Малышка и Карлссон-2, или «Пища, молчать!»
- -
- 100%
- +
Спустя месяц финские пограничники нашли в лощине останки троих контрабандистов. Плоти на объеденных трупах почти не осталось. Но остались документы, шестьсот граммов героина, полторы тысячи долларов и пистолет ТТ.
Вызванная пограничниками полиция на основании имеющихся материалов сделала единственно возможный вывод: к смерти трех нарушителей границы человек непричастен.
Человек непременно забрал бы если не героин и оружие, то деньги – наверняка.
Дело было закрыто. Кого интересуют трое съеденных зверьем русских?
Впрочем, задолго до пограничников трупы нашел кое-кто еще. И, в отличие от полицейских, понял, что здесь произошло на самом деле.
* * *– Завтра тут тоже будет весело, – сказал Коля Голый. – Так что приходите.
Они стояли у выхода. Прощались. Дима чувствовал, что он немного перебрал, но на ногах стоял твердо. И соображал нормально. По крайней мере ему так казалось. Катя была немножко трезвее. Немножко. И только Карлссон был совсем трезвый. С виду.
– Давайте, подгребайте, – пригласил Коля. – Всё за счет заведения. Правда, меня уже не будет. Мы с братвой в Скандинавию едем.
– А куда? – спросила Катя. – В Стокгольм?
– Сначала – в Стокгольм, а там видно будет.
– Мне тоже надо в Стокгольм, – сообщил Карлссон.
– Так давай с нами, братишка! – обрадовался Коля. – Реально, присоединяйся. Хочешь, байк тебе подыщем?
– Угу, – кивнул Карлссон. – Байка не надо. Но с вами я поеду. Когда?
– Как проспимся, созвонимся – и тронемся. А то давай, оставайся. У меня переночуешь. У тебя всё, что нужно, – с собой?
– Угу, – подтвердил Карлссон.
«Ничего у него нет, – хотела сказать Катя. – Даже паспорта…»
Но не успела. Как раз в это время Дима ее сгреб и принялся целовать. Это было довольно приятно, но Катя тем не менее высвободилась из Диминых объятий.
– Иди, Димочка, подожди меня, пожалуйста, снаружи. Я сейчас…
– Как же ты завтра поедешь? – спросила она Карлссона. – Вот так, без ничего? Без денег, документов, вещей… И без меня?
– Конечно, без тебя, – ответил тролль. – Ты мне только руки свяжешь.
Заметив, что Катя обиделась, добавил мягко:
– Не обижайся. Я же не развлекаться еду.
– Знаю, – Катя вспомнила о Ротгаре, и у нее по спине пробежали мурашки. – Хочешь догнать того эльфа?
– Догнать и убить, – с серьезным видом кивнул Карлссон.
– А если он тебя?
Карлссон пожал плечами. Этот жест можно было растолковать и как полную уверенность в собственных силах, и как покорность судьбе – что будет, то и будет. Катя вздохнула:
– Ну ладно, если надо… Поезжай с байкерами, я не напрашиваюсь.
Карлссон справится. Тем более с ним будет Хищник.
– Катенька, мы идем? – раздался от дверей голос Димы.
Катя оглянулась, схватила тролля за руку и заглянула ему в глаза. Она и сама толком не знала, зачем сделала это, – может быть, просто хотела себя успокоить. Она не была уверена, что стоило серьезно относиться к ощущению близкой смерти бандита Федота, которое посетило ее, когда она коснулась его руки.
Но на этот раз она, к счастью, ничего подобного не почувствовала. Никаких предчувствий. Катя улыбнулась и поцеловала тролля в щеку.
– Ну, доброго пути. Хоть будь там поосторожнее. И возвращайся побыстрее.
– Кать! – раздался недовольный голос Димы. – Ты скоро?
Катя отпустила руку Карлссона и вышла.
Так вот Карлссон остался в «Шаманаме», а они с Димой отправились к Лейке. Времени было – два часа пятьдесят минут. Ночи, разумеется.
Глава четвертая
Трудности личной и интимной жизни
Устроились тролль-охотник с троллем-хищником на работу в клинику по решению сексуальных проблем.
Охотник – психологом, хищник – медбратом.
Приходит к ним как-то эльф.
– Какие проблемы? – спрашивает его Охотник.
– Хочу мужиком стать, – говорит эльф.
– Какие проблемы. Становись, – разрешает Охотник.
– Не, вы не поняли. Хочу крутым мужиком стать! Чтоб мужское достоинство – аж до самого пола!
– Какие проблемы, – говорит Охотник. – Хищник, откуси ему ноги.
Несмотря на позднее время, на Невском сияли витрины и шлялся народ – наверно, потому что ночь была не по-августовски теплая. Может быть, последняя теплая ночь лета.
– Давай погуляем? – предложила Катя. – Посмотрим, как мосты сводят-разводят. Заодно проветримся. А то у меня в голове шумит – я пива выпила, наверно, не меньше литра…
– Ха, литра! – пренебрежительно изрек Дима. – Я вот не меньше шести кружек… Да это что! Помню, мы с пацанами взяли два ящика на четверых! Это получается на человека…
Дима принялся высчитывать, но, заметив, что тема Кате неинтересна, бросил. Гулять же к мостам отказался, сказав, что натер пятку. На самом деле ничего он не натер, а сказал так с умыслом.
Когда свернули на набережную Фонтанки, а потом в подворотню Лейкиного дома, стало темно, как в бочке. Катя на ощупь набрала код на решетке. Во дворе-колодце среди кустов загадочным зеленым пятном светился фонарь.
– А как мы в дом попадем? – встревожился Дима. – Что-то я не уверен, что Лейка нам откроет.
– Ее вообще дома нет, – легкомысленно ответила Катя. – Она к Наташке на дачу уехала. А у меня ключ есть.
– Отлично! – воодушевился Дима. – Просто классно!
Свет на лестнице не горел.
– Во, нормально! – Возмущенный голос Димы эхом отразился от стен лестничной коробки. – Это называется элитный дом!
– Наверно, просто выключили, – предположила Катя, ощупывая ближайшую стену. – Черт, не могу найти, где тут…
– Ладно, что мы, дверь не найдем? Дай руку!
Дима схватил Катю за руку и потащил за собой по лестнице наверх. Катя споткнулась в темноте, вскрикнула. Дима остановился, подхватил ее, сгреб ее в объятия и принялся с жаром целовать.
– Димка! – сдавленно пискнула Катя между поцелуями. – Пусти! Давай хоть до квартиры дойдем!
– Давай, – пробормотал Дима, неохотно отпуская девушку.
В прихожей у Лейки горел свет. На полу валялась раскрытая сумочка и запыленные босоножки.
– Может, Лейка вернулась? – предположила Катя.
– Лейка! – крикнула она.
Никто не отозвался. Квартира как вымерла, только где-то текла вода из крана.
Погрустневший было Дима просиял.
– Может, она спит? – предположила Катя.
– Да ладно – спит… Нету ее! – Дима наклонился, чтобы расшнуровать ботинки, потерял равновесие и чуть не упал. Катя поглядела на него и заметила, что взгляд у бойфренда шалый, даже слегка безумный.
– Что с тобой? – лукаво спросила она. – Ты сегодня какой-то взвинченный. На себя не похож. Может, тебе лучше спать лечь? Я тебя в гостиной на полу устрою. Давай?
– Спать? – усмехнувшись, повторил Дима. – Давай лучше выпьем чего-нибудь. Тут у Лейки где-то бар был. Как ты относишься к мартини?
– Хватит с меня пива в «Шаманаме», – отказалась Катя. – Лучше я чай поставлю. Я в одном журнале читала, что после выпивки надо пить побольше жидкости, а то наутро будет болеть голова.
По дороге на кухню Катя на всякий случай заглянула в ванную – вдруг Лейка уснула прямо там? Однако Лейки и в ванной не оказалось. Из крана сочилась вода. На полу валялось полотенце и Лейкины трусики. Катя автоматически завернула кран, шагнула из ванной в коридор – и налетела на бесшумно подкравшегося Диму, который легко подхватил ее на руки и куда-то понес. Катя обняла его за шею и с подозрением спросила:
– Куда это ты меня тащишь?
– Не бойся, не уроню.
– А я и не боюсь!
Дима плечом распахнул дверь и занес Катю в неосвещенную гостиную. Свет он включать не стал, а направился в ту сторону, где, как он помнил, находился диван. Вскоре он наткнулся на край дивана, чертыхнувшись, уронил на него Катю и сам упал рядом с ней.
– Блин! Не ушиблась?
Катя только рассмеялась Димкиной неловкости. Дима же, убедившись, что Катя цела, прижался к ней и принялся целовать. Катя с удовольствием отвечала на поцелуи. Потом она почувствовала его руку на своей груди и чуть отстранилась.
– Эй, ты что делаешь?
– Пуговицы расстегиваю, – пробормотал Дима.
С кофточкой Дима разобрался на счет «раз» и занялся молнией на Катиных джинсах.
– Димка, не увлекайся!
– Лежи, лежи, – ласково прошептал Дима. – Все будет нормально.
– Ты чего, всерьез?
– Серьезней не бывает.
Катя попыталась сесть, но Дима крепко обнял ее и заставил лечь обратно.
– Да что это такое! – рассердилась Катя. – Что за насилие! Отпусти немедленно!
Почувствовав, что Дима ее уже не держит, она вскочила с дивана, отошла к окну и, сердито сопя, принялась застегивать кофту.
– Ну и почему? – донесся с дивана Димин обиженный голос. – Что я не так делаю?
Катя буркнула что-то банальное насчет наглости и распускания рук, чувствуя, что говорит не то. Она не могла внятно объяснить даже себе, почему она отталкивает Димку. Ведь он ей нравился, и она, в принципе, была не против, но… Не здесь, и не так. В том, чтобы спьяну тискаться на чужом диване, не было никакой романтики. Катя втайне мечтала, что у нее все будет как-то потрясающе и необыкновенно… Даже тогда, с Ротгаром, когда было дико страшно, и она понимала, что любовь тут ни при чем, а ее вот-вот убьют… какие это были невероятные, сильные переживания! А тут всё как-то… неправильно. По́шло и скучно.
– Кать, ты что, боишься? – вкрадчиво произнес Дима. – Так я аккуратненько… я знаю, как надо…
– Ох, лучше отстань, – вздохнула Катя.
Дима поднялся с дивана, подошел к ней и нежно обнял за плечи.
– Катенька… – едва слышно спросил он ее в самое ухо. – Разве я тебе неприятен?
От Димки пахло пивом. Катя вдруг почувствовала, что раздражается.
– Да, неприятен, – и дернула плечом, стряхивая его руки.
Оскорбленный Димка отступил назад.
– Что ж ты раньше не говорила, что я тебе противен? – язвительно спросил он. – Раз так – извини. Больше не буду тебе докучать!
Катя услышала, как Дима вышел из комнаты. Небо за окном уже светлело. Кате вдруг стало как-то грустно.
В прихожей Димка что-то уронил и прошипел грубое ругательство.
«Может, зря я с ним так резко? – подумала Катя. – Он же не хотел ничего плохого. Он меня любит, естественно, что ему хочется всего такого…»
Надо его вернуть и помириться. Попытаться хотя бы объяснить, что он не плохой и не противен, а просто сейчас неподходящий момент…
– Димка! – решившись, тихонько позвала Катя.
В ту же секунду с грохотом захлопнулась входная дверь. Димка ушел, разочарованный и злой. Катя не стала его догонять. Она пошла на кухню, поставила чайник и задумалась о Димке и своей горькой девичьей судьбе.
– Вот теперь и сиди тут одна, как дура, – сказала она себе, подводя итог раздумьям. Потом зевнула, выключила чайник и пошла спать.
Злющий Димка шел напрямик через дворы в сторону метро «Маяковская», почти не замечая, куда его несут ноги.
Он думал о Кате и о постигшем его неожиданном и несправедливом обломе. «Ну что я не так сделал? – думал он, минуя спящие дворы-колодцы и непроглядный мрак подворотен. – Это она такая дура, или я чего-то напортачил? Всё же было замечательно. Пустая квартира, мы оба выпили, расслабились… И вдруг такой облом. Может, у нее еще кто-то есть, кроме меня?»
Димка азартно принялся прикидывать, кто бы это мог быть. Если бы у него возник повод начистить кому-нибудь морду, это бы его слегка утешило. Хотя если это, к примеру, Коля Голый… Такому, пожалуй, начистишь…
Нет, вряд ли. Если бы это был Коля, он не стал бы на глазах у Кати обниматься с этими голыми девками…
Вспомнив о том, что началось в «Шаманаме» незадолго до их ухода, Дима почувствовал возбуждение. Такого количества голых сисек он раньше не видел даже по телевизору. Эх, если бы он остался, ему бы, наверно, тоже что-нибудь… А Катя утянула его прямо-таки силой. Увела – и обломила. Нет, ну правда обидно! Вон Стасик только познакомится с девчонкой – и она тут же у него в постели. А чем он, Дима, хуже? Да ничем! Вот купит машину, тогда… Тогда вообще всё! Всё у него будет. А Катя… Да ну ее!
Тут Дима вспомнил, что у Стасика, такого умелого и ловкого по части секса, с Катей тоже ничего не вышло – и злорадно усмехнулся. Но тут же пригорюнился опять. Наверно, он все-таки что-то не так сделал. Схватил, начал раздевать… А как было надо?
Уж себе самому Дима мог признаться: не знает он, как надо. Что бы он там ни говорил Кате, а опыта общения с женщинами ему не хватало. Катастрофически не хватало.
«Куплю себе шлюху! Вот завтра и куплю. Заплачу ей как следует – и пусть она меня всему научит!» – решил он.
И неожиданно обнаружил, что стоит напротив глухой кирпичной стены. Стену украшала аккуратная железная дверь с глазком и крылечком. Над дверью горела лампочка, почти не освещающая темный двор. Других выходов, кроме того, которым пришел Дима, поблизости не наблюдалось. Тупик, что ли? Только этого не хватало! Теперь еще и назад переться придется!
И тут железная дверь в стене медленно открылась, и в дверном проеме возникло, выступая из тьмы, чудесное видение. Невероятно прекрасная девушка с светлыми распущенными волосами до талии, едва прикрытая прозрачным пеньюаром, стояла, босая, на пороге, глядела прямо на него и улыбалась.
Дима застыл, как зачарованный.
«Ну все. Глюки пошли, – беспомощно подумал он. – На почве эротических переживаний и обломов. Как там называется – сублимация… или депривация… забыл…»
Таращась на видение, Дима забыл обо всем на свете. Красавица прищурила огромные синие глаза и насмешливо улыбнулась.
– Я тебя помню, – знакомым певучим голосом сказала она.
Вдруг Дима тоже узнал ее.
– Добрый вечер, – с трудом выдавил он. – Добрый вечер, Карина.
– Добрая ночь, – уточнила эльфийка. – Здравствуй, Дима.
– Я просто шел мимо и случайно забрел в ваш двор… – пробормотал Дима.
– Случайно? – Карина мелодично рассмеялась. – Никаких случайностей, мальчик. Тебя привел сюда знак.
– Какой еще знак? – вконец растерявшись, пробормотал Дима.
– Вот этот, – промурлыкала Карина и взяла Диму за левую руку.
От этого прикосновения его бросило одновременно в жар и в холод. Карина стояла совсем близко. Одной рукой она держала его запястье (между прочим, довольно крепко), а другой легко водила по внутренней стороне его руки возле ладони.
– Вот он, мой знак. Ты не видишь его, но он есть.
– Что значит – ваш? – пролепетал Дима.
– То и значит – мой, – снисходительно сказала эльфийка. – Метка. Тавро. Знак того, что ты принадлежишь мне.
Дима, из последних сил борясь с наваждением, попытался осмыслить сказанное. Метка? Тавро? Что-то он такое слышал. Это было связано с Катей…
«Катя? – промелькнуло в голове у Димы. – Кто такая Катя? При чем тут вообще какая-то Катя, когда тут такое…»
Он не мог такое думать о Кате! Но ведь подумал же…
Карина, забавляясь, разглядывала его, как зверька на привязи.
– Я тебя не звала, – ласково повторила она, – но уж коли ты сам пришел… Что ж, заходи.
У Димы закружилась голова.
«Этого не может быть, – подумал он. – Мне все снится. Ну и пусть снится дальше».
Отбросив сомнения, он без сопротивления позволил Карине увлечь его за собой в железную дверь.
Глава пятая
В ночном клубе
Мертвые могут воскреснуть.
Зато живые могут умереть.
Живым труднее.
Универсальная мудрость– Ну что ты маешься? Что-то случилось?
Лейка, валяющаяся на паласе среди россыпей глянцевых журналов, перекатилась с боку на бок и подняла глаза на Катю. Катя сидела за ее письменным столом и щелкала мышью, раскладывая пасьянс. Вечерело, на улице собирался дождь, а может быть, даже гроза. Катя рассеянно поглядывала в окно и думала, что внутри у нее назревает примерно то же самое.
– Ничего особенного, – ответила она Лейке.
Делиться с ней своими переживаниями ей не хотелось. И вообще разговаривать.
Но Лейка намеков не понимала.
– Что, с Димкой поссорились? То-то он давно не звонит, уже дня два, наверно…
– Да мы не ссорились, – неохотно сказала Катя. – То есть, это я считаю, что не ссорились.
Лейка захихикала и потянулась, по-кошачьи выгнув спину.
– А он считает иначе?
– Ну, не знаю. Я-то его обижать не хотела, но он мог что-нибудь превратно понять…
– Давай, колись, в чем дело!
Поняв, что от Лейки не отвяжешься, Катя, не вдаваясь в подробности, рассказала ей, что происходило тут позавчера ночью.
– …а он почему-то разозлился и ушел, – закончила она. – И теперь не звонит. Я ничего не понимаю.
Лейка перекатились на спину, подперла лопатки ладонями и потянула ноги к потолку, изображая «березку».
– Странные вы какие-то оба. Он же тебе нравится, так зачем ты его отшила?
– А что, надо было отдаться из вежливости? – вспылила Катя. – Я сама решу, когда и с кем…
– Если Димка тебе не нравился, так зачем ты с ним встречалась?
– Он мне нравился, – уныло сказала Катя. – Даже очень.
– Так в чем дело? Возьми и позвони ему.
– Не буду. Пусть сам звонит. Может, я тоже обиделась! Что за потребительское отношение к девушке? Как будто он от меня только одного и хотел! По-моему, это просто подло – вот так исчезнуть!
– Эй, ты чего расшумелась? – Лейка засмеялась и, потеряв равновесие, рухнула на пушистый палас.
– Димка, конечно, тоже хорош, – примирительно сказала она, садясь. – Ведет себя, как дурачок. Это его ложная гордость одолела. Хочешь, я сама ему позвоню?
– Нет!
Лейка пожала плечами:
– Ну как хочешь.
В просторном кабинете, освещенном только настольной лампой и мелькающими картинками на экране телевизора, было очень уютно. Особенно по сравнению с сырыми сумерками за окном. Серая вода Фонтанки рябила от дождя. За стеклом ползли расплывчатые огоньки машин.
Несколько минут Лейка смотрела телевизор с выключенным звуком. Там показывали рекламу каких-то турецких курортов.
– Всё, хватит страдать! – неожиданно заявила она. – Катька, мы тут занимаемся какой-то фигней, а молодость проходит зря!
– А что, есть выбор?
– Пошли хоть в люди выйдем… в какой-нибудь клуб… в гости… в кино, на худой конец…
Катя ответила тяжким вздохом.
– Ну что за дела? Так же нельзя! У меня, между прочим, тоже кое-кто уехал, а я, видишь, не кисну, как некоторые.
– Это кто же у тебя уехал? – осведомилась Катя.
– Как кто? Мой Карлссон!
Катя едва не высказалась язвительно по поводу «моего Карлссона», но сдержалась. Не хватало ей еще с Лейкой поссориться. Вместо замечания Катя испустила новый, еще более тяжкий, вздох.
– Дожили – уже депресняк начинается! – воскликнула Лейка. – Ну-ка кыш из-за компа!
Она решительно выпихнула Катю из-за компьютера и зашла в афишу ночных клубов.
– Пожалуйста! – объявила она. – Сегодня в «Метро» пивная вечеринка с конкурсной программой! С пивом вход бесплатный до двенадцати ноль ноль. Ты была в «Метро»?
– Не-а.
– Вот и побываешь!
У Лейки заблестели глаза, она сразу повеселела.
– Сейчас позовем с собой кучу народа…
Схватив с базы телефонную трубку, Лейка на мгновение задумалась, поглядела на Катю. Подруга, изгнанная из-за стола, перебралась на диван и сидела там с обиженным видом, глядя в серое окно.
– Что я там буду делать? Без Димки?
– Ха! Именно без Димки. Ходить в ночной клуб со своим парнем – все равно что ехать в Тулу со своим самоваром!
Катя удивленно посмотрела на Лейку, потом все-таки улыбнулась.
– Вот-вот! – подхватила Лейка. – Тебе обязательно надо развеяться, взбодриться. Ты посмотри на себя – глаза красные, взгляд потухший… Пусть Димка осознает, что на нем свет клином не сошелся.
Бросив трубку на диван, Лейка подсела к Кате и обняла ее:
– То, что он из гордости не звонит, не значит, что ты теперь должна тут чахнуть в печали и одиночестве. Быстро развеселись!
Катя послушно улыбнулась еще раз.
– Молодец! Ну, решай, кого с собой позовем?
Лейка снова потянулась к трубке и принялась давить на кнопки, перебирая номера в «записной книжке».
– Так… Наташке сейчас не до тусовок, она головку лечит… Может, Стасика?
– Ты еще Сережку позови! – насмешливо сказала Катя. Под влиянием Лейкиной болтовни ее хандра начала отступать.
– Можно и позвать, – на полном серьезе ответила Лейка. – Он, кстати, пляшет неплохо… если, конечно, сразу не напьется. Зовем?
– С ума сошла? Я же пошутила!
– Не хочешь – как хочешь. Так как насчет Стасика?
– Давай уж лучше вдвоем пойдем.
– Тоже верно. И там кого-нибудь подцепим.
– Лейка! Хватит прикалываться! Слушай, а мы там вдвоем не заскучаем?
– Не заскучаем, я гарантирую, – самоуверенно ответила Лейка.
Вечер постепенно переходил в ночь, но на Лиговском было светло как днем – фонари, витрины, рекламы, фары автомобилей. Возле популярного ночного клуба «Метро», под огромной ядовито-красной световой вывеской, было черно от посетителей. Очередь обвивалась вокруг клубной автостоянки и уходила вдоль Лиговского к Обводному каналу. От узких дверей клуба доносились вопли, писк и галдеж – это народ давился на входе, норовя протиснуться бесплатно. Прочие желающие попасть внутрь ждали своей очереди, болтали и пили пиво. Торопиться было некуда – до полуночи, когда заканчивался льготный впуск, оставалось еще минут сорок.
Очередь на три четверти состояла из студентов, по большей части девчонок, в основном компаниями. Смеялись, переглядывались, кокетничали, строили планы на вечер, болтали о своих делах.
– Чего там написано на бегущей строке?
– Молодой человек, посадите меня, пожалуйста, на плечи, мне не видно надпись! Ай! Ты куда меня понес, алкаш?!
– Девочки, читаю: «Бесплатный вход с пивом – до полдвенадцатого!»
– Как до полдвенадцатого?! Люди, где тут ближайший ларек?!
Из толпы вырвалась встрепанная, раскрасневшаяся Лейка.
– Бесполезно! – закричала она стиснутой между двумя плотными компаниями Кате. – В ларьках пива больше нет. Даже у метро все раскупили.
– Ну и не надо было суетиться. Что нам, за вход не заплатить?
– Вот еще! Даром деньги тратить! – возмутилась Лейка. – А знаешь, какие в клубах цены на спиртное?
– Как будто нам много надо. Купим по коктейлю – и хватит.
– Купим? Ну нет…
Раздался дружный вопль, и толпу понесло вперед. Девушек стиснули со всех сторон, и они тоже заорали. Человеческий поток подхватил Катю и Лейку и через несколько минут буквально по воздуху внес в двери клуба.
– Повезло! – крикнула сквозь толпу Лейка. – На халяву проскочили!
И побежала к зеркалам прихорашиваться, на ходу открывая сумочку в поисках косметички.
Приведя себя в порядок, девушки прошли на первый этаж «Метро». Музыка грохотала так, что собеседника было слышно, только если он кричал прямо в ухо. Слегка ошарашенная количеством посетителей, Катя с любопытством вертела головой – она раньше не была в этом клубе. Лейка ее куда-то деловито тащила, не забывая изучать публику.
– Так, сядем пока тут. Девушка, нам две пина-колады. Да сними ты эту кофту, ты что, в библиотеку пришла? Что у тебя под ней, топ? Ну, другое дело. Видишь вон ту блондинку, с голой спиной? Вот здешний стиль! Да и жарко тут…
Лейка угнездилась на высоком табурете у стойки на первом этаже клуба, приняла элегантную позу, пригубила коктейль и быстро стрельнула глазами в обе стороны.
– Ну и публика, – с кислым видом заявила она через минуту. – Кошмар! Одни мальчишки. Ни одного интересного мужчины. Пошли на другой этаж.
Катя неохотно слезла с табурета. Народ все прибывал, и она подумала, что на другом этаже просто не останется свободных мест.
На следующем, «кислотном», этаже публика Лейке понравилась еще меньше. Там в полумраке под бешеную электронную музыку какие-то личности неопределенного возраста и пола в намокших от пота футболках, мешковатых джинсах и ботинках на толстой подошве дергались на танцполе, не обращая ни малейшего внимания на окружающую действительность. У Лейки немедленно заболела от басов голова, и подруги направились дальше.
На третьем этаже, где играла музыка «евродэнс» и публика была посолиднее, Лейка наконец угомонилась. Какой-то стриженый здоровяк лет тридцати гостеприимно пустил девушек за свой столик и купил им по коктейлю. Здоровяка звали Вася. Он с достоинством представился директором автосервиса. Почему-то эти слова вызвали у Лейки нездоровое хихиканье.
– Вот хохма, – прошептала Лейка на ухо Кате через несколько минут. – С кем в клубе ни познакомлюсь, все директора! Спорим, на самом деле он автослесарь? Как он тебе, кстати?
Катя с сомнением посмотрела на Васю, который тут же ей подмигнул, и промолчала. Раздувающийся от собственной важности «директор» ее абсолютно не впечатлил.
– Хоть бы один студент для разнообразия попался! – продолжала трепаться Лейка.