Ты меня не помнишь

Глава 7

Я нашла тебя, Межницкий Алексей Геннадьевич.

Выхожу из лифта и останавливаюсь. Ноги как ходули, чуть качнет и упаду, а в голове пульсирует лишь одна мысль – бежать. Инстинкт самосохранения? Поздновато, лет на девять задержался. Мимо меня снуют сотрудники, кто-то вежливо обходит, кто-то чуть задевает, подталкивая, а я пытаюсь не упустить из вида дорогой костюм. Совсем не вовремя звонит телефон. С трудом достаю его со дна сумочки, почти вывалив все содержимое. Трижды проклинаю тех, кто эти маленькие сумочки придумал.

- Да – отвечаю, продолжая крутить головой в поисках мужчины.

- Оль, привет, ты где сейчас?

- Я в Сити-центре, обедать иду.

- Скажи куда, я тоже хочу кушать.

Всего секунду сомневаюсь, стоит ли приглашать Вика, а потом вижу Межницкого. Он обнимает какую-то накачанную силиконом блондинку, и они вместе направляются в кафе.

- Вик, хорошо, приезжай, я в «Бронзе». Знаешь где?

- Найду. Минут пять и я у тебя.

Вик кладет трубку, а я так и иду за парочкой до самого кафе. Захожу внутрь и занимаю соседний с Межницким столик. Боковое зрение не подводит, он снова смотрит на меня, а я делаю вид, что увлечена смартфоном. Пока все идет отлично. Меня заметили, заинтересовались, а приход Вика должен создать интригу и пробудить дух соперничества. К сожалению, вопрос о приобщении Вика к моим планам решился сам собой. Откладываю телефон в сторону и начинаю изучать меню. Пора делать заказ.

- Девушке вина, пожалуйста, лучшего – долетает до меня и словно щелкает тумблер. Тот самый голос возвращает меня в сотрясающийся от музыки клуб, где я молодая и беспечная танцую в центре зала. Алкоголь давно отключил все инстинкты. Я прикрываю глаза и расслабленно двигаюсь под какой-то хит, наплевав на задравшийся топ и уползающую вверх ткань юбки.

- Такая сексуальная – слышу голос над ухом – как тебя мама такую в клуб отпустила.

Разворачиваюсь к незнакомцу и встречаюсь с ним взглядом. Симпатичный, молодой и при деньгах. Костюм явно не с городского базара. Ткань дорогая, оттенок какао с молоком, чуть касаюсь пальцами – мягкая, гладкая.

- А вы из полиции нравов? – грубо флиртую с мужчиной.

- Скорее наоборот – хохочет он и дергает меня за руку – пойдем посидим, выпьем.

А потом он заказывает «вина, для девушки, лучшего», а потом еще и еще, и вот уже в памяти всплывают крики и злые слова: «Пей, сука! Заткнись и пей!». В ту же секунду чувствую, как во рту разливается горечь от того напитка… Потому что я все помню…

- Оля! Ты слышишь меня? – меня словно взрывной волной выбрасывает из подсознания.

- Привет, Вик. Прости, я задумалась – улыбаюсь, стараюсь выровнять дыхание и возвращаюсь к меню. Надо сделать заказ, непринужденно поговорить, и эффектно покинуть кафе. Только после этого я могу запереться в общаге и заново умирать от воспоминаний и боли. Это будет маленький перерыв, когда я смогу прийти в себя и выбрать точное место для удара. А после, если выживем, я приглашу тебя прогуляться по моему личному аду, Межницкий.

- Оль, давай закажу что-нибудь. Не против?

Снова слова Вика прерывают поток моих мыслей. Он перечисляет блюда из меню, попутно кривляясь, изображая насколько они могут быть отвратительны, и я начинаю смеяться. Тяжелые воспоминания отступают и прячутся где-то глубоко внутри меня, там темно и тихо, там память будет вечно хранить их.

Обедать приходится быстро. Вика ждет отец, а меня? Меня ждет комната в общежитии, где я буду обдумывать свой следующий шаг. Замечаю движение за столиком Межницкого. Уходят? Поворачиваю голову и сталкиваюсь с ледяным взглядом мужчины. Его спутница что-то показывает в телефоне, но он не смотрит и, как мне кажется, даже не слышит ее. Отвожу взгляд и с облегчением выдыхаю. Нельзя разочаровывать человека, надо уйти раньше и обязательно с Виком, не зря же Межницкий прожигает нас своим взглядом.

Вик принимает очередной звонок от отца и жестом просит официанта принести счет.

- Мне пора – слышу сожаление в его голосе – ты остаешься?

- Нет, я тоже поеду.

Вик небрежно бросает в кэшницу две пятитысячных купюры и захлопывает ее. Я не жду его и направляюсь к выходу. Чувство, что Межницкий может сейчас пойти за нами немного пугает. Ускоряюсь, но Вик догоняет, приобнимает меня за талию, и ведет к лифту. Я охотно подыгрываю, улыбаюсь и прижимаюсь к нему, всем своим видом показывая, что счастлива. Пусть все это видят, пусть это видит Межницкий.

Здание Сити-центра мы так и покидаем, в обнимку. Вик провожает меня до моей машины и обещает позвонить. Я киваю, говорить ничего не хочу. Мне придется использовать его и от этой мысли почему-то становится стыдно. Чтобы хоть как-то успокоить себя, даю обещание, сделать все, чтобы Вик не пострадал.

В общежитие приезжаю рано, комната снова пуста. Это хорошо, мне как раз нужна тишина, чтобы привести мысли в порядок и понять, как действовать дальше. Переодеваюсь в теплый костюм и иду на кухню. Все, что мне сейчас необходимо - кофе и информация, полная информация по фирме Межницкого. Собрать ее для меня может только один человек. Достаю из кармана телефон и нахожу нужный контакт.

- Здравствуй, Шевцов.

- Алекс?

- Узнал-таки. Я по делу, не пугайся. Мне нужна подробная информация на Строймод.инк. Особенно подробно должно быть об их текущих проектах, тендерах, обо всем, что для них важно и интересно в финансовом плане.

- Алекс, что за ерунду ты придумала.

- Работать хочу – озвучиваю первую пришедшую на ум версию, а Шевцов ржет в трубку как конь.

- Юмор — это хорошо, но ты же не думаешь, что я поверю и брошусь собирать информацию, да еще и в тайне от твоего отца?

- Думаю, Шевцов. Вернее уверена, что будешь – улыбаюсь и делаю большой глоток горячего напитка.

- Нет, Алекс – говорит грубо, как отрезает.

- Тогда придется на поклон к папочке идти. Ты не оставляешь мне выбора – театрально вздыхаю в трубку – Наденьке привет. Как она, кстати, все хорошо?

- Когда нужна информация?

Я знала, что он согласится. Надломленный голос Шевцова говорил только об одном: Наденька в порядке, и ради нее он готов на все.

- Вчера, дорогой мой муж, но завтра вечером тоже устроит.

Заканчиваю разговор и мысленно благодарю Наденьку только за факт ее существования. Не могу сказать, что питаю к ней теплые чувства. Знакомство у нас как-то не задалось. Еще бы, ведь знакомились мы когда Наденька лежала голой в постели с моим фиктивным мужем. Если быть совсем честной, не таким уж и фиктивным на тот момент. После клиники мы с Шевцовым изредка встречались и иногда занимались сексом. Получается, что он мне изменил и в теории я должна была страдать. Что там положено? Рыдать, предъявлять претензии, но мне не рыдалось. Мне было все равно. Я старательно прислушивалась к себе, тщетно пытаясь уловить хоть каплю ревности. Не было, ничего не было. Словно сломанный приемник, ровное шипение на всех волнах, как ни крути, как ни настраивай. Сижу на кухне и жду Щевцова, пока он выпроваживает Надю. Зачем? Наверное, чтобы поговорить, хоть что-то из положенного в таких ситуациях я должна сделать.

- Алекс, прости, что так…

- Ничего не говори, просто скажи зачем?

Шевцов молчит, но и так все понятно. Любит он ее, а я как сломанный приемник, пользы никакой, а выкинуть папенька не разрешает.

Поднимаю глаза и всматриваюсь в его лицо. Что им движет, страх перед отцом? Похоть? Жалось! В его глазах я жалкая, поломанная, выброшенная даже родным отцом за ненадобностью кукла. Меня пробирает смех, и я не сдерживаю себя. Хохочу, пока из глаз не начинают литься слезы. Шевцов пытается меня успокоить, мечется по кухне, хватается за телефон.

- Не надо – хватаю его за руку – не надо жалеть меня.

Он останавливается, садится на корточки и обхватывает мои колени.

- Давай попробуем все заново, Алекс. Я не думал, что все так…

- Никак все! – обрываю разговор – оставляем все как есть, Шевцов, но без встреч и секса. Отцу ничего не скажу, и ты будешь молчать. Не ради меня, ради Наденьки.

Встаю, обхожу сидящего на полу мужа и направляюсь к выходу. Мне надо развеяться, мне надо отмыться от этого мерзкого ощущения ущербности, и я еду в клуб. Впервые за восемь лет еду веселиться. Неужели со мной можно быть только из жалости? Я намерена это исправить немедленно, сегодня же.

Глава 8

- Оля, Оля, проснись!

Да, что же вы делаете! Разлепляю глаза только для того, чтобы рассмотреть того, кто меня так трясет.

- Хватит – скрипучий голос пугает даже меня – у меня сейчас голова оторвется!

- Проснулась! – орет мне прямо в ухо чей-то писклявый голос, а я сейчас полжизни готова отдать за то, чтобы все заткнулись и за стакан воды.

- Пить дайте и помолчите.

Пока кто-то убегает за водой я пытаюсь открыть глаза и сесть. События вчерашнего вечера начинаю вырисовываться в памяти.

- Пей –протягивает мне кружку девушка. Это же соседка по комнате. Как ее там? Рита? Соня? Не важно. Делаю большой глоток и прикрываю глаза от наслаждения. Вода мягко обволакивает горло, скатывается в желудок и растекается блаженной прохладой по всему телу. Выпиваю все и наконец обращаю внимание на девушек. Они как два верных пажа сидят напротив кровати и смотрят на меня.

- Что?

Мой вопрос срабатывает как пусковой механизм и на меня высыпается миллион вопросов и претензий. Пытаюсь выловить важное и объединить информацию, но понять, что произошло под неумолкающий гомон Сони-Риты не получается. Хуже всего, что ко всей этой неразберихе присоединяется головная боль.

- Девочки, стоп! Просто скажите, что случилось.

- Это ты у нас спрашиваешь? Ты тут спишь, не просыпаясь, кричишь во сне, а когда мы тебя будим – рыдаешь словно что-то страшное случилось!

- Ничего не случилось, обычные кошмары – успокаиваю Риту-Соню, вспомнить бы кто из них, кто – я вчера очень устала, пришла и легла спать.

Вчера пришла? - переглядываются друг с другом – ты вчера даже не уходила – орут они.

А вот это новость из новостей, морщусь от громкого звука. Мне приснилась моя встреча с Межницким? Ни в какой Сити-центр я не ходила? Исключено, галлюцинации от реальности я отличать умею. Ищу телефон, чтобы проверить свои догадки. Пятое сентября. Информация на экране смартфона безжалостно окунает меня в реальность, подтверждая слова соседок.

- Ты три дня уже так вот лежишь – звучит как контрольный в голову.

Возвращаюсь к телефону. Пропущенные звонки от Ляльки, Шевцова, Вика. Сообщения в мессенджере. Читать и перезванивать буду потом, меня больше интересует другое. Шевцов уже должен был прислать полную информацию по фирме Межницкого. Бегло просматриваю почту – есть. Письмо с объемным файлом отправлено ровно два дня назад. Отлично. Скачиваю вложение и прячу в закрытой папке. Один вопрос решен, осталось только разобраться с моим состоянием. Отключение на три дня – это что-то новенькое. Насколько все серьезно, можно понять только восстановив в деталях вечер того дня, когда я вернулась из Сити-центра.

Сидеть становиться тяжело, голова болит, глаза закрываются. Медленно сползаю вниз с подушки и ложусь. Последнее, что я помню из событий того вечера – это кофе и разговор с Шевцовым, а потом, потом воспоминания. Как далеко они меня завели?

- Так ты в порядке? – огорошенная информацией, я совсем забыла о соседках.

- Да, девочки, спасибо, что не бросили. Простите, что добавила вам хлопот.

Благодарю искренне, надеясь, что соседки уйдут и займутся своими делами, но ничего не происходит. Я еще что-то должна знать? Смотрю на них и жду ответа.

- В общем, Оль, мы Вику позвонили – робко начинает одна – он едет сюда.

- Боже – вырывается у меня – зачем?

- Мы испугались, а кому еще можно позвонить, не знали.

В подтверждение их слов мой телефон оживает и приходится отвечать на звонок Вика.

- Ты в порядке?!

- А где привет? – пытаюсь шутить я, потому что даже не представляю, как я буду объяснять все мажору.

- Привет, Оль. Ну напугала же ты всех. Я буду через пятнадцать минут, и у меня очень мало времени, поэтому просто собери все свои вещи.

- Зачем? - все, что я успеваю сказать. Меня грубо перебивают.

- Оля, вечером. Просто соберись.

Сползаю с кровати и иду к шкафу. Откуда этот отвратительный запах? Пытаюсь найти источник в комнате, и нахожу. Оказывается, это я так пахну. Мне надо срочно в душ. Стараюсь делать все быстро, но, когда возвращаюсь в комнату понимаю, что опоздала. Вик уже приехал и ждет меня. Подхожу к шкафу и начинаю медленно собираться. Вик вертит в руках телефон, наблюдая за моими неспешными передвижениями, но в какой-то момент не выдерживает, и начинает подгонять.

- Я могу остаться здесь – раздраженно отвечаю я, скрещиваю руки на груди и останавливаю сборы.

- Не можешь. Хотя, если хочешь, чтобы все узнали – да. Подумаешь, всего лишь отчислят.

Смысл фразы об отчислении доходит до меня не сразу, а как только приходит осознание последствий, я начинаю собираться. Сестру не отчислят. Нервы потреплют хорошо – это без сомнений. Грозин решит этот вопрос. Страшнее всего, что информация о таблетках и диагнозе станет известна всем и связана она будет с Лялькой. Подставлять ее я не стану. Сдерживаю свой гонор, запихиваю последнюю вещь в чемодан и закрываю его.

- Сразу бы так – Вик берет чемодан и катит его к двери, а я плетусь за ним. Я, конечно, возмущена его поведением, но и не настолько глупа, чтобы оставаться в общежитии. В следующий раз соседки могут позвонить не Вику, а в скорую. Так рисковать я не могу.

Закрываю комнату, и уже в коридоре встречаю Риту и Соню.

- Мы так рады, что вы помирились – со слезами на глазах щебечут девушки. Перевожу удивленный взгляд на Вика.

- Да, я им все рассказал, Оль – улыбается мажор, а мне хочется треснуть его по голове за самодеятельность, но вместо этого я улыбаюсь и обхватываю его руку. Решил поиграть? Уверен, что знаешь правила?

В машине, пока едем, не разговариваем. Я не вижу смысла, Вик спешит, и все мои вопросы в любом случае повиснут без ответа до вечера. Вик же следует принципу «не спрашивают – молчи». Уже дома, поймав его у двери, я задаю вопрос про свою машину. Вик снова удивляет, просит ключи и, не говоря ни слова, исчезает за дверью.

В квартире решаю снова занять гостевую комнату и качу туда свой чемодан. После того как вещи разобраны, принимаю ванну, и расслабленная падаю на кровать. Спать не планировала, но видимо организм еще не полностью восстановился и я не замечаю как проваливаюсь в сон. Просыпаюсь только тогда, когда слышу звук закрывающейся двери. Вик вернулся, больше некому. Слышу, как он проходит на кухню, открывает холодильник. Лениво потягиваюсь на кровати, встаю и иду его искать. Поговорить нам придется, как и обсудить причины и правила совместного проживания.

Нахожу мужчину на кухне. Он пытается приготовить ужин?

- Поможешь? – спрашивает он, даже не поворачиваясь в мою сторону.

- Только в обмен на обещанный разговор – открываю пачку спагетти, лежащую на столе, и опускаю их в уже кипящую воду – не знала, что ты готовишь.

- Не всегда. Просто люблю домашнюю еду и не всегда могу отказать себе в этом удовольствии.

Вик переворачивает стейк, и я облизываюсь, глядя на румяную корочку и вдыхая пряный аромат специй.

- Так что за спешка с моим переездом – начинаю разговор.

- Спешки нет, но то, что тебе небезопасно оставаться в общежитии ты и сама понимаешь. Только это одна из причин. Главная – наши родители знакомы, не близко, но мой отец знает твоего.

- Не понимаю – говорю, а у самой все застыло внутри. Всего один звонок, один разговор и наш с Лялькой обмен вскроется.

- Он доволен моим выбором, увеличил вдвое мое месячное содержание и выделил проект у себя в компании. Его условие - мы должны быть вместе. Прости, но я не смог отказаться.

Слушаю Вика и как-то нехорошо становится. Получается, что сейчас я гарант безбедной жизни Вика и ради этого, он будет держать меня около себя. Ему так важно получать бонусы от папочки?

- Оль, ты помогаешь мне – я тебе. Никакого подвоха. Я тебя обеспечиваю, ты играешь роль моей девушки.

- А если нет?

- Да, Оль, уже да. Отец в курсе, что ты живешь у меня. Твой комплект ключей в прихожей и машину твою сейчас пригонят.

Мое мнение опять никто не спрашивает. Интересно получается, я опять должна буду играть роль послушной девочки. Может у меня где-то табличка навешена «Загнана в угол и готова на все»? Смотрю на Вика и не замечаю никаких угрызений совести. Стоит, улыбается. Можно наорать, психануть, но это ни к чему не приведет. Уж в чем-чем, а в этом опыт у меня огромный и слишком печальный. О чем я там рассуждала? Что мне стыдно использовать его? Теперь нет. Теперь каждый будет получать выгоду от наших фиктивных отношений.

- Хорошо, Вик, у меня есть одно условие, важное.

Глава 9

- Хорошо, Вик, у меня одно условие, важное. Мой отец ничего не должен знать об этом.

- Почему?

- Скажем так, у нас очень специфичные отношения.

- Расскажешь? – Вик выключает плиту и накрывает сковороду с мясом крышкой.

- Наши с тобой отношения развиваются слишком стремительно, не находишь? Пусть останется хоть одна маленькая тайна – шучу я, пока сливаю воду со спагетти и достаю тарелки - давай ужинать.

Не спеша накрываю стол пока Вик увлеченно просматривает что-то в телефоне. Больше мы не говорим, видимо негласно решив провести вечер наедине со своими мыслями. За ужином я постоянно возвращаюсь к воспоминаниям о Шевцове и о том вечере, когда я решила бросить вызов своим страхам. Думала про отца и задавала, пожалуй, самый сложный вопрос: «Могли ли наши с ним отношения быть другими?» Жаль, что ответа на него я никогда не получу. Мир больших денег и больших возможностей не терпит слабых, а я делала отца именно таким. Он был уязвим, мог потерять слишком многое, и он сделал выбор. Выбор в пользу больших возможностей, и девять лет назад Александра Лисицкая очнулась в клинике уже Шевцовой. Рядом со мной в палате сидел мой муж и руководитель службы безопасности отца. До сих пор помню его взгляд. Выдержать ту ядерную смесь жалости и обреченности было невозможно. Я закрыла глаза и отвернулась. Он все понял. С того дня навещала меня только Лялька. Для остальных я словно перестала существовать и лишь ежемесячные уведомления о пополнении моего счета напоминали мне, что я не сирота.

- Подай тарелки, Оль – голос Вика не дает мне до конца увязнуть в водовороте воспоминаний.

Собираю посуду со стола и приношу на кухню. Вик загружает посудомойку и, приобняв меня за плечи, ведет к дивану. Я не сопротивляюсь, небольшая порция иллюзии семейного вечера мне не повредит. Я забираюсь на диван с ногами и удобно устраиваюсь среди подушек. Вик что-то рассказывает про фильм, спрашивает мое мнение, а у меня его нет, мои мысли сейчас слишком далеко. Ловлю первые кадры какой-то комедии и воспоминания вновь возвращают меня в тот день, когда я снова почувствовала себя живой. Не жалкой, навязанной отцом обузой, а женщиной, которая может нравиться, может соблазнять и получать от этого удовольствие. Это было невероятное чувство, которое снова нарушало все планы отца. Эту проблему он тоже решил, легко и не задумываясь, компенсировав неприличной суммой на моем счете. Именно с того дня я начала оживать и планировать свое возмездие.

Прикрываю глаза, и комнату заполняет шум клуба, словно все было вчера, а не год назад. Монотонно долбящая музыка обволакивает, заставляет сердце биться в одной тональности. Пересекаю танцпол и усаживаюсь на стул у барной стойки. Столики в зале заполнены молодежью, легкая добыча. Сегодня моя цель крупнее и выбирать буду я.

Скольжу взглядом по второму этажу. ВИПки заполнены, пониматься туда бессмысленно. Выделяю два столика. Мужчины постарше, без девушек. Официант практически не отходит от них, значит не случайные, не с улицы. Заказываю безалкогольный коктейль и жду. Горьковатый осадок от сцены в квартире Шевцова постепенно заменяется на мятный вкус кисло-сладкой смеси в моем бокале. Легкие заполняются ароматами кальяна и алкоголя, и я расслабляюсь, ловя ритмы популярной танцевальной музыки. Страха нет, мне до одури хочется присоединиться к беспечной толпе, и я спускаюсь с высокого барного стула, собираясь сделать шаг в сторону танцпола. Всего шаг, но я не успеваю сделать его. Высокий каблук подворачивается и скользит по дорогой керамике, покрывающей пол, и в тот же момент чьи-то руки подхватывают меня за талию и прижимают к крепкому горячему телу. Приятно, волнительно. Я тихонько охаю и чувствую, как дыхание незнакомца обжигает мою шею, а потом раздается тихий шепот.

- Не стоит вот так сразу кидаться мужчине в ноги.

- Мужчине? Я ждала принца – изображаю разочарование и разворачиваюсь в крепком захвате, чтобы посмотреть в лицо моему спасителю.

- Золушка значит?

В глазах мужчины пляшут озорные огоньки, а уголки губ чуть подрагивают в улыбке. Ему понравилась игра и он еще крепче прижимает меня к себе и шепчет на ухо: «Только ты ошиблась, я не принц, я дракон и сейчас утащу тебя в свое логово». От этих слов меня пробирает дрожь, тело словно плавится от прикосновений. Я ловлю его взгляд и выхватываю в мерцающем свете грубые, мужские черты. Высокие скулы, тонкую линию губ и глаза. Жесткие черные волосы зачесаны назад, а в глазах сейчас пляшут разноцветные огни клуба вперемешку с похотью. Ловлю свое отражение в его зрачках и понимаю, в логово дракона я пойду добровольно.

Пока мы идем по запутанным коридорам клуба рука мужчины скользит по бедру снизу вверх. Мы идем не в ВИП-зону, не в отдельную комнату. Мы идем в административную часть. Кто ты, дракон? Хозяин этого заведения?

- Проходи – передо мной распахивают дверь в хорошо обставленное помещение.

- Кабинет – отмечаю про себя.

Большой стол из темного дерева, сейф, кожаный диван и мини бар.

- Это логово дракона? Симпатично.

- Диван? Стол? – слышу хриплый голос мужчины пока его руки без стеснения задирают мое платье до талии.

Разворачиваюсь к нему лицом и обхватываю шею руками.

- Стол – выдыхаю в его приоткрытые губы и накрываю своими, сливаясь в неистовом поцелуе. В ту же минуту меня усаживают на стол, что-то с грохотом падает, шуршат бумаги. Пытаюсь аккуратно сдвинуть письменные приборы, но меня останавливают и смахивают все одним движением руки на пол.

- Я целый час наблюдал за тобой, не хочу больше терять время.

Слова мужчины сметают все условности и преграды, и я отдаюсь ему, жадно впитывая несдержанные ласки и поцелуи. Откидываюсь назад, опираясь на локти, и чувствую, как платье скользит по плечам, открывая все больше возможностей для наслаждения. Тянусь рукой к пуговицам на мужской рубашке и начинаю их медленно расстегивать. Как только заканчиваю с рубашкой, мужчина рывком скидывает одежду, притягивает меня к себе и максимально разводит бедра. Его пальцы медленно ползут вверх, с нажимом, оставляя чуть заметную дорожку, и цепляют край трусиков. Секунда и мы обнажены, взгляд глаза в глаза, шорох фольги и резкий толчок. До искр в глазах, до боли и до небес. Ускользающее сознание подкидывает всего одну мысль, о том, что это лучший секс в моей жизни. Потом только стоны, хрипы, мертвая хватка на моих бедрах и удовольствие, от которого я теряю сознание.

- Ты не Золушка, ты ведьма – голос мужчины, сорванный на пике удовольствия возвращает меня к жизни.

- А ты настоящий змей искуситель – шепчу я.

Оставив дорожку из поцелуев от виска до ключицы, мужчина нехотя отрывается от меня, и я спрыгиваю со стола. Движение получается слишком быстрым, ноги словно чужие и меня чуть ведет в сторону. Меня ловят и относят к дивану. Мы одеваемся, бросая друг на друга заинтересованные взгляды, и выходим из кабинета.

- Как-нибудь повторим? – оставляет легкий поцелуй на виске мой дракон.