Фантом мести. Мистический триллер

Глава 4. «Маленький Принц»

Дорогой Дневник. Вот, решила дописать уж все события сегодняшнего вечера. Я всё-таки высказала отчиму, что уже достаточно большая, чтобы иметь наконец комп или хотя бы телефон. Но он похоже не впечатлился. «Выросла доча! Взрослая совсем!» И это с ехидной улыбочкой. Ясно же, считает меня несмышлёным ребёнком. И хуже всего, что мама такого же мнения. «Ей двенадцати не дашь!» Ох… Милый Дневник, ты не видишь, но я сейчас провела рукой по своим выпирающим рёбрам. Действительно. Может мне надо побольше есть? Завтра попробую.

И всё же не хочется расставаться с мечтой, да ещё накануне своего Дня Рождения. А оно будет только завтра. Заранее не поздравляют. Может они ещё подарят?

Почитаю перед сном «Маленького принца» Экзюпери. Как мне нравится эта сказка! Поэма.

«Так я жил в одиночестве, и не с кем было мне поговорить по душам.» Это прямо про меня.

«– Знаешь… когда станет очень грустно, хорошо поглядеть, как заходит солнце…» И это тоже. Я обожаю любоваться закатом. Как я рада, что мне его видно в окно. Небо раскрашивается в разноцветные полосы, а солнце становится огромным и ярко-красным…

«Да, право же, взрослые очень, очень странный народ». Ну как с этим не согласиться?

А какой Принц красивый! На картинке у него жёлтые волосы, но на самом деле они конечно очень светлые. Он блондин. У него синий плащ с красной подкладкой, звёздочки на плечах…

А-ах… Спать хочется. Спокойной ночи, Дневник. Увидимся завтра.

Вот и наступило это завтра. Теперь уже сегодня. Поздравь меня, Дневник, мой новый друг. С Днём Рождения, Анжелочка!

А какой мне сон приснился! Маленький Принц собственной персоной! Только он был совсем не маленьким. А почти взрослым парнем. Точнее моим ровесником и каким! Высокий, красивый, со спортивной фигурой. И прекрасными голубыми глазами!

Но мне некогда, надо бежать в школу. Учиться в такой день… Зато я увижусь с друзьями, и они меня поздравят!

Пока!

Глава 5. Встреча с Принцем

7 сентября.

Пишу после школы. И… после празднования моего Дня Рождения у Томы!

Ура! Ура! Ура!

Я получила подарки! Вот он – мой подарок, грызёт мне палец – это котёнок. А второй… Тебе, Дневник, моему лучшему другу, я могу признаться – конечно же Главный Подарок – это встреча с Ним!

Нет, Этот День я должна запечатлеть во всех подробностях! А вдруг забуду? Разумеется, никогда! Ни за что в жизни! Но… Мне очень хочется ещё раз вспомнить всё, каждую минутку! Слушай!

Утром, по дороге в школу я как обычно попрыгала по классикам. Ой, они же, наверное, видели! Но я не знала! Иду по скверу, останавливаюсь у своего дерева и как всегда здороваюсь с моей Звездой:

– Здравствуй Звёздочка.

И вдруг слышу за своей спиной:

– А как она называется?

Я аж подпрыгнула. Оборачиваюсь и… Молния! Не помню, был ли гром, но сияющие разряды пролетели от меня к Нему, вернулись и вонзились… в глаза, в грудь, в сердце. Откуда они взялись? Может их метнули его голубые, как небо, глаза? Но когда я смогла дышать, заметила, что глаза светятся добротой и нежностью. Он улыбался мне. И я смогла выдавить из себя:

– Наверное, это Венера.

И тут между нами всунулась тёмная лохматая голова невысокого тощего пацана и прошлёпала красными мокрыми губами:

– Ты чо! Венера не звезда!

– Знаю, это планета, – пролепетала я, сгорая со стыда, вдруг ОН подумал, что я глупая!

И тут лохматый выдал:

– И никакая не планета. Статуя она! В музее! У неё ещё эта, руки от старости отвалились. Потому что дряхлая очень.

– Древняя, – поправил ОН.

Мы переглянулись и засмеялись, потому что догадались, что этот тип имел в виду Венеру Милосскую.

– Ага, – охотно согласился недотёпа и продолжил:

– А я тебя знаю, ты Анжела из девятого «а». А мы с Лёхой бешники. Он ко мне в подъезд из другого города летом переехал.

Вот вроде глупость сморозил, а сразу всё понятно стало. Его зовут Алёша. Как жаль, что он из параллельного класса! Вот бы мы учились в одном! Вдруг слышу, меня окликает с перехода Тома:

– Анжела, привет!

Я помахала рукой ей и мальчишкам: Игорю и Андрюсу. А к переходу подходили ещё Лука и вся его компания: Зыба, Профессор, Жора, Ксюша, Ира и Зоя – мои одноклассники. Загорелся зелёный, и тут успел подскочить ещё и Вовчик. Они стали переходить дорогу. А я почувствовала, что о мою ногу кто-то трётся, гляжу – котёнок. Откуда только взялся? Хотела его погладить, а он вдруг как зашипит, как прыгнет в сторону, как припустит! Оглянулась, а к нам несётся страшный пёс! А за ним топает здоровенный мордоворот и науськивает его:

– Куси его, Бэбс!

Я сразу поняла, что у малыша нет шансов, зверюга разорвёт бедняжку на части, и рванула за ними. Пёс загнал котёнка в угол. И что ты думаешь сделал крошка? Сдался? Как бы не так. Малютка поднялся на задние лапы, зашипел и принялся отмахиваться от собачищи своими крошечными лапками с растопыренными коготками! Пёс даже опешил. На секунду. Отдёрнул морду. Но в следующее мгновение уже сунулся цапнуть, только я не дала – подсунула ему в зубы свой рюкзак и закричала:

– Брысь! Кыш! Не смей!

Ну и всё в таком духе. А пёс как зарычит, как вцепится в мой рюкзак, вырвал его у меня из рук и в сторону откинул. И вдруг вижу его пасть у своего лица! С зубов пена капает!

А его ненормальный хозяин вопит:

– Фас! Куси её, Бэбс!

Я в сторону, да куда там. И тут чей-то рюкзак врезается прямо в оскаленную морду псины! Это Алёша за меня вступился. Отбивается от бешеного цербера, но тот рвёт и мечет, того гляди Алёшу искусает. Тот друга своего зовёт:

– Ряба, помогай!

Но Ряба, похоже, своё прозвище от курицы получил, кудахчет в сторонке, а приблизиться боится. На наше счастье Лука с ребятами подоспели. Вовчик бесстрашно вцепился в собачий хвост и попытался оттянуть пса. Тот извернулся, чтобы цапнуть, но встретил удар ботинком под ребра. Это Лука постарался, а потом ещё ему добавил: в зубы и по уху, а затем в живот. Ну, ты знаешь, ой, ты же не знаешь, как Лука дерётся! Он специально ходит в тяжёлых берцах. Его все местные пацаны боятся и уважают. Говорят, он связан с какими-то «деловыми». Но он наш друг с детства, и пусть и второгодник, нормальный парень, не хамло, ведёт себя по-джентльменски, даже старается не ругаться в моём присутствии и других одёргивает. Этого новенького Жорика, например. Зачем они только приняли его в свою компанию! Скользкий типчик. Сынок богатенького папашки, мажор, они приехали летом из другого города. Зойка, которая до этого мутила с Профессором, сразу запала на Жорика, а тот и рад. Профессор делает вид, что ему по барабану, а на самом деле страдает, я же вижу, без конца поправляет свои очки, когда на них глядит, он так делает, когда волнуется. Ну, это я отвлеклась.

Я подхватила котёнка, Тома обняла меня:

– Ну ты даёшь, подруга!

Вовчика пёс, однако, успел куснуть, и мальчишки ему за это ещё добавили, да так, что тот от испуга навалил кучку. Ребята засмеялись. И тут налетел хозяин псины:

– Сволочь! Ур-рою!

И замахнулся кулаком, с намотанной на него цепью-поводком, на Луку. Тот, пригнувшись, ушёл от удара, увернулся от последующих. Этот урод встряхнул рукой, высвобождая цепь, метнул в Луку. Лука уклонился, прыгнул. Но цепь всё-таки задела его ногу. Лука упал. А психопат заорал:

– Придушу!

Выбросил цепь. Лука попытался уклониться, но цепь почти захлестнула его шею! Однако Зыба успел подставить палку, и конец цепи обвился вокруг неё. Подскочил Профессор и помог ему удерживать прут. Бугай, как дёрнет цепь! Ребята упали, не выпуская, однако, палки из рук. Алёша вцепился в цепь руками, ему бросились на подмогу Андрюс и Игорь. А этот противный Жорик спокойненько закуривает и болтает с предательницей Зойкой в сторонке. Но тут поднимается Лука, тоже хватается за цепь, кивает, и ребята все вместе как дёрнут! И вырвали цепь из рук негодяя.

Я не выдержала и крикнула этому гаду:

– Как вам не стыдно?

А он… поднял растопыренную пятерню и попытался толкнуть меня ею прямо в лицо!

– Ты, су…

Не буду повторять. Что тут началось! Лука крутится на носке, выбрасывая вторую ногу, Вовчик пинает мерзавца в голень, Зыба с Профессором набрасывают цепь на его руку, Алёша толкает мордоворота в бок. Ботинок Луки влетает в подмышку отморозка, Вовчик врезается ему под коленку, Алёша упирается в толстый бок руками, цепь обвивается вокруг руки сволочуги, Зыба и Профессор дёргают её. Гад теряет равновесие, заваливается на бок и грохается на асфальт! И апофеоз: лицо подлюки над кучкой, наваленной его собакой. Ксюша и Ира поднимают ножки в туфлях на железных шпильках (тоже нехилое оружие) и одновременно опускают каблуки на ягодицы сволочи. Тот как заорёт:

– О-о-о-о-о!!! Бля-а-а!..

Но тут Зыба и Профессор бросают цепь на его затылок, и поганец утыкается разинутым ртом прямо в тёпленькую кучку!

Тут Профессор поправляет очки и, укоризненно помахав ему пальцем, делает замечание:

– Ругаться нехорошо, здесь дамы.

Мы чуть не попадали со смеху. Лол! Наши «дамы»: Ксюша, Ирка и Зойка – могут такого выдать при случае! Тома тоже умеет, но при мне сдерживается и другим не разрешает. А уж наш Профессор… С виду он типичный интеллигент, высокий, худой, в очках, вежливый и тихий. Но в случае необходимости превращается в… зверя! Недаром же он – лучший друг Луки. Зыба, правда, ещё круче, с виду мелкий, но сильный и отчаянный.

Негодяй пыхтит, с трудом поднимается, отплёвывается, но пытается гнать волну:

– Вы меня ещё узнаете!

Но Лука знает правила общения с подобными личностями:

– Двигай отсюда, быром! И блохоноску свою не забудь!

Ну, тот посопел и убрался подобру-поздорову. А Зойка сообщила:

– Я этого типа знаю. Они со своим кабыздохом всех кошаков в нашем микрорайоне передушили.

Мне так жаль котёночка стало! Бедный! А тут ещё Зыба высказался:

– Ну всё, конец котяре.

– Нет! – я прижала пушистика к груди.

– А ты возьми его себе, – предложила Ксюша.

– Звёзды шлют тебе подарок, – поддержал её Алёша.

Я заглянула в голубые глаза Алёши и согласилась – ещё какой!

Потом мы оба посмотрели в небо, но звезда куда-то исчезла.

Глава 6. Первый танец

Даже рука устала писать. А ведь это только начало. Сбегала попить чаю. Продолжу.

Котёнка пришлось запихнуть в рюкзак. Он сначала расчихался, возился, я боялась, что учителя заметят, но потом затих, заснул, наверное. А на последнем уроке (как назло математики) проснулся. Потихоньку вылез в дырочку, которую я оставила, чтобы он не задохнулся, и пошёл гулять по классу. Нашёл время, глупыш. Думаю, другие преподы не стали бы поднимать шум, но Фёдор Павлович! Вроде не такой ещё старый, однако уже обрюзгший, неряшливый, занудный. Обожает расхаживать по классу и ВЕЩАТЬ, то есть ПРОСВЕЩАТЬ и ВОСПИТЫВАТЬ нас. К сожалению, имеет дурную привычку останавливаться возле нашей третьей парты в среднем ряду со стороны Томы (первый вариант, а я, вот удача, сижу на втором), привалится к ней бедром и принимается долдонить, какие мы все недоумки. Тома мне потом сообщает:

– Сегодня он позавтракал гороховым супом.

Фу!

Так вот, остановился как всегда у нашей парты и злоехидствует:

– Вы все сплошные идиоты! Тупицы! Тьфу! За место под солнцем необходимо бороться! Рвать когтями и зубами! Да куда вам, толпа болванов!

И угораздило же меня поднять глаза на гремучего змея. Он тут же ядом плюнул:

– Вот некоторые здесь ещё списывать другим дают, навоображали о себе невесть чего… фиалки… на поле… дур-ры! В этом мире выживает сильнейший!

Я покраснела как помидор, поздравил с Днём рождения! Вовчик, он сидит у окна через ряд, на меня сочувственно глядит. Он постоянно на меня смотрит. Ребята оглядываются. Вдруг меня Тома толкает – по проходу мой котёнок бежит! Ну, думаю, сейчас этот брюзга выгонит его из класса, и малыш потеряется. К моей великой радости «просветитель» его не заметил, дальше пошёл, а кися понёсся к шкафу у задней стены, ловко забрался на него и спрятался за цветочными горшками.

И тут Фёдор Павлович как специально подходит к этому шкафу, встаёт у задней парты, в упор разглядывает Ксюшу и Иру и изрекает:

– Вы все сплошные нули! Намазюкаются, думают, прикрыли свою пустоту! Но знайте, всегда найдётся фактор, который сорвёт с вас показную личину и обнажит вашу истинную сущность!

Подкрепляя свою мысль, резко рубит рукой и задевает свесившуюся лиану. Испуганный котик сваливается ему на голову. Передними лапами крепко вцепляется в густые тёмные волосы математиша, задними царапает его по лицу. Учитель в панике хватает зверька, поднимает над головой и тут – о!!! Всем открывается страшная тайна, до сих пор тщательно скрываемая злым троллем, а как его ещё назвать, ведь его любимое занятие всех нас троллить! Оказывается, он почти лысый! На голове бугристая пятнистая пустыня, практически без оазисов, так, кое-где пробиваются редкие седые волосинки!

Котя пищит, извивается, чёрный парик болтается в его лапах, срывается, плюхается на лысину, скользит по лбу, наезжает на глаза и нос Фёдора Павловича, он дёргается, выпускает зверька из рук, тот падает ему на грудь, цепляется за нагрудный карман пиджака, из кармана вылетает сотик, ударяется о парту и по классу разносится женский сюсюкающий голос:

– Ты готов, мой краснозадый павианчик?

– Что… это? – в ужасе бормочет в настоящий момент краснолицый «павианчик».

– Это фактор, – не выдерживает Лука.

А Профессор поясняет:

– Обнаживший истинную сущность.

От нашего хохота чуть потолок не обвалился.

Опозоренный КП (Краснозадый Павианчик, ты ведь понимаешь, что отныне эта кличка приклеилась к нему намертво?) сбежал, прикрывая ладошкой лысину, не дожидаясь звонка. Весь класс дружно бросился поздравлять меня. Героя дня зацеловали и затискали, я даже испугалась за своего котичку!

А мы всей компашкой пошли к Томе, отмечать мой День рождения. Ко мне нельзя, даже Тома забегает лишь изредка пока отчима нет дома. Настроение у всех было прекрасное.

Это счастье, когда у тебя есть друзья, с которыми ты можешь разделить свою радость. Но мне так хотелось увидеть Алёшу!

И он пришёл! Вместе с Андрюсом и Игорем, они ведь теперь учатся в одном классе. А хвостиком к ним прицепился и Ряба. У меня голова закружилась от счастья. Я даже не помню, как мы очутились в доме у Томы. Очнулась только во время танца. С Ним.

Шторы задёрнуты, полумрак. Горят свечи, мигают огоньки аппаратуры. Звучит нежная мелодия и я плыву…

Ах!..

Но потом врубили быструю музыку, и пошло веселье! Мальчишки ведь накупили шампанского, вина и пива. Даже мне по ошибке налили в бокал шампанского. Я отхлебнула, похоже на лимонад, даже не сразу поняла, но щиплет и немного горчит. Однако Тома стояла на страже:

– Кто подсунул ей шампанское?! Вовчик, неси лимонад!

И тут из Жорика вылезло его хамское нутро:

– Какого…

Не успел договорить из-за тычка Томы.

– За языком следи!

– Не понял. Что за ху…

И по лицу схлопотал! Как ему это не понравилось! А поскольку он новенький и наших правил не знает, решил Тому проучить. Но успел только замахнуться. Игорёк его руку перехватил. Андрюс в грудь ткнул, правда не сильно. А Зойка просветила язвительно:

– Анжелочка у нас особенная: не пьёт, не курит, не ругается. Ангел, блин. А Томка её верный страж, охраняет её чистоту и непорочность.

– Вот именно, она – Ангел! И только попробуйте её обидеть, будете иметь дело со мной! – Тома рвалась в бой, не привыкла, что её не слушаются всякие тут.

– Да кто ты такая… – начал было Жорик. Но ребята дружно объяснили ему, как он не прав.

За Томкой ведь стеной стоят Андрюс и Игорь. Как-то так сложилось с детсадовского возраста, что мы дружим. Мы – это я и Тома, и мальчишки: Игорь и Андрюс. Насколько мы с Томой разные, настолько разнятся и мальчики: Андрюс не слишком высокий, смуглый, носатый, в его роду есть греки, подвижный, любит проказить, но при этом очень умный и воспитанный, у него родители преподаватели, а Игорь – высокий блондин, всегда спокойный, даже флегматичный, но охотно поддерживает друга в его сомнительных проделках.

Мы все живём рядом, всё детство гуляли в одном большом дворе, играли в мяч, даже футбол гоняли, команда мальчишек против команды девчонок. Сдружились с Ирой, Ксюшей, Зыбой и Профессором, их конечно тогда звали обычными именами: Тёма и Антон. Ну и Зойка тоже к нам прилепилась.

Так и повелось. А когда подросли, наши пути немного разошлись. Лука со своей компашкой немного отдалились, стали тусоваться на детской площадке, курить, выпивать потихоньку.

А мы с Томой гуляли с Андрюсом и Игорем. Ходили в кино, на выставки, даже в театры, на каток, сидели в кафешке, ели мороженое, болтали. Иногда смотрели фильмы у Томы, а потом разбирали их, спорили о музыке. Мы с Андрюсом обсуждали книги, он тоже любит читать. Томка болтала и смеялась с Игорем. Часто мы присоединялись к кампании Луки. Он здорово играет на гитаре и поёт. У него стали учиться остальные.

А ещё мы все танцуем! И это объединяет нас больше всего. Ксюша, Ира и Тома даже посещали одно время школу танцев. Вовчик, Профессор, Андрюс и Игорь тоже. Но лучше всех танцуют Лука и Вовчик. Зыба тоже ничего, а из девчонок Ксюша, Ирка и… я. Ну, мне так кажется. Хотя мне приходится всех трудней, в раннем детстве я ходила в кружок танцев, а потом отчим запретил. И пришлось мне дома самой тренироваться. Включала днём по телеку учебную программу и вперёд!

Расскажу, что дальше было. Тома заявила:

– На земле нет чище человека, чем Анжела. Она Ангел!

Мне, честно, неудобно стало. А Профессор поднял бокал и подхватил:

– Наш чистый ангел светлой красоты! За Ангела, мы не ангелы, нам можно!

Все засмеялись, выпили. Включили медляк, я ищу взглядом Алёшу и натыкаюсь на взгляд Вовчика. Нежный-нежный. Улыбаюсь ему. И он решается пригласить меня на танец.

Вовчик такой хороший! Он мне очень нравится. И он любит меня. Давно. Ну, мне так кажется, ведь он молчит. И мне очень жаль его сейчас, потому что сегодня я поняла, что такое… любовь? Неужели я влюбилась? Не знаю…

Вовчик едва касается моей талии, мои руки лежат на его плечах… И вдруг

до нас доносится голос Жорика:

– А не пора ли этого ангела на землю опустить?

И Зойкин:

– Не выйдет, Жорик, это же Анжелка-недотрога.

– Ну, это мы посмотрим, – отвечает он. Шагает к нам, отталкивает Вовчика и облапывает меня. – Что такое? Тихо, не дёргайся, недотрога, значит? Мы это исправим.

Его рука скользит вниз! Но Тома ударяет по ней.

– Ручонки убрал! Живо!

– Отвали!

– Тебе не ясно объяснили?

Это Игорь за Тому вступился. Тут и Андрюс подоспел:

– Может уши прочистить?

Оттолкнул Жорика, положил руки мне на талию, и мы стали танцевать. Жорик спрашивает у Зойки:

– А этот, кто? Тоже, типа, рыцарь?

А Зойка объясняет:

– Андрюс, типа, её друг. Они везде вместе ходят, Томка с Игорем и Анжелка с Андрюсом. Ну там кафешки, кино, на каток. Ничо такого, они все детки пока. Не целованные, ха-ха!

Андрюсу неприятно это слышать. Он взглянул на меня и глаза отвёл. А Жорик никак не угомонится:

– Спорим, этот ангел непорочный через месяц за мной как собачка станет бегать?

– Обломишься!

Это Ксюша не выдержала. А Лука её конечно поддержал:

– Эй, новенький, будешь выё… живаться, вали из нашей команды, понял?

Ну ясно, тот сразу на попятный пошёл.

– Ты чо, Лука? Да шучу я. А ваще, вы все чокнутые.

– Идея! – это Профессор решил сгладить ситуацию. – Чокнемся же, друзья! – И запел:

– Поднимем бокалы и чокнемся разом, прощай адекватность, прости ясный разум!

Тут Зыба врубил нашу любимую подборку, и мы стали зажигать! Благо комната большая, места достаточно. Наверное, никогда ещё мы так не танцевали! Все, даже я, раскрепостились и отрывались по полной. Меня словно волной подняло. Лука и Вовчик солировали, что они вытворяли! Вовчик здорово крутится, Зыба его поддержал. Они даже на головах стояли! Ну мы с девчонками тоже показали класс! Я про всё забыла. Даже про Алёшу, что он смотрит на меня. Я наткнулась на его взгляд, когда танец закончился. Как блестели его глаза!

Может и он в меня тогда влюбился?

Ребята проводили меня до подъезда. Всего-то перейти двор. Все радовались и смеялись. Это самый лучший День Рождения в моей жизни!

Я бесконечно счастлива! Целую тебя, Дневник, мой верный друг! И конечно тебя, мой малыш-царапуш, открыватель страшных тайн!

Глава 7. Отчим. Звонок

Он налил себе ещё. Вино казалось кислым, но он пил его, чтобы заглушить боль, а она накатывала волнами, разливалась по животу, так что неясно было, где именно болит.

Затушил недокуренную сигарету в пепельнице, полной окурков, и взял дребезжащий телефон. Опять врач. Заполошно тарахтит что-то про дополнительное обследование, анализы… Нашёл лоха, думает, он купится на его разводилово. Мало ему отстегнули, по гроб жизни доить его собрался. Ну, он поставит лепилу на место!

– Какое ещё дополнительное обследование? Таблетки, типа, помогают. Ну, временно, не временно… Хорош трындеть, ничего я уточнять не собираюсь, не звоните больше!

Бросил телефон на стол. Нажал кнопку вызова секретарши. Та вошла деревянной походкой, прямая, напряжённая. Словно ожидает, что он её ударит. И заслужила! А что, нет? Ведёт себя… неправильно. Никакой игривости, вилянья бёдрами или там титьками потрясти. Эх, когда он её брал, она вроде не такая была. Но в последнее время что-то идёт не так. Как и с женой. Тьфу, не хочется вспоминать.

Он подозвал секретаршу недвусмысленным жестом, с досадой, но и каким-то мучительным удовольствием наблюдая за мелькнувшей на её лице гримасой страха. Вот так, пусть боится! Раз боишься, значит уважаешь. А он в последнее время стал ощущать некий дискомфорт, ему стало казаться, что его перестали ува… К дьволу! Он им ещё докажет!

Фигуристая, есть за что подержаться. Он хлопнул по откляченной попе, подержал руку, ожидая прилива крови к нужному органу, но в который уже раз ничего не почувствовал. Ни малейшего шевеления. Да что такое с ним! То есть не с ним, конечно. С ним всё в порядке, иначе и быть не может. Просто эта тёлка его больше не возбуждает.

Он ещё раз прошёлся взглядом по выпуклостям знакомой фигуры. Ляжки толстые, груди тяжёлые, с густо накрашенных ресниц сыплются ошмётки туши. Корова! Да ей наверно не меньше тридцатника. Старая толстая корова!

Он выпустил изо рта дым. В голубом облаке закачалось воздушное видение: тонкая фигурка, развевающиеся длинные волосы, чёрные стрелки ресниц, никакой тебе туши…

Он с досадой хлопнул по мягкому полушарию.

– Ну, чего растопырилась? Рано обрадовалась. Пшла вон.

Она не сдержала вздоха облегчения, и он, обозлившись, ударил ещё раз, так, что она вскрикнула от боли и торопливо побежала к двери, однако в спешке зацепилась каблуком о змеящийся по полу компьютерный провод и едва не упала.