Виртуозы смерти, или Крик палача

5

Раннее осеннее утро наступало, прогоняя ночные сумерки. Тяжелые большие ворота королевского замка с шумом открылись, выпуская за стены четверых всадников. Они разделились по двое и легкой рысью двинулись по дороге. Миновав две пустынные улицы, лошади всадников перешли на шаг и медленно двинулись к окраинам города. Первая пара всадников не разговаривала, а внимательно осматривала проезжаемые дома и переулки. Двое других вели неторопливую беседу.

– Что происходит, дорогой Луис? Вы вообще знаете, что творится в королевстве? – спросил всадник, который был постарше.

– Вы имеете в виду то происшествие, что случилось десять дней назад?

– Именно, именно, Луис. И если убийство трех человек вы считаете простым происшествием, то готов напомнить, кем были убитые.

– Я знаю, господин Легран, кем были те убитые, и поверьте, все мои люди, как ищейки и охотничьи псы, рыщут по городу и окрестностям. Как только они нападут на след, виновным не уйти. – ответил Луис.

– Дорогой Луис, тот, кто расправился с Карлосом и его друзьями, явно не простой человек. Он обладает хорошо поставленным ударом, и клинок его оружия, куда бы в тело он ни вошел, несет смерть или рану, которая заживать будет месяцами. Вы должны понимать, что как только ваши люди узнают хоть что-то о нем, надо предпринять все меры для его поимки!

– Вы так уверены, господин Легран, что это сделал один человек? Может, это заговорщики? Убить Карлоса и двух его людей – одному это точно не под силу.

– Меня, Луис, не покидает предчувствие, что это один человек. И если бы я не был уверен, что он мертв, то уверенно назвал бы его вам. Но он мертв, если только сам дьявол не отправил его сюда.

– Вы говорите загадками, и от ваших слов мне становится не по себе.

– Дорогой Луис, я сделал вас главой самой главной, секретной службы королевства не для того, чтобы вы дрожали перед неизвестностью. Ваша служба имеет благосклонность самого короля! Да и вы лично пользуетесь расположением его величества.

– Я вам премного благодарен, господин Легран. Я всегда буду помнить, что вы для меня сделали! Мои люди землю роют по всему королевству, и я уверен, что в самое ближайшее время смогу порадовать вас.

– Я надеюсь, очень надеюсь на вас, Луис! Теперь что там с этим, с трактирщиком, Буланже?

– Этот Себастьян Буланже молчит.

– Да вы с ума сошли, Луис! Он в тюрьме уже десять дней, а вы говорите мне, что он молчит! Что я скажу королю? Что известно о заговорщиках? Сколько у них людей? Где их логово и кто из представителей известных фамилий их поддерживает? Все эти вопросы задаст мне король, и что, по-вашему, я должен ему ответить? – возмущенно спрашивал Легран, заметно повышая голос.

– Я все делаю, чтобы найти ответы на эти вопросы. Да, к этому Буланже мы еще не применяли пытки, но я кое-что замыслил и надеюсь, что очень скоро мы все узнаем.

– Смотрите, Луис, чтобы ваше «кое-что» не опоздало! Король потребует головы заговорщиков, и если их не будет, то наши головы тоже могут покатиться с плеч!

– Да, господин Легран, я все понимаю. Я вот хотел спросить вас…

– Спрашивайте, Луис.

– Господин Легран, вот вы имеете большое влияние на короля, но все же боитесь его. Вам не кажется, что он стал как-то неразумен в казнях?

– С чего вы сделали такие выводы, дорогой Луис?

– После того как казнили Корро! Ведь Алессандро Корро был его другом, как и вы. Многие из армии и известных людей ценили его, и он пользовался огромным уважением.

– Я перебью вас, Луис. – Легран остановил коня и, посмотрев на собеседника, продолжил: – У короля не может быть друзей, дорогой Луис! А что касается Корро, то любовь и уважение толпы зачастую приводят не к власти, а на плаху. Я предупреждал его, чтобы он поумерил свой пыл и перестал давать ненужные советы королю. Увы, но он меня не услышал. А когда король узнал, что Корро хочет встретиться с лидерами заговорщиков и ищет на них выходы, судьба его была решена.

– Корро и заговорщики? Вы верите в это, господин Легран?

– Достаточно того, что в это поверил король.

– А почему вы не заступились за него? Ведь Корро был вашим другом!

– Вы задаете очень много ненужных вопросов, Луис. И ответы на эти вопросы могут привести вас туда же, куда и Корро.

– Простите, господин Легран.

– Так-то лучше. Я старше вас, Луис, и очень хочу, чтобы вы дожили до старости. Слушайте и делайте то, что я вам говорю, и топор палача минует вашу шею. Поедемте, надо возвращаться, – закончил Легран, и, показав остановившимся впереди всадникам, что надо двигаться в обратную сторону, развернул коня. Обратный путь всадники ехали, обсуждая любовные интрижки королевской свиты.

6

Последние посетители трактира, пьяные, вывалились на улицу, и Изабель закрыла за ними дверь.

– Наконец-то, на сегодня все! – вздохнула девушка и устало опустилась на скамейку у одного из столов.

– Изабель, ты устала? – подошел к ней Мишель.

– Очень устала! – ответила Изабель и прижала мальчика к себе.

– Да, сегодня всю кухню съели, придется с утра за продуктами идти, – вышла из кухни кухарка.

– А можно я завтра с вами схожу?

– Конечно, можно, Мишель, ты же теперь самый главный помощник у нас, – улыбаясь, ответила Изабель.

– Так, Мишель, хватит обниматься, давай лучше с того стола пустую посуду в кухню неси. А мы с Изабель пока посидим, отдохнем, а то целый день на ногах, – скомандовала Габриэла и села на скамейку напротив Изабель.

– Хорошо, я мигом! – ответил Мишель и побежал убирать со стола посуду.

– Изабель, надо завтра купить еды и попробовать опять передать Себастьяну.

– Ты же знаешь, Габриэла, не берут. Как там дядя? Что с ним? Вообще ничего не говорят!

– Все равно надо. Вдруг попадется хороший стражник и передаст.

– Может, и попадется, попробуем завтра опять, – устало ответила Изабель.

– А самое главное, что казни не назначаются. Значит, не все так плохо. Значит, есть надежда увидеть Себастьяна живым.

– Ты что, Габриэла? Дядю-то за что казнить? Что он такого сделал, чтобы казнить?

– Да у нас сейчас порой за два слова против короля можно головы лишиться.

– Если бы мама с папой живы были, они бы обязательно помогли дяде! Отец знаешь какой был? Он лично короля знал, они вместе не раз охотились.

– Почему же тогда король не нашел и не казнил убийц твоих родителей? Почему допустил, чтобы вашу землю продали другим людям? Почему сейчас не заступится за Себастьяна?

– Не знаю, Габриэла, не знаю. Я как-то подслушала разговор родителей. Так вот, знаешь, что папа маме рассказывал?

– Что? – с явным интересом спросила кухарка.

– Мне тогда лет семь было. Так вот, папа вернулся откуда-то, его не было довольно долго. Он выполнял какое-то тайное поручение короля и потом, выпив вина, сказал маме… Сейчас вспомню дословно. Он говорил: «Теперь король может спать спокойно, больше некого бояться. Претендентов на королевский престол не осталось. Только королева и сын, а если он их тоже боится, то мы их тоже можем». Я тогда не понимала, о чем он говорит, да и сейчас понять не могу.

– Господи! Всевышний! Изабель, это же страшные вещи ты говоришь! – крестясь, зашептала кухарка.

– А что это значит, Габриэла?

– У нашего короля были еще младшие брат и сестра. Десять лет назад случилась беда, корабль, на котором они плыли, утонул. То ли наскочил на рифы, то ли попал в шторм, но обе королевских кровей семьи сгинули. Все утонули – и взрослые, и дети, – почти шепотом рассказала кухарка.

– Какой ужас!

– А теперь очень многое становится понятным. Только ты, Изабель, никому этого не рассказывай, а то нам несдобровать.

– Почему?

– Потому как, девочка, твой отец имел к этому какое-то отношение.

– Габриэла, ты так думаешь?

– Что я думаю, никого не волнует. Главное, чтобы никто другой не стал об этом же думать.

– Но мой папа не может быть убийцей. Я в это никогда не поверю, – стала повышать голос Изабель.

– Тише, тише, не шуми. Вот и не верь, не верь, но никому об этом не говори. Поняла?

– Поняла.

Как только они встали, чтобы пойти в кухню, в дверь постучали. Они посмотрели друг на друга.

– Кого еще нелегкая несет? – спросила кухарка.

– Может, не будем открывать? Полночь уже, трактир закрыт, – предложила Изабель.

Но в дверь постучали уже более настойчиво.

– А кто там стучит? – вышел из кухни в зал Мишель.

Изабель в ответ пожала плечами, а Габриэла пошла к двери.

– Кто там? Трактир закрыт! – громко спросила кухарка, не открывая дверь.

– Мне надо передать весточку от Себастьяна! – донеслось из-за двери.

Габриэла открыла дверь, и в трактир вошел молодой мужчина. На вид ему было не больше двадцати пяти лет. Старая потрепанная одежда говорила о том, что последнее время этот мужчина терпел лишения и нужду.

– Мне нужна Изабель, – глядя на кухарку, сказал он.

– Это я! – ответила девушка, подходя к нему.

– Ты, гость нежданный, давай проходи, чтобы дверь закрыть, а то вся округа тебя слушать будет, – сказала Габриэла и закрыла дверь.

Мужчина прошел и сел за стол, а Изабель села напротив. Габриэла встала у стола и, развернув Мишеля, шепнула ему:

– А ну, бегом на кухню и не слушать, о чем говорить будут. Давай, давай.

Мишель недовольно пробурчал что-то и, обидевшись, пошел на кухню.

– Вы видели дядю? – негромко спросила Изабель.

– Да, мы были вместе четыре дня. Он просил найти вас и сказать, что его считают одним из заговорщиков, но он ни в чем не признавался.

– Дядя ни в чем не виноват! Его оговорили! – убеждая собеседника, сказала Изабель.

– Подожди, Изабель, – прервала ее Габриэла и тут же продолжила, обращаясь к мужчине: – Вас как звать? Вы вообще кто и как в тюрьме оказались?

– Меня зовут Луиджи Виарго. Меня поймали, когда я украл небольшой мешок пшеницы.

– Видно, очень есть хотел? А живешь где? Семья твоя где? – спрашивала кухарка.

– Вы задаете вопросы, как будто служба короля. Живу я в лачуге, за стенами города! А семья моя в поселении на краю королевства, отсюда не видно! – язвительно ответил мужчина.

– А здесь-то как оказался? – продолжала спрашивать кухарка.

– Габриэла, перестань! Человека накормить надо, – заступилась Изабель.

– Мне бы кусочек хлеба и кружку воды. Если можно, конечно.

– Конечно, можно, – ответила девушка.

– Ты вот что, Изабель, сходи на кухню да принеси чего-нибудь поесть, а мы тут побеседуем, – сказала Габриэла, посмотрев на девушку.

– Ну Габриэла!

– Давай, давай, Изабель, не бойся, не съем я его, – сказала кухарка и села на место Изабель, когда девушка пошла на кухню.

– Вы мне не верите? – спросил Луиджи.

– Верю, не верю – это мы потом разберемся. Его пытают?

– Кого? А, Себастьяна?

– А кого еще? Конечно, Себастьяна!

– Последнюю неделю стали пытать, но он все равно молчит.

– А что конкретно он хотел передать?

– Он сказал, что Изабель сможет познакомить меня с Жаном.

– А зачем тебе Жан?

– Это не мне, это, скорее, Себастьяну надо.

– Так ты бы нам сказал, а мы дальше передадим.

– Я не могу. Себастьян сказал, чтобы я вас не впутывал в эти дела.

– Не впутывал? Да он сам впутал! Говори!

– Нет, не могу.

– Габриэла, что тут у вас? – ставя на стол кувшин и тарелку с едой, спросила подошедшая Изабель.

– Да вот, видишь, ему еще Жан нужен.

– Зачем? – спросила девушка и посмотрела на гостя.

– Меня об этом попросил Себастьян, – ответил Луиджи.

– Но зачем? – опять спросила Изабель.

– Да как ты не понимаешь? У твоего дяди от тебя и от меня секреты есть! – возмутилась кухарка.

– А как же мы его найдем? – спросила девушка и посмотрела на Габриэлу.

Мужчина налил в кружку из кувшина напиток и большими глотками выпил его.

– Можно я поем? – спросил Луиджи.

– Да, поешь, поешь, а мы пока сходим на кухню, – ответила Габриэла и глазами показала Изабель, что им надо пройти на кухню.

Оставив гостя в зале, они прошли на кухню.

– Габриэла, и что нам теперь делать? Как мы Жана найдем? – шепотом спросила Изабель.

– Будем ждать, когда либо Жан, либо Гастон придут, – так же шепотом ответила кухарка.

– Ага, а как мы потом этого найдем?

– Да, я об этом ка-то не подумала, – задумчиво ответила Габриэла.

– Мишель, ты чего тут крутишься? Давай, спать иди! – посмотрев на мальчика, сказала Изабель.

– Надо тогда узнать, где мы сможем его найти, этого Луиджи, – сделала вывод Габриэла.

– Да, это точно, – согласилась Изабель.

Когда они вышли в зал, гость допивал из кружки напиток, и тарелка перед ним была пуста.

– Спасибо вам, хозяйки. Наелся впервые за долгое время, – довольно гладя себя по животу, встретил их Луиджи.

– Ты нам скажи, где тебя найти, когда надо будет о встрече говорить, – сказала кухарка.

– Так мне откуда знать? Я же перекати-поле, а если за городскую стену уйду, то найти меня будет трудно.

– Видите ли, мы не знаем, когда увидим тех людей, кто вам нужен, – пояснила Изабель.

– А, я-то думал, что они тут постоянно бывают! Тогда даже не знаю, как быть. А давайте я у вас в качестве помощника останусь, дня на три? Может, за это время кто и придет?

Изабель посмотрела на кухарку, а та в ответ пожала плечами.

– Что ж, оставайтесь! – неуверенно ответила девушка.

– Только я сейчас нагрею воды, чтобы вы помылись! Да, Изабель, подбери там кое-какую одежду Себастьяна, чтобы переодеться ему. А эту, извините, вашу одежду мы сожжем, стирать тут уже нечего, – посмотрев на него, сказала Габриэла.

В суете и заботах прошла неделя. Луиджи прижился и во многом помогал по хозяйству. Недовольство выказывал только Мишель, в чьей комнате поселили гостя. Совместные походы за продуктами и вечерние разговоры очень сблизили молодого человека и Изабель. Габриэла все чаще стала замечать, что Изабель сама старается быть поближе к Луиджи. Она отмечала давно забытый огонек в глазах девушки. А после того как застала их вечером держащимися за руки, решила поговорить с Изабель.

Утром, когда Луиджи и Мишель ушли за продуктами, Габриэла подошла и спросила у Изабель:

– Что у вас с этим Луиджи?

– Ничего, – легко ответила Изабель и стала протирать посуду.

– Я вижу, какое «ничего». Такое ничего, что ты три дня как солнце светишься.

– Тоже мне, придумаешь.

– Быстрей бы уже появился Жан или Гастон, чтобы этот Луиджи пошел своей дорогой, – поставив мешочек с мукой на стол, сказала кухарка и искоса посмотрела на девушку.

Изабель остановилась, о чем-то задумалась и, повернувшись в сторону Габриэлы, спросила:

– А он тебе нисколечко не нравится?

– Изабель, ты, наверное, забыла, откуда он? Нам надо думать, как Себастьяну помочь, а не о любовных утехах! Да и не пара он тебе.

– Почему же? Дяде он наверняка бы понравился.

– Ага, на тюремной соломке кто угодно понравится! – съязвила кухарка и тут же продолжила: – Вот о чем вы с ним разговариваете?

– Обо всем. Он спрашивал меня про семью и почему меня воспитывает дядя.

Габриэла замерла с тестом в руках и, повернувшись к Изабель, спросила:

– И что ты ему рассказала?

– Не бойся, ничего лишнего не рассказывала.

– Ой, смотри, Изабель, язык любви мешает, а беду кликает! Прикипишь к нему душой, честь свою девичью подаришь и все тайны словно веником выметешь. А страдать всем придется. Если что, никого не пощадят, помяни мое слово, когда языком почесать захочется.

– Да знаю я все! Не дурочка, знаю, что говорить, а чего не надо, – сердито ответила девушка.

7

Холодный осенний ветер кружил и уносил опавшую листву. Отворились тяжелые высокие ворота, и на тюремный двор въехали пятеро всадников. На четверых были надеты длинные темно-бордовые накидки и дорогие шляпы с закрученными с боков полями. У каждого на поясе была пристегнута шпага. Четверо остались в седлах, а один быстро спрыгнул с коня и потрепал рукой гриву. От остальных его отличала одежда и специальная, сшитая из нескольких кусков ткани красного и черного цвета, маска, полностью закрывавшая лицо и шею. Черная накидка с капюшоном зловеще смотрелись на фоне ярко-розового заката на небе. У дверей здания тюрьмы стояли пятеро человек, двое из которых были стражники.

– Господин Легран, я, если честно, сам уже боюсь, – негромко сказал начальник тюрьмы.

– Этот слуга дьявола заставляет трепетать многих, господин Крюшо, – так же тихо ответил Легран.

– А вы, господин Крюшо, наберитесь смелости и скажите ему, что сами справитесь, без его помощи, – съязвил третий мужчина.

– Вам легко говорить, дорогой Луис, вы для него неприкасаемый, – еще тише произнес начальник тюрьмы.

– Я разочарую вас, дорогой Крюшо, для этого господина неприкасаемых нет. Я иногда думаю, что он и короля может спокойно обезглавить. Я много раз спрашивал у короля, где он его нашел, но так и не дождался ответа, – сказал Легран.

– Господи Всевышний! Неужели это человек?

– Человек, человек, Крюшо, но без всяких эмоций и условностей. Я его раньше так близко не видел, сегодня первый раз.

– Запомните, Луис, лучше бы его вообще не видеть. А вы, дорогой Крюшо, перестаньте дрожать, в конце концов, он приехал не с нами разбираться, а узнать то, чего мы не смогли узнать, – глядя вперед, все так же тихо сказал Легран.

– Господин Легран, а ведь он молод. Движения его быстры, и смотрите, как он резок.

– Да, Луис, он явно молод, но обратите внимание, насколько он силен. Создается впечатление, что он может поднять своего коня.

– Согласен с вами, Легран. И ловок, и силен!

– И страшен, – добавил начальник тюрьмы.

Всадники стояли вместе в центре тюремного двора. От встречающих их отделяло расстояние в шестьдесят шагов. После того как спешившийся мужчина отдал какие-то команды, один из всадников верхом двинулся в сторону Леграна и его собеседников.

– Стражников убрать! Всем остальным отойти от дверей на десять шагов! – громко сказал подъехавший всадник. В сумерках наступающей ночи вид этого всадника заставлял сердце биться чаще, а грубый голос многих вводил в оцепенение.

– Милейший, вы не много на себя берете? Перед вами правая рука короля! Мне доступны все секреты королевства! – крикнул вслед уходящему всаднику Легран.

Всадник остановился и медленно развернул коня в сторону встречающих.

– Зачем? Ну зачем, господин Легран? Просто бы отошли, и все! – негромко запричитал начальник тюрьмы.

– Да, господин Легран, не стоило нагнетать. Уж очень неприятные люди! – поддержал Луис.

– Я имел дело со многими неприятными людьми, но каждого заставлял себя уважать! Так чем они лучше других? – гордо ответил Легран.

Незнакомец спрыгнул с коня и медленным шагом приблизился к ним.

– Милейший, я требую уважения и почитания! Вы и близко мне не ровня, и если надо, я смогу донести до короля о вашем неуважительном отношении к высоким особам, имеющим право знать тайны королевства! – громко говорил Легран, пока мужчина подходил к ним.

Только сейчас они увидели, что широкий шарф закрывает лицо мужчины от шеи до переносицы, а широкие поля шляпы полностью закрывают лоб.

– Стражников убрать! Всем остальным отойти на десять шагов от дверей! – не доходя до начальника тюрьмы двух шагов, повторил мужчина.

Луис и начальник тюрьмы сделали шаг в сторону, но Легран их остановил.

– Стойте! Здесь я главный! Милейший, вы слышали, что я вам говорил? Я требую уважения, а потому прошу представиться, и не прячьте вы свое лицо. Перед вами люди, которые не раз встречались со смертью, – сказал Легран и приблизился к подошедшему мужчине.

В какое-то мгновение мужчина сделал шаг навстречу Леграну и тут же оказался у него за спиной, обхватив его левой рукой, а правой прижал к горлу обоюдоострый кинжал. Холодная сталь обожгла горло. Легран хотел дернуться, но не мог. Луис и Крюшо были поражены происходящим и, не двигаясь, смотрели на Леграна.