- -
- 100%
- +
Приехали москвичи с итальянцами. И опять чета Дази прибыла с царским подарком, привезли свадебное платье Софи. Это было что-то. Девочки, собравшиеся для этого в отдельной комнате, охали и ахали, восторгу не было конца. Даже переделывать ничего не пришлось. Витторио, конечно, виртуоз своего дела. И когда ему об этом сказали сразу столько разновозрастных женщин, он зарделся и пустил слезу. Как интересно бывает в жизни: этот человек, кутюрье от бога, слышал в свой адрес столько слов благодарности, его короновали лучшим модельером, возносили до небес известные женщины, а Витторио прослезился от поцелуйчика маленькой Леночки и её слов: "Какой ты красивый плательщик (шьющий платья, видимо). И мне надо сошить (видимо, сшить)." И за оставшиеся два дня он с девочками-белошвеечками студии Костика соорудил две красоты для Леточки и Леночки. И опять фотография работы Алиции появилась у них на стене.
Всё было готово. Костик уехал отдыхать. Алиса и Елена подгоняли Зинке брючный костюмчик на замену уже готового платья. Ей придётся переодеваться в процессе. Мама Лена заметила маленький шрамик на щеке своей дочери. Раньше не было. Как капелька. Зинка, проследив за глазами матери, вспыхнула.
– Ты чего, Зинуль? Где-то зацепилась? Надо же, как будто слеза сбежала, – осеклась Елена Ивановна, её дочь оседала на пол. – Зина, ты устала? Всё, домой, отдыхать. Алиса, доделай пожалуйста, там на пять минут осталось.
И, подхватив Зинку, потащила её в машину. К вечеру похолодало, перед студией насыпало снега, и они в накинутых шубках, держась друг за друга, так и полетели по припорошенному льду к проезжей части. Как их не вынесло под проходящие машины, просто чудо. Какой-то мужчина в чёрной куртке подскочил к ним, помогая встать.
– Дима, ты? – Выдохнула Зинка.
Елена Ивановна сразу поняла, что за Дима. Она специально не искала способ его увидеть, чтобы не составить неправильное впечатление. Узнав, что он существует, мама Лена сразу не взлюбила «предмет воздыхания» своей дочери, но визуализировать не стала. И вот теперь ей протягивал руку большой человек, внешне ну точно Лель, с добрыми глазами и растерянной улыбкой.
– Извините, немного не успел. Вы уж больно быстро летаете, – и поставил Елену рядом с Зинкой, отряхнул от снега и напялил им шубки.
– Ой, добрый вечер! Меня зовут Дмитрий Гордеев. Я вас охранял, помните?
Неимоверно, но агентурная сеть не сработала, такой факт профукали. А ведь он им очень понравился тогда, скромный, спокойный, славный мужик.
– Добрый вечер, – повторили мама Лена. – А я вас и не узнала в цивильном.
Дмитрий был в костюме, бабочка торчала из-под расстёгнутой на половину куртки.
– Был на детском празднике у сыновей. Надо было соответствовать. Давайте я вас подвезу, у меня еще есть немного времени перед дежурством.
Да, конечно, если учесть, что все детские праздники закончились минимум три часа назад. И что же вы тут делаете, Дмитрий Гордеев?
Елена Ивановна посмотрела на Зинку. Две звёздочки вместо глаз, глупая улыбочка, растерянный вид. Сердце съёжилось, жалость заволокла мозги в одну секунду.
– Нет, спасибо. Вы и так нам помогли. Благодарствуем ещё раз. Перед Новым годом у всех дел полно. Мы не будем отнимать у вас время. – Взяла за руку свою, ставшую очень послушной, доченьку и довела до машины.
– Зиночка, ты ничего не хочешь мне сказать?
– Нет, мама. Тебе не понравится. – И села в машину.
– Мне не может не понравиться. Я же всё поняла, Зинуль! Ты влюбилась. Это же прекрасно! Поверь мне, всё уладится. Этот серьёзный, взрослый мужчина найдёт выход из создавшегося положения. Он не потеряет тебя, девочка моя. Вот увидишь! – И нажала на газ.
И всю дорогу, поглядывая на свою красивую, задумчивую дочь, Елена Ивановна убеждала себя, что так оно и будет! «Прошу тебя, господи, сотвори доброе деяние, отмерь счастья моим детям…»