- -
- 100%
- +
– Уважаемые дамы, подышите, пожалуйста свежим воздухом. На улице лето, у входа есть скамейки, – она аккуратно взяла женщин под локти и вывела за дверь.
Когда вернулась, Орлов уже стоял электродами в руках.
– Галя, отойди в сторону! – скомандовал он, – Разряд!
Как раз в этот момент медсестричке вздумалось вытереть пот со лба пациента… От удара током, тихо ойкнув, она свалилась на пол.
– Твою мать! – зашипел Орлов, – теперь ещё эту раскрашенную матрёшку откачивать… Лучше б не помаду, а мозги себе купила! Понаберут по блату…
Марьяна молча наклонилась к медсестричке, взяла руку и стала искать пульс.
– Ну что там? – взволнованно спросил Денис, продолжая реанимационные мероприятия. Почему-то он даже не удивился, увидев Марьяну рядом. Видимо, было настолько некогда.
– Вроде, ритм не сорвался, но сделать бы ЭКГ. И на кушетку переложить, – Марьяна попыталась поднять девушку.
– Стоп. Иди, этого качай. Умеешь же? А то не хватало ещё тебе спину сорвать, – Денис, легко перенёс медсестру и достал нашатырь, – Что там? Не завёлся?
– Нет. Нужно ещё раз тряхнуть. И лекарства где? А главное, где реаниматологи?
– Препараты в шкафу, – спокойно ответил Денис, заряжая "утюги", – Реаниматолог сейчас один и он на наркозе. Аппендюк режут. Только начали. Так что, никто кроме нас.
– Зашибись. А где взять катетер? Я сама поставлю.
Денис вновь приложил электроды:
– Разряд! – пациент дернулся, – Давай, дыши его. Амбушкой. И посмотри в шкафу медикаменты.
– Вроде, завёлся, – пощупав пульс на сонной артерии, облегчённо вздохнула Марьяна.
– Слава Богу, – перекрестился Орлов.
– Не расслабляйся. Может опять фибрильнуть. У меня был один такой. Когда на скорой подрабатывала. Восемь раз пришлось током бить.
– Да ты у нас, оказывается, опытный боец?
– Это отцу моему спасибо надо сказать. Кидал в самое пекло и наблюдал, как выберусь.
– Знакомо. У меня батя такой же. Ставь катетер, мастерица. Что колоть собираешься? – испытывающе посмотрел Денис.
– Эпинефрин и амиодарон. И, наверное, альтеплазу прокапаем по результатам ЭКГ. Если нет противопоказаний. Ну и остальное, после получения анализов по протоколу. Лаборант дежурный есть?
– Есть. Сейчас позвоню. Надо поднимать пациента в реанимацию. И вертолётом в Ростов. Ну а эту звезду, – Орлов показал на Галю, – Забирай к себе в терапию. Понаблюдай пару дней.
Денис устало опустился на стул, вытер пот со лба. Поднял глаза и окинул Марьяну с ног до головы оценивающим взглядом:
– Ну, что, с боевым крещением, Королёва. Молодец, не растерялась. Я, оказывается, тебя недооценил. Сработаемся.
4. Денис. Воспитательная работа
Точно. Недооценил. Сиськи у неё всё-таки есть… И ещё какие. Уверенная двоечка. При всей худобе. Вон какая тоненькая. Талию двумя ладонями обхватить можно. А уж если эту Королёву немного откормить… Шикарная женщина будет, вообще закачаешься. Да и задница, в принципе, имеется. Крепкая, округлая. Просто утром она в военной форме была, особо не рассмотришь, а сейчас в коротеньких шортах и топике на бретельках, который еле пупок, прикрывает. Да ещё без лифчика. И ноги, что греха таить, зачётные… Длинные, стройные, глаз не оторвать… Интересно, а как они смотрятся на плечах?
Эй, Орлов! Совсем рехнулся что ли? Что за пубертатные мысли? Ты, вообще-то, женат! И, между прочим, на первой красавице вашего военного городка. Да все мужики завидуют тебе чёрной завистью, а ты тут слюни на левую бабу распустил. Давить, давить в себе надо эту кобелиную натуру…
Денис встряхнул головой и на секунду зажмурился.
Ещё и похвалил её неосторожно… Совсем расслабился. Вопреки первому впечатлению, надо отдать должное, девчонка шустрая, сообразительная, да и руки растут из правильного места. В вену этому мужику с первого раза попала, и это при низком кровяном давлении. Не появись она вовремя, что бы ты делал с этой безмозглой неумехой Галей?
Но нельзя же вот так сразу… А то совсем зазнается… Нееее, надо немного пожурить. В воспитательных целях.
Денис вздохнул, приподнял брови, сделал надменное лицо и начал менторским тоном, опять переходя на "вы":
– А теперь – недостатки. Первое. Прежде всего, медик должен защитить себя. Вы почему сначала дышать его полезли без салфетки? А если у пациента, к примеру, туберкулёз? Потом, кто катетер начал ставить без перчаток?
Марьяна опешила и подняла бровь. Задохнулась от негодования. Это что, она помогла ему в критической ситуации, а он носом вертит? А ведь могла развернуться и просто уйти по своим делам… Да нет, не могла, конечно, но в данном случае, простое "спасибо" было бы гораздо уместнее… А он лекции решил почитать. Да ещё таким пренебрежительным тоном. И взгляд этот свысока… Как на козявку… Сноб хренов… А ведь, казалось, они нашли общий язык. Ну, ладно, капитан Орлов, сам напросился. Марьяна набрала в лёгкие побольше воздуха, встала в позу "руки в боки" и начала:
– Лекарства нужно было ввести максимально быстро, я не знала где лежат перчатки, поэтому просто руки антисептиком обработала… Про салфетку согласна, забыла с перепуга. А вообще, Денис Олегович, вот что скажу, раз уж вы первый про недостатки заговорили… Почему сами начали оказывать помощь пациенту, не выставив посторонних из помещения? Устроили просто изумительное представление с растерявшийся медсестрой и вами, орущим на неё последними словами… Жалоб от родственников не боитесь? А ведь они увидели много чего, не предназначенного для чужих глаз. Почему в таком огромном здании не нашлось места для противошоковой? Тяжёлого пациента приходится откачивать чуть ли не в коридоре, зато имеется два просторных гардероба? Почему, когда один реаниматолог ушел на операцию не вызвали из дома другого? Почему персонал не знает элементарные правила безопасности при работе с дефибриллятором? А если бы у этой медсестры от удара током случилась асистолия, и меня не оказалось рядом? В такой ситуации минимум один труп гарантирован. В общем, за такую организацию медицинской помощи, товарищ начмед, в Ростове вас давно бы уже сняли с должности…
Орлов с вызовом посмотрел в огромные стрекозьи глаза. Руки сами упёрлись в бока, повторяя Марьянину позу. Ах ты ж зараза такая мелкая… Учить она его будет как работать надо… Нос не дорос!
– Умная, да? – грозно сверкнул глазами Денис, – Всё знаете, всё умеете? Значит, вы и проведёте на этой неделе обучающий семинар со средним медицинским персоналом по сердечно-легочной реанимации, алгоритмам оказания медицинской помощи при клинической смерти и работе с дефибриллятором… Прямо завтра и проведёте… И ещё… Мне непонятно почему офицер Российской армии позволяет себе расхаживать по территории воинской части в коротеньких шортах, майке до пупка и без нижнего белья? Как девушка с низкой социальной ответственностью…
У Марьяны отвисла челюсть.
– Как кто, извините? Это я девушка с низкой социальной ответственностью? А может это у вас проблемы с реализацией вашего… либидо? Мне что, паранджу теперь носить, не снимая? Я, вообще-то, только что из душа вышла. Шла спокойно к себе в палату. Увидела, что не справляетесь и кинулась помогать… А вы вон как всё перевернули…
От злости Денис заскрипел зубами. Это у него проблемы? Вот ведь, язва противная! Такое ощущение, что специально выводит из себя. Хрен тебе, Королёва, не дождешься. Максимально спокойным и издевательским тоном Орлов продолжил:
– Проблем, изъясняясь вашими словами, с реализацией либидо у меня нет, я женат. Зато глаза есть. Как и у нескольких сотен мужчин, которые находятся вон за тем забором, – Орлов едко улыбнулся и показал куда-то в окно, – А вот у них по части женщин могут быть проблемы. Так что расхаживать в таком виде по городку – плохая идея. Хотя, чего я лезу? Может вы именно за этим сюда приехали… Но как непосредственный руководитель предупредить обязан, что аморального поведения у своих подчинённых не допущу.
Он был готов поклясться, что слышит, как скрипят ее зубы. Вот и славно. Но, это ещё не всё. Ты у меня по струнке ходить будешь, лейтенант Королёва!
– И ещё один вопрос. Какой у вас рост?
– Сто шестьдесят семь.
– Встаньте на весы, пожалуйста.
– Зачем?
– Выполняю должностные обязанности. Чтобы, не дай бог, с вашей лёгкой руки не уволили, – едко ухмыльнулся Денис, – Пропаганда здорового образа жизни.
Марьяна, непонимающе хлопая глазами, шагнула на платформу весов.
– Сорок восемь килограммов, – констатировал Орлов, – Посчитайте индекс массы тела.
Марьяна залезла в телефон.
– Семнадцать и две десятых.
– Недостаток веса, – обвинительным тоном проговорил Денис.
– И что?
– А то, что с этого момента вы питаетесь в госпитальной столовой. Три раза в день. Пока не наберёте до нормы. Четыре килограмма минимум. И только попробуйте хоть раз пропустите. Ставлю на личный контроль. Мне не нужны голодные обмороки на рабочем месте. И дверь на КПП я вам тоже каждое утро придерживать не собираюсь, чтобы не прибило. А то быстро отправлю на медкомиссию, которую из-за низкого веса вы не пройдете, и уволю на фиг из армии. Ужин в 19.00, не опаздывайте. Свободны.
Девушка нервно повела плечами, но ничего не сказала. Мягко ступая, поднялась вверх по лестнице. Метнула в Дениса уничтожающий взгляд и скрылась из виду.
Орлов немного отдышался, вышел на улицу, поговорил с родственниками пациента, достал из нагрудного кармана сигареты. Присев на скамейку, с наслаждением затянулся.
А чего это ты, Орлов, собственно, так завёлся? Угрожать начал… Выбесила девчонка, конечно, не по-детски. Глазищи эти огромные, сверкающие от гнева… Но, она ведь абсолютно правильные замечания озвучила, строго по делу. Ты сам уже почти год жужжишь в ухо командиру насчёт противошоковой, но вечно денег на ремонт не хватает. Да и медсестра реально необученная попалась. И вообще, ты эту Королёву зачем-то сам ковырять первый начал. Потому, что на себя разозлился за мысли дурацкие, а сорваться решил на ней… Наговорил всяких гадостей… Пойти, что ли, извиниться?
Ага, и что ты ей скажешь? Прости, наорал потому, что сиськи и ноги твои уж очень понравились, стыдно стало? Смешно. Нет, Орлов. Давай, договаривайся об эвакуации пациента, вызывай на дежурство по приемке другую медсестру и вали домой. Лена, наверное, уже заждалась.
5. Марьяна. Поле с граблями.
Ну вот, опять нарвалась на неприятности. Сцепилась с непосредственным начальником. Ведь предупреждал же Седов – молчи в тряпочку. А как тут смолчишь, если тебя фактически шлюхой обозвали… В завуалированной форме, конечно, но сути это не меняет… Да и ты в долгу не осталась… Тоже по факту заявила что он озабоченный… Нормальные такие отношения с начальством завязываются… Полный трындец, короче.
Теперь ещё доклад готовить… А вот финт с недостатком веса и столовой Марьяна вообще не поняла. Это что, наказание такое? Или он действительно хочет её уволить?
А вообще, странно это. Ведь нормально же всё было… Больного стабилизировали, работали слаженно, как будто не сорок минут в общей сложности общались, а десять лет в одной смене отпахали. И Орлов этот был доволен, похвалил, улыбался. Сказал, что сработаемся…
А потом прямо за секунду переменился до неузнаваемости. Превратился в вечно недовольного брюзгу. Рожу скорчил, как будто уксуса случайно глотнул. Фирменный взгляд: как на букашку. Кучу претензий высказал. Дед семидесятилетний и то меньше ворчит.
А ведь он молодой, лет тридцать всего на вид. И, надо отметить, очень даже ничего… Высокий, подтянутый, в меру подкачанный. Широкие плечи, благородная осанка. И руки… Руки хирурга. Красивые, сильные, с длинными пальцами. Не глупый. Даже когда орёт. И вообще, есть в нём что-то такое, чего словами не опишешь. Какая-то внутренняя сила…
Да ну на фиг… Вот это тебя, Марьяшка, занесло… Его занудство, снобизм и завышенная самооценка с лихвой перекрывают все достоинства внешности. Бедная жена, как она его терпит?
Ход мыслей прервал телефонный звонок.
– Да, мам, привет!
– Ну как ты там, доченька? С квартирой определилась?
– Пока живу в палате. Практически на рабочем месте. Завтра обещали в служебное жильё сводить, осмотреться.
– Это хорошо. Глянешь что нужно для ремонта, я привезу. И мебель закажем.
– Спасибо, мамуль.
– Как первый день на работе?
– Да, честно говоря, не очень.
– Почему?
– С начмедом успела переругаться.
– Что, прямо в пух и прах?
– Даже не знаю. Он придираться начал. Я ему тяжёлого больного помогла спасти. Оказывается не так, как надо. Он претензии высказал, я ответила… В общем, слово за слово… Сказал, что одеваюсь как девушка лёгкого поведения, я со злости рубанула, что у него проблемы с женщинами… В общем, обменялись взаимными оскорблениями. А ещё он меня уволить пригрозил, если четыре килограмма не наем в ближайшее время. И в столовую определил. Под личный контроль. Короче, дурдом какой-то.
– Может, ну его, этот Загорский госпиталь? Давай, домой возвращайся…
– Ага, отцу на радость? Я прямо вижу как он руки потирает. И свадебное платье мне уже купил. Как только я возвращаюсь, меня прямо у порога в него пакуют и везут в ЗАГС. Кстати, как папа? Сильно бесится, что я уехала?
– А сама-то как думаешь? Ты планы грандиозные ему сорвала… Он возлагал на тебя огромные надежды, понимаешь?
– Не на меня, а на этот брак. Хотя, я честно, не знаю почему без него нельзя обойтись… Тем более, Данил тоже не горит желанием жениться.
– Ну, как же… Родственные связи – самые крепкие.
– А ничего, что и жених и невеста категорически против?
– Так уж и категорически… Ты рассталась с парнем, Даник тоже свободен. Вы знаете друг друга с детства… Лучшей партии тебе не найти. Тем более, это в интересах бизнеса. И родители Дана тоже двумя руками за.
– Мам, а как же любовь? Да, я хорошо отношусь к Данилу, но он – друг, практически брат. И отцовская затея нас поженить… Ну, в общем, это не правильно.
– Знаешь поговорку – стерпится, слюбится. Хороший мальчик, уважаемая семья. Он сможет обеспечить тебе тот уровень жизни, который заслуживаешь. Отец выведет бизнес из тени. Ты же знаешь, он военный, и не может действовать от своего имени… А Григорий Шевченко хочет расширить производство, но ему нужны инвестиции. Ты – наша единственная дочь. Данил – тоже один ребёнок в семье. И этот брачный союз послужит своеобразной гарантией. А ваши дети унаследуют всё, что заработали их деды…
– Нет, мам. Я – пас. Всю жизнь прожить с нелюбимым мужем – это не для меня. Контракт с Российской армией я продлила на три года. Отсижусь здесь. А там, может папа оставит свою блестящую идею… Даже самый строгий начальник не так страшен, как разгневанный отец.
– Он лишит тебя финансовой поддержки…
– Ну и что. Переживу. Ты знаешь, я неприхотлива. В конце концов, у меня есть зарплата. И будет служебное жильё. Не пропаду.
– Он постарается превратить твою жизнь в ад.
– А замуж за Даника – это рай в твоём понимании? Повторяю – я вообще не воспринимаю его как мужчину…
– Ко всему можно привыкнуть.
– Согласна. Поэтому, предпочитаю привыкать к Загорску. Может, отец всё-таки перебесится? Помнишь, когда я окончила академию и вернулась в Ростов, у него уже была идея-фикс выдать меня замуж за сына какого-то друга? Остыл же, успокоился…
– Нет, Марьяна. Успокоился твой отец не поэтому. Просто этот самый сын успел жениться без разрешения родителей. Влюбился без памяти. В какую-то прошмандовку. Так его тоже лишили финансовой поддержки и отправили в глухую провинцию пожить несколько лет. Вместе с женой. Проверить чувства, так сказать.
– Сурово…
– Да. Причём, мальчик этот тоже врач. Питерскую военно-медицинскую академию закончил, так же, как ты. И ординатуру там же. Вы идеально подходили друг другу.
– Ну, что-ж, значит, не судьба. И слава Богу.
– Кстати, думаю, отец скоро нагрянет к вам с проверкой. Максимум через неделю. Так что, будь готова.
– Хорошо, мам. Я предупрежу руководство.
Послышался стук в дверь.
– Марьяна Андреевна, ужин уже начался. Денис Олегович велел напомнить, чтобы вы не забыли.
– Спасибо, Настя. Сейчас приду.
– Ладно, мам, пока, – проговорила Марьяна в трубку.
– Доченька, подумай ещё раз… Не пожалей о своём поступке. Пока ещё есть время передумать.
– Даже если потом я буду каяться и рвать на себе волосы – это только моё решение. Не папино, не дяди Гриши, не Данила. Моё. Это моя жизнь. И своё поле с граблями я хочу пройти сама.
– Вся в отца. Такая же упрямая.
6. Марьяна. Маленькая месть.
Марьяна вошла в большой зал госпитальной столовой и огляделась. Свободных столиков не было. Несколько десятков пар глаз уставились на неё с нескрываемым интересом. Девушка невольно поправила футболку и спортивные брюки. А ведь Орлов прав, в коротких шортах и топике она произвела бы фурор. Это тебе не Ростов или Питер, где никому ни до кого нет дела. Здесь появление нового человека – событие мирового масштаба.
Группа важных дам за дальним столиком, видимо, офицерских жён, тихонько зашушукалась, оценивающе разглядывая её с ног до головы. Марьяна дежурно кивнула – некоторые из них лежали в её отделении. Несколько молоденьких солдат – срочников, тоже из терапии, встали, освобождая место. Девушка подняла руку в отрицательном жесте и покачала головой – не надо, сидите. Кто-то тихонько присвистнул, когда она отвернулась за подносом. Да уж. Веселуха. Чувствуешь себя товаром на витрине. Разве что зубы не просят показать…
– Марьяна Андреевна, идите сюда, не стесняйтесь – раздался из малого зала низкий бархатный голос. Опять Орлов, будь он неладен…
– Спасибо, Денис Олегович, я планировала взять еду и поужинать в палате.
– И не лень вам посуду туда-сюда таскать? Этот столик – для дежурных врачей, здесь всегда есть свободные места. Можете пользоваться, – он отодвинул стул и похлопал по сидению.
Интересно. Ни следа от былой злости. Ведёт себя, как ни в чём ни бывало. Значит, отходчивый. Это хорошо.
– Материалы к занятию с медсёстрами уже начали готовить?
– Ещё нет.
– Какие материалы, к какому занятию? – ещё один мужчина в медицинском костюме с иголочки и идеальной стрижкой, улыбаясь поистине голливудской улыбкой, опустился на стул рядом с Марьяной. Они уже встречались утром на КПП. Больше похож на какого-нибудь мажора, чем на военного. Его просто штормило от чувства собственного великолепия. Сразу видно – местный Казанова.
– Это Криницкий Александр Алексеевич, наш начальник отделения анестезиологии-реанимации. Я не успел вас познакомить, – пояснил Денис Олегович, – Да вот, Саша, оказывается, средний медперсонал у нас не умеет работать с дефибриллятором. И теряется в критической ситуации. Надо семинар провести.
– Так что готовить? Видеоматериалы? Презентацию? – вопросительно посмотрела Марьяна, – И мне бы глянуть какая аппаратура есть. Большой телевизор, проектор?
– Не понял, – удивлённо спросил Криницкий, – А почему занятие проводит она, а не я? Марьяна Андреевна, вроде, терапевт, а не реаниматолог?
– Потому, что ей самой кое-чему не мешало бы подучиться, – язвительно проговорил Орлов и многозначительно посмотрел на девушку, – Например, выдержке при общении с коллегами. Тогда, может, и отдыхала бы себе спокойно, а так, придется вспомнить студенческие годы и провести ночь в обнимку с ноутбуком. Для профилактики.
"Кто бы говорил" – подумала Марьяна, уже открыла рот, чтобы высказать всё, что думает по этому поводу, но в последний момент остановилась. Молчи, балда. Опять вляпаешься…
А вот фиг ему. Не в этот раз. Урок усвоен, Денис Олегович. Мы пойдем другим путём. Сделаем так, чтобы вы тысячу раз пожалели, что связались с Королёвой.
Скромно потупив глазки, Марьяна с удовольствием воткнула вилку в жареного минтая на тарелке, представляя на его месте Орлова. Подняла взгляд на начмеда, пару раз хлопнула ресницами и невинно спросила:
– А вы будете присутствовать на этом семинаре? А то вдруг что-нибудь пойдет не так? Я ведь раньше ни разу не проводила занятия…
– Да, конечно. И Александр Алексеевич тоже.
– Прекрасно, – удовлетворённо проговорила Марьяна. В глазах заплясали черти, – А дефибриллятор где взять? И инструкцию к нему? В приёмке?
– Я дам, – снисходительно ответил Криницкий, – у меня в реанимации их несколько.
– Замечательно. Я заберу попозже.
***
За вечер Марьяна подготовила красочную презентацию с кучей фотографий и видеофрагментов. Материал изучила вдоль и поперек. Даже позвонила своему бывшему начальнику – заведующему отделением скорой помощи крупной больницы, чтобы рассказал интересные случаи из практики. Поэтому в актовый зал шла с уверенностью профессора, всю жизнь читавшего лекции. Подключила ноутбук к телевизору, достала необходимое оборудование.
Помещение потихоньку наполнялось людьми. Марьяна и не думала, что здесь такой большой коллектив. Одних медсестёр пришло человек семьдесят, не меньше. Вот и замечательно. Для скромного сюрприза начмеду хватит с лихвой.
Девушку представили коллегам. Дежурная смена отчиталась о тяжёлых больных и большинство разошлось по рабочим местам. Остался не занятый средний медперсонал, Орлов и Криницкий.
С теорией Марьяна расправилась быстро. Пара роликов, несколько примеров из практики, нестандартные случаи. Коллеги слушали с интересом. Криницкий тоже активно включился в процесс и наравне с Марьяной отвечал на уточняющие вопросы, не забывая одаривать зал лучезарными улыбками.
Орлов же сидел в первом ряду с каменным выражением лица. Чистый лист. Вообще никаких эмоций. Абсолютно непонятно о чём думает. Марьяна немного занервничала. Что-ж, ладно, железный человек. Пора.
– Так, с теоретической частью мы разобрались. Теперь переходим к практике. Я попрошу Дениса Олеговича нам помочь. Побыть немного учебным пособием, – девушка достала из ящика стола одноразовую простынь, коробку латексных перчаток, мешок Амбу и дефибриллятор, – В университете и медицинском училище для этого есть манекены, но, так как у нас они отсутствуют…
По залу пронесся одобрительный шёпот. Медсестры заговорщицки заулыбались и зашушукались.
– Может, Александр Алексеевич получше сгодится для этих целей? – недовольно поднял бровь Орлов.
– Нет, – с невинным лицом твёрдо заявила Марьяна, – Криницкий, как самый опытный из нас, будет оценивать приобретенные навыки и исправлять ошибки. Прошу вас, Денис Олегович, – с садистским удовольствием проговорила девушка, застилая кушетку.
Орлов ничего не сказал, просто смерил Марьяну уничтожающим взглядом. Было видно, что он уже продумывает план мести. Уверенно глядя прямо в глаза, начмед начал медленно расстёгивать рубашку. Девушка, не выдержала и отвернулась.
Увидеть такое, честно говоря, она была не готова. Денис Олегович оказался неожиданно хорош. Из-под форменной ткани показались хорошо проработанные бицепсы, грудные мышцы, кубики пресса. Но эффектнее всего смотрелись косые мышцы живота и дорожка темных волос, теряющаяся под кожаным ремнём, дающая простор не на шутку разыгравшемуся воображению. Зал загудел, как растревоженный пчелиный рой. Видимо, вид сзади тоже впечатлял.
Наткнувшись на уверенно-презрительный взгляд начмеда, Марьяна неожиданно для себя смутилась и покраснела. Она и раньше видела красивые мужские торсы, никогда не была ханжой, но выражение лица, а главное, глаз Орлова заставило почувствовать себя неловко. Он смотрел слегка прищурившись, не мигая. И было в этом взгляде что-то порочное, пробуждающее первобытные инстинкты.
Держи себя в руках, Королёва… Эка невидаль – раздетый по пояс мужик. Пусть даже реально красивый. Скольким из них в своей жизни ты проводила аускультацию лёгких? Несколько сотен точно наберется. С чего это тебя вдруг в краску бросило?
И вообще, приходи в себя. Ты на работе, читаешь лекцию. А Орлов – всего лишь учебное пособие. И по плану твоему дурацкому, смущаться должен он, а не ты.
Марьяна сделала невозмутимое выражение лица:
– Укладывайтесь на кушетку, пожалуйста, Денис Олегович, – девушка натянула перчатки, – Итак, первым делом мы определяем показания к сердечно-легочной реанимации. Всего признака три: отсутствие сознания, дыхания и кровообращения. Если нет хотя бы двух – начинаем оказывать помощь. Освобождаем дыхательные пути. Запрокидываем голову. Между шеей и подбородком должен быть тупой угол. Примерно такой, – девушка придала голове Орлова правильное положение, – Складываем руки в замок. Вот так. Кладём на грудину и начинаем непрямой массаж сердца со скоростью 100-120 компрессией в минуту. Делаем таким образом 30 нажатий и 2 вдоха, – девушка придала ладоням нужное положение, сделала несколько компрессионных движений и покосилась на начмеда. Он выжидающе смотрел и ухмылялся. Видимо, в предвкушении искусственного дыхания. Ага, сейчас, как же…