- -
- 100%
- +
Хотела Катя только домой и по дороге не попасться на глаза никому из знакомых Деева, но думать об этом нужно было раньше.
– Я и без кофе бы обошлась, – девушка несмело посмотрела в синие глаза напротив.
– Ну, что вы… Я бессовестно занимаю ваше время и это самое малое, что могу сделать. Простите, что заставил ждать, но следующий перекус я смогу себе позволить только после шести вечера. В общем, спасибо за терпение, – равнодушный взгляд мужчины неожиданно потеплел, лицо озарила белозубая улыбка, а в уголках глаз собралось несколько тонких морщинок-лучиков, что абсолютно не вязалось с суровым образом.
«А ему идет» – отметила про себя Катя и опять невольно провела параллель с Деевым. У того на лице, словно высеченная из камня, всегда присутствовала недовольная складка между бровей. Не исчезала она даже когда Василий улыбался.
Тем временем Александр встал, бросил на стол несколько купюр, обошел Катю сзади, и, дождавшись когда она тоже встанет, отодвинул стул.
– Благодарю, – отозвалась девушка, вновь мысленно удивившись. А он еще и галантный, оказывается.
Сосед открыл входную дверь, пропуская Катю вперед и они оказались на улице.
– Ну, ведите, – вопросительно посмотрел он, жмурясь от яркого солнечного света. В углах глаз вновь появились те самые симпатичные морщинки. Но долго любоваться не пришлось. Александр достал из кармана солнцезащитные очки и надел их.
– Нам налево, – спохватилась Катерина, – Через два дома есть большой зоомагазин. Я всегда там закупаюсь.
– А что брать будем? Ну, кроме чашек и корма?
– Ой, там много всего понадобится. Обязательно лежанка. Собака должна знать где можно отдохнуть и ее никто не станет трогать. Игрушки всякие – погрызушки и пищалки, побольше разных, чтобы было чем заняться и обувь не пострадала. Потом – поводок и ошейник. Они сразу не пригодятся, но пусть уже будут. И, главное, одноразовые пеленки для туалета. С маленьким щенком сразу гулять нельзя, пока все прививки не сделаны. Поэтому нужно приучать делать свои дела на пеленку. Они хорошо впитывают. Собрал – и всё.
– А с какого возраста с собакой можно гулять?
– Тут не от возраста зависит. На улицу можно примерно через две недели после последней прививки, когда выработается иммунитет к собачьим инфекциям.
– А вы хорошо подготовились, – улыбнулся мужчина, – Даже про иммунитет знаете.
Катя недоверчиво посмотрела на соседа. Он, что, действительно ее держит за дурочку с переулочка?
– Вообще-то, я медсестра по образованию, – обиделась она, – Почти год в прививочном кабинете детской поликлиники проработала. Так что, про иммунитет и побочки от прививок много чего рассказать могу… У детей, правда…
– Что-ж, впечатляет, – саркастически ухмыльнулся сосед углом рта, – Аж целый год… А уволились почему?
– По кочану и капусте, – огрызнулась Катя на его пренебрежительный тон. Но после небольшой паузы пояснила, – Зарплата маленькая была, а работы – непочатый край.
Не рассказывать же ему всех обстоятельств…
– Простите. Я допустил бестактность, – после небольшой паузы извинился он.
– Да ладно, – примирительно ответила Катерина. После злых уколов Васеньки его ирония казалась детским лепетом, – У самого-то, наверное, медицинского стажа в разы больше?
– Двенадцать, – сквозь зубы буркнул Александр.
– Двенадцать лет? – зачем-то уточнила девушка.
– Ну, не дней же, – фыркнул он, – Лет, конечно. И это не считая ординатуры… Двенадцать годков в отделении анестезиологии-реанимации… И одна зима…
– Ничего себе! – уважительно потянула Катя, – Всегда преклонялась перед реаниматологами. А специальность сменили почему?
– По кочану. Зарплата была маленькая. Почти треть жизни псу под хвост… – мрачно ответил Александр. Настроение у него явно испортилось, – Пойдемте, купим, наконец, эти дурацкие чашки.
Собачье приданое они выбрали быстро. Катерина бы еще повыбирала, но расстроенный Саша просто клал в корзину все, на что указывала девушка. Его мысли витали где-то далеко.
Каменное лицо, сведенные вместе брови, крепко сжатая челюсть. Видимо, как-то нехорошо он ушел со старой работы. Переживает. Интересно, почему? Ведь сейчас, судя по количеству клиенток, он вполне успешен…
Всю дорогу до дома они молчали. Катя не понимала как поддержать разговор, опасаясь вновь затронуть какую-нибудь запрещенную тему, а Александру не очень-то хотелось. На лестничной площадке они вежливо, но сухо попрощались. Он поцеловал ей руку, поблагодарил за помощь и исчез у себя в квартире.
Джентльмен, блин. Настроение скачет, как у бабы при ПМС. Ну, или психушка по нем плачет. В общем, мутный тип.
А через час раздался звонок в дверь. Катя встрепенулась. Деева она сегодня на ждала, поэтому была не при параде. Совсем не накрашенная, не наряженная подобающим образом. То бишь в простых шортах и футболке, да еще без кружевного неглиже. Если это Вася решил заявиться сюрпризом – будет скандал. Внутренне сжавшись, девушка включила внешнюю камеру и озадаченно почесала затылок.
На площадке стоял Александр с симпатичной коробкой в руках , вопросительно глядя в объектив.
Катя повернула ключ и удивленно уставилась на соседа.
– Я тут подумал, – виновато проговорил он, – Что повел себя некрасиво. Вы согласились помочь, а я пошел на поводу у собственных эмоций… Тем более, вы же не знали… В общем, примите мои искренние извинения в виде вот этого замечательного тортика. Девочки в кулинарии дружно нахваливали. Говорят, сладкое стимулирует выработку серотонина, гормона радости. Надеюсь, он поможет быстрее забыть о моей непроходимой глупости.
– В общем, вы принесли мне кусочек счастья? – саркастически хмыкнула Катя.
– Если это было бы так просто, скупил бы всю кулинарию, – улыбнулся он в ответ, – Еще раз извините.
– Да, в общем-то, я не обиделась… Все мы живые люди. У каждого свои заморочки.
– Теперь вы знакомы с одной из многочисленных моих, – Александр тревожно взглянул на часы, – Простите, мне идти нужно. Клиентка через пять минут. До свидания.
– Конечно-конечно. За торт спасибо. Всего хорошего.
Глава 11. Катя
Катерина повернула ключ в замке, открыла коробку и тяжело вздохнула. Десерт выглядел очень аппетитно, а сегодня она уже выбрала свою норму сладкого на две недели вперед. Но мягкая шоколадная глазурь, украшенная масляным кремом с ягодами клюквы, звала и манила.
К тому же, любопытный Коржик уже кружил вокруг, приглядываясь и принюхиваясь.
– Что, бессовестный хвост, вкуснятину учуял? – обратилась Катя к собаке, – А тебе нельзя! Да и мне тоже! Растолстеем – выкинет нас папик в ближайшую подворотню. Обоих. А нам с тобой денежки ой как нужны. И вообще, мы тут думаем тортик съесть или не надо, а кто-то засохшей карамельке рад…
Девушка решительно закрыла коробку и отнесла в полупустой холодильник.
Где-то глубоко внутри проснулась вечно голодная совесть. Надо сказать, спала эта человеческая добродетель беспокойно и недолго, а грызла свою хозяйку с завидной регулярностью. Практически за все.
Вкусно поужинала – эгоистка. Кто-то не может позволить себе даже гамбургер. И вообще, чревоугодие – великий грех. Купила новые сапоги – расточительница. Хорошей обуви – полная гардеробная. А есть на свете люди, которые до сих пор на валенках дыры латают. Сходила в салон красоты – прожигательница жизни. Неужели простого мыла и отвара крапивы недостаточно, чтобы нормально выглядеть? Деньги нужны для того, чтобы тратить их на благое дело. Лучший наряд девушки это скромность, а красота – она внутри.
Эти тезисы, больше похожие на монастырский устав, мать закладывала в голову своих отпрысков с детства. Уже после того как отец умер а в семье все встало с ног на голову… Катя, хоть и имела на этот счет свое мнение, была послушной дочерью и родительнице не перечила. Только жизнь, вон она как повернулась…
Кстати, нужно кое-что проконтролировать. Девушка тяжело вздохнула и взяла в руки телефон. Эти разговоры давались ей нелегко. После них Катерина чувствовала себя распоследней сволочью.
– Алло, – ответил приглушенный голос из трубки.
– Здравствуйте. Это Катя Полякова.
– Да-да, я поняла. Вашу просьбу выполнила. Подарки передала всем троим. Четвертый остался у меня. Мать, как всегда, отказалась. Что мне с ним делать?
– Что хотите. Оставьте себе или отдайте кому-нибудь. Как дети?
– Младшие, естественно, обрадовались. Старший сначала дулся, но потом коробку забрал. Завтра в час дня вы можете с ним поговорить. Я позову его в кабинет. Если желаете, конечно.
Катя нахмурилась. В грудной клетке ощутимо кольнуло. Слушать очередную порцию слез и упреков было выше ее сил. Каждый разговор с братом становился для нее испытанием.
– Нет, как-нибудь в следующий раз, – твердо ответила она, – А мама?
Из трубки раздался тяжелый вздох.
– Как обычно. Плачет и молится.
– Надеюсь, хотя бы по православному канону?
– Да. Но, никому от этого не легче…
– Про меня не спрашивала? – осторожно поинтересовалась девушка.
– Нет. Про детей – да. А ваше имя она вообще никогда не произносит.
Сердце в Катиной груди вновь напоролось на острый шип. Больше года прошло, пора бы уже привыкнуть, а все равно больно.
– Может быть, ей что-нибудь нужно? – холодно продолжила она, – Ну, из еды, бытовых принадлежностей?
– Нет. Просит лишь книги, свечи и иконы. Литературу и бумажные образа приношу, а свечи – нельзя, сами понимаете…
– А дети? Они что-то хотят?
– Домой они хотят… К маме… – вновь вздохнула трубка, – Ну, или в крайнем случае к вам… Маленькие, конечно, уже адаптировались, а вот Егор смириться никак не может. При каждой встрече спрашивает когда же…
– Передайте ему, что уже скоро. Обещаю, – из последних сил сдерживая слезы, проговорила Катя, – На днях переведу еще денег. Купите им от меня гостинцев. Конфет, там, игрушек… И скажите, что я их очень-очень люблю…
– Вы бы лучше сами приехали хоть разок. А то вашего брата уже мальчишки задразнили. Считают, что он вас выдумал.
– К сожалению, это пока невозможно, – ровным тоном ответила девушка, – Всего хорошего и спасибо за помощь.
Катя нажала значок отбоя и прикрыла лицо руками. Грудь сковал неуправляемый спазм, а по щекам покатились горячие слезы.
Для дальних родственников и знакомых в родном городе она была предательницей. В тяжелые времена, вместо того, чтобы помочь матери, сбежала с богатым любовником. Да и вообще. Все были уверены, что эта трагедия случилась именно из-за нее.
Нет! Нельзя плакать! Не дай бог явится Васенька, а она с зареванной рожей. Не поймёт. Ее работа – быть беззаботной и веселой в любое время дня или ночи. И выполнять ее на «отлично» она просто обязана. Иначе все жертвы станут напрасными.
Катя вздохнула, вытерла мокрые щеки и открыла холодильник. Сейчас ей просто необходима хотя бы капелька положительных эмоций. А вожделенная доза серотонина ждала на полке.
Яркая коробка с тортиком притягивала взор и зазывно шептала: «Открой меня!». Проклиная себя за слабоволие, девушка сняла пластиковую упаковку и посмотрела на содержимое. Манящий запах шоколада неумолимо завоевывал подсознание.
– Мы же не будем это есть? Правда, Коржик? Просто разрежем и посмотрим что там внутри…
Щенок сердито фыркнул так как был категорически не согласен. Катерина кинула на него строгий взгляд, но все-таки взяла в руки нож и сделала длинный надрез. Шоколадная глазурь вперемешку с кремом размазалась по лезвию. Девушка сняла ее пальцем и с наслаждением отправила в рот.
Ммммм… Блаженство… Почему бы не позволить себе крохотный кусочек счастья? Хотя бы в таком виде?
Не в силах бороться с собой, Катя отрезала тоненький, почти прозрачный ломтик и вновь отправила в рот. Коржик поглядывал из-под стола, отслеживая каждое ее движение.
– Что, прорва ненасытная, тоже ждешь сладенького? – посмотрела она в просящие глаза-бусинки, – Ладно уж, держи кусочек. Но только один и совсем маленький…
Выпечка была потрясающе вкусной. Забив на силу воли и угрызения совести, Катерина отрезала понемногу, и ломтик за ломтиком отправляла в рот сочные маковые коржи, пропитанные каким-то необычным сиропом. Да и кремовая глазурь была выше всяких похвал. Обнаглевший щенок, трогая ее лапой, ежеминутно требовал свою порцию.
Опомнилась Катя, когда треть торта была зверски съедена. Хотелось еще, но со сладким на сегодня был явный перебор. Да и на завтра тоже.
Если оставить десерт в холодильнике, она ведь опять не устоит. И девушка приняла жестокое, но единственно правильное решение. Выбросить. Иначе, через неделю Васю встретит не стройная красотка с тонкой талией, а растолстевшая до безобразия бочка.
Тяжело вздыхая и чертыхаясь, Катерина решительно взяла коробку и отправилась к мусоропроводу. Верный Коржик с сожалением в глазах затрусил следом.
Девушка шагала по лестнице, тоскливо глядя на содержимое коробки. Очень жалко, но надо. Спустилась на пролет вниз, повернула к спрятанной в углу дверце мусоропровода.
– Что, так невкусно? – раздался откуда-то сбоку мужской голос.
Катя от испуга практически подскочила. У мусорного коллектора стоял сосед и укоризненно смотрел на нее. Блин. Неудобно-то как…
– Очень вкусно… Просто божественно, – тяжело вздохнула Катерина, – Только мне это нельзя.
– Почему? Болеете чем-то? – заинтересованно поднял бровь мужчина.
– Да ничем я на болею, – сокрушенно махнула рукой девушка, – Просто сила воли у меня как вид отсутствует…
– Ну и ешьте, кто не дает?
– Не могу… У меня и так лишнего веса полно…
– Лишнего веса? У вас? Это в каком же таком месте? – внимательно рассматривая ее с головы до ног спросил Александр, – На мой взгляд, наоборот, вы слишком худая. И лишний кусочек тортика точно повредить на может.
– А вот некоторые так не считают…– покачала головой Катя.
– Это ваш супруг, что-ли? – саркастически хмыкнул сосед, – А он, вообще, сам-то иногда в зеркало смотрится, прежде чем вам что-то запрещать?
– Я не хотела бы это обсуждать, – холодно ответила Катя, проводила прощальным взглядом десерт и отправила его в жерло мусоропровода. Подняла на руки Коржика и шагнула к лестнице.
– Извините. Я полез не в свое дело, – послышалось вслед. Александр тоже выкинул пакет и зашагал рядом.
– Знаете, а мне щенка привезли, – улыбнулся он.
– Ой, здорово! – смягчилась Катя, – Как назвали?
– По паспорту он Хуанито Кунатаво Хренвыговоришь. А звать буду Хантер.
– Хантер? Охотник? Хорошая кличка. Тем более бигль – это маленькая гончая.
– Да, я тоже так подумал.
– А можно посмотреть? – несмело попросила Катя, – Хотя бы одним глазком?
– Легко, – улыбнулся Саша и приоткрыл дверь.
Из квартиры буквально вывалилось милейшее существо бело-коричневого цвета в черных подпалинах со смешными висячими ушами и любопытным носом. Оно изо всех сил махало хвостом и припадало на задние лапы. Так называемая поза «страшно-интересно». Коржик на руках Кати тоже оживился.
– Ой, какой хорошенький! Можно погладить?
– Конечно!
Катя, улыбаясь, присела и потрепала бигля по холке. Поставила корги рядом и собаки начали обнюхиваться.
– Какой же он всё-таки милый, – восхитилась девушка, поглаживая Хантера между ушами.
Звук уезжающего вниз лифта заставил Катерину насторожиться. Если Деев застанет ее мило беседующей с другим мужчиной – будет плохо. Очень плохо.
В следующую секунду она схватила в охапку Коржика, спешно попрощалась и захлопнула за собой дверь.
Александр недоуменно посмотрел вслед и озадаченно почесал затылок. Очень странная девушка.
Глава 12. Саша
– Хантер! Хантер, твою мать! А ну-ка брось эту дрянь и сейчас же иди сюда!
Злющий Саша, тихо матерясь, несся вслед за щенком сквозь заросли сорной травы. Хвостатый хулиган самозабвенно убегал, унося в зубах добычу – недоеденную кем-то вонючую селедку, найденную в ближайшей урне. Улепетывал быстро, так как точно знал – отберут и накажут.
– Стой, скотина бессовестная! – шипел Криницкий, перепрыгивая очередную канаву, – Вот чего мне не жилось спокойно одному? Завел на свою голову… Поймаю – убью! Или сегодня же выставлю объявление «Отдам в добрые руки»! Еще и приплачу сверху, чтобы забрали!
Щенок как будто бы услышал. Остановился на месте, положил селедку рядом с собой и укоризненно посмотрел на хозяина огромными карими глазами. Саша тоже замедлился.
– Хороший песик, – максимально ласковым голосом проговорил он, пытаясь подкрасться ближе, но не заметил попавшую под ноги длинную корягу и во весь рост растянулся на пожухлой траве.
Откуда-то сбоку раздался мелодичный смех. Как будто звенят серебряные колокольчики. Затем из-за закрывающих обзор кустов выбежал щенок корги. Он направился прямиком к селедке Хантера и стал обнюхивать ценный трофей.
– Коржик, фу! – строго произнес женский голос и собака, с сожалением вздохнув, отошла в сторону.
Саша удивленно повернул голову. Встал, отряхнулся.
– Не понял, – мужчина озадаченно почесал затылок, – А почему у вас псина слушается, а у меня нет?
– Во-первых, здравствуйте, – улыбнулась появившаяся вслед за корги Катя, – Во-вторых, слушается он не всегда. Поначалу тоже сладу не было. Но команде «Фу» я научила его в первую очередь. Кстати, у вас репей в волосах.
– Да бл…иииин, – Саша вытащил мусор из шевелюры, хотел было ругнуться крепким словцом, но присутствие девушки его остановило, – Я весь вечер сегодня скачу по парку за этой бестолковой скотиной. Хантер, Хантер, а он как будто издевается. Кстати, не могли бы вы подойти и взять его за ошейник? А то меня он близко не подпускает.
– Конечно, – согласилась Катя и приблизилась к биглю, – Хантер, хороший. У кого здесь такие миленькие глазки? И ушки у нас мяконькие, и хвостиком мы машем, – заворковала она и щенок сам пошел на голос.
Девушка погладила собаку и спокойно взяла за ошейник. Криницкий обрадовался, тут же пристегнув поводок.
– Ах ты зараза этакая! – набросился он на подопечного, – Вот я тебе сейчас устрою!
– Не ругайтесь на него, – попросила Катя, – Он просто еще маленький. И вообще, ну как можно злиться на эту милую мордашку?
– Милую мордашку? – возмутился Санёк, – Да природа сделала биглей такими ми-ми-мишными специально. Чтобы их не убили в младенчестве! Это же бандит натуральный!
– Ну, прямо так уж и бандит?
– Еще какой. Хоть вообще с поводка не спускай. Отпустишь – убежит обязательно. Да еще и в какой-нибудь гадости изваляется. Вчера грязную лужу нашел. Позавчера притащил откуда-то дохлую белку. Сегодня, вот, селедку из урны достал. А если не отпускать – спать не даст. Будет всю ночь игрушками своими пищать у меня в постели. И вообще, после того, как он появился, я веду суперздоровый образ жизни. Ем мало, двигаюсь много. Так как вместо обеда и завтрака у меня пробежка по парку с этим вот мелким монстром. Есть нормально тупо не успеваю. А вечером, вообще, марафонский забег… Я за последние три недели килограмм семь сбросил, наверное. И четыре пары тапок купил. Две из них он уже успешно сожрал. Сегодня третью выставлю. Подушку перьевую разорвал в клочья. Два дня уже пух из укромных уголков выметаю. Не слушается от слова «совсем». Короче, я уже десять раз пожалел что завел это милейшее создание.
– Чтобы собака не была обузой, надо с ней заниматься, – рассудительно заметила Катя, – Тем более, у вас порода сложная.
– Как заниматься, если на улице он подходить ко мне отказывается?
– А это потому, что вы его постоянно ругаете. Он не понимает где накосячил. Бигль – охотник. Таскать дохлых белок и валяться в вонючей луже, чтобы замаскировать собственный запах – для него норма. Но, Хантер не дурак и четко уяснил, что если на прогулке подойти к хозяину – обязательно накажут.
– И что же делать? – заинтересованно спросил Саша. Катя с ее знанием собачьей психологии несколько удивила и озадачила.
– Завоевать его доверие, – пожала плечами девушка, – Не ругать и не наказывать, пока он не поймёт, что подходить к хозяину безопасно. Заодно учить команду «Ко мне». Почитать хорошую книжку по воспитанию щенка. А лучше, записаться на общий курс дрессировки. Вот мы с Коржиком такие курсы уже неделю посещаем. Прогресс налицо.
– Что за курсы такие? Далеко? Дорого?
– Нет, не далеко. С другой стороны этого парка. А по цене… Я же не знаю что для вас дорого. Мы платим по две тысячи за каждое индивидуальное занятие. Давайте я вам телефон инструктора дам и вы сами все расспросите.
– Если можно…
Две тысячи. Санек по привычке мысленно прикидывал в голове сможет ли себе это позволить и вдруг с удивлением обнаружил, что один его сеанс стоит дороже. А в день он их проводит не меньше восьми.
– Вот, нашла, записывайте, – проговорила Катя и начала диктовать номер.
Саша потыкал пальцем в экран видавшего виды телефона. Внезапно дошло, что и смартфон, оказывается, тоже можно заменить практически без ущерба для бюджета. Это озарение было таким внезапным, что он даже остановился посреди дорожки. Бегущий впереди бигль резко натянул поводок.
– Все в порядке? – встревоженно обернулась Катя.
– Да. Просто… Просто кое-что осознал.
– Отпустите вы Хантера, пусть бегает. Сами ведь сказали, что ночью спать не даст.
– Ага. А ловить его потом кто будет?
– Ничего, поймаем. Я всегда с собой на прогулку собачьи вкусняшки беру. И вам советую.
Катя самозабвенно рассказывала о тонкостях в воспитании щенков, а Криницкий тем временем внимательно рассматривал девушку. Не как живую женщину из плоти и крови. Скорее, как музейный экспонат, который находится за бронированным стеклом – смотреть и восхищаться можно, трогать нельзя. Сия привилегия доступна только избранным.
Красивая. Золотые волосы искрятся в лучах вечернего солнца, глаза светятся ярким бирюзовым огнем. Девушка-мечта. Лицо, фигура, голос. Прекрасна своей юностью и непосредственностью. Так увлеченно рассказывает. Видно, что заниматься с собаками ей очень нравится.
Как же получилось, что рядом с этой нимфой оказался толстый, сварливый старик? Разве такой муж ей нужен? Что вообще может связывать абсолютно разных людей? Какие неземные чувства?
Хотя, о чем ты? Все просто до оскомины. У нее есть молодость и красота, у него – хренова туча зеленых бумажек. Обычный рынок. Она продает, он покупает. Интересно, сколько нужно зарабатывать, чтобы такой вот ангелочек ответил тебе взаимностью? Твоих доходов точно не хватит.
Внезапно у Кати зазвонил телефон. Девушка встревоженно глянула на экран и в ту же секунду ее как будто подменили.
– Да, дорогой, – с придыханием потянула она медовым голосом. Ни дать, ни взять, богиня секса по телефону, – Гуляю с Коржиком, по тебе скучаю. Недалеко, минут пять пешком. Нет, не надо, здесь пешеходная зона. Ночевать останешься? Тогда нужно ужин заказать. Уже бегу. Целую, котик.
Катерина нажала значок отбоя и подняла глаза на Сашу. Во взгляде – тоска. Котик, блин… Что-то не слишком рада она своему пенсионеру.
– Давайте, помогу поймать Хантера, а то мне надо идти, – невесело проговорила она и кисло улыбнулась, – Я ведь тоже с отличием прошла общий курс дрессировки. Хозяин сказал «Ко мне». Надо бежать. Взамен получу вкусняшку.
– Своеобразный юмор, – хмыкнул Александр, – Тогда уж пойдемте вместе. С почестями провожу до квартиры.
– А вот этого не надо, – Катя покачала головой и вздохнула, – Вы окажете мне медвежью услугу.
– Да я, собственно, без какого-либо подтекста. Тем более, все равно по пути. Ваш муж настолько ревнив?
– Сильнее, чем вы думаете. И он мне не муж, – бирюзовые глаза испытывающие смотрели на Сашу. С вызовом, тщательно считывая реакцию, – У него другой дом. Жена, дети, внуки. А я – просто развлечение на стороне. Любовница. Содержанка.
Мужчина пару раз моргнул, переваривая сказанное. Зачем она вывалила на него эту кучу грязного белья? Хвалится, что вся такая замечательная, подцепила козырного старикашку? Не похоже. Или, наоборот, ждёт свою порцию общественного порицания? Напрасно. С некоторых пор такие подробности чужих биографий Криницкого абсолютно не трогали.