Кокаиновые короли

Ледер пришел в восторг. Они с Янгом и не думали про Багамы, с самого начала планировали пути только через Мексику. Но идея с Багамами была обалденной. Ледер сразу выписал Кейну чек на 50 000 долларов на дополнительные топливные баки, чтобы увеличить дальность полета его самолета. Партнеры сошлись на 10 000 долларов за килограмм, из которых лично Кейну полагалось 6000.

Когда встреча закончилась, Кейн объявил, что в США вернется один. Он не хотел брать Янга, потому что тот был на условном сроке, покинул страну нелегально и мог снова попасть на нары при первой же проверке копами. Кейн посоветовал Янгу улететь коммерческим рейсом в Портленд, штат Мэн, где таможенникам, как правило, пофиг на такие юридические тонкости.

С появлением Кейна кокаиновые мечты из Данбери стали воплощаться в реальность. Но была большая проблема: ни у кого не было денег на такую крупную ходку. Янг понятия не имел, что на тот момент у Ледера не хватало средств даже на то, чтобы оплатить чек Кейну. Чтобы быстро подзаработать, они запланировали совершить еще одну поездку с чемоданами. Янг отправил одну из женщин с чемоданами в Венесуэлу, но Ледер не смог ее встретить, и на то были веские причины – 19 октября 1976 колумбийская полиция арестовала Ледера за незаконный ввоз фургонов шевроле в страну.

В этот раз срок Ледера был короче. Его отправили в новую медельинскую тюрьму «Белла Виста» – «красивый вид», где содержалось почти пять тысяч заключенных. Пока остальные спали вповалку на земляных полах или каменных плитах и скопом хлебали жидкий суп из тухлой конины у гигантского котла «эль бонго», Ледер проводил время в самых лучших условиях из возможных там. Он жил в тюремном блоке с настоящими кроватями, известном как «эль патио эспесиаль» – «особая терраса». Чтобы туда попасть, нужно было ежемесячно давать взятку в 1500 колумбийских песо – примерно 75 долларов США.

Как и в Данбери, Ледер занимался воспитанием очередного гринго, который мог бы ему быть ему полезен. Стивену Яковацу было чуть за двадцать. Когда-то он подрабатывал автомехаником и ремонтировал компьютеры. Стивен считал себя хиппи, носил длинные волосы и любил покурить травку. Однажды вместе с женой они решили поехать в Южную Америку, чтобы собрать коллекцию индейских безделушек. Поездка с самого начала стала сущим кошмаром: машина пары сломалась в Центральной Америке, а затем их ограбили в колумбийском автобусе. Когда Стивен с женой попытались вернуться в Соединенные Штаты на двухсотлетнюю годовщину независимости, то Яковац сделал глупость, положив полкило колумбийской марихуаны в багаж. За это он и отбывал три года в «Белла Виста». Каждый день в тюрьме приносил Стивену страдания, которые притупляла только травка. При росте под два метра и центнере крепких мышц он был вынужден терпеть антиамериканские насмешки от низкорослых колумбийских сокамерников – «мыши прессуют кота», как он это называл.

Для Стивена Яковаца Карлос Ледер стал просто светом в окошке. Только он держался с ним на равных и не называл «гринго», как это делали все вокруг. Ледер окрестил его «пайса». Они вместе коротали дни, покуривая марихуану и играя в «Монополию».

Ледер поведал Яковацу о своей давней мечте. Он рассказал, что идея состояла в том, чтобы сформировать «конгломерат мелких производителей кокаина» и собрать их товар в одну партию для доставки в США.

Заманчивость этого плана заключалась в том, что собственных денег даже не требовалось. Нужно просто брать с клиентов плату в килограммах – одну четвертую часть товара. В своих мечтах Ледер уже рисовал всемирную сеть контрабандистов наркотиков, которую свяжет воедино его транспортная система. И это не было пределом его фантазий. В своих самых смелых мечтах он себя видел в кресле президента Колумбии.

Годы спустя Яковац будет вспоминать тюремные россказни Ледера: «Он мечтал поднять Колумбию c колен. Хотел свергнуть империалистических янки и построить в Колумбии королевство благодаря кокаину… Он хотел использовать наркотики как способ ведения войны. Он психовал из-за того, что загремел в американскую тюрьму и больше не мог туда ездить. Он равнял себя с Гитлером, потому что тот тоже был маленьким человеком, который смог захватить мир… Он уважал, почти боготворил Адольфа Гитлера… за тактику сильной руки, безжалостность и за то, что тот умел использовать доступные ресурсы наилучшим образом. А для Ледера таким ресурсом был кокаин».

Ледер провел в «Белла Виста» всего два месяца и вышел как раз к рождественским каникулам. Перед уходом он записал свое имя, номер телефона и почтового ящика в дневнике Яковаца.

«Будешь работать на меня, когда выйдешь», – сказал ему Ледер.

На Рождество Ледер прислал жареного поросенка для своих остальных тюремных корешей, а Яковац остался без подарка и приуныл. Он уже решил, что своего друга Карлоса он вряд ли увидит еще когда-нибудь.

Выйдя из тюрьмы, Ледер позвонил Джорджу Янгу из Торонто. Еще в Данбери они планировали встречаться в Канаде из-за проблем Ледера с въездом в США. Ледер сразу сказал Янгу, что ему нужны деньги.

Янг отправил другу с оказией 30 000 долларов. Несколько дней спустя он сам погнал в Торонто, чтобы встретиться с Ледером в отеле «Холидей Инн». У них была проблема. Чек на 50 000 долларов, который Ледер выписал Кейну, обналичить в банке отказались. Кейн решил, что его хотят кинуть: «Мое доверие к Ледеру по десятибалльной шкале где-то минус единица», – сокрушался он.

Ледер сказал, что позаботится о недействительном чеке и Янгу не стоит беспокоиться о провале в Венесуэле: «Давай думать о будущем», – успокаивал его Ледер.

Посреди ночи Ледер позвонил Янгу и позвал в свой номер.

«Женюсь-ка я, пожалуй, на Хемель, – сообщил Ледер. – Что скажешь?»

«Круто», – произнес Янг вслух. «Мне-то это на кой, да еще и посреди ночи?» – подумал он про себя. Однако Карлосу все же сказал, что девушка она очень милая. Затем бизнес-партнеры проболтали еще час или около того. Внезапно Ледер объявил, что позвонит Хемель прямо сейчас и попросит ее вылететь в Торонто, чтобы они поженились.

Темноволосая миниатюрная кубинская красавица Хемель Навель прибыла на следующий день. Они с Ледером бросились собирать необходимые документы и делать анализы крови[20]. Скромная свадьба состоялась на первом этаже дома, в котором жил местный мировой судья. Янг был шафером. Вместо оркестра за музыку отвечал диджей со стереосистемой. Их свидетельство о браке было датировано 7 февраля 1977 года. Затем молодожены и гости вернулись в «Холидей Инн», где продолжили отмечать шампанским «Дом Периньон». Там же Ледер дал Янгу указание тотчас отправиться в Майами, забрать пятьдесят килограммов кокаина и хранить его в Бостоне.

Янг до этого ни разу не был в Майами. Он остановился в отеле «Фонтенбло» на Майами-Бич и позвонил местному колумбийцу, который принес чемодан с товаром в его гостиничный номер. Янг никогда еще не видел столько кокаина сразу – пятьдесят килограммов кокса внушали уважение. Пакеты, обмотанные скотчем, напоминали футбольные мячи. Янг провел несколько часов, переупаковывая кокаин в грубую ароматизированную бумагу, которой выстилают кухонные шкафы. По опыту с травкой он знал, что она неплохо забивает обоняние полицейским собакам.

Янг вернулся с кокаином в Массачусетс и заплатил своему другу, чтобы тот съездил в Торонто и перевез Ледера через канадскую границу в Бостон. Охрана там была не из самых строгих, и Янг решил, что к Ледеру не станут придираться на таможне.

Сделку запланировали на День святого Патрика, но в тот вечер позвонила жена друга Янга. Она была в истерике – мужа задержали на границе. А где находился Ледер, вообще никто не знал. Пограничный патруль мариновал друга Янга четыре или пять часов, но потом его все же отпустили.

Через пару дней Янгу удалось узнать, что же там пошло не так. В последний момент Ледер все переиграл и решил, что перейдет границу пешком, поэтому приказал развернуться. На объездной дороге Ледер вышел из машины и в обычных летних туфлях потопал в заснеженный канадский лес. Бдительный пограничник заметил, как машина дала задний ход и исчезла в лесу, но вернулась уже без пассажира. Открыв багажник, пограничники обнаружили чемодан с колумбийскими песо и паспортом на имя Карлоса Ледера. Они забили имя в базу компьютера и внезапно захотели поближе познакомиться с Карлосом Ледером Ривасом.

Тем временем Ледер бежал по лесу, а за ним гнались собаки. Он пересек границу и, пройдя несколько километров, обнаружил небольшую гостиницу, владелицей которой была пожилая дама. Она поверила рассказу о том, что Ледер заблудился в лесу, и разрешила переночевать. Уже на следующий день он сел в автобус до Нью-Йорка.

Янг не знал, что случилось с Ледером, и очень переживал из-за того, что ему приходится сторожить пятьдесят килограммов кокаина. В итоге он решил уехать в Лос-Анджелес. Там он передал порошок своему давнему дилеру, с которым имел дела по марихуане на Манхэттен-Бич, парикмахеру. В его модный салон приходили звезды Голливуда. Парикмахер проверил кокаин на чистоту, расплавив его на фольге над газовой зажигалкой, – высший сорт, практически без примесей!

В Калифорнии торговля кокаином только набирала обороты – до того момента еще никогда на рынок никто не выставлял сразу пятьдесят килограммов. Партию продали молниеносно – как будто бы сам город втянул огромную дорожку. За две недели парикмахер сбыл все пятьдесят килограммов и выдал Янгу 2,2 миллиона долларов. Никто из них никогда в жизни не видел столько бабла сразу. Янг отвез деньги в Бостон в трех алюминиевых футлярах для фотоаппаратов, которые спрятал на чердаке дома у своего друга на Кейп-Коде. И стал ждать Ледера.

Примерно через неделю позвонила мать Янга и сказала, что с ним хочет поговорить приятный молодой человек. Затем к телефону подошел Карлос Ледер. Янг сообщил ему, что все решил. Он встретился с Ледером в ресторане отеля «Хайатт Ридженси» в Кембридже. Ледер поведал ту же историю о неудаче на канадской границе. Янг сорвался на нем за такие похождения и напомнил, что надо быть осторожнее, – обратно в тюрьму ему совсем не хотелось.

Потом он стал делиться хорошими новостями: для Ледера у него было 1,8 миллиона долларов – это была доля Карлоса от продажи пятидесяти килограммов. Лос-Анджелес представлял огромный неохваченный рынок сбыта, а его потенциал потребления был безграничен. Ледер был очень доволен порядочностью Янга, и его радовал энтузиазм напарника по поводу Калифорнии. Они тут же решили переехать в Майами, чтобы начать поставки на Западное побережье.

Через несколько недель Янг приехал в отель в Хайаннис-Порт в Массачуссетсе, чтобы за завтраком встретиться с Ледером, Хемель, матерью Ледера и его братом Гильермо. Янг катал семью Ледера по достопримечательностям Кейп-Кода. Ледер тут же захотел купить себе тачку покруче, и Янг привез его в салон «БМВ». Ледер выбрал машину и выдал продавцу предоплату – 10 000 долларов стодолларовыми купюрами. Он назвался «Хосе Н. Леоне», нью-йоркским ресторатором, при этом указал адрес родителей Янга. Янг от такого хода Карлоса совершенно охренел, но промолчал.

Когда они наконец остались одни, Янг наехал на Ледера: «Ты совсем с катушек съехал, что ли?! Даже Кеннеди не платят наличкой! Ты что – спецом нарываешься на проблемы с полицией?»

Ледер только пожал плечами. Он сказал, что хочет пройтись по улице и посмотреть еще и на спортивное купе «Датсун 280-Зет» в салоне неподалеку.

Ледер решил прокатиться с молодой женой в Майами на своем новеньком «БМВ». Карлос сказал Янгу, что его колумбийский кореш Пабло Эскобар просто в восторге от потенциала калифорнийского рынка. И что теперь Карлос Ледер – важный человек в Колумбии. Из паренька, который иногда продавал кило-два кокаина, он сразу превратился в крупного дельца, который быстро сбыл пятьдесят килограммов кокса и заработал более 1 миллиона долларов. И самое главное то, как легко он это все провернул.

Карлос, Хемель и Янг переехали в отель в Маленькой Гаване – район Майами, в котором обитали кубинцы. Но Янг заметил, что в комнатах по соседству бойко идет торговля наркотой, а он предпочитал более безопасное и менее посещаемое место. Поэтому они отправились в отель «Павильон» на Коллинз-авеню в Майами-Бич, где сняли квартиру с двумя спальнями на одиннадцатом этаже. Карлос хотел, чтобы они все трое жили вместе.

«Вы же молодожены, – засомневался Янг. – Я-то вам зачем? Может, мне другое место найти?»

Но Ледер настаивал. Вскоре дело стало на поток. Ледер таскал кокаин в сумках для продуктов и тележках из магазинов на грузовом лифте на одиннадцатый этаж. «Футбольные мячи» с коксом были покрыты странными символами и цифрами. Ледер пояснил, что так колумбийцы помечают, чей товар.

Раз или два раза в неделю Янг летал ночным пятичасовым рейсом в Лос-Анджелес. Он отвозил алюминиевые футляры весом пятнадцать-двадцать килограммов своему дилеру-парикмахеру. На обратном пути чемодан Янга был доверху набит стодолларовыми купюрами пачками по 100 000 долларов – деньги за кокаин за предыдущую неделю. За одну поездку он обычно привозил больше миллиона долларов. Ледер и Янг оставляли себе по 100 000 баксов, а остальные бабки отправляли в Медельин.

Ледер отсылал большую часть своих денег в автосалон в Медельине, пряча их в фургоны «Шевроле Блейзер». Когда деньги вынимали, машины выставляли в салоне. Иногда Ледер давал Хемель 20 000 долларов, и она тратила их на покупки в элитном торговом центре «Нейман-Маркус» в Бэл-Харбор. Янг спускал большую часть своих денег на тачки, полеты на чартерных самолетах, на элитные вина и коньяки, дорогих шлюх и все чаще – на сам порошок, на который постепенно подсел. Поначалу для Янга кокаин представлял исключительно деловой интерес. Но когда все, кого он знал в Калифорнии, уже его попробовали, он тоже втянулся. Янг обнаружил, что кокаин усиливает острые ощущения, которые он испытывал от приключений с контрабандой. Сам Янг считал его вполне безвредным. Возможно, психологическая зависимость от кокаина и возникала, но не физическая. Он был уверен в том, что его мозг все держит под контролем. В конце концов, он перепробовал все – ЛСД, марихуану, мескалин – и ни на что не подсел. Ледер курил много травы, но от кокаина держался подальше. Однажды, когда Янг втянул пару дорожек, чтобы взбодриться перед очередным ночным перелетом в Калифорнию, Ледер вспылил: «Как ты можешь нюхать это говно?! Это же отрава!» Вскоре Янг начал вдыхать уже по паре граммов в день.

Однажды Янг вернулся из Калифорнии и заметил рекламные брошюры с моделями авиатехники, разбросанные по всей квартире. Они с Ледером начали ездить в небольшие аэропорты Южной Флориды и разглядывать самолеты. Янг и Ледер хотели расширяться, работать по-крупному, а не таскать чемоданы. Пришла пора полностью осуществить их план из Данбери. Тем летом подельники проводили время на Багамах в поисках острова, который хотели использовать как заправочную станцию для самолетов из Колумбии. Ледер по-прежнему вынашивал идею создания островного перевалочного пункта для контрабандистов. Да и о своих политических амбициях он тоже не забывал. В нем по-прежнему сохранялось странное сочетание хиппи и нациста. Кроме того, постепенно разрастался и антисемитизм Ледера. От этого либерала Янга его уже просто воротило. Как-то за ужином в ресторане Майами Янг предложил заказать стейк с картофелем, на что Ледер ответил, что «картофель – это жратва для быдла». И он тут же процитировал слова Гитлера о поляках: «Учите их понимать только дорожные знаки и разрешайте им есть только картошку».

Проявился и антиамериканизм – Ледер говорил, что ненавидит США. Он считал Америку империалистическим полицейским государством. Ледер сказал Янгу, что хочет буквально засыпать эту проклятую страну кокаином, разрушить политическую систему и втоптать в грязь моральный облик ее жителей.

К лету 1977-го Янг начал сильно уставать: он проводил в воздухе по пятнадцать часов в неделю – сказывались и смена часовых поясов, и частый выброс адреналина, когда он проносил порошок через охрану аэропорта. Однажды, когда Янг доставил в Калифорнию очередную партию, кокаин оказался настолько качественным и так быстро ушел, что у него немедленно попросили дополнительную партию. Янг был слишком вымотан, чтобы лететь обратно в Майами, поэтому позвонил Ледеру и попросил прислать кого-то еще.

«Я позвоню, когда человек будет в пути», – ответил Ледер.

Как и было обещано, на следующий день он позвонил.

«У меня есть кое-кто на примете, – сообщил Ледер. – Товар уже в пути».

«Это кто?» – удивился Янг.

«Сюрприз», – заржал в трубку Ледер.

На следующий день Янг услышал стук в дверь своего номера в «Холидей Инн» в Хоторне в Калифорнии. Когда он открыл дверь, то увидел посыльного с багажом и невысокую седую женщину. Это была мать Карлоса Ледера, Элена. От волнения ее буквально трясло. Янг впустил Элену и открыл чемодан. В нем было восемь килограммов кокаина.

Янг, конечно, тоже много дичи натворил в жизни, толкал наркоту и все такое – но он бы ни за что не послал свою мать с чемоданом, который битком набит коксом. Он был в шоке.

Янг заказал выпивку для Элены и сразу же позвонил Карлосу в Майами:

«Ты там совсем ебанулся?!»

«А что такого? Все должны работать, – невозмутимо ответил Ледер. – К тому же она хотела бесплатно съездить в “Диснейленд”».