Террамагика. Восстание древней тьмы
- -
- 100%
- +
Землевики были явно недовольны полномочиями парня, потому едва сдерживались, чтобы не сорваться в этом разговоре с нахальным юнцом.
– Это мертвая точка! Вы не слышите нас, потому продолжать не имеет смысла! – воскликнул Джордан Мел, вставая с места. – Раз вы не хотите по-хорошему, ждите объявления войны. Это наше последнее слово.
Василий и Джордан покинули помещение, оставляя огневиков в зале одних. К магам Огня тотчас подступилась стража, указывая на зеркало, чтобы те удалились восвояси. Филипп и Уилл переглянулись и шагнули к переходу, хватая Марка за собой. Парень чувствовал себя скверно, потому не особо понимал, куда они отправляются, но рассчитывал, что скоро окажется дома и сможет снова все обдумать. Но его планам пришлось подождать.
Едва он успел шагнуть на порог Лавового замка Огнегорска, как столкнулся с двумя наемницами из Обсидиана. Женщины стояли у окна и терпеливо ожидали переговорщиков. Смуглая коротковолосая наемница взглянула на Филиппа, вопросительно поднимая брови. Мужчина ей кивнул, та расплылась в ухмылке и потянулась к поясу со склянками.
– Вальдемар снова отправит сынка на задание? – пропела ее напарница елейным голосом, оглядывая парня хищным взглядом. Юноша попятился под безумным взглядом блондинки.
– Хельга, оставь парня! – шикнула на нее первая наемница.
Блондинка надула губки и запрыгнула на каменный подоконник, начав подкидывать стилет и искоса поглядывать на Марка.
– У вас все готово, Ника? – спросил Филипп наемницу.
– Все с собой, можем выдвигаться. Открывай переход.
В воздухе возникло огненное кольцо, охваченное языками пламени. Юный Буффало понял, что снова впадает в беспамятство, его голова вдруг закружилась, а перед глазами замелькали расплывчатые лица и символы.
– Марк, поторопись! – подтолкнул магистр сына Вальдемара к переходу.
– Ненавижу работать с мужиками! Они тупые! – гневно сощурилась блондинка с безумным взглядом, зыркнув на парня с нескрываемым отвращением. Ее напарница фыркнула.
– Ты просто их ненавидишь.
– Это верно, – оскалилась Хельга. – Я бы отрезала им по пальцу и смотрела, как они страдают. Это бы доставило мне удовольствие! А еще…
Марк в полубреду слышал слова наемницы, и от этого ему становилось жутко. Женщина была ненормальной. Хотя кому придет в голову назвать нормальным человека, который лишает жизни других и забавляется этим?
Очнулся огненный маг, когда они шагали по лесу, окутанному вечерней дымкой. Солнце уже давно село за горизонт. Наемницы тихо разговаривали, парень не понимал их беседы, поскольку в его сознании постоянно возникали пробелы.
Через несколько минут огневик снова отключился, лишаясь контроля над телом и разумом. Он просто закрыл под тяжестью век глаза, а после не смог выбраться из этой тьмы, так и оставаясь запертым внутри нее. Маг бился изо всех сил, чтобы вырваться наружу, но снова потерпел крах и затих, дожидаясь, когда же эта сила вновь впустит его в подсознание.
Они вышли из леса, впереди показалось небольшое поселение. Обсидиан затаились. Женщины ловко прокрались к деревянному дому и взломали замок. На пороге осталась Хельга, ее напарница проскользнула внутрь.
В доме было тихо. Жители спали. Наемница быстро сообразила, где находятся жилые комнаты, потому раскрыла мешок со склянками и достала стеклянный пузырек, а после кинула его под двери спален. В воздух взвились ядовито-зеленые пары. Женщина быстро закрыла лицо платком и вылетела из дома. Обсидиан затворили дверь, чтобы никто не вошел и не вышел, и направились к следующему зданию.
Здесь уже осталась на пороге Ника, а блондинка вошла в дом мага. Зная склонность Хельги к кровавым расправам и особой неприязни к мужчинам, можно было предположить, что хозяин дома точно не проснется. Смуглая наемница только услышала короткий вскрик мага, а после дикий хохот напарницы. Вернулась Хельга максимально довольной, ее и без того безумное лицо неистово горело, глаза блестели, а губы кривились в страшных ухмылках.
– Куда подевался наш малыш? – спросила она Нику, вытирая кровь с ножа. – И почему вдруг Вальдемар стал доверять ему такие дела? У него же кишка тонка.
– Вероятно, мы плохо знаем его отпрыска. Судя по словам Буффало, парень не промах.
Хельга презрительно скривилась. Парень казался женщине слабым и бесполезным, как и все особи мужского пола. Блондинка ненавидела их. К сожалению, с некоторыми из них ей приходилось сотрудничать.
– Поднимемся и проследим за делом? Вдруг он уже валяется без сознания? Небось не смог переступить и порог! Слабак!
Обсидиан направились к дому, где скрылся Марк. По заданию Вальдемара парню нужно было разобраться с хозяевами одного поместья. Женщины открыли взломанную дверь и прошли в холл. В доме было тихо. Никакого намека на чужое присутствие.
Обсидиан прошли в деревянную гостиную. В комнате все оказалось перевернуто вверх дном: поломанная мебель, разбитые вазы и горшки с цветами, перекошенные картины на стенах. А на полу…
…Марк часто дышал. Рядом шумела река, а противный ветер дул прямо в лицо. Вдалеке выли волки. Сердце юноши колотилось, готовясь вот-вот выскочить из груди, на душе было очень тревожно. Маг опустил глаза на свои руки. Они были перепачканы по локоть в крови…
Юноша бросился к воде, попутно стягивая с себя окровавленную рубашку. Он натворил что-то по истине чудовищное! Ведь это не его кровь… От этих мыслей к горлу подступил комок, и мага вырвало. Ему вдруг стало неистово жарко и плохо. Голова кружилась, внутри все бурлило, а перед глазами плясали искры.
Парень подполз к воде и начал стирать следы с рук. Чужая запекшаяся кровь легко смывалась с кожи, но отмыть ее от души было гораздо сложнее. И Марк прекрасно понимал, что это черное пятно навсегда останется с ним и будет терзать его. Но как же это произошло? Откуда взялась кровь?
Голову сдавило в тиски. Марк часто задышал, борясь с удушающими ощущениями стального хвата висков. Парень ощутил, как что-то снова забирает у него возможность управлять собой и своим телом.
– Да что происходит?! – он вцепился в волосы, пытаясь вернуть себе власть над собой.
– Не противься… – пропел противный голос.
Марк отпрянул от воды, оборачиваясь к чаще. Лес пустовал, кроны шуршали листвой. Все вокруг погрязло в дремоте.
– Кто здесь? – парень таращился во тьму взглядом безумца.
– Погляди в воду, – снова этот шепот.
Юноша приблизился к реке, замечая только свое отражение. Испуганное, перепачканное кровью лицо, взвихренные светлые волосы, безумные глаза с горящим в них огнем…
– Ты – это я, а я отныне – это ты. Мы едины. – голос превратился в звенящую сталь.
Голову парня начали наполнять звуки скрежетания, шипения, криков о помощи и стенаний от боли. Марк зажмурился, чувствуя, что не может справиться с ситуацией и взять все под контроль.
– Ты не можешь мне сопротивляться. Смирись.
– Я кого-то убил…? – сипло выдохнул юноша. Раздался сухой хохот.
– Ты отомстил своим врагам. Месть – это нормально.
Марк неестественно согнулся, чувствуя, как внутри него все рвется на части. Он убил человека. Лишил кого-то жизни. Он убийца…
В доме было тихо, жители спали. Под весом парня предательски громко заскрипели половицы, когда он появился в гостиной. Кто-то из хозяев, почуяв неладное, поднялся с постели и отправился на первый этаж. Марк вовремя затаился за шторкой, когда в комнате появился мужчина со свечой в руках, он оглянулся по сторонам и пошел проверить входную дверь. В этот момент парень покинул свое укрытие и набросился на мага со спины, вонзив ему в бок нож. Мужчина охнул и схватился за рану, пока Марк отскочил в сторону. Чтобы защититься, хозяин кинул в парня вазу. Стекло со звоном ударилось о стену и рассыпалось на кучу осколков. Марк снова кинулся на мага, но тот выставил перед собой руки и выпустил темную сферу, прижимая к кровоточащей ране полотенце. Крови было слишком много, у мага темнело в глазах, но он не мог дать врагу добраться до своей семьи.
Со ступеней соскочила женщина, а за ней два мальчика, которым она приказала оставаться за ней. Мужчина кинулся на Марка. Парень бросил в противника стул. Землевик с силой толкнул на юношу стол, но огневик ловко отпрыгнул в сторону и успел выскользнуть в коридор. Ухватив женщину за руку и втолкнув ее в гостиную, огневик приставил к ее горлу нож. Мужчина медленно поднял руки в безоружном жесте, умоляя юношу не трогать мать его детей. Но Марк не собирался оставлять в живых свидетелей. Нож быстро скользнул по коже женщины, и она упала без чувств, лишаясь жизнь. Землевик закричал от ужаса, его дети начали плакать, а юный Буффало кинулся на них коршуном…
Нахлынувшие воспоминания волной снесли остатки трезвого ума юноши, потому он упал на колени и зарыдал, не веря, что убил целую семью по прихоти отца. Убил мужчину, женщину, детей… Это была кровь целых четверых людей… Он настоящий убийца!
Парень ударил кулаком по камням и закричал, пугая лесных жителей своими нечеловеческими воплями. Его душа раскалывалась. Внутри парня будто бы разлилась кислота, готовая разъесть его за считанные минуты. Чувство вины сильно давило, готовясь разорвать мага на части. Он ненавидел себя.
– Марк? – к реке вышли две наемницы, уже давно прочесывающие округу в поисках мага.
Парень не пошевелился, его сгорбленная фигура у воды потеряла способность двигаться.
– Нам пора возвращаться. Вальдемар ждет вестей.
Блондинка фыркнула и подкинула стилет от нетерпения. Мальчишка ее раздражал, хотя после того, что она увидела в доме заказанных магов, ее мнение о юном Буффало немного изменилось.
– Если нужен носовой платок подтереть сопли и слезы потрясения, могу одолжить, – нагло проговорила Хельга, злясь на медлящего парня. Тот вдруг резко поднялся с места.
– Оставь себе, идиотка. – произнес он жестко и схватил рубашку с каменного берега, натягивая на себя. Блондинка подавилась от возмущения воздухом и хотела вмазать парню, но импульсивную напарницу остановила Ника, кивнув в сторону открытого магом перехода.
– У щенка прорезались клыки. Вот гаденыш! – ядовито выплюнула Хельга и шагнула в огненное кольцо, не забыв при этом одарить юношу уничижительным взглядом. Вторая наемница молча растворилась за ней. Марк оказался последним.
Юноша еще раз глянул вниз по склону в сторону деревни, а после растворился в огне.
Глава 4. Посиделки студентов
В зале было многолюдно. Гости все прибывали, и прибывали. Преподаватели сидели в первом ряду и уже были готовы оценивать студентов. Мадам Амели носилась в кулисах, проверяя все ли готово к постановке. Ее ученики нервничали не меньше, а потому периодически переговаривались и обменивались опасениями насчет спектакля. Юноши вытаскивали на сцену декорации, девушки проверяли свет и инвентарь. Студенты надевали костюмы и делали прически в небольшой гримерной. За кулисами было не тише, чем в зале. За сценой кипела жизнь в особом ритме. Молодые актеры переживали, потому повторяли свои слова и действия. Особенно волнительно было главным героям, от которых зависел успех пьесы. Потому Олива сидела на подоконнике комнаты и пробегалась глазами по строчкам, настраиваясь на спектакль. На соседнем стуле сидел ее партнер Роберт, парень тоже волновался, но, как и девушка, не выдавал своих переживаний. Они знали на что шли, а потому терять было нечего.
Эта пьеса была далеко не первой в жизни девушки, но Олива все равно ощущала небольшую дрожь в коленях и учащенное сердцебиение, поскольку понимала, что дело ответственное. К тому же постановка имела значение для перевода на второй курс. Пьеса должна была стать чем-то вроде экзамена для студентов, потому молодые люди очень переживали насчет успешной сдачи.
– Ой, ребята, хватит париться! Все будет хорошо. Чего вы все скисли? – подбадривал их весельчак Джон, предпочитающий никогда не унывать и всегда делиться своим оптимизмом с однокурсниками. Парень сидел рядом с Алексом и жевал бутерброд, листая ленту новостей в телефоне.
– Джон, прекрати есть! Это гримерка, а не столовка! – осадила юношу Клара, которую всегда раздражало то, что Джон постоянно таскается с едой. Девушка вертелась перед зеркалом и закаливала волосы в высокую прическу. Рядом с ней крутились ее подружки – Белль и Милена.
– Ты просто голодная, потому злая. Хочешь поделюсь с тобой? – спросил Джон, протягивая девушке второй бутерброд.
– Сколько у тебя их там? – спросила его шатенка, косясь на рюкзак парня.
– Не помню. Я с утра в спешке их заворачивал, потому должно быть около пяти. Я когда нервничаю, всегда ем!
– Да ты походу всегда нервничаешь! – рассмеялись девчонки, глядя на щеки Джона.
Парень обворожительно улыбнулся.
– Не завидуйте! Это вы считаете калории и боитесь потолстеть от лишнего кусочка, а мне это не светит. Так что я могу есть что угодно и оставаться в форме! – похвастался он.
Алекс и Роберт рассмеялись вместе с ним. Девушки сникли. Джон и вправду, хоть и много ел, оставался довольно подтянутым молодым человеком. Его аппетиты могли выдать разве что круглые щеки.
– А еще у меня есть конфеты. Хотите? – спросил он одногруппников. Молодые люди заинтересовались.
– А вот от конфет не откажусь, – согласилась Клэр, оторвавшись от текста и подскочив к парню. Тот ей улыбнулся и поделился сладостями. Потом подошел к остальным студентам и тоже отсыпал им карамелек.
– Ты прям ходячий ресторан! – подколол друга Алекс и обратился ко всем. – Товарищи, предлагаю вечером отметить наш успех и вместе где-нибудь посидеть! Никто не против?
– В кафе? – уточнила Моника. Парень хитро улыбнулся и помотал головой.
– В баре! Все же пьющие?
– А непьющим приходить нельзя? – вмешалась Олива, не слезая с подоконника, который она успела оккупировать первой. Алекс хихикнул.
– Таким симпатичным как ты, можно!
– Алекс! – шикнула на него Крылова. Девушки рядом с ней захихикали. Парень приставал ко всем, но одногруппницы не реагировали на подкаты юноши.
– А ты непьющая? Крылова, ты заболела что ли? Или резко состарилась, превратившись в ворчунью-трезвенницу? – спросил Роберт напарницу. Девушка закатила глаза.
– Я просто не пью. Не вижу в этом смысла.
– О, да ты многое в жизни пропустила! – вмешался Алекс. – Это же прикольно – напиться так, чтобы потом ничего не помнить и проснуться в незнакомом месте абсолютно голым. Потом это настоящий квест, называется «найди свои вещи и путь до дома». – они с Джоном и Робертом рассмеялись.
– И часто ты так просыпаешь? – уточнила Олива у парня. Он наморщил лоб.
– После каждой пьянки, раз в месяц точно. Но это зависит от настроения и наличия средств. Ведь не каждая девчонка позовет к себе, если ее не угостить. – он переглянулся с Джоном, вероятно у них был подобный опыт отказов девушек. Одногруппницы фыркнули, понимая, что парни из их группы ищут связей без обязательств, и для них это норма.
– Ну так что? Мы идем сегодня отмечать? Или у нас все трезвенники как Олива, с которыми придется скучать? – спросил Алекс. Девушка нахмурилась от укола в ее сторону.
– Идем! Я точно выпью и отмечу свое расставание с ролью. Мой герой меня уже раздражает! – ответил Роберт, откидывая листки текста на стол и складывая ноги на соседний стул.
– Я тоже за! – послышался голос вошедшего Марселя. – Только почему вы сидите тут, когда я таскаю реквизит? Амели вас убьет!
Парни переглянулись и тотчас подскочили, как ужаленные. Гнева Амели боялись все.
– Черт подери!
– Девушки, ждем вас всех сегодня в баре! Отказы не принимаются. Будем биться за титул «королева группы»! – бросил Джон и вылетел из гримерной за друзьями.
Студентки рассмеялись. Ну и одногруппники у них… Как дети.
Спектакль начался ровно в двенадцать. На сцену поднялась Амели Вьен и произнесла речь. Женщина упомянула, что постановка и ее успех скажется на судьбах студентов, потому пожелала им удачи и сказала, что заранее гордится своими талантливыми учениками, на что молодые люди за сценой приободрились.
Пьеса длилась около часа. За это время Олива ушла в кулисы всего два раза. Роберту нужно было тоже оставаться на сцене большую часть времени, потому парень, как и девушка, сильно утомился. К тому же им приходилось изображать влюбленных, а учитывая то, что между ними были скорее немного насмешливые взаимоотношения, это было забавно.
Постановка была о молодости и проблемах этого возраста, о потерянности и поисках себя, о влюбленности главных героев и их друзей. Амели посчитала, что студенты должны попробовать изобразить жизни молодых людей на сцене при всех, показать аудитории то, с чем сталкивается современная молодежь, и как это потом отражается на их становлении в жизни. Преподавательница специально подобрала роли так, чтобы они не совпадали с характерами студентов, и заставила их хорошенько потрудиться над образами. Молодые люди должны были прочувствовать своих героев, понять их сущности, ощутить их боль и разочарование. Потому Амели заставляла их работать на износ, показывая, как бывает трудно поймать нужный образ и примерить его на себя. В целом, преподавательнице понравилось то, что она увидела. Студенты поняли, чего Амели добивалась, потому отыграли вполне достойно. И мадам Вьен позволила себе улыбку гордости. Это было их совместное достижение.
Студенты весело переговаривались, пока переодевались в гримерке, разделив ее пополам на мужскую и женскую части. Девушки кричали, когда парни нарушали их границу, а тех веселили реакции одногруппниц, потому они снова пролезали под натянутой простыней и заставляли их возмущаться и начинать драться. Под такие вопли к ним зашла мадам Вьен, она заметила, что часть молодых людей уже переоделась и стоит на страже границ, а потому рассмеялась, припоминая, как и ее группа когда-то делала примерно также, и их одногруппники тоже не придерживались регламента и правил, а потому получали по шее.
– Я вами горжусь! В начале года я думала, вы совсем безнадежны, а сейчас даже рада, что работаю именно с вами. Вы молодцы! – похвалила она студентов, на что из-под простыни высунулась голова Джона, и парень налетел на женщину, заключая ее в крепкие объятия. Амели немного растерялась, но обняла парня в ответ.
Молодые люди заметили ее хорошее настроение, а потому подскочили к ней все вместе и крепко обняли, образовав кучу-малую. Распались эти объятия сами по себе. Мадам Вьен как-то выбралась и рассмеялась за их спинами, в тот момент Джон понял, что обнимает не Амели, а Клару, которая тотчас пихнула парня, он ущипнул ее в ответ. Так они и развалились, попадав на пол и начав смеяться. Все-таки группа хорошо сдружилась за учебный год. Олива была счастлива, что учится именно с ними, а потому просто улыбалась и смеялась с одногруппниками.
Когда студенты вышли из здания, они еще раз посмеялись над произошедшим и договорились о встрече в баре вечером. Парни напомнили, что это обязательно, затем галантно поклонились, заставляя девушек рассмеяться, и удалились кто куда.
Олива направилась было к общежитию, но заметила, как кто-то ей машет со стороны вуза. Она пригляделась и широко распахнула глаза от удивления. На пороге стояли Яна, Авен и Саша! Девушка тотчас бросилась к ним навстречу, троица сбежала со ступеней. Олива налетела на друзей и попалась в тиски проворной черноволосой. Яна внаглую схватила подругу и крепко обняла, не давая парням к ней подступиться.
– Яна, пусти, – прохрипела Олива, когда поняла, что уже не может дышать. Объятия Яны были просто стальными.
– Я скучала! Мы редко видимся. Почему я не могу обнять свою подругу? – возмутилась Соколова. Олива заметила смеющееся лицо Авена, который видел безысходность девушки, но ничего не мог сделать. Саша стоял рядом и тоже смеялся.
Черноволосая все же отпустила подругу, и Оливу обнял Саша, опередив Авена, который нахмурился, увидев, как блондин поцеловал девушку в щеку.
– Поздравляю, ты была неотразима! Какая милая из тебя вышла мисс Шарлотта! Такая пугливая и скромная! – засмеялся друг, Олива улыбнулась. Комплимент от человека, который разбирается в театре, стоил внимания.
Девушка отстранилась от Саши и подняла глаза на Авена. Парень и сам глядел на Оливу, не решаясь прикоснуться к ней прилюдно.
– О, Создатель… Целуйтесь уже! Долго нам ждать, пока вы налюбуетесь друг другом? – Яна подтолкнула подругу к юноше.
Олива неловко улыбнулась и замерла, поскольку оказалась совсем близко к парню, которого не видела около недели. Авен внимательно поглядел на нее, а после улыбнулся и обнял.
Яна и Саша переглянулись, понимая, что их присутствие сильно смущает парочку.
– Мы не знали, какие ты любишь, так что вот, – Авен вытащил из-за спины небольшой букет белой сирени и протянул Оливе.
У девушки на щеках проступил румянец. Это было так мило и неожиданно.
– Это он не знал, я тут не при делах! Так что это идея Авена, – тотчас вскрыла все карты Яна, заставляя парня вспыхнуть.
– Ну Яна! Я же просил!
– Знаю-знаю! Прости, дорогуша, но Олива должна знать правду. Правду, что ты так хотел подарить ей цветы, что выносил мне мозг, какие… – она не договорила, поскольку Авен резко дернулся и зажал ей рот рукой. Яна продолжила что-то мычать и с его ладонью на рту, потому Олива и Саша рассмеялись.
– Яна, замолчи! А то я применю на тебе сонное заклятье! – прошипел парень ей в ухо.
Девушка смолкла, маг ее отпустил.
– Авен, если что, я тебя усыплю быстрее. У тебя же проблемы с сонными порошками, –самодовольно произнесла она, отодвигаясь. Юноша ничуть не смутился.
– С этими порошками? – спросил Медула, демонстрируя на своей ладони серую блестящую массу и хитро глядя ну подругу, разом потерявшую уверенность в себе.
– Бесишь! – буркнула Яна и отвернулась от друга. Авен торжествующе улыбнулся.
– Вот это разборки… – протянул Саша, пребывая до сих пор в шоке от своего нахождения в компании магов. – Олива, может, оставим их решать кто из них круче, а сами смотаемся в кафе? – он притянул девушку к себе. Авен грозно поглядел на блондин, напоминая о себе.
– Мы собирались гулять все вместе, если ты еще не забыл. – произнес маг, глядя на руку Саши у девушки на талии. Актер отпустил Оливу и поднял руки в примирительном жесте.
– Ладно. Я не против прогулки.
– Я очень рада всех вас видеть, но как так вышло, что вы пришли сюда все вместе? – воскликнула Олива, не понимая, как так получилось, что ее два мира перемешались.
– Авен собирался на твой спектакль, потом я навязалась ему в компанию и сказала, что ты обрадуешься, если мы приведем твоего беловолосого дружка. Потому он сдался и смотался за ним. – поведала историю Яна, поправляя алую помаду на губах.
– Я испугался, когда увидел Авена в зеркале. Думал, у меня глюки, но потом вспомнил, что вы все немного…особенные, а потому с вами возможны разные…странности. Ну я собрался и перешел через зеркало с ним. До сих пор не верю, что это реально. Ходить сквозь зеркала, летать и колдовать… Это просто бред!
Олива улыбнулась и взглянула на Авена. Девушке было приятно, что маг привел с собой ее лучшего друга. Она давно не видела Сашу и скучала.
– Кстати на счет прогулки. Есть небольшое условие. Мне нужно будет после семи уйти, – предупредила друзей Олива.
– Куда это ты собралась? – спросил Авен.
– Мы с одногруппниками будем отмечать постановку в баре, – призналась девушка, испытывая неловкость.
– В бар? Серьезно? Надеюсь, ты не планируешь пить? А то смотри, получится как в прошлый раз! – рассмеялся Саша. Олива стушевалась.
– А что было в прошлый раз? – заинтересовалась Яна.
Олива покачала головой, говоря, что им не следует знать о том, как она отметила Новый год. Хотя, учитывая, что Авен телепат, ее секрет быстро всплывет наружу.
– Саш, думай о чем-нибудь другом, – попросила она друга. Тот недоуменно взглянул на подругу. Авен усмехнулся, выудив из головы блондина нужную информацию.
– И сколько же ты тогда выпила, раз тебя мутило все утро? Говоришь, ядерный коктейль и куча шотов? – спросил маг с ухмылкой. Саша ошарашенно распахнул глаза.
– Откуда он узнал? Ты ему говорила?
– Думать нужно было тише! – шикнула на блондина Крылова. Юноша подавился воздухом. Он не знал, как бы помягче спросить о способностях парня Оливы.
– Он читает мысли?! – уставился Саша на подругу, девушка неловко улыбнулась. – Олива, он меня пугает. – признался парень, вызывая на лице Медулы торжествующую ухмылку. – Он и твои мысли читает? Ну это же не нормально!
– Он не может читать мои мысли. Меня спасает это, – девушка достала медальон.
– О да, у Авена есть проблемка, – хихикнула Яна. – Но что легко надеть, то можно и снять, потому ты тоже можешь стать вполне читаемой. И Авен об этом прекрасно знает. Смотри, будь аккуратна с ним! – хитро улыбнулась черноволосая, поглядев на друга, который уже прочел ее мысли и закатил глаза. Кажется, Яна не думала ни о чем хорошем.