Дорога к убийству

Глава 4

– Ну, что скажешь? – спросил Алан, направляя машину между длинными шеренгами каштанов к главным воротам.

– По-моему, Элисон сильно испугана, а Джереми сильно злится. Она боится, что подметные письма направлены именно против нее, и опасается возможных действий мужа после установления личности автора. Он собирается нанять частного детектива.

– Вот как? – задумчиво пробормотал Алан. – Могу кое-что сказать ему по этому поводу. Конечно, его воля, но это нам не понравится. Эй, а это еще что такое?..

Кто-то ждал их в воротах. Фиона Дженнер шагнула вперед из пестрой тени последнего дерева и вытянула руку, останавливая машину. Налетевший ветерок разметал длинные светлые волосы. Мередит слегка опешила, будто перед ними предстало нечто необычное, если не сверхъестественное. Маркби остановился.

Девушка подошла к окну, наклонилась, по обыкновению прямо сказала:

– Хочу с вами поговорить.

В ответ Маркби только протянул назад руку, снял блокировку. Фиона изящно скользнула на заднее сиденье и плотно захлопнула дверцу. Алан и Мередит повернулись к ней.

Фиона смотрела на них с привычным юным высокомерием. Откинувшись на спинку, запрокинув голову. Спутанные длинные пряди лежат на плечах. Щеки розовые то ли от ветра, то ли от эмоций. Хотя, по мнению Мередит, вовсе не от смущения, что перехватила гостей.

– Думаете, найдете его? – спросила она.

Вопрос адресован суперинтенденту.

– Думаю, найдем, – ответил он. – Уйдет какое-то время, но обычно мы ловим таких шутников.

Гладкий девичий лоб на миг сморщился, Фиона принялась накручивать прядь на указательный палец.

– Думаете, ему деньги нужны? – Палец замер.

– Возможно. Ваш отец богатый человек.

На ее лице отразилось презрение, смешанное с каким-то тихим удовлетворением.

– Тогда он ошибся. Папа не заплатит. Он совсем не из тех. Мой отец – ярко выраженный председатель совета директоров. Если вам от него чего-нибудь надо, подайте письменное прошение в трех экземплярах, завизированное в канцелярии. Он сейчас просто в бешенстве.

– По-моему, вы тоже.

– Мне глубоко плевать, – фыркнула девушка. – Только знаете, из-за этого чертовски трудно жить дома.

– Конечно, дело весьма неприятное… – начал Алан.

– Вы не поняли, – перебила она, тряхнув головой. – Отца не знаете. Его бесит то, что он не может справиться с этой «внутренней» проблемой, по его выражению. Вынужден обратиться в полицию, к чужим людям. Когда Тоби сказал, что лично знаком с вами, папа сразу воспрянул, ухватился обеими руками. Вы полицейский, но не обычный. Понимаете, Тоби как бы проголосовал за вас. Вы как бы вошли в компанию. «Наш человек», – сказал бы папа. Любит, чтобы в каждой его компании дело шло гладко. Могу поспорить: работать под его руководством – адская мука. Он хочет, чтобы и в семье было гладко. Чтобы никаких проблем, никаких, черт возьми, препирательств. Просто живи себе и живи. Такова его позиция.

В тоне слышится горечь. Были скандалы в прошлом, предположила Мередит. Из-за чего? Может быть, из-за школы, куда ее отправили? Распространенный повод для раздоров. Или из-за друзей, с которыми она общалась? Из-за избранного рода занятий, который отцу не по вкусу?

– Я не сотрудник компании, – спокойно сказал Маркби. – Я такой же сотрудник полиции, как инспектор Винтер в Бамфорде. Пусть старше по чину, но точно такой же. Ваш отец с Тоби Смайтом должны это усвоить.

Желая слегка разрядить напряжение, Мередит проговорила:

– Ваш отец сильно обеспокоен и поэтому, видимо, нервничает. Люди часто срываются, сталкиваясь с неприятностями.

Фиона снова презрительно фыркнула:

– Хотите сказать, он за Элисон беспокоится? Она переживет. Папа предпочитает видеть в ней слабую девочку, которая нуждается в защите, но уверяю вас, Элисон крепче старых сапог!

Девушка выскочила из машины, хлопнула дверцей, махнула на прощание и направилась к дому.

– Так, – сказал Алан, заблокировав дверцу и двинувшись дальше. – Ну, и что это было?

– Ей не нравится Элисон, – с готовностью ответила Мередит. – Прямо не говорит, но вполне очевидно. Хорошо понимает, что ни отец, ни Тоби не должны догадаться. Только мне кажется, дело с подметными письмами вытащит из чулана другие семейные тайны.

– А как тебе сама девочка?

Мередит подумала, прежде чем ответить:

– Очень привлекательная, но строптивая. Может быть, просто слепок с папаши. Если сказать об этом, ей не понравится, но, по-моему, так. Письма взбудоражили семейную жизнь. – Мередит нахмурилась. – Надеюсь, Тоби не влюбился по-настоящему.

– Почему? – спросил Алан довольно резко. – Он вполне способен справиться со своими чувствами. – И жалобно добавил, маневрируя между ухабами: – Не знаю, входит ли этот участок дороги в частное владение. Если да, Дженнер мог бы раскошелиться на покрытие.

– Возможно, – заметила Мередит, – хочет обескуражить нежданных гостей и случайных проезжающих.

Алан на нее покосился:

– Проницательное замечание.

– Спасибо. У меня пока все на месте, как у Элисон, – отпарировала она. – Что касается Тоби, пускай в кого угодно влюбляется, только Фиона его прожует и выплюнет. Вдобавок они кузены в каком-то колене.

– Очень дальние.

– Она слишком молода, а ему под сорок.

– На мой взгляд, не так много. Тебе под сорок, ты старухой себя не считаешь, конечно. Мне сорок пять, я намерен считать себя молодым до конца. Как все прочие, – фыркнул Алан. – Внешне меняешься, а внутри ничуть, правда?

– Не желаю блуждать по метафизическим лабиринтам. Говоря о разнице в возрасте между Тоби и Фионой, я имею в виду, что сейчас это, может быть, незаметно, а позже проявится.

– Не имеет никакого значения. Посмотри на Джереми с Элисон. Он как минимум на двадцать лет старше жены. Многие семейные пары превосходно живут при значительной разнице в возрасте.

– Хорошо. Если хочешь, на самом деле меня беспокоит, что Тоби влюбился в Фиону, которая вполне может оказаться автором писем.

– Ах! Несмотря на то, что имеет? – Алан кивнул назад на поместье.

– Отчасти именно поэтому. Полагаю, она нас остановила для конфиденциальной беседы не только потому, что сыта по горло семейными неурядицами, но и потому, что ее встревожило твое участие. Не рассчитывала на это. Тоби преподнес сюрприз, объявив о знакомстве с местным высокопоставленным полицейским, который женится на его старой подруге, то бишь на мне. Отец ухватился обеими руками, по словам Фионы. Бьюсь об заклад, она не обрадовалась.

Алан пожал плечами:

– Возможно. Но если она пишет письма, разве дала бы понять нам, что Элисон ей не особенно нравится? Было бы довольно глупо.

– Или ей просто хватает ума держаться откровенно и честно, чтобы глаза тебе отвести.

– До чего ты подозрительная, – хмыкнул Алан. – Тебе надо быть полицейским.

Проехали мимо коттеджа, замеченного по пути в Овервейл. Мередит присмотрелась поближе. Вокруг раскинулся ухоженный сад. Клумбы вскопаны перед весенней посадкой. Крыжовенные и смородиновые кусты покрылись новыми листочками. Женщина развешивает белье на веревке. Остановилась, пристально глядя на автомобиль с пассажирами. Тут из-за дальнего угла вывернула знакомая фигура. Мередит опознала Стеббингса, прежде чем машина проехала дальше.

– Видно, здесь живет садовник, – заключила она. – Думаешь, коттедж тоже принадлежит Джереми?

– Вполне вероятно. Возможно, коттеджи для работников расставлены повсюду вокруг поместья. Если так, полагаю, они предоставляются на срок службы.

– Не слишком приятно, – пробормотала Мередит, – пользоваться служебным жильем. Всякое бывает. Стеббингс может потерять работу, уйти на покой, наконец, умереть. Что тогда будет с миссис Стеббингс? Останется бездомной? Не особенно радостная перспектива.

– С другой стороны, – указал Маркби, – вряд ли садовник платит ренту. Кстати, довольно странный малый. Напоминает Старого Морехода[6].

– Согласна: длинная седая борода, горящие глаза и прочее, – рассмеялась Мередит.

Алан вернулся к прежней теме:

– На каком основании ты подозреваешь Фиону? Кроме общей неприязни.

– Я не говорю, что она мне неприятна! – воскликнула Мередит. – Признаюсь, теплых чувств не питаю. С грубой прямотой заявляю, что она обладает всеми признаками испорченной балованной девчонки. Может быть, это не только ее вина. Абсолютно ясно, что в прошлом бывали крупные скандалы. Хотелось бы разузнать о ее матери. Жива? Замужем за другим?

Ушла от Дженнера или он ее бросил? Или они расстались по взаимному согласию? Сколько лет было Фионе в то время и как она отнеслась к разводу? Не поэтому ли невзлюбила Элисон?..

– Еще деньги, – задумчиво проговорил Маркби.

– Помнишь, Джереми обмолвился, что молодым всегда что-нибудь нужно, поэтому вполне естественно ссужать их деньгами. Несмотря на язвительное замечание насчет прошения в трех экземплярах, Фиона, по-моему, получает наличные в руки, когда пожелает. Такой стильный прикид стоит немало. Интересно, она вообще где-нибудь работает? Хоть волонтером в какой-нибудь благотворительной организации?

– Не могу представить, как она варит суп на кухне или обстирывает больных и бездомных, – признался Алан. – Хочешь не хочешь, а мысль о будущем не выходит из головы. Например, сколько получат Фиона и Элисон по завещанию Джереми.

– Постой, посмотрим, что мы имеем. – Мередит принялась загибать пальцы. – Допустим, Джереми дает Фионе деньги. Может быть, начал расспрашивать, на что они тратятся. Может быть, ей нужны деньги на какие-то тайные цели. Может, она сидит на наркотиках…

– Возможно, только нет оснований так думать. Известно, что на улицах полным-полно всякой дряни. Известно, что толкачи наркотиков охотятся за отпрысками богачей. Нанюхаться кокаина перед вечеринкой – нынче распространенный молодежный и даже не молодежный обычай. Но серьезная зависимость?.. Не похоже, – заключил Алан. – Никаких признаков.

– Ладно, – согласилась Мередит, хотя лишь на время. – Тогда признай, что Джереми буквально помешан на своей жене. Наверняка сполна обеспечил ее по завещанию. У него слабое сердце. Плюс волнение из-за подметных писем. Вполне может отдать концы, и шантажист надавит прямо на Элисон. – Она помолчала. – А может быть, ему в первую очередь нужны не деньги. Он о них пока не упоминает. Может быть, просто хочет дискредитировать Элисон, заставить ее пострадать. Из мести.

– За что?

– Возможно, за брак с Джереми?

– Значит, ты снова вернулась к Фионе.

– Ну ладно, вернулась. Считаю главной подозреваемой. Возможно, ею движет и месть, и шантаж. В данном случае цели полностью совпадают.

– Откуда ей были известны факты, изложенные в ходе процесса? Дженнеры утверждают, что ни Фионе, ни Тоби ничего не рассказывали, пока не открылась история с письмами.

Алан взял на себя роль адвоката дьявола. Известно, когда Мередит вцепится зубами в какое-либо предположение, то очень быстро набрасывает вокруг него своеобразную искусную картину. В этом смысле у дилетантов всегда преимущество перед профессионалами, связанными по рукам и ногам реальными свидетельствами. Однако у нее ясный и проницательный ум. Даже если ее теориям недостает фактической основы, они редко оказываются непоследовательными.

– Ты сам сказал, что дело публичное, – нетерпеливо напомнила Мередит. – И по-прежнему отвергаешь все мои идеи. Давай послушаем твои.

– Подозреваю ли я Фиону? Пока слишком рано говорить об этом. Я не готов ткнуть в кого-нибудь пальцем, но и никого не могу исключить. Включая, кстати, твоего друга Тоби.

– Что?.. – Мередит ошеломленно уставилась на Алана. – Но ведь это смешно! Какой мотив у него может быть? Он попросил меня привлечь тебя к следствию…

– Разумеется. Это был бы не первый случай двойного блефа. Точно так же, как игра Фионы, которая остановила нас у ворот, как ты сама заметила минуту назад. Что касается мотива, скажем так: он влюблен в девушку, чего ты опасаешься. Влюбленные мужчины способны на самые странные вещи.

В машине воцарилось зловещее молчание.

– Все равно смешно, – выдавила, наконец, Мередит сквозь зубы. – Я Тоби знаю. Зачем ему это надо, скажи на милость? Вдобавок его даже в стране не было. Элисон непременно запомнила бы, если б письма пришли из Пекина.

– Я не говорю, что он их писал. И все же может быть причастным. Они вместе с Фионой могли состряпать некий план.

– Тоби любит Джереми и Элисон! Алан, это безумная мысль.

Подъезжая к окраинам Бамфорда, Маркби решил сменить тему и ткнул пальцем в окно:

– Технопарк «Уотерсмит».

Мередит взглянула на ряды невысоких кирпичных построек.

– Романтичное название для прозаичной промышленной зоны[7].

– Раньше здесь была ферма, – пояснил Алан. – Потом землю продали под застройку. По-моему, под проект Дадли Ньюмена.

Он имел в виду местного застройщика и предпринимателя.

– Вполне в его стиле, – сухо бросила Мередит. – Ничто не доставляет ему такой радости, как загромоздить поля и луга кирпичами.

– Он даже перенес сюда свои строительные склады. Может, заедем? – предложил Алан. – Отыщем ту самую «Деревенскую простоту», посмотрим садовую мебель.

Он поставил машину на площадке со знаком «Только для посетителей», вышел и показал на склад по ту сторону от стоянки.

– Вон там торгуют канцелярскими принадлежностями. Я у них купил коробку бумаги. Представь, сколько розничных и оптовых магазинов снабжают бумагой один только Бамфорд…

«Деревенская простота» отыскалась в дальнем краю технопарка в невысоком строении с вывеской, где под названием фирмы помельче было указано: С. Пул и Э. Притчард. Небольшой продольный двор завален досками, бревнами, готовыми изделиями. Перспективным покупателям приходится лавировать с осторожностью. Кругом щепки, готовые впиться в разиню. У входа стоит помятый белый фургон с логотипом фирмы на боку.

Мередит с Аланом осмотрели разномастное скопище столов и стульев. Видимо, фирменным знаком служил «натуральный» вид дерева с кусками коры, сучками, мелкими изъянами.

– Сделано неплохо, – оценил Алан скамейку.

– У нас плохо не делают, – прозвучал сзади голос. – Мы мастера. Гордимся своей работой.

В поле зрения возник моложавый мужчина тридцати с лишним лет с редеющими волосами и очень светлыми бровями. За ухо заткнут огрызок карандаша.

– Вы хозяин? – осведомился Маркби.

– Вместе с партнером. Я Стив Пул. – Алан пожал протянутую руку в трудовых мозолях. – Хотите за глянуть в мастерскую? – спросил Пул, кивнув на строение.

– Хотим. Только что видели вашу мебель в садах Овервейл.

Светлые брови дрогнули.

– Гарнитур изготовлен по заказу мистера Дженнера. Любой заказ выполним. – Он повернулся, повел посетителей в мастерскую.

Внутри прохладно, стоит запах дерева, слышен стук молотка. Пол покрыт тонким слоем опилок, стружками, щепками и окурками, несмотря на табличку «Не курить». В углу мужчина возится с чем-то вроде кормушки для птиц.

– Это Тед, – сообщил Пул. – Владелец другой половины.

Тед оставил работу, поднял голову. Нам нем, как и на деловом партнере, пыльная рабочая одежда, они примерно ровесники, однако рядом составляют ошеломляющий, даже комичный контраст. Пул бледный, вялый, унылый – вылитый ослик Иа, по мнению Мередит. У Теда, напротив, озорная круглая физиономия, нос картошкой, кудрявые светлые волосы, деревенский загар и красные щеки. В отличие от угрюмого Пула, Тед – явно душа любой компании. Что и хорошо и плохо.

– Здравствуйте, – радостно кивнул он. – Чем можем помочь? – Широко улыбнулся, продемонстрировав щербину между передними зубами, что усилило его сходство с головами на карнизах средневековых храмов, которые гримасничают, взирая свысока на беспомощных прихожан.

Гости спросили разрешения посмотреть на его работу, и Тед отошел в сторону, уткнув руки в боки.

– Не столько кормушка, – восхищенно вздохнул Алан, – сколько жилье, о котором можно только мечтать!

Дно плоское, небольшие столбики по углам поддерживают крышу в китайском стиле с загнутыми вверх углами, покрытую тонкими деревянными планками. Вокруг бежит резной декоративный фриз.

– Дизайн практичный, – объяснил Тед. – На крышу можно подвешивать корм: кусочки мяса, орехи в сетке и прочее. Только это не домик. Нельзя там гнездиться. Не для того предназначено.

– Конечно, – слегка смутился Маркби. – Понимаю. Только я не шучу. Просто хочу сказать, что работа прекрасная. У меня в заднем саду есть кормушка, по сравнению с этой совсем примитивная.

Тед протянул руку, погладил конек крыши почти с нежностью.

– Я хорошо работаю. Чтобы можно было гордиться, понимаете? Если желаете, могу сделать скворечник. Только не ставьте его над кормушкой, приятель. Пустая трата денег и времени. Гнездящейся птице нужна тишина и покой, кроме ласточек и дроздов, которые, сидя на яйцах, ищут рядом еду.

– У вас есть каталог? – поинтересовалась Мередит.

Тед взглянул на Стива, который почесал лысеющую макушку и покачал головой:

– Еще не доставили из типографии. Если хотите, оставьте свой адрес, я вышлю.

– С удовольствием.

Стив вытащил из-за уха карандаш и спросил:

– Есть какая-нибудь бумажка? Если нет, не важно, у меня в конторе полно.

Видно, контора находится за перегородкой. Но у Мередит в сумке блокнот. Она вырвала чистую страничку, взяла у Стива карандаш, записала адрес и фамилию.

Стив внимательно прочитал, свернул листок, сунул в карман, вернул карандаш на место за ухом.

– Спасибо, что все показали, – поблагодарил Маркби хозяев.

– Заходите еще!

Тед и Стив, стоя рядом, смотрели, как они уезжают.

– Знаешь что, Тед? – сказал Стив, когда машина скрылась из вида. – Я этого типа знаю.

– Да? – удивился Тед, беря молоток и присвистывая сквозь щербину в зубах.

– Это коп, – неодобрительно скривился Стив. – Не люблю их. Всегда не к добру рядом вертятся.

Молоток ударил по гвоздю, Тед прервался и повернулся к партнеру:

– Почему? Тебе не о чем беспокоиться, правда? Что за коп? Откуда ты знаешь?

– Видел раньше, много лет назад. Он бамфордским участком заправлял. Был тогда старшим инспектором. Потом, слышно, пошел на повышение, уехал, перебрался в большую контору под Чертоном. Должно быть, теперь важная шишка, – фыркнул Стив. – Хитрые эти копы. Никогда не выдадут, за кем охотятся, когда их встречаешь вне службы. Знают, что люди их не привечают. Позволил своей женщине написать имя и адрес, а сам не дал. Митчелл ее фамилия. – Стив похлопал по карману с запиской. – А он Маркби. Как думаешь, что делал в поместье Овервейл?

Тед передернул плечами, безошибочно ударил по шляпке гвоздя. Выбрал другой, спокойно приладил и снова занес молоток.

– По-моему, – продолжал Стив с нараставшим недовольством, – старик Дженнер вряд ли будет иметь дело со всякой мелочью. Если у него проблема, кликнет самого главного, тот побежит как миленький!

Бух! Молоток промахнулся, врезавшись в дерево. Тед чертыхнулся.

– Перестань болтать по Дженнера и копов. Я сосредоточиться не могу. Чуть не отбил себе пальцы! – Он поднес ушибленный палец к губам.

– Ладно, ладно, – миролюбиво буркнул Стив. – Никакой закон не запрещает болтать и не любить копов. Ну, я пошел.

– Можно убирать со стола, миссис Уиттл, – сказала Элисон в субботу утром. – Вряд ли Фиона спустится к завтраку.

– Не пойму, – проворчал ее муж, – почему молодежь по утрам так долго валяется в постели. Казалось бы, должны пошевеливаться. Сил полно, Бог свидетель.