Было у отца три сына

– Вивиан. Королева подлунного царства.

От неожиданности я подскочила на месте. Оказалось, что в темной картинной галерее я не одна – возле противоположной стены стоял молодой мужчина.

Да это же принц Ричард!

– Простите, я не хотел вас напугать.

А я начала лихорадочно вспоминать правила приличия и быстро присела в реверансе:

– Ваше высочество… Хорошая погода, правда?

Вот что значит королевская выдержка: принц на сказанный мною откровенный бред (причем тут погода, если мы стоим внутри темного помещения?) даже бровью не повел. Вместо этого он сказал:

– Я вижу, вас привлек портрет? Это моя прапрабабка, королева Вивиан, жена Карла. Вот он, на соседнем портрете.

С соседнего портрета на нас взирал хмурый господин.

– У него суровый вид. – сказала я.

– Еще бы. Ведь его жена оказалась ведьмой.

– О! А как он это определил? Если не секрет.

– Зеркало. Вот оно, на картине. Это древняя реликвия нашей семьи. В нем ведьмы и колдуны отражаются в своем истинном обличии.

– И что король сделал, когда узнал правду?

– Приказал отрубить ведьме голову, конечно. – усмехнулся принц. – Таковы законы. Впрочем, расплата не заставила себя ждать… Видите этот портрет?

На следующем портрете был изображен аристократичного вида юноша.

– Это принц Георг, сын и наследник Карла. Он пропал еще будучи юношей. Ходили слухи, что его завлекла в свои сети фея и увела в волшебную страну, откуда людям нет выхода.

– А кто же стал править после смерти Карла? – нахмурилась я.

Честно говоря, я не больно-то разбиралась во всех этих политических перипетиях, знала только нынешнего короля и предыдущего. Впрочем, тут мне это на руку. Всегда полезно выставить себя дурочкой. Меньше подозрений…

А Ричард сделал шаг вперед, переходя к следующему портрету:

– У Карла была дочь, Фрейа, моя прабабка. Ее муж должен был стать следующим королем, и принцесса пожелала выйти замуж за самого сильного человека в подлунном королевстве.

– А! – эту историю я помнила. – Там, в итоге, кто-то из простонародья все испытания прошел, да?

– Да. Ганс, вот он. – с портрета на нас простодушно смотрел здоровенный детина. – Силы он был недюжей, а вот с воображением возникали трудности. Эти он развязал первую войну с великанами, когда королю показалось, что представитель великанов, прибывший на переговоры, недостаточно низко ему поклонился. Впрочем, в войне он разбирался хорошо и выиграл все сражения. Жаль, того же нельзя сказать о его сыне…

Мы перешли к следующему портрету:

– Мой дед Франциск не отличался острым умом, зато был взбалмошным и скорым на расправу. Собственно, правил он недолго. Ну, а за ним к власти пришел мой отец.

И вот мы добрались до портрета Генриха. Надо заметить, что, если бы принц не сказал мне, кто тут изображен, то я бы ни за что не узнала в этом юноше того мужчину из тронного зала.

– О. Какой он тут молодой.

– Да. Это единственный портрет отца. Его сделали, когда король был юным и еще подчинялся воле своего отца, Франциска. Тот был тщеславным и заставил сына позировать художнику для увековечивания памяти. Более никто не смог вынудить отца пройти через эту пытку.

– Понимаю его. – честно сказала я. – И потом, должно быть, его величество занят важными государственными вопросами?

– О, нет. – спокойно ответил мужчина. – Этим раньше занимался советник, а, теперь, Томас. Отец же целыми днями просиживает за своими механизмами. Он знатный изобретатель, поверьте мне! Но немного чудаковат.

Мне понравилось, как сын отзывается об отце, это импонировало.

А со следующего портрета на нас холодно смотрела еще одна дама с котом (или кошкой), на этот раз блондинка с пышными волосами и ясными синими глазами, как драгоценные камни чистейшей пробы.

Я немедленно уловила сходство:

– Ваша матушка?

– Да, королева Эстелла. – с грустью сказал он.

– Я слышала, она пропала…

– Боюсь, что так. Впрочем, может, это и к лучшему. Потому что прямо перед исчезновением ее обвинили в колдовстве.

– О. – только и смогла сказать я.

– Да. Должен был состояться суд, но она вышла прогуляться на пустошь и исчезла.

– А ее должны были проверить с помощью зеркала? – уточнила я.

– Зеркала? А, нет. Это зеркало исчезло, несмотря на то, что хранилось в нашей семье несколько поколений. – он поджал губы. – Впрочем, во время правления Джеральда что только не исчезало… А вот и Томас.

Самый последний портрет изображал наследника. И снова я с трудом опознала особу королевской крови, которую видела вживую всего несколько часов назад. На картине мужчина смотрелся свирепым воителем с окровавленным мечом в руке, да и стоял он не на травке, а на трупах своих врагов. Правда, враги напоминали тритонов – переростков, но все равно выглядело жутко.

– Какой у него воинственный вид. – сказала я.

– Так и есть, Томас – великий воин.

– В тронном зале он таким не казался.

– О, ну тогда рядом была Маргарет, а она действует на Томаса, как какое-нибудь колдовское зелье. Он мигом становится на себя не похожим.

Я указала рукой на нарисованных поверженных врагов наследника:

– А это кто?

– Существа с болот, которых победил Томас.

– Эээ… А разве они не должны выглядеть так, как те статуи возле входа?

Ричард добродушно рассмеялся:

– Госпожа, и те и другие – лишь плоды фантазии художника и скульптора! В действительности, никто не видел тех самых существ.

Тут я решила немного покривляться:

– Ой! А я слышала, что на болотах снова загорелись колдовские огни! Что же будет, если эти чудовища опять придут?

– Ну что вы, госпожа, не верьте этим россказням! Что у нас только не рассказывают! И про призраков, и про огни…

– А на мадам Бригитту напали фейри во дворе. – быстро сказала я.

Впрочем, принц особого сочувствия не проявил:

– Моя тетка регулярно пыталась навредить волшебному народцу: то приказывала разложить отраву, то ставила силки, то велела поджечь пустошь…

Тут где-то далеко протрубили в трубы.

– О, сигнал к началу пира. Госпожа, позвольте, я провожу вас?

Я, естественно, была только за, так как мне совершено не улыбалось гулять по темным коридорам замка всю ночь, но я вынуждена была сказать:

– Спасибо, ваше высочество, но мне нужно разыскать мою дуэнью. Мы разлучились в толпе празднующих, и теперь моя бедная нянюшка, скорее всего, уже с ног сбилась, разыскивая меня!

Однако Ричард оказался не из трусливых, и потенциальная встреча с разгневанной пожилой женщиной его не напугала:

– Что ж, тогда пойдем, найдем вашу няню!

Няню мы нашли быстро – ее было слышно издалека. Моя наперсница грозно стояла посреди пустынного коридора, уперев руки в бока, и отчитывала стражника в тяжелых рыцарских доспехах:

– Уважаемый! Я к вам обращаюсь!

Из-под громоздкого шлема с опущенным забралом раздался глухой голос усталого мужчины:

– Госпожа, я на посту…

– Сударь! Извольте снять головной убор, когда разговариваете с дамой!

Тот вздохнул и поднял забрало, однако няня осталась недовольна:

– Весь головной убор! Проявите уважение к моим летам!

Стражник застонал, но честно принялся стаскивать шлем.

А я оказалась в неловком положении: мы были еще слишком далеко, чтобы дуэнья могла меня заметить, но и крикнуть ей я не могла, так как рядом шел принц, а от меня требовалось изображать воспитанную молодую леди.

Словом, прости, мужик. Поверь, мне от нее тоже достается…

А няня продолжала:

– Я потеряла свою подопечную. Ваш долг – оказать помощь даме, попавшей в тяжелую ситуацию.

Стражник вытянул руку в металлической рыцарской перчатке и указал в сторону:

– Госпожа, вон там находиться пост…

– Сударь! – в ужасе воскликнула пожилая дама. – Не показывайте пальцем! Это неприлично!

Вообще-то, через рыцарскую перчатку нельзя было разобрать, в каком положении находятся пальцы стражника, но мою нянюшку такие мелочи никогда не останавливали.

А несчастный мужчина жалобно проговорил:

– Госпожа, я стою на страже!

– Но вы – рыцарь? – строго спросила она.

– Да, но…

И тут дуэнья вытащила белый шелковый платок, отвела его от себя на вытянутой руке и отпустила. Ткань медленно спланировала на пол.

Пауза.

– Дама уронила платок. – сурово проговорила няня.

– О-о-о-о… – простонал стражник и двинулся вперед.

Скрип. Скрип. Скрип.

Да, в полном вооружении поди походи. Говорят, главное, не падать. Потом не встанешь. Интересно, а как он нагибаться будет? А, ладно.

Я не выдержала и, сорвавшись с места, бросилась к наперснице:

– Няня, вот и ты!

– О, милочка! Платок, сударь! – тут же одернула она попытавшегося выпрямиться под шумок стражника.

– Няня, посмотри кто тут! – быстро переключила я ее внимание. – Принц Ричард!

– О, ваше высочество! – воскликнула пораженная женщина.

А я быстро подняла платок с пола и пихнула мужчине в латах. Тот посмотрел на меня с благодарностью.

А принц тем временем развлекал нянюшку:

– Как хорошо, что вы нашлись. Госпожа волновалась за вас.

– О, моя Китти такая чувствительная! И скромная. И красивая. И из хорошей семьи. За ней дают приданое в размере…

– Няня! – одернула ее я. – Забери свой платок!

– Что? О, Китти. – она поморщилась. – Он же лежал на грязном полу. Не трогай, деточка, подхватишь какую-нибудь заразу.

У стражника был такой вид, как будто либо его удар хватит, либо он сам кого-нибудь хватит тяжелой металлической рукавицей.

А Ричард провозгласил:

– Дамы, сенешаль давно созывает гостей на пир. Прошу, позвольте быть вашим провожатым.

– О, с радостью! – воскликнула няня и тут же добавила. – Только, пожалуйста, возьмите Китти под руку. Она такая глупышка, вечно теряется в незнакомых дворцах!

Отлично, я не только туповата, но еще и регулярно шляюсь по незнакомым дворцам. Няня права, где принц еще найдет такую выгодную партию?

А в парадном зале, в котором были установлены столы и скамьи для пира, нас уже ждали. То есть, не нас, конечно, а принца Ричарда.

Увидев его, церемониймейстер немедленно завопил:

– Его королевское высочество принц Ричард!

Пирующие немедленно повернули головы к входу, а принц Томас даже вскочил с места:

– Ричард! Ну, наконец-то… О.

Напоминаю, по настоянию нянюшки, принц держал меня под руку. А на нас пялится весь зал. Ох, няня!!! Ручаюсь, она это подстроила нарочно!

– О, да ты с дамой! – удивился наследник.

– Как видишь. – миролюбиво проговорил Ричард. – Леди…

А тут произошел затык. Ибо, несмотря на то, что принц перечислил мне всю свою родословную до четвертого колена и даже продемонстрировал их портреты, он так и не удосужился узнать мое имя.

Но не таким человеком была моя няня, чтобы ставить любимицу в неудобное положение. Ну, точнее, она регулярно сама меня в него ставила, но только, когда дело не касалось предполагаемой выгодной партии.

Короче, пожилая дама звучно и торжественно провозгласила (не хуже самого церемониймейстера):

– Леди Катерина из Озерного края! Внучка благородного Кристофера из Оленьего рога, рыцаря и героя Ореховой битвы! Наследница изумрудного дола и серебристой заводи!

– О! – оценили мои звания гости.

«О». – оценила я экспромт няни.

Или она всю эту ахинею заранее придумала? Потому что правдой тут было только мое имя. Озерный край? Ну, наше скромное поместье находится всего в десяти лигах от границы фешенебельного Озерного края. Благородный Кристофер – не мой дед, а очень-очень дальний родственник. Он действительно был рыцарем и даже бравым, но героем битв его не назначали. А «ореховая битва» – так в шутку называют состязания на неделе пивоваров. Там к пиву подают соленые орешки. А вот изумрудный дол и серебристая заводь действительно существуют. С той лишь разницей, что это всего лишь луг и небольшая запруда, расположенные на крохотных охотничьих угодьях, прилегающих к нашему поместью.

Но, красиво звучит, согласитесь?

Принц проводил меня к столу. И я сразу отметила обиженные взгляды молодых девиц, которых только вывели в свет, и откровенно враждебные взоры их матушек и тетушек. Кажется, в это мгновение на меня посыпалась целая вереница проклятий. Спасибо, няня! Как удобно мне будет проводить расследование в замке, вся женская половина которого мечтает, чтобы я окривела или облысела…

А Ричард тем временем забрался на трибуну и смиренно встал за спиной брата. Рядом же с Томасом стояла его миловидная невеста, которая по-прежнему ни на секунду не переставала жеманничать.

Остальные члены королевской семьи расположились поодаль. Король Генрих все-таки где-то посеял свою корону (я вообще удивляюсь, как она так долго держалась набекрень?) и теперь сидел на троне прямо с ногами, и что-то чертил на салфетке. Его младший сын расположился на полу, скрестив ноги, и разглядывал помост, на котором стояли братья, широко распахнутыми глазами. Мадам Бригитта устроилась во главе ближайшего к трону стола и величественно отдавала какие-то приказания сидящему рядом королевскому советнику.

И тут Томас заговорил:

– Жители подлунного королевства! Я спешу сообщить вам радостную весть! Мы заключили торговый союз с восточным султанатом! Теперь, на наших рынках, наконец, появятся восточные ковры, пряности, масла и благовония!

Зал разразился аплодисментами, правда, исключительно со стороны женской половины. Мужская явно недоумевала, кое-кто даже застыл с поднесенной к зубам куриной ножкой и, нахмурившись, пытался сообразить, чего это все хлопают.

Самая бурная реакция последовала со стороны тетки Томаса. Госпожа Бригитта вскочила с места, с грохотом уронив стул с высокой спинкой, и закричала:

– Томас! Но восточный султанат – наши исконные враги! Как можно заключать с ними союз?!

Некоторые из мужчин нестройно протянули:

– Да… Да…

Наследник усмехнулся:

– Тетушка. Оставь военные дела мужчинам. Мы ведь хотим тебя порадовать: с востока привезут цветные ткани, масла и духи. Наслаждайся вашими женскими радостями. А с войной мы разберемся сами.

На этот раз почти вся мужская половина зала начала поддакивать:

– Точно! Верно говоришь!

Бригитта вся раскраснелась от гнева и бросила выразительный взгляд на лорда Джеральда. Тот поежился и нехотя поднялся с места:

– Мадам Бригитта права, Томас. Подлунное королевство многие века воевало с восточным султанатом…

– Советник, – сухо перебил его наследник. – вы долгие годы управляли нашим королевством. Но времена меняются. Новое вытесняет старое, с этим нужно смириться и уступить. Вы выполнили свой долг, а теперь пришло время мне выполнить свой.

Кто-то из толпы выкрикнул:

– Да здравствует принц Томас!

– Ура!

– Выпьем за здоровье короля и принцев!

По-моему, им просто был нужен повод, чтобы выпить. Но своей цели народ добился – принц и советник перестали препираться на людях. Но каждый остался при своем…

После пира гостей разместили в западном крыле замка. Было видно, что к прибытию новых постояльцев готовились – все покои были прибраны, обновлены и украшены. Однако это не помешало разразиться яростной схватке за комнаты, расположенные как можно ближе к покоям правящей династии. Кстати, вопрос – откуда они вообще знают, где находятся комнаты принцев? Разве туда водят экскурсии? Вроде, такую информацию должны держать в секрете, чтобы обеспечить безопасность короля и наследников.

Тем не менее, в общей гостиной начались настоящие бои серых кардиналов: мамочки и тетушки, многозначительно перемигиваясь, обращались к прислуге с хитрыми вопросами, вроде: «Милочка, эти комнаты с видом на пустошь?», «Дорогуша, ведь северная стена этих покоев не несущая, так?», «Девушка, я правильно понимаю, что в задних комнатах очень сквозит?». Получив удовлетворительный ответ, они бросали на оппонентов взгляд полный превосходства, заставляя тех нервничать и подзывать слуг. Кстати, прислуга, по-моему, за этот час заработала чаевых больше, чем за предыдущий год, так все стремились завоевать их симпатию и получить нужную информацию.

Не знаю, чем там дело кончилось, потому что пришел королевский советник, увидел меня и воскликнул:

– Вот вы где, госпожа Катерина! Пойдемте, я нашел вам комнаты, походящие для нашего дела.

В гостиной повисла тяжелая тишина. Я встала с дивана и с виноватой улыбкой проследовала за лордом Джеральдом, а за мной няня с торжествующим видом.

Когда за нами закрылась дверь, внутри все еще было тихо.

Чувствую, скоро в замке появится специально нанятый наемный убийца…

Я лениво разбирала вещи, а довольная няня щебетала:

– Китти, какая удача!

– Если что, похороните меня на семейном кладбище.

– О, перестань! Это совершенно нормальная реакция для высшего света. Сразу видно, что ты приехала из деревни.

– А были случаи, чтобы в высшем свете кого-нибудь отравили? – полюбопытствовала я.

Дуэнья выпрямилась и сказала нравоучительно:

– Китти, я говорила тебе много раз! На людях девушка должна есть как птичка! Клюнула пару раз и все! Тогда и яды тебе будут нестрашны. А то вечно, набираешь полную тарелку…

– Ну, спасибо за совет… – пробурчала я, расчесывая волосы гребнем.

А наперсница продолжала, как ни в чем не бывало:

– Я тут разузнала, завтра будут выбирать фрейлин для будущей королевы. Китти, ты должна показать себя с лучшей стороны!

– Няня… – простонала я. – Ну когда ты запомнишь, что я приехала сюда совсем не для этого?!

– Точно! – воскликнула она и даже присела от неожиданности. – Как я могла забыть?

– Да? – удивилась я, так как обычно нянюшка просто игнорировала все мои попытки заговорить про работу.

– Тебя же нанял господин советник! Китти! Ты обязана отказаться!

– С чего это?

– Ну как же? Он нанял тебя копать под Томаса, а Томас – брат твоего будущего мужа! Как можно идти против семьи?

– Ох, няня… – я вздохнула и отвернулась к окну.

И застыла в удивлении.

Ибо оно выходило… на пустошь, естественно. Здесь все окна туда выходили. А за пустошью начинались болота. И лорд Джеральд был прав.

На болотах опять горели огни.