- -
- 100%
- +
Глава 4
АРСЕНИЙ
Детская шапка не двигалась уже с минуту. Такого не может быть. Нет, я определённо что-то видел. Или это ветер? Чёрт! Конечно же ветер!
Спешно заблокировал машину и бросился к детской шапочке, прекрасно понимая что ни хрена там не найду. Сбежала. Облапошила, как додика! Вот что значит не работать с такими посылочками. Я ещё шлюх пытался как-то доставлять Зоту, а вот таких "совершенных" ни разу. Но Зот прав, я — ищейка от бога, а значит найду даже в нелюдимой тайге, если понадобится.
Шёл спешно, внимательно ища следы и обломанные ветки. Тут главное самому не паниковать и внимательно изучать местность.
Дура! И куда только поперлась без денег, без сотовой связи да и ещё с малолетним ребёнком?
Пока шёл, пытался склеить кусочки мозаики воедино. Хорошо, допустим, ссора супругов. Очень серьёзная. Обиды, развод, делёж имущества и борьба за право воспитывать ребёнка, но даже в таком случае мамашка не метнётся в непроходимый лес холодной и дождливой осенью. Какая мать решится жертвовать своим чадом ради собственных амбиций и гордыни? И эта сцена в машине... У Лизы началась явная паника, стоило ей понять, что её везут к отцу.
Чуйка меня редко подводила, и сейчас она светила красным знаменем, заставляя думать оба полушария. Но вот как раз голова мечтала об отдыхе, скорой свободе и спокойной жизни где-нибудь на лоне природы: рыбалка, свежий воздух, тишина, свобода... А что? Чем мы старее, тем, говорят, ближе к земле. Я бы и картошку со свёклой посадил в следующем году, только не мешало бы обзавестись лопатами да тяпками.
Притормозил, максимально вслушиваясь в лесную фауну. Щебет птиц, стрёкот насекомых, шелест листвы, запах грибов, стук кроны многолетних сосен. Сейчас бы мою двустволку и за косулей, а можно и кабанчика. Интересно, живность здесь водится? Не хватало ещё горе-мамашке напороться на лося или кого посерьёзнее. Инертно проверил за пазухой Беретту. Шутить со здешними местами не стоит.
Где-то послышался вскрик то ли зверя, то ли птицы. А если ни тот, ни другой? У леса есть свойство проносить звуки на дальние расстояния, а значит не факт, что его источник где-то рядом. Бесшумной поступью двинулся на звук. Если птица, она не могла обойтись одним разом, а если зверь... Лисица? Эти особи способны издавать множество громких воплей, не имея своего набора букв и диапазона, как например, у коровы или собаки.
Шёл, внимательно глядя под ноги, и заслужил небольшую награду — детская заколка для волос. Да, такая же была на Лизе. Поднял, сунув трофей в карман и вслушался ещё лучше. Буквально проник слухом в каждый порыв ветра, скрип веток, шелест листвы. Вы рядом. Я чувствую!
Хруст сломанной ветки где-то слева сорвал меня с места. Тень в кустах обрела плоть и метнулась вперёд на полной скорости.
Я был больше, быстрее, на легке, поэтому настиг беглянок в пару мощных прыжков, но и Бандеролька оказалась непромах. Развернулась ко мне в последнюю секунду и бросила ворох земли прямо в глаза.
— Сука! — взревел я от боли. Запнулся о корягу и рухнул куда-то в низину с дождевой грязью.
Частицы сухой земли буквально разъедали и резали глаза тысячами микроскопических осколков. Убью, гадина! Клянусь, прихлопну одной левой! Удавлю без зазрения совети!
Взревел от злости и, с трудом открывая травмированные глаза, прибавил шаг в былом направлении. Боль мешала, и я понимал, что упущу мерзавку, если не решусь на крайние меры. Достал из-за пазухи "Беретту" и дважды пальнул в воздух.
— Ещё шаг, и третья будет в тебе! — рявкнул я, направив дуло в девичью спину.
Дарья вросла в землю, пряча ребёнка в полах своего пальто, словно спрогнозированная пуля предназначена не ей, а соплячке.
Держа негодницу на мушке, наконец, настиг и грубо дернул на себя, совершенно не думая, как сейчас это всё выглядит в глазах ребёнка. Однако, и тут Бандеролька оказалась шустра. Мамашка закрыла дочери глаза ладонью, и умоляюще посмотрела в чёрное дуло пистолета.
— Молю, уберите, — шепнула низким и до смерти перепуганным голосом, отчего злоба исчезла в мгновение ока.
Спрятал Беретту обратно в кобуру, и больно перехватил Дарью за локоть.
— Будешь откалывать мне такие номера, то и соплячки твоей не постесняюсь, поняла? — процедил в бледное и взмыленное лицо. — Шуруй к машине.
— Даша, — умоляюще пискнула мелкая, и девица снова что-то ей зашептала на ухо. Да уж, команда что надо!
Неумолимо шёл за Бандеролькой, периодически страхуя на пригорках, помогая миновать поваленные стволы деревьев и оберегая от огромных веток, норовивших заехать по лицу. Было бы мудро забрать у неё соплячку, но воинственный взор угольных глаз не сулил понимания и покорности.
Да, теперь я плохой дядя Сеня! И честно говоря, посрать!
Спешно вернул заднее сидение в исходное положение и затолкал туда девчонок. Сам же сел на водительское и предусмотрительно заблокировал центральный замок.
Глаза продолжали болеть. Посмотрел в зеркало заднего вида и смачно выругался. Белки глаз раскраснелись настолько, что не помогало ни бесконтрольное выделение слезной жидкости, ни вода из бутылки, которой обильно орошил веки. Надо в аптеку, иначе чего доброго и зрения лишусь. Ну спасибо за подарочек, мелкая пакостница.
Заметил на себе напряженный взгляд с заднего сиденья.
— Тебе сейчас нежелательно садиться за руль, — очень своевременный совет от той, что сама же меня списала.
— Да что ты говоришь! — рявкнул я, и девчонки испуганно вздрогнули.
Сука! Таким ходом, я скоро сделаю мелкую заикой. Ещё в штаны писаться начнёт. Но Дарья права — я ни хрена теперь не вижу. Глаза слезятся и кажется горят изнутри. На трассе — это верная смерть меньше, чем через час, под колёсами какой-нибудь фуры.
— Ты, — ткнул в старшую пальцем. — Перелезай вперёд. Поведёшь дальше сама. И без фокусов. Помни об этом, — и постучал по кобуре.
— Даша, нет! Даша, пожалуйста, — снова закуксила мелкая, цепляясь в мамашку. Странно, почему она зовёт её по имени? Раньше вроде не звала.
— Всё нормально, милая, — звонким и бодрым голоском заворковала Дарья, ласково улыбаясь девчушке. — Я здесь. Просто буду впереди. За рулём. Как вчера, помнишь? Ты в окошко пока смотри или поиграй с Батоном. Дядя тебя не тронет. Обещаю...
— Да, дяде не до этого, — сердито рыкнул я, утирая набегающие слёзы.
Даша села на водительское, и я невольно завис, оценивая объект. Такая хрупкая и маленькая в этом водительском кресле. В нём может запросто поместиться ещё две таких Даши. Тонкие запястья легли на руль, а цыплячья шея больше не казалась мне таковой. Царский изгиб, как у лебедя, ровная осанка, выправка балерины. Плавный и выверенный поворот головы, острый подбородок, высокие скулы. Карие глаза с песочными переливами и почти золотые у радужки. Красивая, умная и смелая.
Бандеролька отрегулировала кресло под себя, поправила зеркала. Слегка ухмыльнулся — такая сопливая, но ведёт себя, как взрослая. Этакая маленькая женщина, которая, лять, сделала меня, как два пальца об асфальт. Ноги-то хоть до педалей дотянутся?
— Надеюсь, все успели и пописать, и покакать, гуляя в том грёбаном лесу? Остановок в ближайшие два-три часа не предвидется. Газуй, Бандеролька, и больше никаких фокусов, иначе заверну тебя в оберточную бумагу до самой Москвы. Полежишь в багажнике для верности. Я не шучу...
Глава 5
ДАША
У него пистолет. Не травмат, не зажигалка, не отпугиватель, а настоящее боевое оружие. И этот придурок напугал им Лизу до полусмерти. Странно, что он не продемонстрировал мне его раньше, тогда быть может я не решилась на диверсию, а он бы не страдал на соседнем сиденье с болью в глазах.
Откровенно говоря, он не один испытывал болезненные ощущения. Последнюю таблетку обезболивающего я так и не успела принять, а действие предыдущей давным-давно закончилось. Ребро ныло и мешало дышать полной грудью. Досталось ему и во время пробежки по лесу, когда адреналин отодвинул всё несущественное, и я бежала вперёд держа на руках Лизу. В схватке с боровом тоже ощутила ущерб, но стерпела. Лишь теперь, успокоив трепещущее сердце, чувствовала травму в полном спектре.
К счастью, Арсений был больше слеп, поэтому не замечал моих страданий.
— Через пару километров будет пригород. Там есть аптека, — сообщила я.
Мужчина посмотрел на наручные часы и кивнул. У него есть какой-то график?
— Я хочу кушать, — молчавшая до сих пор Лиза тоже изъявила свои пожелания.
Совесть мгновенно взыграла под грудиной. Время перевалило уже за полдень, а ребёнок до сих пор еще́ не завтракал.
— Сделаем привал в ближайшем посёлке, — известил Арсений и я облегчённо выдохнула, что мне не нужно сейчас его умолять сделать остановку, чтобы нормально поесть и передохнуть.
— Потерпи немного, милая, — старалась говорить как можно непринуждённее. Возможно, моё мнимое спокойствие подействует и на девочку, Лиза расслабится и не будет сидеть, забившись в угол пассажирского кресла.
Мы проезжали этот городок вчера. Именно здесь мне помог молодой парнишка из автосервиса подкачать колесо, а в той закусочной милая официантка жаловалась, как приезжала в этом году в Москву поступать в МГУ, но не прошла и ей пришлось вернуться обратно в ожидание следующего года и следующей попытки. Новые осколки надежды на спасение завибрировали в душе.
В аптеку пошли все вместе одной дружной липовой семьёй. Лиза просилась на руки, но боль в ребре, не позволила мне этого сделать.
— Ты в порядке? — Арсений окинул меня подозрительным взглядом.
В ответ молча кивнула, потянув девочку за руку. Пока беседовала и советовалась с фармацевтом, мужчина стоял за моей стеной. В голове мгновенно всплыли все эти глупые ролики, где учили жестами подавать сигнал бедствия. Я пробовала, но женщина-фармацевт скучающе проигнорировала меня.
Зато Арсений всё понял верно. Выходя из аптеки, боров сжал сталь своих пальцев на моём затылке и со зловещей улыбкой процедил:
— Бандеролька, ты можешь швыряться в меня землёй, можешь лягаться и оскорблять, но никогда не держи меня за идиота.
Отпустил, и я одарила гада самым ядовитым взором. Ладно, я знаю ещё пару способов просить о помощи.
— Тут недалеко закусочная. У них неплохая кухня, а пирог с мандаринами прямо объедение.
Но Арсений проигнорировал моё предложение, ведя к придорожному мотелю.
— Закажем доставку, если тебе прямо так приспичило, — буркнул он, лишая последней надежды. Вот же сволочь, знает всё наперёд.
Комнату дали с двумя кроватями и отдельной ванной. Этот мужчина явно любит комфорт. Пожалуй, в этом я с ним солидарна.
Лиза затравленно уселась в углу самой дальней кровати и внимательно наблюдала за взрослыми. Я же незаметно закинула в рот обезболивающее и прожевала прямо так без воды, рискуя желудком.
— Еду принесут в течение получаса, — деловито сообщил он, снимая с себя куртку и рубашку, под которыми оказывается скрывалось очень даже могучее и прокаченное тело. Широкие плечи с валиками мышц, стальной пресс с приятным глазу набором кубиков, косые мышцы живота, играющие при движение.
Поняла, что стою с открытым ртом, когда в нём пересохло. Мужчина безусловно красив и эстетичен, несмотря на пугающее первое впечатление. Бульдожья челюсть уже таковой не казалась, а холодные серые глаза, наоборот великолепно граничили с его горячей мужской сексуальностью. Остроту общей картины подчёркивали татуировки на шее и плечах, сообщая об опасной страстности своего владельца. Если бы я и правда пошла с ним на сделку, то сомневаюсь, что пожалела бы. О таком мужчине мечтает добрая половина женских сердец.
Проморгалась, чтобы отогнать из головы ненужные картинки и протрезвев уловила его насмешливый взгляд. Да, он знает, что нравится женщинам, и я как дура это только что подтвердила. Да, пошёл ты! Не мой типаж! Солдафоны и качки никогда меня не привлекали, скорее отталкивали своей тупостью и узколобостью.
— Идём, — указал он на ванную комнату, и я мгновенно напряглась. Что вдвоём? Зачем? — Не дрейфь... Просто исправишь то, что натворила.
Сглотнула и покорилась, предварительно одарив Лизу непринуждённой улыбкой.
— Посиди пока тихонько. Я сейчас вернусь, — и шагнула в уборную за курьером.
Арсений включил воду и закрыл дверь. Для двоих здесь явно было мало места, поэтому вмиг оробела, оказавшись так близко с его сексуальным телом. Не знала куда смотреть. В глаза — жутко, на тело — опасно, а в сторону — глупо. Я хоть и не девственница, но с таким сортом мужчин не представляла, как правильно себя вести.
Арсений протянул мне пузырёк с глазными каплями, и я приняла их, как спасение.
— Сядь, пожалуйста, на край ванны, — сиплым голосом попросила я, распечатывая пузырёк.
Но мужчина отчего-то повёл себя иначе. Навис надо мной всей своей могучей фигурой и припечатал к двери. Испуганно замерла, не понимая, что он собирается делать. Его ладонь прихватила низ футболки и медленно потянула вверх, обнажая взору мой секрет — огромный багровый след от ботинка. Я забыла, как дышать, понимая, что Арсений не простой солдафон, а мужчина с хорошо развитой интуицией и наблюдательностью. Стыдливо поймала его ладонь, не позволяя считать дальнейшие отметины на теле.
— Ты купила в аптеке довольно сильное и дорогостоящее обезболивающее. Для головной или зубной боли подошло бы что-нибудь попроще. Откуда они?
— Если скажу, что муж, поверишь? — и провернула его субстанцию в своей мясорубке совести.
— Я уже больше десяти лет не верю бабам, и ни разу не ошибся.
— Ещё скажи, что мы зло, — закатила я глаза. — Не думал, что подобные выводы частенько звучат с обоих фронтов? Что ненаглядная провернула твоё прекрасное и доброе когда-то сердечко в комбайне и слопала на ужин?
— Как и твой ненаглядный, приложился пару раз о тебя ботинком...
Не знаю, какая именно мышца сработала первой, но я влепила козлу хорошую затрещину. Хотела добавить бонусом, но второй замах пресекла стальная ладонь.
— Легче, иначе за оплеуху тоже придётся отдуваться, — с этими словами боров сел на крышку унитаза.
Замерла, не понимая к чему он ведёт. Скользнула взглядом ниже, случайно зацепив паховую зону мужчины. Надеюсь он не это имеет в виду?
— Капли! — нетерпеливо подчеркнул он, и я тряхнула головой, стараясь больше туда не глазеть.
— Запрокинь голову и смотри вверх...
Осторожно коснулась пальцами колючей щеки. Нависла над его лицом, разглядывая черты. Он хорош. Безумно хорош собой и притягателен. Кажется мне пора заканчивать эту дурманящаю близость.
Две капли в одно веко, потом столько же в другое. Арсений прикрыл глаза, заставляя их впитать в себя лекарство.
— Я не зло в последней инстанции, — не открывая глаз уронил он, совершенно искренне. — Просто привык не вмешиваться в дела чужой семьи...
— И таких много, — хмуро буркнула я, и зачем-то начала мыть руки лишь бы не смотреть на его профиль и не чувствовать запах. Да, запах. Я впервые принюхалась к постороннему мужику и испытала кайф. Вроде бы ничего особенного, но током пробило от макушки до пят.
— Не примешивай меня к говну, — Арсений устало поднял голову и открыл красные глазы. Смотрел прищуриваясь и внимательно, причём ниже моего лица. Вот нахал!
Съежилась, обняв себя руками.
— Мне хватило времени оценить тебя. Такие как ты всегда суют нос не в своё дело, а потом отхватывают. Даже я не прочь сейчас тебе всыпать по первое число, но обычно воспитываю строптивых барышень, ставя на четвереньки и желательно без трусиков. Причём визжала бы ты от кайфа, а не от боли, прося добавки.
Сглотнула, неожиданно представив это слияние. С таким самцом любая нескладёха будет вести себя, как порноактриса и позволять делать с собой всё, что ему заблагорассудиться, лишь потому что он наверняка знает, как сделать партнёрше хорошо.
Тряхнула головой, прогоняя наваждение и тут же осеклась, услышав так знакомый мне и пугающий звук — падение и грудной вой.
— Лиза! — в ужасе бросилась прочь из ванной, зная, что в комнате увижу ту самую жуткую картину, из-за которой в своё время не решилась бросить малышку.
Девочка лежала на полу под неизведанным углом, изо рта шла пена, а тело конвульсивно подбрасывало вверх.
Глава 6
АРСЕНИЙ
Довольно тесное нахождение с Бандеролькой в ванной комнате действовало одуряюще. Совсем девчонка ещё и краснеет, как перед первым разом. Однако, смелая. Боится смотреть в глаза, но борется с собой, заменяя на дерзость и упрямство. Да, такая пойдёт на всё ради своих целей, а значит будет искать лазейки, чтобы улизнуть, потому что всё давно решено и не подлежить обжалованию. Я лишь помеха на её пути.
Глаза цвета кофе пристально смотрели на меня в упор с каждой секундой забирая волю, потому что уже представлял, как страстно впиваюсь в зовущий рот и своим натиском раздвигаю точёные ножки. Стиральная машинка как раз пригодилась бы в качестве ложа для жаркого слияния. Уже слышал где-то в недрах мозга, как наши тела бьются друг о друга в бешеном ритме, а сладкий девичий стон оглушает весь мотель... Стоп!
— Лиза! — в ужасе выдохнула Бандеролька и, сломя голову, выскочила из ванной.
Что? Я же ничего не сделал пока! Но выйдя следом, понял, что ситуация совсем мне не подконтрольна.
— Что с ней?! — испуг впервые пленил щупальцами грудь.
Интересно, что Даша не паниковала, как это принято у баб, а действовала умело и выверенно. Уложила голову ребёнка на колени и повернула малышку на бок. Крепко удерживала, параллельно успокаивая. Приступ стихал, а я судорожно перебирал в голове варианты подобного недуга. Вывод напрашивался лишь один — эпилепсия. Гадкая вещь, судя по рассказам. Впервые хотелось чем-нибудь помочь, так как видеть малышку в таком состояние дико претило, только понимал, что впервые сталкиваюсь с подобным лично.
— Салфетки, дай, живее, — скомандовала Дарья, указав на сумку. Мгновенно выполнил, к счастью упаковка лежала на самом верху.
Бандеролька осторожно удалила изо рта Лизы рвотную массу, продолжая удерживать девочку. Наконец приступ сошёл на нет, оставив детское тельце безвольно лежать на руках матери.
— Как часто происходят с вами подобные эпизоды? — Жаль, об этом моменте мне не сообщил сам Зот, тогда бы точно не стал браться за дело.
— Что помеха для тебя? — тут же съязвила Бандеролька и, осторожно перехватив уставшее от судорог дитя, аккуратно уложила на постель.
— Мам? Мамочка... — застонала девчушка, явно плохо соображая.
— Всё прошло, милая. Я с тобой, не бойся, — девушка со всей нежностью гладила малышку по голове.
Я же оказывается не мог смотреть на подобное. Да, чёрт побери, я не железный, особенно перед слабыми. Малявка серьёзно больна, а эти два идиота носятся с ней по всей стране, выясняя отношения.
До слуха дошло тихое пение, от которого мурашки стартанули по спине. Нет, оно не напомнило мне о руках заботливой матери и безмятежном детстве, оно скорее вызвало щемящее сердце тоску и печаль, словно это погребальная песенка, а не колыбельная.
Душа не выдержала натиска, и я резко поднявшись, вылетел прочь из номера. Телефон в руке едва не пошёл трещинами, пока я ждал ответа абонента.
— Зашли кого-нибудь другого, — потребовал я, как только в трубке послышался голос босса. — Не моё это вошкаться с юродивыми детьми и вредными бабами.
— Ребята пока все заняты, — наверняка врёт.
— Я серьёзно, Зот. Соплячка больна... А если откинется в пути? Мне отвечать?
— Не ссы, Бугай. Приступы не такие частые, если малявка пьёт лекарства.
— Ты знал, да?! Знал про её дефект?! Сука ты, Зот! — и сбросил вызов, с трудом подавив желание размозжить телефон о пол.
Спокойно! Несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. Бандеролька не должна видеть мои страхи и растерянность. Собрался с мыслями и вернулся в комнату. Картина изменилась — Лиза кажется уснула, а Даша рылась в сумке.
— Она не приняла лекарство? — совестливо посмотрел на мамашку.
— Приняла, — сурово зыркнула девчонка. — Приступы иногда случаются, как следствие стресса.
— Не вздумай на меня катить бочку, — понял к чему клонит девчонка. — Ничего бы не было, останься ты дома с мужем. Блядь, Даша, у вас дочь серьёзно больна! Тебе бы с супругом ей заниматься, а не показывать свои амбиции. Ты не в том положении, чтобы ехать к матушке при каждой ссоре и сломанном ногте.
Бандеролька смотрела на меня в упор, багровея с каждой секундой.
— Сломанный ноготь? — сипло переспросила она и вдруг резко встала, сорвала с себя футболку. То, что я видел до этого в ванной оказалось цветочками. На миниатюрном девичьем теле буквально не было живого места. Ссадины и синяки разного времени давности, словно жуткой маршрутной картой шли от пояса ровно до ключиц.
Шокированно глазел на тело, что всего пару минут назад возбуждало и пленило сексуальностью, скрытой под футболкой и брюками.
— И после каждой такой экзекуции, я лежала голой с ним в постели, а он играл на мне в ходики. Синяк темнее — это лес, светлее — пустошь, с кровоподтёками — деревня у реки, груди — горы, пупок — Марианская впадина, а то что ниже... — девчонка гневно сжала губы и сморгнула набежавшие злые слёзы. — Ниже это портал в потусторонний мир, где либо поощряют, либо наказывают грешников. Я всегда была грешницей, и он всегда меня наказывал...
— Всё! Заткнись, ради бога! — Дальше слушать уже не мог. Она это всё говорила, а я представлял. И это, сука, совсем неэротично. Это гадко и до жути печально, потому что в моём понимании женщина мужчине предназначалась не для этого.
Пока рвал на голове волосы, Бандеролька шустро вернула на себя футболку и в надежде уставилась на меня.
— Что? — осекся, и догадаться было несложно. — Нет уж... Не смотри на меня так. Я никогда не вмешиваюсь. Я вообще никогда не вёл задушевные беседы с грузом, и потому успешно не реагировал на всякие ваши личные драмы одна плачевней другой. С тобой только пошло всё к херам. Без обид, Бандеролька. Моя задача доставить и получить за тебя бабки. Проблемы мне не нужны.
Даша колыхнулась в смешке и вернулась к сумке. Ждал язвительную фразочку, но она молчала, ещё больше выворачивая душу наизнанку.
— Ладно... Привал до завтрашнего утра, — выдохнул я, пытаясь сменить тему, закрыть глаза, сердце и совесть. — Позаботься, чтобы соплячка приняла лекарство.
— Его нет, — перебила девчонка, опустив голову.
— Не понял? — Час от часу не легче! — Ты плохие новости дозируешь для пущего эффекта?
— Я вчера утром дала ей последнюю таблетку. Этого должно было хватить до нашего приезда в Серково.
Усиленно соображал. Я не дал им купить новые? Нет, обычно такие вещи покупаются заранее. Нет денег? Блядь. Ладно, раскошелюсь на пилюли, так и быть. Это куда лучше, чем наблюдать, как малявка в приступе бьётся головой о пол.
— Скажи, какие надо, я пойду куплю.
— Не купишь, — мотнула головой Бандеролька и виновато всунула голову в плечи.
— Ты издеваешься, да?
— Их не продают в аптеках. Лекарство выписывает врач, и его выдают потом строго по рецепту в аптеке по месту жительства.
— А откуда в Серкове оно тогда должно было появиться? — психанул я, впервые понимая, что не могу владеть ситуацией.
— Мой дед раньше был завотделением неврологии. Он может помочь.
Тяжело выдохнул, пытаясь перевести гнев на милость.
— Не могла свалить от мужа после того, как получишь новые лекарства? — буркнул я, не дожидаясь от неё ответа. — И что тогда делать?
— Припадки не цикличны и чаще всего возникают, когда Лиза переутомлена, возбуждена или напугана.
— Дальняя дорога с избитой матерью и охотником за головами — идеальная среда для и без того травмированного ребёнка.
— Мы были счастливы эти два дня до тебя, — рыкнула в ответ Бандеролька.
— Аналогично, — не остался я в долгу. — В общем так. Вы обе — моя работа, поэтому сопли-слёзы бесполезны, это первое. Второе, все твои попытки сбежать будут ВСЕГДА равны нули и обернуться стрессом для соплячки. И третье, я умею быть милым, если меня не злить. Наш вынужденный симбиоз возможен без эксцессов, если только ты сама этого захочешь.