебе и доброе утро. — Санька проходит к кофемашине и проверяет отсек с зернами. - С чего вдруг?

- Буду начинать самостоятельную жизнь. После обеда в универ сгоняю, посмотрю расписание и... — договорить не успеваю.

- Делаем так, — сестра ставит передо мной чашку с ароматным кофе — едем в универ вместе, потом покупаем тебе все, что тебе требуется для жизни.

- В смысле?

- Ты же не все у Грозина забрала и, как понимаю, не хочешь этого делать. Поэтому купим. Посмотри, что тебе еще надо в комнату для комфортной жизни. Ну, там, подушечки, пледы, коврик, ночник.

- Саш — умоляюще смотрю на сестру.

- Да, Ляль, да! Остаешься у нас. Ни в какую однушку на окраине не поедешь. Придумала тоже, с ребенком по квартирам! Я бы поняла, если вариантов не было, а тут...

- А что Алекс скажет? Нет, сестренка, спасибо, конечно, но я так не могу.

- Сможешь! - Сашка с грохотом ставит свою чашку на стол — с Алексом уже все обсудили. Дом большой, места хватит. Будешь мне с Анрейкой помогать, потом я тебе. Так что вопрос решен, собирайся.

Поездка в университет, магазины... Мне даже показалось, что мы с Сашкой вернулись лет так на десять назад. Снова молоды, свободны и ничего не поправимого еще не случилось.

День подходит к концу, и мы с сестренкой сидим на фуд-корте торгового центра, смеемся и едим вкусное мороженое.

- Решила не говорить Грозину о ребенке? — внезапно посерьезнев спрашивает меня Сашка?

- Пока, да.

- А что изменится потом? — сестра хитро щурится и болтает ложкой в вазочке, перемешивая шоколадную крошку с подтаявшим мороженым...

- Я не хочу оставлять ребенка без отца, если ты об этом.

- Ты именно это делаешь.

- Я просто хочу покоя, понимаешь? Хочу забыть все и жить дальше, а если он будет где-то рядом... Я не выдержу, Сань. Начнет приходить, интересоваться здоровьем...

- А если не будет?

- Тем более, если не будет. Не хочу это сейчас знать и все. Годика два будет ребенку — найду и познакомлю. Захочет стать отцом — добро пожаловать, а нет так нет.

- В этом, конечно, есть смысл — задумчиво произносит Сашка. - Лишние нервы нам сейчас не нужны. Ладно, поехали-ка домой, а то няня сегодня просила ее пораньше отпустить. Надо только чего-нибудь сладенького к чаю прихватить.

Домой мы возвращаемся как раз к ужину. Алекс уже дома и они с Андрейкой устроили из гостиной огромную игровую комнату. Здесь столько всего, что глаза разбегаются. Огромные кубики, пирамидки, ходунки...

«Господи, сколько же всего требуется ребенку! — прихожу в ужас я — надо срочно искать работу, чтобы не сидеть на шее ни у сестры, ни у отца».

- А вот и наша мама пришла — радостно восклицает Межницкий и, подхватив сына на руки, идет нас встречать.

- Привет — здороваюсь с Алексом и сразу перевожу взгляд на малыша — и тебе здравствуй, племяш.

Андрейка радуется, тянет ручки и смешно толкает папу, требуя от меня немедленных обнимашек.

- Ну, иди к тете Оле, иди — тянусь ему навстречу.

- Раздевайтесь и руки мойте, гулены, — наигранно командует Алекс и обращается к сыну — не отпустим же тетю Лялю, пока она с нами не поиграет? Не отпустим.

Улыбаюсь Андрейке и обещаю ему, что буду играть с ним весь вечер, а сама сгораю от стыда. Я настолько погрузилась в свои переживания, что забыла, о людях вокруг меня. Я нужна им, они хотят видеть меня в своей жизни любую: глупую, избалованную...

Весомый аргумент, чтобы перешагнуть случившееся и идти дальше?

Глава 11

Лялька

- Тетя-студентка вернулась! - Доносится до меня голос сестры и веселый смех племянника.

Я разматываю шарф, снимаю и отряхиваю заснеженную шапку.

- Вернулась, но не тетя, а снеговик! На улице просто катастрофа! - Кричу я.

Три недели прошло с того самого дня, как я вошла в этот дом в поисках поддержки. Время пролетело быстро. Я вернулась к учебе, и теперь, каждое утро вместе с Алексом езжу в город. Все мое свободное от сна и приемов пищи время заполнено подготовкой к экзаменам. Лекции, факультативы, практика, библиотеки... Выматывает страшно, да и малыш начал давать о себе знать, но я не сдаюсь и не расслабляюсь.

«Три недели — повторяю про себя и аккуратно вешаю теплую шубку в шкаф на плечики».

- Почему так долго, Ляль? - Сестра выходит из кухни и останавливается в коридоре. - Не о себе, так о ребенке подумай! Нагрузки и перекусы в столовой ни к чему хорошему не приведут!

- Без паники, систер, все под контролем — стараюсь улыбнуться.

Вру. Нет никакого контроля, все на верхних пределах возможного, но я не признаюсь в этом. О том, как на самом деле обстоят дела, знают лишь маленькая душевая кабинка на первом этаже и подушка, что не успевает высыхать к моему возвращению.

«А в остальном, прекрасная маркиза — пропеваю про себя, но Сашка не дает мне закончить».

- Что значит не паникуй?! Марш переодеваться и за стол. Если никому больше нет дела, то я сама буду кормить своего племяша и его непутевую мамашу.

- А может, племяшку?

Смеюсь, и по пути в комнату умудряюсь извернуться и поцеловать в пухлую щечку царственно восседающего на руках у сестры Андрюшку.

- Ох, и допрыгается она у нас! Да, Андрейка? — ворчит сестра, и я быстро скрываюсь от возмездия в своей комнате.

Дверь хлопает. Я в «домике». Один на один со своими мыслями и переживаниями. Пока переодеваюсь, прокручиваю в голове сегодняшнее собеседование. Что пошло не так? Третье собеседование на этой неделе и снова провальное. Да, у меня нет опыта, но ведь я и не на первый в прайм-тайм прошусь! Мне бы зацепиться, хоть на пару часов в неделю, а дальше уж постараюсь.

Телефон жужжит, отвлекая меня от наполеоновских планов и я, откопав его в рюкзаке, провожу пальцем по экрану. Банковское уведомление сообщает о зачислении денег на мою карту, а следом приходит СМС: «На самостоятельность».

- Папа — вырывается у меня и я чуть не плачу, когда набираю ему в ответ «Спасибо».

Слова благодарности еще долго крутятся у меня в голове, и я сижу в своей комнате и растираю слезы по щекам. Помощь отца — это не про деньги, это гораздо больше. Значит, принял, готов поддержать и верит, что я справлюсь и не разочарую его. Так и будет. Устроюсь на работу, выучусь с красным дипломом... А как иначе? Хочу, чтобы медийные компании охотились за мной и сами предлагали работу. Я обязательно стану успешной! Ради себя, ради малыша... Я докажу всем, что я не бестолковая девочка.

- Вот увидишь, Грозин!

На кухню возвращаюсь в приподнятом настроении. Сашка вовсю крутится у плиты, а Андрейка сидит в своем стульчике и задумчиво мусолит во рту яблочную дольку.

- Вкусно? — обращаюсь к нему и смеюсь, услышав радостный возглас. - Вижу, что вкусно.

- Ты тоже, давай, налетай — ставит передо мной тарелку с куриным бульоном сестренка. - Зелень и сухарики сама насыплешь.

- Спасибо — смотрю на содержимое тарелки, вдыхаю запах, и только в этот момент понимаю, какая голодная.

- Я на собеседовании сегодня была. - Гордо сообщаю, высыпая в суп сухарики.

- И как? — совсем не удивляется сестра.

- Никак — вздыхаю и отправляю в рот ложку бульона. - Студенты никому не нужны. Как узнают, что я нигде не работала, так все, мы вам перезвоним.

- Ты ищешь что-то близкое к журналистике?

Киваю и наблюдаю, как она усаживается рядом с сыном, отбирает у него яблоко и ставит на столик маленькую тарелку. Андрейка возмущен, плотно сжимает губы и мотает головой.

- Хотелось бы, чтобы и теория, и практика сразу — бубню с набитым ртом и переключаюсь на племянника — ешь, ешь, очень вкусно.

- Давай, за маму — приговаривает сестра и тут же отвечает мне — надо с Алексом поговорить, может есть кто-то знакомый.

- Я бы не хотела так, Сань.

- Брось, сейчас на нормальную работу с улицы не попадешь, тем более без опыта и рекомендаций. Алекс только попросит побеседовать с тобой, и взять на испытательный срок, а там, как себя покажешь.

Конечно, я против, конечно, хочу все сама, но разумная часть меня подсказывает, что это единственный выход. Ведь помогут в начале, совсем чуть-чуть? Это шанс, толчок.

Под радостные возгласы племянника я доедаю суп и ухожу к себе. Сытый и разморенный долгой прогулкой организм требует отдыха, но я сопротивляюсь. Достаю из рюкзака тетради, учебники и устраиваюсь на кровати. Обещаю, что ровно через час позволю себя расслабиться, а пока надо повторить все к завтрашнему семинару.

Звонок мобильного. Яркий, знакомый...

Я подскакиваю на кровати и ничего не могу понять. Сколько сейчас времени? Скидываю одеяло, и учебник с грохотом падает на пол, а я окончательно просыпаюсь.

«Уснула! Черт! — мысленно ругаю себя и пытаюсь найти, затерявшийся в пледе телефон».

- Где же ты?

Почему-то нервничаю я. Только когда пальцы касаются прохладного пластика, я замираю, глядя на экран мобильного.

- Паша — выдыхаю, кажется, вместе со всем воздухом, что был в легких.

Торопливо жму на экран, чтобы Грозин не успел отключиться и, собрав остатки выдержки, произношу глупое «Алло».

Глава 12

Лялька

- Здравствуй, Ляль.

- Здравствуй — говорю ровно, но в голосе предательски проскакивают высокие нотки.

Он спокоен... На заднем фоне играет музыка, слышен смех, а в моей груди разрывается комок с иголками. Ну, а чего я хотела? Чтобы Грозин в подушку рыдал? Да, он наверное только закончил праздновать мой отъезд.

- Как ты? — изображает заботу.

«Его это волнует? — проносится в голове, но я молчу».

Заготовленные бессонными ночами фразы забыты, но самое обидное, я ловлю себя на том, что рада его слышать.

Прошло три недели. Три! Я должна злиться и ненавидеть его все больше и больше, а на деле? Хочу, чтобы он понял, как ошибся... Ночами, рыдая в подушку, я миллион раз представляла это. Мысленно рисовала картины его скитаний по дому, как он натыкается на наши фото, баночки с косметикой и скучает с каждым днем все сильнее. Все мои фантазии заканчивались одинаково: Паша приезжал и забирал меня домой.

А в реальности?

Раненое сердечко трясется и подпрыгивает не в такт. Пытаюсь успокоить его, но куда мне... Я и сама готова скакать от счастья...

- Все хорошо — отвечаю, собрав последние силы. - Что-то хотел?

- Рад, что ты в порядке. — доносится до меня, я даже чуть отодвигаю телефон от уха. - Я вещи твои собрал. Подумал... Ты тогда так быстро сбежала, а одежду и косметику оставила.

- Это лишнее — злюсь я, понимая, почему он позвонил. - Я забрала самое важное.

- Я привезу все, скажи куда. К сестре? — словно не слышит меня Грозин.

Он не слышит, я не говорю... Идеальные собеседники.

- Ты же у сестры? — повторяет свой вопрос Паша.

- Да.

- Тогда я через часик приеду.

Слова, мысли... я словно с дикой скоростью лечу по тоннелю в прошлое. Вот оно, только что было рядом и нет его... и тоннель почему-то больше похож на яму и, кажется, я никуда не лечу, а падаю...

Звонок давно завершен, экран погас. Я сижу на кровати, поджав ноги и, вперив взгляд в учебник, пытаюсь читать. Скольжу по строчкам, абзацам, дохожу до конца страницы и снова возвращаюсь к началу.

Бесполезно!

Буквы словно в наскальную египетскую живопись превратились. Делаю еще пару заходов и захлопываю учебник.

- Да, чтоб тебя, Грозин! — злюсь и падаю на подушки. - Чтоб тебя!

Жадно хватаю ртом воздух и глотаю подступающий к горлу ком. Он приедет, но только затем, чтобы отдать мне мои вещи. Вернет все, чтобы ничего не напоминало о нас, не мешало. Освобождает место для рыжей Ники?

Переворачиваюсь на живот, прячу лицо в подушку и ору от бессилия. Выплескиваю все, что наболело и, обессилев, отключаюсь.

Просыпаюсь от звонка мобильного. С закрытыми глазами нахожу телефон и отвечаю.

- Да.

- Я около дома. Ты выйдешь?

Подскакиваю на кровати и с ужасом понимаю, что час, обещанный Грозиным прошел. Он приехал и сейчас сидит в своем черном внедорожнике у ворот дома Межницкого.

А я?

Растрепанная, с опухшими глазами...

- Сейчас приду — бросаю в трубку и бегу приводить себя в порядок.

Десять минут.

Мало, для того чтобы скрыть припухшие от слез глаза. Я умываюсь ледяной водой, тщательно стирая всю косметику и, скрутив волосы в жгут, закалываю на затылке крабом. Смотрю в зеркало. Мне нравится, как я выгляжу, потому что только полный идиот скажет, что я кого-то ждала.

- А Грозина я совсем не ждала — говорю своему отражению и иду на встречу с бывшим.

Чем ближе подхожу к двери, тем меньше остается решимости. Маленькая девочка внутри меня упирается и капризничает, призывая остаться дома и отправить на встречу с Пашей сестру. Кое-как отмахиваюсь от этой идеи и твердо решаю идти до конца.

Выхожу за ворота и иду к Пашиной машине. Сам Грозин стоит рядом со своим танком, оперевшись на капот. Две сумки, набитые вещами стоят там же. Пока иду, рассматриваю его в поисках...

«Нечего там искать, прекрасно он выглядит. В любимом пиджаке и джинсах, небритый, в чуть помятой рубашке, а в остальном... ни следа переживаний».

- Спасибо, что привез. Я... У меня времени мало совсем — ковыряю носком ботинка мерзлую землю. - Учеба, работа, все такое.

- Рад за тебя, молодец. Надеюсь, я ничего не забыл — буднично, словно мы чужие, отвечает Павел — если забыл, позвони, скажи, где искать.

- Не грузись, у меня все есть. Вообще, не стоило беспокоиться. Я пошла.

«Развернуться и уйти — повторяю себе несколько раз, но оторвать ноги от земли не получается».

- Пока, Ляль, — не мешкая ни минуты отвечает Павел — у тебя все будет хорошо.

Говорит искренне, без тени грусти в голосе... А я стою как дура...

«Все? — обрывается внутри, когда Грозин разворачивается и открывает водительскую дверь».

Все... Надежда и разочарование.

«Это конец — щелкает в груди».

Беру сумки в руки и, гордо вздернув голову, разворачиваюсь и иду к калитке.

За спиной раздаются торопливые шаги Грозина. Уедет. Не поможет донести тяжелые сумки, не подождет, пока дойду до дома.

Все правильно.

- Ляль, может помочь — летит в спину.

- Большая девочка, справлюсь. — отвечаю, не оборачиваясь и не сбавляя шага.

«Тверже шаг, спина прямая — твержу себе, словно на уроке танцев — носочек тянем».