Жизнь Марпы-переводчика

Ты в одно мгновение узрел истину.

Склоняюсь к твоим стопам, Шри Джнянасиддхи.

Я, переводчик, новичок из Тибета,

Благодаря кармической связи с традицией духовной практики

Встретил тебя, махапандит Наропа.

Я изучил «Хеваджра-тантру», известную своей глубиной.

Ты дал мне суть, Махамайю.

Я получил внутреннюю суть, Чакрасамвару.

В общем, я извлек внутреннюю суть из четырех классов тантры.

Как подарок матери Субхагини,

Чей поток благословений не иссякает,

Ты передал мне четыре абхишеки.

Я породил незагрязненное самадхи

И обрел уверенность в нем за семь дней.

Солнце и луна, жизненная сила и опускание6

Были заключены в обители тихого пространства.

Опыт самосуществующей вместерожденности —

Блаженство, ясный свет и отсутствие мыслей —

Возникли в моем сердце.

Смятение обычного сна

Было постигнуто как природа пути ясного света.

Движения ума – цепляние [за объекты восприятия] и обусловленность [двойственностью] —

Растворились в простоте дхармакаи.

Внешнее – эта иллюзорная выдумка —

Было постигнуто как нерожденная махамудра.

Внутреннее – сознание ума, —

Как бы встретив старого друга,

Постигло свою собственную природу.

Подобно сну, увиденному немым,

Подобно экстазу, испытываемому девственницей,

Неописуемый смысл был познан.

Наропа, ты очень добр.

Раньше ты давал мне благословения и абхишеки,

Пожалуйста, снисходи до меня.

Так Марпа преподнес в дар свое постижение.

Махапандит Наропа положил свою руку на голову Марпе и пропел песню об устных наставлениях.

Ты, Марпа Переводчик из Тибета!

Не делай восемь мирских дхарм целью своей жизни.

Не будь пристрастен к себе и другим,

Не порождай двойственного восприятия.

Не клевещи на друзей и врагов.

Не сбивай других с пути.

Изучение и созерцание – факел, освещающий тьму.

Не попадайся в ловушки, которые расставлены на пути освобождения.

Раньше мы были гуру и учеником;

Храни это и впредь, не порть эти отношения.

Драгоценность своего ума

Не кидай в реку как глупец.

Оберегай его заботливо, не упуская из виду,

И ты достигнешь исполнения всех желаний и осуществишь все намерения.

Наропа сказал много добрых слов, чему Марпа был очень рад. Марпа дал обет, что вернется к Наропе, и отбыл в Тибет.

Получив абхишеки и устные наставления, Марпа возвращается в Тибет

Провизия у Марпы закончилась, так как его запасы остались у Нё. Они встретились в условленное время и вместе отправились домой. Нё задумался: «Несмотря на то, что у меня было больше золота, он, похоже, ученее меня», – и злые, завистливые мысли возникли у него. Нё ехал с двумя друзьями-пандитами – ацарой и еще одним – которые несли его книги и вещи. Марпа же сам нес свои книги в узле. Нё сказал ему:

– Неправильно, что такой великий лоцзава сам несет свои вещи. Путь ацара понесет твой узел.

Позже Нё втайне от Марпы подкупил ацару, сказав:

– Скинь книги Марпы в воду, как будто нечаянно.

Когда лодка достигла середины Ганга, ацара скинул книги Марпы в воду. Марпа понял, чьих это рук дело, и подумал: «Искать в Тибете золото – сложная задача. Искать в Индии гуру – сложная задача. Нет ничего более ценного, чем учения и наставления, а сейчас они пропали. Прыгнуть, что ли, за ними в воду?» Он всерьез помышлял об этом, но успокоился, вспомнив устные наставления гуру. И хотя у него не было намерения мстить Нё, он сказал ему:

– Это твоих рук дело.

– Это не я, – ответил Нё.

Как только лодка причалила к берегу, Марпа схватил ацару и пригрозил, что пожалуется царю. Ацара тут же признался во всем. Тогда Марпа спел для Нё укоризненную песню:

Послушай меня, спутник, встреченный согласно силе кармы.

Ты тот, с кем я согласился путешествовать.

В общем, ты вошел во врата дхармы.

В частности, тебя считают лоцзавой, пандитом и гуру.

Со злыми намерениями ты сел в лодку.

Даже если ты не можешь принести кому-нибудь пользу,

В общем, ты не должен вредить другим,

В частности, вредя учению Будды,

Ты навредил мне и всем живым существам.

Как ты решился на такое?

Мыслями и поступками, исходящими из пяти ядовитых клеш,

Вместе с моими книгами ты утопил

Славу, которую тяжко зарабатывал, свое золото и святую дхарму.

Я не думаю о материальных ценностях,

Но эти особые учения нужны людям.

Я печалюсь оттого, что теперь люди не смогут извлечь из них пользу.

Тем не менее, благодаря их искреннему применению и изучению

Дхарма смешалась с моим умом.

Я ясно вспоминаю их слова и смысл.

Возвратившись в Индию еще раз,

Я должен буду только спросить о них

У махапандита Наропы и других гуру-сиддхов.

Не пристало тебе больше называть себя

Гуру, учителем дхармы и лоцзавой.

С сожалением и раскаянием возвращайся к себе на родину.

Раскайся в своих злых деяниях и понеси строгое наказание.

Думая и действуя так, как ты только что сделал,

И гордясь тем, что ты гуру,

Ты сможешь обмануть нескольких дураков,

Но как ты поспособствуешь

Созреванию и освобождению достойных?

Обладая драгоценным человеческим телом,

Которое так трудно обрести,

Пожалуйста, не культивируй зерен трех скверных миров.

Так пел Марпа.

Нё сказал:

– Не беспокойся. Я одолжу тебе свои книги и ты сможешь снять с них копии.

Марпа сказал:

– Не знаю, дашь ты мне свои книги или нет, но если даже дашь, они бесполезны, поскольку наши гуру и устные посвящения различны. Твоим книгам я предпочитаю то, что у меня в голове.

Хотя Марпа думал о том, чтобы быстрее вернуться в Индию, позже он сказал:

– Одолжи мне свои книги, как предлагал.

Когда они прибыли в Непал, Марпа подумал: «Идя с Нё, я лишь накапливаю плохую карму», – и сказал Нё, что дальше пойдет один.

Когда они расставались, Нё сказал:

– Не рассказывай никому о том, как ты потерял книги в воде. Приходи ко мне за книгами.

Марпа пообещал, что так и сделает. Нё первый пересек непальско-тибетскую границу. Там он послал гонца домой, чтобы его слуги подготовили встречу. Когда слуги прибыли, он отправился с ними в Кхарак.

Марпа повстречал гуру Читхерпу и друзей по дхарме во главе с другом Белым Хаду, который устроил Марпе замечательный прием. Они сказали:

– Как замечательно было услышать от тебя песню Нё без всякого гнева, даже когда он из зависти сбросил твои книги в воду. Твоя медитативная практика дала свой эффект; это знак того, что ты породил непревратное, верное воззрение. Пожалуйста, спой нам песню высшего воззрения, используя свои, а не взятые из книг слова.

В ответ на просьбу Марпа спел им такую песню:

О святой гуру, что ведет учеников,

И вы, возглавляемые Белым Хаду,

Завершившие изучение сутр и тантр,

Послушайте-ка тибетскую песню.

Высший взгляд – это нечто особое,

Неделимое и непребывающее.

Это сознание Победоносных трех времен.

Тех, кто пытается разделить упаю и праджню,

Нужно удержать от ловушки крайностей.

Трудно выступать перед такими учеными, как вы.

Я не пел эту песню раньше, и она может не получиться.

И все же послушайте, и я спою вам о шастрах.

Говорят, что избегать цепляния за вещи, как за реальность —

Единственный способ устоять перед полчищами Мары.

Поймите, что цепляние – причина помрачения.

Оставьте попытки достичь славы,

Которую приносит наличие слуг и личные достоинства.

Невежественные верят, что пустота – это ничто.

Крайность нигилизма разрушает накопление заслуг.

Жаждущие цветов на небе

Разрушают урожай заслуг

Градом превратных взглядов.

Нужно знать свойства пространства.

Все, кто не понял пустоты,

Считают несуществующее существующим.

Превратный взгляд заставляет принимать мираж за воду.

Незнание истины – причина сансары.

Читтаматрины и еретики, вроде санкхьев и прочих,

Утверждают, что упая и праджня раздельны,

И у каждого из них свое обоснование.

Но это все равно, что утверждать, будто мертвое дерево может цвести.

Непребывающая истина свободна от допущений,

Знание этого – праджняпарамита.

Не пребывающее в крайностях сансары и нирваны,

Сострадание обладает природой пустоты

И объединяет упаю с праджней.

Это самосуществующая вместерожденность.

Точно так же я понимаю,

Что «единство пустоты и блаженства»

И «единство пустоты и ясности»

Не различны между собой.

Неконцептуальное сострадание

И изначальная природа пустоты

Нераздельны в природе простоты.

Понимайте все дхармы именно так.

Что касается воззрения, которое можно выразить словами,

То рассматривайте его как объект привязанности.

В соответствии с общепринятым взглядом

Обретите уверенность в причине и результате кармы.

Они не износятся и за сотню кальп.

Так сказано великим мудрецом.

Люди без сострадания подобны прожаренным кунжутным зернам.

Смогут ли они прорасти?

Если нет основы, как могут возникнут какие-то свойства?

Поэтому такие люди не могут вступить на путь махаяны.

Так сказал величайший мудрец Нагарджуна.

Бесполезно давать святую дхарму

Человеку, у которого нет правильного взгляда на объекты ума.

Он что шелуха без зерна.

Так говорит Марпа Лоцзава.

Вы, чьи сердца открыты для истины мудрости,

Пожалуйста, простите меня, если я сказал что-то не то.

Так пел Марпа.

Непальский гуру Белый Хаду и все остальные возрадовались песне.

Сон Марпы о Сарахе

По дороге в Тибет Марпа прибыл в деревню Лишокара, что на границе Непала с Тибетом, где брали высокие таможенные пошлины. Марпу задержали там на несколько дней. В последнюю ночь он видел сон, в котором дакини подняли его на паланкине и понесли на юг на Шри Парвату. Там Марпа встретил Великого Брахмана Сараху, который благословил его тело, речь и ум. Сараха преподал ему признаки и смысл дхармы сущностной истины – махамудры. Незагрязненное блаженство пробудилось в теле Марпы, непревратное постижение – в сознании, так что сон его был исполнен безмерного блаженства. Даже проснувшись, он не забыл того, о чем говорил Сараха. В восторженном состоянии Марпа отправился в провинцию Манг, где около дух месяцев оставался в Лангпокхаре, проповедуя дхарму.

В Цанге в Кьерпху князь Локья ушел из жизни, оставив наследником своего старшего сына. Услыхав, что Марпа находится поблизости, князь послал гонца в Кьитронг, чтобы пригласить Марпу в Кьерпху. Марпа принял приглашение, назначил время встречи и отослал гонца обратно. Люди Палкху сопровождали его от озера Лхацо Синцо, и по прибытии в Кьерпху он был тепло принят. За месяц Марпа передал множество наставлений по дхарме.

На десятый день растущей луны справляли ганачакру на празднике даков. За трапезой князь сказал гуру Марпе:

– Гуру, мы с отцом и раньше принимали тебя тепло. Но теперь я делаю это один, поэтому прошу тебя сегодня на этой ганачакре порадовать нас песней, которую ты не пел раньше, песней, объединяющей слова и смысл.

Марпа ответил:

– Прошлой весной я шел из центрального Непала в место, куда можно дойти пешком, лишь раз остановившись на привал. Там, в диком местечке под названием Лишокара, берут очень большие таможенные пошлины. Я оставался там несколько дней. Как-то во сне пришли ко мне женщины, доподлинные существа в одеждах брахманских дочерей, и сказали: «Идем на юг, к Шри Парвате», – и понесли меня туда. Было похоже, что во сне я встретил самого Великого Брахмана. В то время я услышал сущностную истину, пропетую Великим Брахманом, которая не может быть измышлена умом».

Затем Марпа запел, и мелодия песни была похожа на раскинутые крылья парящего гаруды. Это величественная песня, ваджрная доха, которая проникает до самого сердца:

В этот славный и благоприятный день растущей луны,

Праздник десятого дня,

Во время пожертвования пищи дакам

Сын, непоколебимый в самае,

Ты, правитель Локья, попросил:

«Спой песню, которую раньше никогда не пел».

Я долго путешествовал,

Мое тело изнурено усталостью.

Поэтому эта песня будет не очень мелодичной

И, возможно, не сильно восхитит тебя,

Да и не такой уж я умелый сочинитель.

Но поскольку нет никого ценнее тебя, мой друг,

И поскольку я не могу отказать такому важному лицу,

Я спою удивительную и неслыханную песню —

Песню слов и мыслей Владыки Брахмана.

Вы же, монахи и тантристы, сидящие здесь,

Внемлите и примите ее в свои сердца.

В третьем месяце прошлой весны

Шел я из центрального Непала.

Мне оставалось пройти путь

От последнего привала,

И я прибыл на непальскую таможню.

Это город людей низкой касты.

Таможенники обирают любого, кого встретят,

И задерживают беззащитных странствующих тибетцев.

Поневоле и я был вынужден остаться там на несколько дней.

Однажды ночью, когда я был погружен в легкий сон,

Две красивые брахманки,

Доподлинные существа в брахманских одеждах,

Смущенно улыбаясь и глядя на меня искоса,

Пришли ко мне и сказали:

«Ты должен отправиться на юг, на Шри Парвату!»

Я сказал: «Я там ни разу не был,

Я даже не знаю дорогу».

Они ответили: «Брат, тебе и не надо ничего делать,

Мы отнесем тебя на своих плечах».

Усадив меня на сидение полотняного паланкина,

Они подняли меня в небо подобно зонтику.

В этом сне я в мгновение ока

Оказался на юге, на Шри Парвате.

В прохладной тенистой роще из деревьев плакша

На троне из тела тиры

Восседал владыка Сараха, Великий Брахман.

Никогда не видал я такого волшебного великолепия.

Рядом стояли две царицы,

Сам брахман был украшен кладбищенскими украшениями,

Он сиял радостью.

«Добро пожаловать, сын», – сказал он.

Увидев его, я преисполнился радости.

Волоски на моем теле встали дыбом, и я разразился слезами.

Я семь раз обошел вокруг него и совершил полное простирание.

Я положил его ступни себе на голову

И взмолился: «Отец, снизойди до меня».

Он благословил мое тело своим телом:

Когда он прикоснулся рукой к моей макушке,

Я почувствовал, как меня наполняет неописуемое блаженство.

Подобно опьяненному слону

Я оставался совершенно неподвижен.

Он благословил мою речь своей речью:

Львиным рыком пустоты

Он говорил без слов.

Я приобрел неописуемый опыт,

Подобный сну немого.

Он благословил мой ум своим умом,

И я постиг вместерожденную дхармакаю,

Которая не появляется и не исчезает.

Подобно трупу на кладбище,

Я обрел опыт отсутствия мыслей.

Затем чистая речь, дарующая великое наслаждение,

Возникла из сосуда его драгоценных уст.

Речью, полной знаков, с мелодией Брахмы

Он спел эту ваджрную песню,

Которая показывает всё как есть,

Подобно чистому небу без единого облачка.

Так я услышал эти нерожденные слова:

«Намо! Cострадание и пустота неразделимы.

Этот непрерывный глубинный поток ума

Есть изначально чистая таковость.

Пространство видно во взаимодействии с пространством.

Пока корень остается на месте,

Сознание несвободно.

Во время медитации на этом последующие мысли

Не смешиваются с предыдущими.

Когда воспринимаешь мир явлений как природу ума,

Медитация не нуждается ни в каком ином противоядии.

Природу ума невозможно измыслить.

Пребывай в этом естественном состоянии.

Узрев эту истину, ты освободишься.

Действуй как варвар, как ребенок.

Будь беззаботным, ешь мясо, безумствуй.

Подобно бесстрашному льву

Пусть слон твоего ума свободно блуждает.

Взгляни, как пчелы летают среди цветов.

Когда не считаешь сансару неправильной,

Не существует достижения нирваны.

Это путь обычного ума.

Пребывай в естественной свежести.

Не думай о действиях.

Не отклоняйся в сторону, не держись одного направления.

Смотри в самую сердцевину пространства простоты».

Выход за пределы истощения дхарматы

Есть сущностная истина, вершина всех воззрений, махамудра.

Это проникающее в суть ума символическое объяснение

Я услышал из уст Великого Брахмана.

В этот миг я проснулся.

Я был захвачен железным крюком

Этого неизгладимого впечатления.

В темнице сна неведения

Открылось воззрение интуитивной мудрости,

И солнце взошло в безоблачном небе,

Устраняя тьму неведения.

Я подумал: «Даже если я встречу будд трех времен,

Мне уже нечего будет спросить у них».

Это был убедительный опыт,

Двойственное мышление было исчерпано, какое чудо!

Эма! Предсказания йидамов и дакини

И глубокая истина, рассказанная гуру, —

Хотя меня просили никому не говорить об этом,

Сегодня я не смогу удержаться.

До сего дня я никогда не говорил об этом.

Так слушайте же мои слова и повторяйте их впредь!

Я тот, кто долго странствовал

Без близких друзей и родственников.

Теперь, когда мое тело устало и изголодалось,

Сын, то, что ты сделал, останется в моей памяти.

Я не забуду этого, это произвело на меня сильное впечатление.

Мой сердечный друг, твоя доброта вознаграждена.

Владыки, пребывающие наверху, гуру,

Святые йидамы, дарящие сиддхи,

И дхармапалы, расчищающие препятствия,

Пожалуйста, не браните на меня.

Пожалуйста, простите меня, если я сболтнул что-то лишнее.

После того, как песня была спета, князь Локья узрел учителя Марпу в облике самого Будды.

По дороге в Лходрак Марпа зашел в дом Нё в Кхараке за книгами, чтобы снять с них копии.

– Мне нужны тексты, – сказал он.

Нё пожертвовал Марпе один санг золота и мандалу, сказав:

– Ты очень хорошо знаешь Махамайю. Тебе не нужны эти тексты. Ты излагаешь Махамайю и другие учения материнской тантры. Я же буду излагать Гухьясамаджу и другие учения отцовской тантры.

Таким образом, Нё отказал Марпе в его просьбе сделать копии текстов.

После этого Марпа отправился в Лходрак, горя желанием скорее вернуться в Индию. Его отец и мать уже умерли, но учитель и старший брат приняли его радушно. Поскольку Марпа был раньше его учеником, учитель не стал просил у Марпы никакого учения, хотя и уважал его знание дхармы. Кроме того, никто из родственников, слуг и местных жителей не просил Марпу об учении и не поклонился ему, хотя все они очень уважали его и доверяли ему. Некоторые люди пришли в Лходрак издалека, чтобы попросить учения и абхишеки. Было много и тех, кто делал ему подношения простираниями и подарками.

Так завершилось первое путешествие Марпы в Индию.