- -
- 100%
- +
— «Если Валери жива, то я должен защитить её. Пока Виктор жив, нам не будет покоя на этой земле. Но и бежать просто нет смысла. Нас найдут и убьют. Мне либо нужно будет быть готовым сместить клан и узурпировать власть. Либо даже не пытаться выходить на связь с сестрой. Наших сил должно хватить, чтобы справиться. Но как же быть с Хароном и Михаилом… Как же всё сложно. Если я ввяжусь в это дерьмо, Марине будет грозить опасность. Я не могу подвергать её жизнь такому риску. Ладно, решу это позже», — мысленно закончил Антон, потирая свои виски.
Он и правда сильно изменился за последние пару лет. Марина стала его смыслом жизни и той, кто вытащил его из этой тьмы. Именно она дала ему надежду на нормальную жизнь, на счастье и на семью. Он любил её до безумия, и эта любовь спасла его от погибели. Придя в себя, он дальше отправился по коридору, пока не дошёл до двери кабинета Виктора. Только он собрался постучать, как вдруг из кабинета послышалось: «Заходи». Парень быстрым шагом вошёл внутрь. Виктор, как обычно, сидел за своим столом. Он выглядел немного растерянным или даже потерянным, но взгляд его был намного мягче, чем обычно. И цвет его глаз был не чёрным, а тёмно-зелёным. На его лице даже появился небольшой румянец, будто Виктор стал живым, после стольких лет гибели. Антона это очень удивило. Он даже опешил и затормозил с началом рассказа.
— «Что-то не так. Его глаза! Они никогда раньше не были такого цвета».
— Сделал? — сухо спросил Виктор, вырывая парня из раздумий.
— Да, как ты и просил, — также сухо, но с долей удивления, ответил Антон.
— Ты быстро его нашёл. Я даже не ожидал. Он умирал в мучениях? — уточнил Виктор.
— Конечно. Мне понадобилось пару дней, чтобы выследить его. Всё было исполнено в лучшем виде. Вместе с ним была убита и его семья. Этот говнюк умолял о пощаде. Видел бы ты его рожу и его глаза. В них больше не было той спеси, как месяц назад, когда он бросал тебе вызов. — спокойно добавил Антон.
— Отлично, ты молодец. Я очень тобой доволен. Теперь можешь как следует отдохнуть, столько, сколько нужно.
Антон ещё больше опешил. С чего такая щедрость от Виктора? Он вытаращил на мужчину удивленные глаза, чем заслужил смешок.
— Что? Странно слышать слова благодарности от меня? Я и правда тобой доволен. Ты выполняешь поручения и заказы лучше остальных. Конечно, до Михаила тебе очень далеко, но и он нынче слыл тряпкой, чему я несказанно радю — хохотнул Виктор.
— С – спасибо? Виктор. — осторожно ответил Антон, не веря своим ушам.
— Спасибо? — он смаковал это слово. — Да, спасибо, Антон, за твою службу.
У парня не просто округлились глаза, он даже открыл рот от удивления. Вместе с этим он моментально напрягся. Поведение Виктора его пугало.
— «С чего это вдруг он так со мной разговаривает? Что он задумал? Кто этот человек?»
— Антон, смотри не упади только. Я не перестану тебя сейчас удивлять и скажу следующее: Ты можешь больше не жить в особняке. Я оформил на твоё имя квартиру, считай это подарком за выслугу лет и моим жалким извинением за твою судьбу. Можешь забрать Марину и жить с ней там. — серьёзно произнёс Виктор и тут же протянул руку вперёд. В его руке были ключи.
Антон не верил в услышанное. У него заложило уши. Ноги и руки будто не слушались. Он побледнел.
— «Откуда он знает про нас с Мариной? Михаил? Нет, он бы этого не сделал. Кажется, я расслабился в последнее время и ослабил свою бдительность. Что это за акты доброй воли от него? Извинения? Квартира? Он хочет избавиться от меня? Тогда бы он просто убил и всё. Зачем ему весь этот цирк?»
— Антон? — тихо произнёс его имя Виктор.
— Зачем? Зачем это всё? — парень проговорил это машинально, даже не осознавая, что дерзит главе клана.
— Понимаю, у тебя шок. У меня не меньшее сегодня состояние. Ты спрашиваешь меня зачем? Отвечу: сам не знаю. Просто был момент осознания или прозрения, что я сотворил много херни в этой жизни. Ты служил мне верой и правдой пятнадцать лет. Это целый тюремный срок. Ты свободен. Я дам тебе кров и деньги. Захочешь остаться в клане, я не против. Захочешь уйти, никто не остановит. Ты всегда сможешь обратиться за помощью и тебе всегда здесь помогут. Это не вернёт тебе твоих родителей и не заглушит твою боль, но это даст тебе свободу. Отныне, ты сам себе хозяин. — закончил Виктор.
Внутри снова всё сковало. Антон скривился. Разум отказывался верить услышанному.
— Ты сейчас серьёзно говоришь? Это не какое-то очередное наказание или издевательство? Потому что я не понимаю, что мне делать. И что тебе на это отвечать.
Теперь уже Виктор удивлённо посмотрел на парня.
— «Чудовище! Ты превратился в чудовище, Виктор. Я точно стал хуже своего отца. Я собственными руками уничтожил самое дорогое, что у меня было. И этот мальчишка. Как я мог так с ним поступить, после того, как сам прошёл весь этот путь? Я уважаю и поощряю, а самое главное терплю тех, кто и в половину не достоин того, что сделал этот парень. Кем же ты стал, Виктор?» — мысленно осуждал себя глава клана.
— Нет, я не издеваюсь над тобой и это не какое-то наказание. Я серьёзен, как никогда. — скомкано ответил Виктор.
— «Почему сейчас? Возможно, Тьма отпустила его из своих лап, и он правда очнулся? Михаил рассказывал, что Виктор раньше был нормальным. Пока Тень не поглотила его. Предложение Виктора очень странное, но будет очень глупо от него отказаться. Посмотрим, что будет дальше», — мысленно для себя решил парень. А в слух произнёс следующее:
— Виктор, спасибо за твою проявленную щедрость. Честно? Я в шоке. Отказываться не буду, это было бы очень глупо с моей стороны. Я не планирую уходить из клана, поэтому буду сюда приезжать по твоему требованию. — парень сделал несколько шагов в сторону стола, чтобы забрать ключи. Но прежде, чем протянуть руку Виктору, он нервно добавил, — А моя сестра? Её я тоже смогу увидеть в благодарность за мою службу тебе? — Виктор схватил его за руку и, потянув на себя, вложил ключи в ладонь Антона.
— Касаемо твоей сестры, Антон. Насколько она дорога тебе? — тихо поинтересовался Виктор. Глаза юноши загорелись огнём, и он грозно ответил:
— Она самое дорогое, что может быть в моей жизни!
— Спустя столько лет, ты всё ещё любишь её? Неужели ты готов от всего отказаться ради неё? Даже пожертвовать собственной жизнью? — продолжил Виктор.
— «Старый ублюдок! Я знал, что он что-то задумал!» – внутри себя бушевал Антон.
— Да, я всё ещё её люблю и всегда буду любить. Я готов на всё ради неё. Даже расстаться с собственной жизнью! Валери моя семья! — переходя на крик, закончил Антон.
— Семья. — констатировал Виктор. — Значит твоя семья дороже всего для тебя? И ты не отвернёшься от неё, несмотря ни на что?
— Что это значит? Что ты с ней сделал? — прорычал Антон.
— Ответь мне на вопрос, — нервно прошипел Виктор.
— Да, моя семья дороже всего для меня, Виктор. Несмотря ни на что. — злобно повторил его слова парень.
— Тогда поклянись, Антон. Поклянись своей кровью, что ты не откажешься от своих слов, несмотря ни на что. — прорычал в ответ Виктор. Парень снова опешил. Он снова не понимал происходящего. Но его внутренний огонь не давал ему шанса на размышления. И он просто сделал то, что попросил его Виктор. Он достал свой нож, прорезал себе внутреннюю сторону ладони и повторил данную им клятву, практически крича от злости.
— Хорошо, Антон. Высшие тому свидетели. Ты поклялся. Очень скоро ты увидишь свою сестру. — тихо закончил глава клана.
Антон не верил своим ушам. Он столько лет умолял его увидеть сестру. Столько старался, чтобы Виктор был им довольным и проявил жалость. Что, наконец, услышав заветные слова, просто не поверил в них. Неужели это правда? После стольких лет Ада, он всё же сможет её увидеть? На глазах парня появились слёзы. Он с силой сжал свою порезанную ладонь и посмотрел на Виктора, наполненным болью и отчаянием взглядом.
— Однажды и я, Антон, делал всё, чтобы увидеть своего младшего брата. Однажды и я продал свою жизнь и душу тирану отцу, чтобы просто увидеть того, кто был дороже всех для меня в жизни. И однажды я же засадил его кинжал поглубже в сердце, чтобы защитить тех, кого так сильно любил. Я сделал свой выбор. Я защитил своих братьев, убив отца. Однажды и ты это сделаешь, когда на чаше весов будет стоять выбор. И я тебя за это буду уважать. А теперь иди, Антон. Твоя возлюбленная тебя уже заждалась. Со своей сестрой ты увидишься уже скоро, обещаю. Я дам знать когда. — отрезал Виктор. И встав со своего стула, он направился прочь из кабинета.
Оставшись наедине с самим собой, парень упал на колени и хриплым голосом произнёс:
— Валери, сестрёнка…
Глава 9. Наследник. Часть 3
Из воспоминаний Виктора. Ноябрь 1976г.
С коронации отца Виктора прошло десять лет. За это время он женился второй раз, и в их семействе родился сын. Алексей назвал мальчика Артёмом — в память о любимом младшем брате, которого он сам и убил в ту ночь, когда Тёмная Мать дала ему свои дары. За прошедшие годы Виктор попытался найти общий язык с отцом, хоть их ссоры и продолжались с большей силой. Масло в огонь постоянно подливала Лея – вторая жена отца. Она ненавидела Виктора и Харитона, потому что Алексей уделял им больше внимания, чем её ребёнку. Харитон и Артём часто дрались, а Виктор их разнимал. Однажды из уст младшего мальчика прозвучали слова, которые стали началом конца для их пусть и не особо счастливой, но спокойной жизни.— Артём, не смей себя так вести! Ты младший, а значит должен уважать своего старшего брата! — Виктор рявкнул на него и махнул в сторону Харитона.
— Артём, не смей себя так вести! Ты младший, а значит, должен уважать своего старшего брата! — Виктор рявкнул на него и махнул в сторону Харитона.
— Не братья вы мне! — зло прошипел мальчик. — Вы чужие. Ненавижу вас!
Харитон, покрасневший от злости и обиды, ринулся в новую драку, но Виктор перехватил его и тут же пригрозил Артёму:
— То, чего добивается твоя мать, не свершится! Ты никогда не станешь королём клана. Ты всего лишь вторая линия. И что бы она ни делала, у неё ничего не выйдет. Отец никогда не отвернётся от нас, потому что мы — его настоящая семья, а вы в ней как аппендикс. Закрой свой поганый рот, Артём! И никогда не смей повторять её слова! Думай своей головой, а не материнской!
От слов старшего брата у Артёма полились слёзы. Он злился на него и, конечно же, любил и восхищался им. Но мать запрещала мальчику хоть как-то контактировать с Виктором или Харитоном, повторяя, что они ему чужие, не братья, а враги.
Виктор любил обоих братьев одинаково, хоть в момент рождения Артёма и ненавидел его. Позже парень осознал, что ребёнок не виноват в грехах родителей, и попытался наладить с ним контакт. Мальчики часто проводили время вместе, пока этого не видела Лея.
Отец поддерживал их связь. В его состоянии бывали просветы, и часто именно в такие моменты он просил прощения у Виктора за всё: за тот вечер в тронном зальном зале, когда дед чуть не убил его, за жестокое обращение, за манипуляции братом и за убийство их матери. Произносить последнее Алексею всегда давалось с огромным трудом. Он очень любил Марию, она оставалась самым дорогим и тёплым воспоминанием. Именно мысли о любимой и её сыновьях помогали Алексею сохранять последние нити разума после проявления Тени.
К Артёму же отец был безразличен. Он не радовался его рождению так, как радовался появлению Виктора или Харитона, потому что мальчика родила нелюбимая женщина. Алексей женился лишь для баланса и восстановления рода — ведь именно он практически уничтожил собственный клан своими руками, не пощадив даже детей. Виктор знал это и искренне сочувствовал младшему брату.
Даже Харитону доставалось меньше, хоть тот и отказывался от тренировок и разговоров об убийствах. Он умел стрелять, но никогда не использовал оружие: ненавидел охоту и жалел животных. Отец вечно кричал на него и называл сопливой девчонкой, но Виктор знал, что сила брата в другом. Харитон был Тенью, и его главная роль — оставаться в тени и дёргать за ниточки. Виктор поделился этими соображениями с отцом, и тот решил пойти навстречу, позволив Харитону развиваться в той области, для которой он был рождён. Эти старания вскоре дали плоды, что не могло не радовать Алексея и Виктора.
Артём, в отличие от братьев, рос агрессивным и задиристым, но быстро отходчивым. В нём странным образом уживались жестокость и милосердие, любовь и ненависть. С раннего детства он метался между добром и злом, что казалось удивительным для наследника Тьмы. В его жилах в равных пропорциях проявлялась кровь отца и матери.
Мальчик делал всё, чтобы Алексей обратил на него внимание, и старался быть лучшим во всём. К своим годам он сражался на ножах даже лучше, чем Виктор в том же возрасте. Артём тренировался день и ночь, мечтая заслужить признание и уважение отца. При этом мать каждый вечер нашёптывала, что братья — его враги, от которых придётся избавиться. Ребёнок вечно разрывался между преданностью Лее и подсознательной тягой к старшим братьям.
Он вытер ладонью слёзы и злобно посмотрел на Виктора, словно пытаясь взглядом доказать свою ненависть. Но тот не обратил на этот выпад никакого внимания. Старший брат подошёл вплотную, опустился на одно колено и крепко прижал Артёма к себе. Мальчик, несколько раз глухо прорычав, всё же уткнулся в его плечо и снова разрыдался.
— Прости меня, брат! — тихо шептал он Виктору в шею.
— Я не злюсь на тебя, Артём. Мы с Харитоном очень тебя любим и никогда не отвернёмся. Что бы ни случилось! Ты наш брат, наша родная кровь, и неважно, что матери у нас разные. Ты наша семья. — Мальчик в ответ еще сильнее сжал парня в объятиях.
— Артём! Какой позор! Быстро! Быстро отойди от него! — заверещала Лея, только что влетевшая в зал.
Она подбежала к ним и рывком попыталась выхватить сына. Но Виктор не просто не позволил ей этого сделать — он спрятал брата за спину и стремительно поднялся, нависнув над мачехой, словно хищник над жертвой.
В свои шестнадцать Виктор вымахал до ста восьмидесяти восьми сантиметров, и стоявшая перед ним Лея казалась совсем крошечной. Она была миниатюрной, едва достигая ста шестидесяти одного сантиметра — очень худая, угловатая, с тонкой талией и почти без округлостей. Золотые волосы шелковым водопадом спускались до самых бёдер, а глаза сияли глубокой сапфировой синевой. Черты её лица оставались удивительно милыми и нежными, несмотря на скверный характер и вечно недовольную гримасу.
Лея невольно сделала шаг назад, испугавшись, что парень её ударит. Но тот лишь глухо произнёс:
— Ты мерзкая тварь, Лея. Если ты ещё хоть раз посмеешь сделать какую-то подлость моим братьям или сказать им хоть слово, я убью тебя. И даже отец не сможет меня остановить, — прошипел ей в лицо Виктор.
Лея побледнела, но не растерялась и ядовито выплюнула:
— Ты и твой братец сами сдохнете скоро. Уж поверь мне, я приложу к этому все усилия.
Артём выбежал из-за спины брата и с силой толкнул мать:
— Замолчи! Хватит! Не смей!
Виктор замахнулся, чтобы ударить её, как вдруг из Тени рядом с Леей возник их отец. Он наотмашь ударил Виктора, а после со звериной силой швырнул Артёма в стену. Женщина, которая минуту назад стояла с торжествующей усмешкой, мигом стала бледнее стены. Она хотела подбежать к сыну, но глава клана мёртвой хваткой сжал её локоть, отчего Лея громко завыла.
— За что ты ударил меня, отец? За правду? Эта женщина пыталась отравлять нас с Харитоном! Она хотела нашей смерти, а сейчас делает всё, чтобы брат нас ненавидел! — кричал на отца Виктор.
— Ложь! Он всё лжёт! Он ненавидит Артёма и ревнует его к тебе! Они нас ненавидят, мы лишние в этой семье! — пыталась выкрутиться женщина.
— Ты посмел замахнуться на мою женщину, Виктор. Она принадлежит мне, и только я могу её касаться — за это ты и получил. А что касается тебя, Лея... Всё это время я был здесь. С самого начала драки Харитона и Артёма. Я всё слышал и видел собственными глазами, — стальным голосом ответил Алексей.
Женщина упала перед ним на колени и начала молить о пощаде:
— Прошу, не убивай его! Только не трогай сына!
Но мужчина не слушал её. Он выпустил свою Тень, и Лея стала задыхаться.
— Я уже не один раз предупреждал тебя и твоего выродка, что я больше не стану терпеть твои выходки. Ты сделала свой выбор.
— Отец, нет! — прокричал жалобно Артём.
Он вскочил на ноги и побежал к Виктору. Упав перед ним на колени со слезами на глазах, мальчик стал умолять:
— Пожалуйста, брат, защити её. Спаси мою маму!
От этого отчаянного плача сердце Виктора не выдержало, и он бросился на отца. Харитон, всё это время стоявший в стороне и просто наблюдавший за происходящим, прокричал:
— Стой, дурак!
Но было уже поздно. Начало конца уже было запущено. Алексей и Виктор схлестнулись в смертельной схватке. Виктор понимал, что отец не простит ему этой дерзости. Парень осознавал: либо он убьёт правителя, либо тот уничтожит их всех. Но в то же время Виктор трезво оценивал свои силы — против Тени отца у него не было шансов.
В стороне от них Лея лежала на полу, задыхаясь и пытаясь откашляться. Артём подбежал к матери и крепко обнял её.
— Прости меня, мой мальчик! Я делала это всё только ради тебя, — шептала женщина.
— Ты правда их отравила? — зло прошипел Артём.
Женщина не ответила. Она лишь виновато опустила глаза. Артём всё понял. Он отпустил мать и тоже отвернулся — его взгляд был полон горького разочарования.
А в это время Алексей и Виктор продолжали яростное сражение.
— Ты защищаешь эту женщину? Ту, что почти убила тебя и твоего брата? — удивлённо спросил отец.
— Я защищаю своего брата! Свою семью! Я ненавижу эту женщину, но я не хочу, чтобы он пережил то, что пережил когда-то я! Ты не убьёшь её у него на глазах! — прокричал Виктор.
— Значит, семья превыше всего? Очень хорошо, сын. Ты не усвоил прежний урок и с годами будешь пожинать плоды. Твоя жалость к этому мальчишке ещё вгонит в твоё сердце не один кинжал. Ну а пока я скажу тебе так: защити его, если сможешь, — с ухмылкой закончил отец.
Виктор почувствовал резкую боль в животе. Отец вогнал в него нож. Перед глазами всё поплыло. Вдали отчаянно кричали Харитон и Артём. Юноша схватился за кровоточащую рану и повалился на бок.
Всё ещё ухмыляясь, Алексей вытащил второй нож и направился к Артёму. В глазах мальчика застыл животный страх, он не знал, куда деться. Алексей снова откинул сына в сторону, словно надоедливую муху, и сделал ещё шаг — туда, где лежала его жена.
Время будто замедлилось. Истекающий кровью Виктор хрипел на полу от боли. Чуть дальше лежал Артём с разбитой головой. Харитон замер у камина в тени, в панике не зная, что делать. А Алексей уже занёс руку с ножом над Леей. Миг — и мужчина пронзил сердце женщины.
Виктор повернул голову в сторону младшего брата и с глазами, полными сочувствия и боли, закричал: «Беги!» В тот же момент Харитон схватил раскалённую кочергу у камина и бросился на защиту младшего. Артём кричал, как дикий зверь, но отец уже переместился к нему через Тень. Мальчик, видя перед собой силуэт отца, от страха закрыл глаза, готовясь принять свою судьбу.
Но тишину разорвал грозный голос Харитона:
— Не смей!
Перед Артёмом возник Харитон с раскалённой кочергой. Замахнувшись на отца, он снова закричал:
— Не смей его трогать!
— И ты туда же? — с удивлением произнёс Алексей.
— Он мой брат, и я буду защищать его! — грозно ответил Харитон.
Артём метнул удивлённый взгляд на среднего брата. Мальчик беззвучно заплакал, но быстро вытер слёзы, чтобы Харитон ничего не заметил. Они никогда не любили друг друга, но Артём в глубине души знал: если с братом что-то случится, он сам без раздумий придёт на помощь. Как бы сильно они ни враждовали.
— Как пожелаешь, Харитон. Хочешь сдохнуть вместе с ним — сдыхай, препятствовать не буду.
Алексей выпустил мощный поток Тени на сыновей, и те начали задыхаться. Затем он повернулся к истекающему кровью Виктору и прорычал:
— Давай, сын, сделай это! Сделай то, что сделал я десять лет назад! Защити тех, кого любишь!
И Виктор сделал это. Глаза юноши полностью почернели, а Тень плотным коконом окутала тело. Он не сумел раствориться в ней целиком, как это делал отец, но скорость его движений возросла в разы. Выдернув из собственной раны отцовский нож, Виктор мгновенно переместился к отцу и вогнал сталь прямо в его сердце.
— Я горжусь тобой, сын... — было последним, что произнёс Алексей, закрывая глаза навсегда.
Глава 10. Кровь моей крови
Виктор быстрым шагом направился в сторону своей спальни. Он набрал нужный номер и стал ждать ответа с другого конца телефона. Гудки длились почти минуту, пока голос не прошипел:
— Ты время видел?
— Собирайся брат. В семь утра мы выезжаем. Я за тобой заеду. — очень чётко и быстро проговорил Виктор.
— Куда тебя чертим Тёмной Матери несут? Ты опять не спишь…
— И да, Харон, свяжись с нашим Ведом сейчас же. Сообщи ему, что завтра к ночи мы будем у него.
— Виктор, что ты задумал?
— У меня не осталось больше времени, брат. Я должен всё успеть сделать. Я должен успеть…
— Хорошо, Виктор, я всё сделаю. Я буду тебя ждать.
Виктор отключился. К завершению разговора мужчина вошёл в свою спальню и запер дверь на ключ.
— «Я должен успеть», — снова про себя повторил Виктор.
Он собрал все необходимые документы, лежавшие в его личном сейфе. Сделав ещё пару звонков, Виктор почувствовал, как резко закружилась голова. А затем он почувствовал, что его органы пронзают тысячи игл одновременно. Мужчина завалился на пол. Его стало рвать кровью. Кровь полилась из его носа, глаз и ушей. Он чувствовал, как его мозг протыкают такие же иглы, как и внутри тела. Он знал, что Тень забирает своё. Ведь Виктор должен был отомстить. Он должен был возродить клан, но он не смог этого сделать. Гордыня и ненависть поглотили его разум. Он не направил их на своих врагов, а использовал лишь во блага себе. Он не развивал свои дары. Не просил у Тёмной Матери о помощи. Он отвернулся от неё, и она отвернулась от него в ответ.
— Умоляю! Дай мне время. Позволь сделать это для моей дочери. Прошу тебя! Дай мне ещё немного времени, и я сам явлюсь к тебе, клянусь! — Виктор пытался кричать, но у него получалось лишь полушёпотом произносить слова. Сперва он думал, что Тень его не пощадит, но спустя минут десять ему стало гораздо лучше. Окончательно прийти в себя, он смог лишь спустя час. На улице уже виднелись первые лучи солнца.
— «Я должен успеть».
В назначенное время Виктор явился за братом, тот уже ждал его во внутреннем дворе своего особняка. Харон был мужчиной средних лет. Ему было сорок три. Рост у него был средний для мужчины, где-то сто восемьдесят шесть сантиметров. Он был одет в хлопковый костюм тёмно-коричневого цвета, а рубашка отливала темно-бордовым. Харон был единственным из клана, кто не одевался постоянно во всё чёрное. Средний брат был шатеном, вдобавок его волосы были с переливом рыжего цвета, который достался ему от их деда. Его отличительной чертой от двух братьев были глаза разного цвета: правый глаз был яркого зелёного цвета, а левый насыщенного янтарного жёлтого оттенка. Несмотря на всю красоту его глаз, взгляд мужчины был тяжёлым и пронзающим насквозь. Мало кто мог его долго на себе выдерживать. Харон не был открытым убийцей, как его братья, но он славился тем, что мог добыть любую нужную информацию или связи для своей семьи. И способы эти всегда были разными: от дипломатии до пыток и отравления. Также он славился своей книгой мёртвых, в которой был список людей, предавших их клан. Все они были убиты либо им самим, либо его братьями. Совсем недавно этот список перевалил за пару тысяч. Многие считали его демоном, отсюда он и получил своё сокращение от имени. Харон сел в машину Виктора без лишних вопросов. Увидев лицо брата, он понял, что времени у них, действительно, мало. И нужно срочно попасть на встречу с Ведом их клана на этот лунный цикл.
Спустя пятнадцать часов езды, Виктор с Хароном приехали в замок Ведов. Это было очень древнее строение, основанное ещё в начале зарождения кланов, примерно тысячу лет назад. Замок Ведов располагался на хребте высотой 90 метров, вдоль реки Лоз. А вокруг были сплошные леса. В низине хребта, неподалёку от замка, находилось лишь одно поселение. Там жили остальные представители Ведов. Жители вели практически закрытый образ жизни. Чужакам там редко позволяли поселяться, но исключения всё же были для того, чтобы «разбавить» их собственную кровь. Тем самым Веды исключали рождение больных детей. Жители поселения, как и служители замка жили по общепризнанным правилам Ведов. Нарушения этих правил карались достаточно жёсткими наказаниями, вплоть до изгнания или смертной казни.