Где старые кости лежат

– Еще кофе? – предложила Урсула. – Добавить туда ликера или каплю бренди?

– Спасибо, не надо. А то я засну.

Мередит не зря, совсем не зря боялась задремать. Накануне Тоби вернулся в полночь и до часу слушал свою рок-музыку. Встала Мередит рано и сразу поехала в Оксфорд, к Урсуле. Та встретила ее роскошным обедом: жаркое из баранины под мятным соусом, летний пудинг со сливками. Сейчас они с Урсулой сидели в красивом саду за домом и нежились в лучах нежаркого солнца. Чтобы встряхнуться, Мередит усилием воли заставила себя думать о возникших затруднениях.

– Я тоже могла бы вам кое-что рассказать о незваных гостях! – сонно пробормотала она.

– Что вы! Вашим незваным гостям наверняка далеко до наших ньюэйджевцев. Их, оказывается, очень трудно прогнать! Законы такие мудреные, а хиппи хорошо подкованы по юридической части. Конечно, они посягают на частное владение, но это гражданское дело, и полиция не очень рвется их выдворять. Среди них есть женщины и дети, а дело может дойти до рукоприкладства. Но то, что они расположились так близко от раскопок, – настоящая катастрофа.

– Поверьте, я вам очень сочувствую! – Мередит живо представила Тоби, храпящего сейчас в гостиной, на надувном матрасе; представила гору пустых пивных банок в корзине для мусора. Она рассказала Урсуле о Тоби. – Конечно, мы с вами в разном положении, но… Тоби вернулся в свою квартиру и, похоже, никуда переезжать не собирается.

– Не сомневаюсь, вашему старшему инспектору это не нравится!

– Прежде всего, это не нравится мне! Кстати, Алан – никакой не «мой» старший инспектор! А Тоби мне вообще-то симпатичен. Просто он жуткий неряха и очень шумный.

– Значит, мы обе очутились в затруднительном положении, – подытожила Урсула, поигрывая ложкой. – Зря я вас побеспокоила, сдернула с места, вытащила из Лондона. Всем знакомым я сказала, что сегодня работаю дома – заканчиваю описывать находки. Не могу никому смотреть в глаза, особенно Дэну.

– Вот когда пригождаются друзья. – Мередит посмотрела Урсуле в лицо. – Мне ужасно хотелось выбраться из квартиры, поэтому ваш звонок меня буквально спас! Но если вы передумали и не хотите рассказывать о другом деле… ведь вас заботит и другое дело, правда? И для вас оно важнее, чем первое!

– Да. – Урсула едва заметно кивнула. – Я не передумала. Мне обязательно надо с кем-то посоветоваться, хотя бы с вами. – Она заметно приуныла. – Какая же я была дура!

– Вы не первая, кто так говорит. Если собираетесь излить душу, советую немного подождать, остыть. Время – лучший лекарь.

– Да нет, тут другое. Возможно, времени как раз и нет!

Мередит внимательно выслушала рассказ Урсулы.

– Сула, скорее всего, ваши страхи лишены всяких оснований, – заметила она, когда Урсула, запинаясь, поведала ей о своих сомнениях. – Многие семейные пары ссорятся. Люди действительно уходят из дому – на время или навсегда. Создается неловкая ситуация, и оставшийся в одиночестве супруг, в ответ на расспросы, начинает выдумывать всякие отговорки. Дэн сказал, что его жена уехала к матери в Бамфорд. Вы установили, что это не так. Но это вовсе не значит, что случилось нечто зловещее.

– Да-да, согласна! Но Натали ушла из дому уже несколько дней назад; если сумка, которую я видела, принадлежит ей, значит, у нее нет при себе ни кредитных карточек, ни ключей от машины. Да, и еще корректура! Какими бы сложными ни были семейные отношения Дэна и Натали, оба очень ревностно относятся к своей работе. Натали ни за что на свете не подвела бы издательство! – Урсула замялась. – Вы не могли бы поговорить со своим старшим инспектором?

– Это не его участок. Алан занимается бамфордскими делами, а Бамфорд довольно далеко от того места, где живут ваши знакомые.

– Может быть, он что-то посоветует!

– Он не ведет в газете колонку советов по личным вопросам! – не сдержавшись, вспылила Мередит. Она живо представила себе реакцию Алана на такой рассказ. – По-моему, для начала вам нужно еще раз поговорить с Дэном. Объясните, что вы волнуетесь. В самом худшем случае он над вами посмеется.

– Не посмеется, а накричит. Он очень вспыльчивый и терпеть не может, когда я при нем заговариваю о Натали. И потом, он не из тех, с кем можно разговаривать по душам. Он врет! – неожиданно сурово заключила Урсула.

Мередит только вздохнула. За свою жизнь она успела совершить массу подобных ошибок… Ей ли удивляться, как умница Урсула ухитрилась влюбиться в человека, у которого, по ее же собственному признанию, столько изъянов! В порочных, испорченных мужчинах есть что-то необъяснимо притягательное; под этими словами охотно подпишутся толпы женщин в разных уголках мира.

– Когда у нас с Дэном был роман, – продолжала Урсула, – все было… как бы лучше объяснить?

– Я знаю, – кивнула Мередит. – Настоящий фейерверк чувств! Страстные свидания, а между ними – блаженство на седьмом небе. Урсула, можете ничего не говорить. Знаем, проходили! Блаженство на седьмом небе – вещь хорошая, но ведь седьмое небо так высоко! Когда оттуда падаешь, больно ударяешься.

Урсула наклонилась вперед.

– Зато Дэн по-прежнему витает в облаках – вы меня понимаете? Он упорно верит, что до сих пор любит меня. Что бы я ему ни говорила, он и слушать ничего не хочет. Уверен, что и я до сих пор люблю его, а порвала с ним только из-за Натали. Если честно, иногда я даже немного боюсь его. Он такой упертый! Но мне как-то не по себе, потому что я ведь бросаю на него тень, обвиняю его…

Она замолчала.

– В чем обвиняете? – тихо спросила Мередит.

Заметив, как побледнела Урсула, Мередит обругала себя за черствость. Но ведь Урсула хочет, чтобы она поговорила с Аланом, а Алан непременно захочет выяснить, что именно тревожит Урсулу. Если Урсуле придется признаться в подозрении, о котором она не смеет говорить вслух, значит, так тому и быть.

Урсула вскинула руки вверх и принялась суетливо поправлять прическу.

– Не знаю! Но мне кажется, я научилась понимать, когда он лжет, а сейчас он лжет! И спрашивать его бесполезно! Я чуть с ума не сошла. Конечно, я не хочу сказать, что он специально сделал с Натали что-то плохое! Скорее всего, они поссорились, ну, и произошел какой-нибудь несчастный случай. Наверное, сейчас я кажусь вам еще большей дурой, чем раньше… – Она вскочила и принялась убирать со стола.

– Пока мы ничего не знаем наверняка, нельзя исключать ни одну возможность, – хладнокровно возразила Мередит. – Вы ведь хотите, чтобы я рассказала о ваших подозрениях Алану Маркби. Значит, Дэн мог случайно обидеть жену?

– Да! Нет! Мередит, я не знаю, что делать. Я думала, вы поговорите с Маркби неофициально, ничего конкретно не рассказывая. Мне нужен только его совет…

– Сула! – сурово перебила ее Мередит. Урсула замерла на месте с подносом в руках. – Говорить с Аланом – все равно что обращаться в полицию. Ведь Алан прежде всего полицейский. Он никогда не забывает о своей работе – и сейчас не забудет. Делиться с ним какими-то невнятными подозрениями бесполезно. Он сразу начнет задавать конкретные вопросы. Ну а если вы предъявите конкретное обвинение, ему придется начать следствие! Поэтому подумайте хорошенько, на самом ли деле вы хотите, чтобы я к нему обратилась?

У Урсулы задрожал подбородок, но она твердо ответила:

– Да.

– А если выяснится, что произошло убийство? Уж если на то пошло, в самом худшем случае речь идет именно об убийстве! И незачем притворяться, будто все не так страшно, и закрывать глаза на происходящее!

– Знаю, – прошептала Урсула почти неслышно. Обе помолчали.

– Ну, тогда ладно, – сказала наконец Мередит. – Я с ним поговорю.

Урсула понесла поднос с посудой в кухню. На пороге она оглянулась с грустной улыбкой.

– Знаете, если Дэн хотя бы заподозрит, о чем мы тут с вами беседуем, он меня ни за что не простит!

Алан Маркби осторожно продвигался по переполненному залу в пабе «Гроздь винограда». В обеих руках он сжимал наполненные до краев бокалы.

– Фу-у! – сказал он, благополучно добравшись до места назначения и ставя бокалы на заляпанный стол. – Вот твой бочковый сидр. Итак, будь добра, объясни, ты сама вдруг заинтересовалась археологией или это Урсула созывает добровольцев?

Мередит поблагодарила за сидр и принялась осторожно рассказывать о дилемме Урсулы. За время долгой дороги до Бамфорда она отрепетировала свой рассказ, по пути ей казалось, что все звучит вполне складно и разумно. В «Грозди винограда» уверенность ее покинула. Судя по его виду, рассказ его не убедил. Алан хмурился, светлая челка упала на лоб, а его скептическая поза была знакома ей до боли.

От радости и одновременно от боли у Мередит стиснуло грудь и засосало под ложечкой. Несварение желудка тут ни при чем. В который уже раз она задалась вопросом, не полная ли она идиотка. Не только потому, что согласилась помочь Урсуле, но и потому, что приехала в Бамфорд и снова видит Алана. Уж слишком удобно объяснить все свои поступки элементарными человеческими чувствами. Но что останется, если вывести секс за скобки? Вот в чем вопрос.

И все-таки хорошо, что можно с кем-то посоветоваться. И потом, Алан наверняка заговорит о неожиданном возвращении Тоби. Может быть, удастся отвлечь его проблемами Урсулы – хотя бы ненадолго?

– Урсулу заботит и кое-что другое, – сказала она вслух.

Алан сидел, уткнувшись в кружку с пивом и молчал, чему Мередит даже обрадовалась. Но его брови угрожающе изогнулись, и он метнул на нее весьма красноречивый взгляд. Не давая ему раскрыть рот, Мередит быстро приступила к рассказу.

– Ну вот, – сказала она, поведав об исчезновении Натали Вуллард. – Ей кажется, что он врет, и она тревожится.

Алан выслушал ее молча. Потом расправил плечи и спросил:

– Хочешь профессиональный совет? Как специалист говорю: не впутывайся ты в это дело! – Заметив по ее лицу, что она собирается возразить, он предостерегающе поднял руку: – Мне кажется вполне очевидным, что Вулларды крупно поскандалили. Весьма возможно, из-за его романа с Урсулой. Жена, судя по твоему рассказу, дама порывистая, сбежала из дому и решила манипулировать мужем, на время отрезав себя от общения с ним. Не такое уж из ряда вон выходящее дело, как вообразили вы с Урсулой. Могу привести тебе массу примеров, когда жена убегала, топнув ногой и не прихватив даже дамской сумки. Понятно, мужу не по себе, он чувствует себя виноватым и пытается оправдаться, поэтому и говорит всем, что его супруга уехала в Бамфорд навестить престарелую матушку. Когда миссис Вуллард остынет, она непременно объявится или подаст на развод, и тогда мужу позвонят ее адвокаты.

– А по-моему, все же странно! – не сдавалась Мередит. – Ну да, я говорила Урсуле примерно то же самое, что и ты. Но ведь Натали не только ничего с собой не взяла. Она еще и бросила срочные незаконченные дела!

– Что ты называешь «срочными незаконченными делами»? Ее работу или семейные отношения? Конечно, при обычных обстоятельствах она не бросила бы работу, но ведь обстоятельства необычные, правда? Когда она убегала из дому, она не способна была рассуждать здраво. Ее сжигали бешенство и жажда мести – можешь не сомневаться! А беспокоиться можно только после того, как Вуллард, скажем, затеет срочный ремонт среди ночи или начнет перекапывать сад.

– Алан! – возмутилась Мередит. – Ты что, шутишь? Проходивший мимо их столика посетитель нечаянно задел Маркби и извинился. Старший инспектор придвинул свой стул ближе к столу.

– Послушай. – В голосе его зазвучали раздраженные нотки. – Я сам через такое проходил! Заметь, я не изменял жене, как Вуллард! Но Рейчел то и дело шумно убегала из дому, а через несколько дней так же шумно возвращалась. Обычно она отсиживалась у подруг. У старых школьных подруг, которые ее не выдавали. Вначале я кидался обзванивать всех ее знакомых, а они ворковали:

«Рейчел? Нет-нет, я ее не видела!» Потом я догадался, что подруги врут, а Рейчел сидит рядом с ними на диване, глушит джин рюмками и шипит сквозь зубы: «Не говори, что я у тебя!» В общем, я поумнел и, когда она в очередной раз сбегала из дому, набирался терпения и ждал. Она всегда возвращалась. – Маркби заметно помрачнел.

– Но ведь она не оставляла дома все свои кредитки!

– Откуда тебе известно, что все? Может, Натали прихватила с собой хотя бы одну карточку или чековую книжку? Может быть, она сейчас тоже у какой-нибудь подруги! В общем, вы с Урсулой ничего толком не знаете. Конечно, ее уход создает некоторые проблемы. Но опрометчивые поступки – не преступление. Каждый человек имеет право спрятаться, если не хочет, чтобы его нашли. Исчезнуть на время не так уж и трудно. Мы, напоминаю, живем в свободной стране. Если бы у нас на каждом углу дежурили полицейские и спрашивали у всех прохожих удостоверение личности и вид на жительство, тогда другое дело, но у нас все не так, поверь мне! Можешь уехать куда угодно, назваться любым именем – и тебя никто не остановит, если, конечно, ты не совершаешь никакого преступления! Так чаще всего и бывает. Люди уходят из дома, чтобы круто изменить свою жизнь. Выходят купить молока, и больше их никто никогда не видит. Иногда за такими поступками кроются самоубийства. Бывает, и убийства, но таких случаев очень мало. В основном из дома уходят люди, которые много лет испытывали на себе невыносимое давление. Берут и исчезают. Бросают супругов, детей, родителей, работу и доход, обязательства и воспоминания. Особенно воспоминания! Начинают жизнь заново, с чистого листа. Как соблазнительно начать все сначала, ничего не объясняя близким! Вот почему беглецы ничего с собой не берут. Ни документов, ни чего-либо другого из того, что может как-то привязать их к прошлому и отсечь от нового будущего. Ничего, что заставляло бы их чувствовать себя обязанными жизни и людям, которых они бросили! Ничего, что могло бы напомнить о прошлом и заставить усомниться, правильно ли они поступили.

– По-твоему, Натали Вуллард тоже решила начать жизнь заново? – спросила Мередит, на которую слова Алана, помимо ее воли, произвели сильное впечатление. – Думала-думала да и решила начать все сначала, порвать связь с прошлым?

Маркби отпил большой глоток пива.

– Ну, не совсем порвать, а… скорее сделать символический жест, чтобы проучить мужа. Понятно, почему тревожится твоя Урсула! Ее терзают угрызения совести и богатое воображение. Она решила, что Вулларды поссорились из-за нее. Ей не хочется, чтобы ее считали виноватой. Но ведь она не могла не понимать, на что шла, затевая роман с женатым мужчиной! Она играла с огнем. Ты со мной согласна?

– Нет! Она думала, что влюблена в Дэна, и верила ему, когда он уверял, что у них с Натали, можно считать, все кончено!

– А сейчас она его разлюбила, не верит ни единому его слову и больше всего на свете хочет, чтобы он помирился с Натали! Значит, она передумала, Мередит! Она мечтает отделаться от него! Да только он еще любит ее и не отпустит так легко. Да, Урсула угодила в переплет. Конечно, ей хочется, чтобы законная жена вернулась и снова взяла заблудшего мужа под крыло. Напуганный, Вуллард какое-то время будет примерным супругом. Роман на стороне окончен, тишь да гладь. Урсула свободна.

– По-моему, ты не очень-то сочувствуешь Урсуле! – укоризненно заметила Мередит.

– Я не обязан ей сочувствовать.

Мередит подалась вперед, отчего их столик зашатался.

Маркби поспешно схватил свою кружку.

– Неужели ты думаешь, что Урсула хочет по-своему, мелко отомстить Дэну или просто пользуется удобным случаем избавиться от надоевшего любовника, который стал слишком уж назойлив? Поверь мне, она не такая! Она понимает, что ее слова – серьезное обвинение, и обвинение далось ей нелегко!

– А я тебе на это вот что отвечу: когда мы обращаемся к населению с просьбой помочь опознать преступника, наши телефоны буквально раскаляются от звонков! Чаще всего звонят жены, которые уверяют, что преступник – их муж или сожитель! Не имея практически никаких доказательств их виновности, дамы тем не менее настроены решительно! Они охотно готовы обвинить своих спутников в самых страшных злодеяниях! По твоему лицу я вижу, что ты вот-вот плеснешь в меня сидром. Погоди немного, послушай: я не утверждаю, что твоя приятельница – злобная, мстительная невротичка. Я хочу сказать, что она просто не сознает, как часто люди совершают странные поступки!

Мередит нетерпеливо побарабанила пальцами по столешнице:

– Значит, ты не будешь расследовать это дело?

– Пока и расследовать нечего! Как ты сама не понимаешь? И вообще, там не мой участок.

– Мать Натали живет в Бамфорде. Ее зовут миссис Солтер. У меня есть ее адрес. Ты бы мог зайти к ней и спросить…

– Нет! У меня нет никаких доказательств того, что произошло преступление! А если супруги поссорились, значит, произошла очередная семейная ссора, бытовуха. Семейные ссоры – происшествия яркие, но заурядные и немного вульгарные. Прошу тебя, перестань думать о Вуллардах.

– Не могу. Мы с Урсулой целую неделю будем ночевать в рабочем вагончике на Бамфордском холме и, конечно, будем говорить о происшествии. – Мередит вздохнула. – Хорошо бы беглянка поскорее вернулась домой!

– Вот видишь! Ты и сама не видишь в произошедшем ничего из ряда вон выходящего. В глубине души ты и сама веришь, что Натали просто решила немного поиграть в прятки.

– Ну да, – нехотя призналась Мередит. – Когда я говорю с тобой, мне именно так и кажется. Но Урсула – не легкомысленная дурочка, Алан! У нее очень высокий интеллект…

– Уровень интеллекта никак не соотносится со здравым смыслом, с житейским умом. И вот тебе лишнее тому доказательство. В чью светлую голову пришла мысль, что вы вдвоем должны ночевать в вагончике, рядом с табором хиппи? В голову Урсулы! Пусть бы лучше занималась своими старыми костями!

– Кстати, о хиппи! Почему ты не прогонишь их оттуда? Тогда нам не придется дежурить в вагончике. Урсула и все остальные очень волнуются.

Алан нахмурился.

– Знаю. Джексон меня совсем достал! Как и Фелстоны – странная, доложу я тебе, парочка… Посягательство на частное владение – штука сложная. Насколько я понял, Фелстоны обычно перегораживают тропу, ведущую на вершину холма, чтобы туда не ездили машины. Когда археологи получили согласие Фелстонов вести раскопки на их земле, Фелстоны убрали преграду. Более того, они разрешили поставить на месте раскопа рабочий вагончик, в котором археологи могут греться и хранить свои находки. Они даже проложили с фермы трубу, по которой к раскопу поступает вода. Кстати, я посоветовал им перекрыть их водопровод.

– Они и перекрыли, но сделали хуже не хиппи, а Урсуле и археологам. Вода была им нужна, чтобы отмывать находки – черепки, осколки и все такое, а также мыться самим! Работа у них довольно грязная.

Маркби раздраженно выдохнул и взъерошил светлые волосы.

– Лучше всего уговорить хиппи убраться по доброй воле, но все мы знаем, что по доброй воле они не уберутся. И что прикажешь мне делать? Подняться на холм, прихватив отряд полицейских, и выдворить их оттуда? Якобы миролюбивые ньюэйджевцы на самом деле не прочь подраться! Представляю, что будет дальше. Интересные снимки попадут в газету, телерепортеры с удовольствием поведают об очередных зверствах полиции! Нет, пусть уж адвокат Фелстонов добудет судебный запрет. Или понадеемся на то, что хиппи скоро уедут сами. Они не дураки. Будут торчать на месте до последней секунды, а потом раз – и уберутся. Они настоящие мастера балансировать на грани войны. Все само собой образуется. Главное – не терять хладнокровия. Поверь мне, я уже сталкивался с подобными ситуациями. Нужно немного потерпеть, и все.

– Но ведь они мешают проводить раскопки!

– Разве до сих пор мешали?

– Н-нет, кажется…

– Ну вот видишь! Твоя подружка Урсула опять преувеличивает!

– Ты предвзято относишься к Урсуле! – сердито воскликнула Мередит. Она наклонилась вперед, ее светло-карие глаза засверкали.

– Ничего подобного! Просто я человек занятой и вполне могу прожить без ложных тревог! Пропавшие жены! Древние захоронения! Думаешь, нам нечем больше заняться?

– Ты отдаешь себе отчет в том, каким ты иногда бываешь напыщенным? Не знаю, зачем я вообще обратилась к тебе за помощью! – воскликнула Мередит, от волнения расплескивая сидр.

– Зато я знаю. Ты позволяешь другим грузить тебя своими проблемами, взваливаешь на себя чужие дела! Это пережиток твоей консульской службы! Ты считаешь себя обязанной помогать всем подряд. Запомни, ты ничего никому не должна! Более того, как только ты понимаешь, что не можешь помочь сама, ты мчишься ко мне и пробуешь загрузить чужими проблемами и меня! Кстати, о консульской службе… Тот тип по-прежнему торчит в квартире?

– Тоби? Да, ведь квартира-то его.

– Он сдал ее тебе, и по договору ты живешь одна. Гони его в шею!

– Вот как? Ты не можешь вышвырнуть хиппи по каким-то невнятным причинам, обижаешься, что я тебя побеспокоила, а я, значит, должна вышвырнуть из собственного дома Тоби, моего коллегу и старинного друга!

– Что у вас с ним за отношения? – подозрительно осведомился Маркби.

– Мы с ним вместе работали, иногда сотрудничали очень тесно. Раньше он был моим заместителем.

– Раньше я бы сказал: знаю я эти тесные отношения!

А теперь я уже ни в чем не уверен!

– Прекрати, бога ради! Ты что, ревнуешь? – Мередит вскочила на ноги, схватила сумку. – У меня нет времени сидеть здесь и пререкаться с тобой! Мне пора на Бамфордский холм. Я обещала Урсуле приехать на раскопки.

– Как лицо официальное, настоятельно советую тебе не ночевать там! – сухо заявил Маркби.

Огорченная неудачей и терзаемая смутной уверенностью в том, что Алан, скорее всего, прав, Мередит вспылила:

– А я настоятельно советую тебе заниматься своими делами! Я просила тебя о помощи, но ты мне отказал. Так что я буду поступать по-своему.

– Как всегда!

Они посмотрели друг другу в глаза.

– У тебя хотя бы есть подходящий спальный мешок? – спросил Маркби чуть спокойнее.

– Да, спасибо. А у Урсулы есть походная плитка, так что вскипятить чай мы сумеем.

– Проследи, чтобы плитка стояла на твердой, ровной поверхности. Видел я, как хорошо горят такие вот бытовки.

– Мы же с ней не полные идиотки! Спасибо за совет, но я была герлскаутом и в походы тоже ходила. Мы знаем, что делаем!

– Будь готова! – ехидно отозвался Маркби.