В погоне за временем

Глава 29

История о кладе оказалась совсем непритязательной и обычной: никаких разбойников и страшных похищений. А в исполнении Феодорита даже немного печальной. Ангел вещал тихим голосом, как обычно без особых эмоций, довольно монотонно излагая только необходимые факты.

– Легенда о сокровищах этого края сейчас совсем забылась. А ведь были времена, когда за местечко Крохин Посад шли бесконечные споры и судебные тяжбы. Сейчас там все затоплено водой и никому нет дела. Так уж получилось, что река Шексна почти полностью утратила свое старое русло в результате постройки Волго-Балтийского канала и Рыбинской ГЭС. Трудами человеческими произошло «чудо», вместо длинной, широкой реки, в которой ловили знаменитую шекснинскую стерлядь – два огромных водохранилища и немного болот.

Необходимо отметить, что ныне затопленный город назывался Белоозеро и был не маленьким городишком, а представлял из себя цветущую столицу местного княжества. Нас интересует семья по фамилии Гордеевы, которая проживала в этом городе, как вы уже догадались, в части под названием Крохин Посад. Гордеевы были весьма состоятельны и на свои деньги построили церковь, в подвале которой находился их семейный склеп. Однако, Господь попустил нашествию на этот город эпидемии чумы.

Господа Гордеевы не стали дожидаться, когда беда постучит и в их дом, а собрали вещи и укатили в свое имение под Нижним Новгородом. Правда, они собирались вскоре вернуться, поэтому не стали забирать с собой золото, опасаясь ограбления в пути, а просто сложили все ценности в сундуки и отнесли в свою церковь. Там они похоронили их в одной из пустующих гробниц и замуровали вход в подвал до своего возвращения.

Но, к несчастью для жителей, страшная эпидемия терзала этот город более десяти лет. Она то оставляла его, то возвращалась за новыми жертвами. Семья Гордеевых так никогда и не вернулась за своим имуществом, опасаясь заразной болезни. В конце концов, и все жители были вынуждены покинуть город, навсегда бросив свои дома. На другом берегу реки ими был построен новый город Белозерск. И со временем все, что было связано с этой трагедией, забылось. Осталась только легенда о сокровищах в мертвом городе. Она несколько преувеличивает их количество, но они действительно существуют.

Честно говоря, о сокровищах Гордеевых слышали многие, даже настоятели близлежащих монастырей, поэтому местечко Крохин Посад, где стояла наша церковь, всегда являлось предметом торга и разбирательств. Монахи считали, что откапывать клад очень опасно, это может вызвать новую эпидемию. Поэтому ставили препоны желающим купить эти земли и хранили тайну основательно. И хотя никто толком уже не знал, что и где надо искать, желающие все равно находились. Но человеческая память не вечна, поэтому вскоре все про них окончательно забыли. Церковь несколько раз перестраивалась, а на данный момент весь город находится под водой Шекснинского водохранилища.

Но, – Феодорит сделал торжественную паузу, – нам повезло! Именно в том месте, где зарыт наш клад, существует так называемый Крохин брод. Там мелководье, и Рождественская церковь видна из–под воды. Как вы уже догадались, именно в ее подвале и спрятаны необходимые сундуки.

Он немного помолчал и, не дождавшись вопросов, закончил рассказ:

– Клад на месте, друзья мои! И вы вполне можете его найти.

Ребята сидели на кроватях и переваривали информацию. Но, как тут же выяснилось, мысли у них были очень разные. Первой высказалась Леля:

– Все очень интересно, только у меня один вопрос: а чуму мы, случайно, не раскопаем?

Увидев удивленный взгляд Сережи, она смутилась:

– А что? Я на всякий случай спросила.

– Я тебя умоляю, не придумывай дополнительных ужасов. Теперь всем известно, что чуму переносили крысиные блохи, кусавшие людей, – пояснил Виноградов. – Об этом раньше не догадывались, поэтому и не могли с эпидемией справиться. К тому же, за пять столетий крысы и блохи, надеюсь, все передохли.

Виноградов хмыкнул, представив, какой вопль издаст Лелишна, если увидит крысу, не говоря уже о блохе.

– Самый важный вопрос, – улыбнувшись своим мыслям, продолжил он, – который меня лично беспокоит: Как мы преподнесем эту информацию Доберманычу? Он ведь не идиот: должна быть связь с посланием из шкатулки.

Но эта мысль меньше всего беспокоила Лельку.

– Какая разница, – махнула она рукой, – для них главное деньги, а не историческая справка.

– Не скажи, надо ведь заставить их организовать раскопки прямо в воде, а это тоже стоит денег. А где деньги, там нужны основания для трат. Нет, надо все продумать.

– Ладно, давай продумаем. Только чуть попозже. Сегодня уже мозг не работает.

– Лелечка, милая, они ведь нам позвонят сегодня.

– А ты назначь встречу на завтра и мы успеем все решить, – она мило улыбнулась и потянулась за бутербродом, – предлагаю пир! За Маринкину свободу! Феодорит, Мокий! Как здорово, что вы есть! Спасибо вам!

– Сдаюсь! – ответил Сережа и принялся за еду, – честно говоря, мой мозг тоже плохо работает без пищи.

Весь вечер они провели в номере, обсуждая подходы к кладу, и даже звонок Льва Григорьевича не нарушил их хорошего настроения. Без внутреннего напряжения не обошлось, но Сереже удалось вполне уверенно потребовать разговора с Мариной, после которого он вежливо попросил дать им время до завтрашнего вечера.

Но от Льва Григорьевича нельзя было просто так отвязаться, он занудливо попросил объяснений, намекая на возможные неприятности. Он противно шелестел губами о трубку, высказывая свои требования, но Виноградов был спокоен и вежлив. В итоге, выдержав довольно длительное давление антиквара, Сережа не уступил и категорично пообещал дать исчерпывающую информацию завтра в пять вечера и не раньше. Затем потребовал полную безопасность для всех и в первую очередь для Марины, иначе неприятности могут возникнуть у обеих сторон.

Лев Григорьевич был несколько удивлен тоном разговора, но по сути остался доволен беседой. «Они знают точно, что клад есть и знают где, иначе этот спелеологический умник не корчил бы из себя бизнесмена», – решил он и удовлетворенно улыбнулся Ровшану. Деньги уже рядом, надо их только взять.

На следующий день Леля проснулась от звука хлопнувшей двери. Она подскочила на кровати и увидела, что Сережа куда-то ушел. Взглянув на часы, Леля стала быстро одеваться, понимая, что времени до пяти часов не очень много, а умная мысль никого еще не посетила.

Собравшись, она села у окна и стала ждать Сережу, пытаясь придумать, что сказать бандитам. Думать не очень получалось. Леля смотрела в окно и разглядывала туристов, собиравшихся после завтрака у автобуса. Один мужичок не вполне трезвого вида пытался им продать какую-то вещь, расхваливая свой товар очень назойливо. Народ отмахивался от него и отходил в сторону, но тот все равно приставал ко всем подряд. Она с любопытством изучала, как реагируют люди в такой ситуации. Кто-то вежливо отказывался, кто-то делал вид, что не замечает, а кто-то посылал на русский манер. И тут, к ее изумлению, к пьянице подошел Сережа и, немного поторговавшись, стал доставать деньги из кармана. Купив эту вещь, он радостно похлопал мужичка по плечу и, чуть не расцеловав, побежал к своей машине. Леля в недоумении смотрела, как ее друг укатил в неизвестном направлении. Проводив его удивленным взглядом, она посмотрела обратно на продавца и заметила, что дядька, покупавший что-то в ларьке, услышав шум отъехавшей машины, резко оглянулся. Злобно сплюнув и пихая в карманы свои покупки, он рванулся к стоявшей у обочины черной Волге и помчался следом за Сережей так, как будто от этого зависела его жизнь.

– Ничего себе! – присвистнула Леля, – хорошо хоть он не видел, как Сережа торговался. Хотя почему хорошо? Может, он купил какую-нибудь ерунду. Нет, вряд ли. Он так обрадовался, определенно что-то нужное приобрел.

Ее любопытство разгорелось с новой силой.

Ждать пришлось недолго. Виноградов вернулся с целой охапкой книг и в отличном настроении.

– Лелишна, пока ты дрыхла, меня посетила гениальная мысль.

– Иначе и быть не могло! – усмехнулась она, – объясни, пожалуйста, что ты купил у этого дядьки, я умираю от любопытства.

– А-а, понятно. Гениальная мысль меня посетила, когда ты уже проснулась и смотрела в окно. Я приобрел у него кусок старой медной пластины. Он нашел ее где-то в лесу и решил продать туристам. Я, очевидно, переплатил, но мысль, когда я ее увидел, того стоила. Короче, я придумал басню для Льва Григорьевича.

Он удовлетворенно сложил руки на груди:

– Требую твоих восторгов!

– Вначале расскажи, чем восторгаться-то надо.

План Виноградов был действительно очень прост. Если нет никаких вещественных доказательств существования клада, надо их создать самим.

Увидев медную пластинку, он сразу решил, что это идеальная вещь, на которой можно создать мнимую карту сокровищ. Что может быть проще? У них просто есть карта, и они по ней ищут клад. А эту карту оставили сами господа Гордеевы своим потомкам. Упоминание о горе Маура взято специально, чтобы потомки вспомнили, где было их родовое имение – рядом с горой в городе Белоозеро. Все просто! Может, у них этих имений было великое множество, надо же объяснить, какое именно нужно. А история про гору, которая прилетела, была всем известна как легенда, объяснявшая ее странный вид.

Осталось только нацарапать схему поиска на дощечке. И все.

– Действительно, все гениальное – просто, ты – молодец! – Леля встала на цыпочки и поцеловала Виноградова в щеку. Он отчего-то вдруг смутился и слегка покраснел. Леля от неожиданности тоже покраснела и, чтобы загладить неловкость, спросила:

– А зачем столько книг?

– Как зачем, мы ведь должны где-то карту срисовать, нам ведь не современная нужна, а старинная. Вот смотри, как интересно.

Книжки были посвящены историческим и святым местам Белозерья. Одна из них оказалась музейным сборником выступлений на конференциях по этой теме. Редко читавшая такие книги, Леля с трудом понимала даже названия статей. Но с усердием решилась вникнуть во все, скрупулезно собираемые учеными мелочи. Вдруг что-то пригодится в их поисках?

– Да, музейное дело не для меня, – вздохнула она, – не хватит терпения, но так интересно!

– Не увлекайся, надо искать только нужную информацию. Книжки наши, я их уже купил, остальное потом изучишь.

– Ладно, кончай меня воспитывать. Вот смотри лучше – древняя карта города Белоозеро, обалдеть! Как они ее составили-то?

– Супер! Давай ее сюда. Это то, что нам нужно! – Сережа деловито начал изучать карту.

– Ага, вот и Рождественская церковь. С нее и начнем.

Работа кипела полдня. Они прочитали и изучили столько сведений по этому краю, что у Лельки сложилось ощущение, что она может идти работать экскурсоводом. В конце концов, слегка одурев от обилия информации, они составили настоящую карту сокровищ.

– Феодорит, Мокий! – гордясь собственными трудами, позвал Сережа, раскладывая эскиз карты. – Посмотрите, пожалуйста, найдем мы по ней нашу церковь или нет?

– Карта неплохая, но друзья, зачем вы ее подписали буквой «г»? – произнес Феодорит после внимательного изучения.

– И зачем гроб с крестиком внутри нарисовали?

– Но мы ведь не написали фамилию полностью, – оправдался Сережа, – а с гробом более эффектно.

– Правильно, надо еще череп с костями нарисовать! – усмехнулся Мокий. – Пусть думают, что по Шексне плавали пираты и это их клад. Творческий полет нельзя тормозить! – и еще веселее добавил. – А давайте еще парочку ложных путей нарисуем. Пусть поищут!

Феодорит улыбнулся:

– У меня есть еще одно замечание. Со временем медная дощечка окисляется, особенно в сыром месте, и изображение на ней может сохраняться только в окисленном слое.

– Я уже это продумал, – деловито ответил Сережа, – Я нанесу на нее грязь, начерчу на ней план, сфотографирую ее, а потом мы все сотрем. И скажем, что решили ее почистить, и в результате все стерлось. Поэтому она выглядит не так старинно. Я как археолог, конечно, должен это знать. Но, может, Леля решила ее помыть.

– Конечно, главная дурочка – это я. Хотя я действительно этого не знала.

– Осталось только четко определиться с легендой. Итак, мы нашли клад с монетами, печатью и медной пластиной. Печать привела нас к шкатулке, а та, в свою очередь, к письму Твердышевой. В нем есть стихи. Помните: Простерши руки крест образуем… – Сережкины глаза загорелись от возникшей идеи, – нам надо на пластине написать эти же стихи. Или нет! Мы нарисуем изображение с камня в Старой Ладоге, ну, на которое вы меня уложили, помните? И все будет связано в одну цепочку. Понятно, что остается только пойти и взять клад. Ура, все сходится.

И он начал замазывать пластину разведенной им глиняной грязью с купоросом, которая по его расчетам на фотографии должна была выглядеть пятисотлетней патиной. Леля даже рот открыла от такого полета фантазии, но решила, что Льву Григорьевичу вполне достаточно, а потом им будет уже все равно. Деньги закроют глаза на все неточности.

Подготовка пластины прошла успешно, фотография получилась просто замечательной. Дощечку намыли и внимательно осмотрели.

– Определить, какого она века, теперь невозможно, – удовлетворенно произнес Сережа.– Аплодисменты?

– Класс, ты гений! – захлопала в ладоши Леля.

Ангелы заулыбались их ребячеству, а Мокий не удержался и вставил:

– Все-таки череп с костями надо было нарисовать, авантюристы из вас отличные получились.

Глава 30

Полдня было отдано подготовке к встрече с бандитами. Все вещественные доказательства собраны, и вариант версии тщательно продуман. Но до этой встречи должна была состояться не менее важная встреча с Николаем. Здесь обсуждение зашло в тупик. Реально признаться Николаю, что они с самого начала занимались поисками клада и неосмотрительно втянули в это Марину, было просто стыдно. Они с женой так хорошо к ним отнеслись, а тут черные археологи с жаждой наживы. Стыдно и грустно. А сказать правду просто невозможно.

– Я рассказала Ольге про бандитов, про клад в тетушкиной квартире и про то, что они не поверили в столь маленькое количество монет. Вот и все. А на Мауру мы собрались, чтобы увидеть место семейного предания.

Сережа неодобрительно хмыкнул.

– Лучше промолчать, чем сочинять неправду. Надо было ограничиться кладом.

– Ну согласна, я увлеклась, но зато сколько всего нам рассказала Марина про эти места.

– Вот-вот, теперь это выглядит, как будто мы специально у нее информацию выуживали для своих корыстных интересов.

– Неправда, они так не подумают! Не станут думать! Мы им покажем письмо из шкатулки и скажем, что поехали посмотреть на гору, которая прилетела. Реально ведь в это никто не поверит. Так, красивая легенда, не более того.

Леля раскраснелась и разнервничалась.

– Ты из вредности меня достаешь, я ничего такого не говорила.

– Ладно, – примирительно буркнул Виноградов. – Язык у девушек без костей, это всем известно. Предлагаю такой вариант. Мы расскажем Николаю в основном правду. То есть мы не знали про клад, но когда приехали на Мауру, догадались. А они за нами следили, подслушивали, и, пока мы решали, как поступить, они захватили Марину в заложники. Придется ему впарить и эту медную дощечку с кладом, иначе не поверит, решит, что у нас внутренние бандитские разборки, типа: мы не стали делиться и свалили, а теперь нас свои же ищут. От души надеюсь, он почувствует нашу искренность и поверит в нашу непричастность. Хотя реально, что можно сделать?

Он озадаченно почесал лоб и сказал ободряющим голосом:

– Но по сути, они эти места знают, может, сами Маринку найдут. Не так много народа здесь дачи приличные сдает.

Леля была так огорчена перспективой стать одним из членов антикварной мафии, что чуть не разревелась. Ей так нравились Николай и Ольга, что возможность потерять расположение этих людей показалась просто ужасной. Она пострадала немного, а потом, взглянув на часы, спросила:

– Кстати, а как мы пойдем с Николаем на встречу? За нами же следят. Я видела дядьку под окном, который за тобой помчался, когда ты за книгами поехал.

– Да ты что? – удивился Сергей, – я не думал, что у них так много народа, да и зачем? Куда мы денемся, пока у них Маринка?

– Как зачем? Каждый мерит по себе. Или ты думаешь, что пословица: «Сам погибай, но товарища выручай» у них популярна? – язвительно спросила Леля.

Виноградов задумался и стал ходить из угла в угол. Было видно, как он размышляет, по ходу дела превращаясь в героя-спасителя. Выражение лица стало сокрушительным и деловым. Женщинам и детям места в его героической борьбе не выделялось. О чем он и сообщил Леле, велев ей сидеть в номере и ждать.

– Я сам прекрасно все сделаю, ты мне будешь только мешать. Я встречусь с Николаем и потом с Львом Григорьевичем. А ты, пока я говорю с Николаем, болтайся в поле зрения окна, чтобы они не догадались, что я ушел.

– И речи быть не может, сам сиди в номере, мне уже здесь дурно, – искренне возмутилась она.

– Леля, ты ведь прекрасно понимаешь, что я прав. Я выйду через балкон и спущусь по пожарной лестнице. Ты ведь так не сможешь? Кто говорил «я – не спортивная»? И высоты ты боишься, и подтянуться не сможешь. Лучше смотри, чтобы меня не застукали, я вернусь через час, не позднее, и мы пойдем на встречу с Львом Доберманычем. Туда я тебя возьму, обещаю.

Леля обиженно повздыхала, но встретившись взглядом с Феодоритом, который вдруг материализовался рядом, решила не возражать.

– Извините, что прерываю, но Сергею надо поторопиться, оба ваши соглядатая сейчас курят у машины, ты как раз можешь спуститься с другой стороны здания. Потом они могут разделиться. Мы с Мокием наблюдали за ними, они обходят здание по кругу регулярно.

– Все, я побежал, – Сергей схватил куртку и выскочил из номера.

Леля подошла к окну и незаметно выглянула наружу. Так ей во всяком случае показалось. Потом вспомнив старый шпионский трюк, полезла в сумочку и достала оттуда зеркало. Встав спиной к окну, с интересом стала наблюдать за событиями. Знакомый уже дядька беседовал с парнем вполне приличного вида. Вокруг них, у входа, толпилось много народу, видно было, что приехала какая-то экскурсия. Местные жители торговали сувенирами и выпечкой. Однако, спустя всего пару минут, Леля в ужасе заметила, что бандиты собираются расходиться в разные стороны и приветственно подняли руки.

– Мокий, скорей посмотри, Сережка уже ушел?

Через секунду ангел встревожено ответил:

– Нет, он почти спустился, но ему надо уйти подальше, иначе его заметят.

Тут Леля, недолго думая, распахнула окошко и гневно провопила:

– Если ты не прекратишь, я выкину твои бабки наружу!

В руке она зажала Сережин рюкзак и болтала им с угрожающим видом, будто пыталась выбросить.

Леля кричала очень громко, на это у нее был особый талант. Поэтому оба бандита с интересом остановились и стали наблюдать за происходящим.

– Нет, – кричала Леля, – не надо меня успокаивать, пусть все горит синим пламенем! Мне надоели твои обещания!

Увидев, что привлекла всеобщее внимание, она продолжила мнимый разговор потише, но руку из окна не вынимала. И даже делала вид, будто кто-то собирается отобрать у нее сумку. Внизу народ забавлялся зрелищем и ждал продолжения. Бандиты стояли, привалившись к машине, и посмеивались. Один из них даже нахально крикнул:

– Девушка! Вам помочь?

Тот, что постарше, пихнул его в бок.

– Кидай сюда! Не стесняйся!

Леля гневно сверкнула в их сторону глазами, и они оба заржали.

Наконец, раздался тихий голос Феодорита:

– Все в порядке, он ушел, Мокий с ним. Мне остаться с тобой?

– Нет, все хорошо, мне немного тревожно, но я позову, если что. Помогайте Сереже.

И она закончила представление, делая вид, что беседа перетекла в мирное русло.

Виноградов чувствовал себя необходимым героем, ловко перелезая через оградку балкона, выходившего на пожарную лестницу. Спуститься вниз и спрыгнуть на землю для него не представляло большого труда, это было привычно и понятно.

– Как она умудрилась так изменить мою жизнь, – удивленно думал он, – я даже соображаю быстрее. Вспомнил про пояс Шимана. Странно, ведь я про это лет шесть назад читал. Мне не хочется валяться с книжкой на диване, даже про комп не вспоминаю. Я живу совсем другой жизнью, и все, что мне реально хочется, так это найти этот странный город Китеж. Но, если честно, больше всего мне хочется быть рядом с ней. Спорить, обсуждать, смотреть, как она переживает и радуется. Что с тобой, Виноградов? Уж не влюбился ли ты?

Он спрыгнул с лестницы и перебежал на другую сторону дороги. Народ что-то с интересом наблюдал у гостиницы. Воспользовавшись ситуацией, он пристроился к какой-то группе экскурсантов и, никем не замеченный, подошел к Успенскому Собору.

Собор был великолепен. Сережа обошел вокруг, потом зашел внутрь и начал с интересом рассматривать настенные росписи.