В какое время будет вновь сиять моя луна?

– Нет, брат, нет! – закричал Чонган, окружённый стражниками, – Юэй ни в чем не виновата! Поговори со мной! Я тебе всё объясню!

Но слуги, возглавляемые Главным воспитателем, утащили брыкающегося и кричащего принца в его покои. А покорную Юэй увели во дворец. Завели в тёмную комнату и поставили на колени, ожидать свою участь. Довольный представлением Император отправился по своим делам. Пусть посидят по разным углам, подумают над своим поведением, подрожат, размышляя, какое наказание получат.

* * *

Вскоре Его Величеству доложили, что принц грозит отказаться от еды, выходить из комнаты на

занятия и говорить с кем бы то ни было, пока Его Величество не примет его. Вот ведь паршивец!

Виноват и ещё грозится! И Его Величество отмахнулся – ничего, проголодается и сдастся. А за строптивость пусть торчит на коленях.

Утром Императору доложили, что принц упорствует, а барышня Ки потеряла сознание. И Его Величество сдался. Не хватало ещё, чтобы Чонган опять замкнулся в себе. А он может. Упрямый мальчишка! И Император распорядился привести принца к нему в кабинет. С решительно сжатыми губами Чонган вошёл к Его Величеству, встал перед ним на колени и произнёс уже сказанное:

– Ваше Величество! Барышня Ки ни в чем не виновата!

– Это я уже слышал! Она виновата в том, что подвергла наследного принца Империи опасности.

– Ваше Величество, Юэй не знала, что я принц. Я не раскрыл ей свою личность. И в этом только моя ошибка. Она ни в чем не виновата! Не наказывайте её! Я приму наказание вместо неё!

– Как интересно! – саркастически сказал Император, на самом деле наслаждаясь разговором с братом. Он не слышал его голос три года. И не злился за его проказы, сам был таким. Был рад тому, что он так яростно защищает своего друга, поступая, как настоящий мужчина. Но не мог же Его Величество оставить их проступки без наказания?

– Ты готов принять пятьдесят ударов палками вместо неё?

Чонган заметно побледнел, но, не колеблясь, ответил:

– Готов, Ваше Величество!

– Странно! Мне доложили, что ты последнее время усердно учишься, а ты, оказывается, не знаешь, что те, кто смеет поднять руку на особу императорской крови, будет казнён на месте. А, тем, кто дотронется до невесты Императора, будут отрублены руки.

– Мы это ещё не изучали, – смущённо пробормотал Чонган.

– Так ты желаешь, чтобы мои слуги были подвергнуты такому наказанию?

– Нет, Ваше Величество, – ответил принц.

– Какое же ещё наказание барышни Ки ты можешь принять вместо неё? Участие в увеселительных мероприятиях наряду с остальными одиннадцатью невестами, которые она пропускала, развлекаясь с тобой в городе, а теперь пропускать не будет? Или вот – сдашь вместо неё экзамены на зачисление её в разряд трёх невест, из которых я буду выбирать себе жену? Что выберешь?

Чонган ошалело посмотрел на Императора, в глазах которого блестели смешинки.

– Брат! Так жизни Юэй ничего не угрожает?!

– Наконец-то братом назвал, – проворчал Император, – Поднимайся!

Чонган заулыбался во весь рот, чем несказанно порадовал старшего брата, и радостно вскочил с колен.

– Голоден? Позавтракаем вместе?

И братья впервые за три года ели вместе и разговаривали. Чонган хвастался своими успехами в учебе, не преминув подчеркнуть, что это Юэй его убедила учиться. Сдержанно, боясь сказать лишнего, рассказывал о том, что они с Юэй видели в городе. Но постепенно увлекался и переходил к восторгам. Имя Юэй не сходило с его уст. Но про выходы на крышу ни словом не обмолвился. Чем меньше старший брат знает, тем лучше!

* * *

Без наказания проказники всё равно не остались. Ещё как-то наказывать барышню Ки Его Величество не стал. Из наказаний осталось только вернуть её домой, а это означало наказать ни в чём не повинную старшую барышню Ки – Айю и навлечь позор на весь род Ки. Работой главы провинции Гуй-Чжоу, отца сестёр, господина Ки Тингж-Гуй9, Его Величество был доволен. Он слыл человеком умным и справедливым, мздоимством не занимался. А это были редкие и очень ценные качества, особенно для тех, кто олицетворял власть Императора в дальних землях.

Наказал Его Величество своего брата. Загрузил Чонгана занятиями так, что тому некогда стало голову поднять. И ещё стражников приставил, которые ни на шаг не отходили от Его высочества. Не то чтобы в город убежать, встретиться друг с другом Чонгану и Юэй стало проблематично.

9 – Тингж-Гуй в переводе – «может суд быть мудрым, соблюдающим справедливость»

6

Через несколько дней Главный воспитатель доложил Его Величеству, что принц избавился от охраны и сбежал.

– Что значит, избавился? – возмутился Император, – Как девятилетний мальчишка может избавиться сразу от шести стражников и исчезнуть?

– Ваше Величество! Барышня Ки научила Его высочество некоторым приёмам самозащиты и нападения. Он ими воспользовался и ускользнул, застав стражу врасплох. Не беспокойтесь, Ваше Величество. Принц не покинул пределы дворца. И, кажется, я знаю, где он находится.

– И где же?

– На месте встречи с барышней Ки, Ваше Величество.

– Опять эта девчонка! – вскипел Император, – Разве я не приказал прервать их общение? Как они смогли договориться о встрече?

– Вероятно, они договаривались заранее. Барышня Ки ходит на это место каждый день после завершения занятий и ждет принца до темноты. Как нам поступить, Ваше величество? Прикажите! Поймать Его высочество и вернуть в его покои? Запереть барышню Ки сразу после занятий в своей комнате? Или поймать их с поличным?