Академия Черного дракона
- -
- 100%
- +
«Он умеет улыбаться!» – подумала она и сама мысленно дала себе подзатыльник, конечно, умеет, все это делают!
Однако мрачное лицо Свада поменялось так кардинально!.. Если бы мужчина сейчас начал превращаться в дракона, то это не так сильно изменило бы его внешность. Марика поймала себя на мысли, что вновь хочет увидеть это преображение.
– Тебе идет улыбка, – не стала сдерживать себя девушка и смело сделала комплимент мужчине. Он замер на несколько мгновений, кажется, даже дышать перестал, а потом нахмурился, как будто истинная его сейчас не похвалила, а оскорбила.
– Ты готова? – не стал он заострять внимание на улыбках и прочих глупостях, перешел сразу к делу.
– Да. Куда мы поедем? – полюбопытствовала Мара, забирая из дома перчатки.
– Сюрприз. Хочу показать тебе одно место. Мне кажется, это самый красивый вид в окрестностях Уграда.
Мара снова удивилась. Свад не производил впечатления ценителя прекрасного.
Она смело вложила свою узкую ладошку в огромную лапищу истинного и пошла за ним, как оказалось, к изящной черной карете, украшенной золотыми узорами. В нее были запряжены две белоснежные лошадки, больше похожие на фарфоровые статуэтки, так элегантны и стройны были эти красотки.
Стоило паре сесть на красные бархатные диванчики друг напротив друга, кучер крикнул «но» и карета сорвалась с места.
– Сейчас только начало осени, но уже кое-где мелькает золотая листва. А в октябре в том месте, куда мы едем, будет настоящий взрыв красок: багрянец, золото, насыщенная зрелая зелень – все перемешается, и пейзаж будет сказочным, – тихо заметил Свад, слегка подавшись вперед к Маре.
– Так может, нам стоило поехать в это чудесное место через месяц? – вежливо спросила девушка.
– Я бы хотел, чтобы ты могла полюбоваться им во все времена года. К тому же это повод остаться с тобой наедине.
– Тебе не нравится моя семья? – нахмурилась девушка.
– Твой отец, пожалуй, вызывает во мне уважение. Долгие годы я был упрям и не мог ему простить его категоричность. Но благодаря тебе я все переосмыслил и теперь понимаю, что он имел на нее право.
– То есть сейчас ты бы не стал зачаровывать учителей ради зачета? – уточнила Марика.
– Стал бы! – ответ последовал мгновенно и категорично, – Но на Рорика я больше не в обиде.
– Свад, дар драконам дан не для удовлетворения их эгоистичных капризов! – начала возмущенно девушка, но по мере ее пылкой речи неприятная ухмылка на лице Свада становилась все шире, что охлаждало ее праведный гнев, – Его нужно использовать…
– На что? На служение короне? – ехидно поинтересовался дракон, и даже не стал слушать ответ, – Ты говоришь как твой отец, сразу чувствуется его школа. Шпаришь слово в слово, как прилежная ученица на экзамене по этике и морали!
Маре было неприятно выслушивать пропитанную ядом отповедь Свада. Вот тут он был во всей своей предсказуемой красе.
– Нет, дар нужно использовать для защиты и помощи тем, у кого его нет, – попыталась достучаться до истинного девушка.
– На защиту серых, этих бездарностей, – расхохотался черный и категорично добавил, – Выживают сильнейшие. А я тратить свои силы на этих жалких оборотней не собираюсь!
У Мары перехватило дыхание, будто ее ударили в солнечное сплетение. Больно! Было очень больно, она даже сказать ничего не могла, только отвернулась к окошку, чтобы он не увидел, как покраснели глаза.
Плакать было нельзя. Вот еще! Этот надутый телепат не заслуживает ни капельки ее эмоций!
Она еще никогда не слышала столько презрения в свой адрес. Ведь она была бездарной серой.
Пока Марика успокаивалась, карета остановилась. Свад ловко выскочил из нее и подал руку своей даме. Девушка бездумно ее приняла и последовала за мужчиной в лес. Ей не было страшно оказаться в чаще, среди странно изогнутых ветром сосен, наедине с мрачным черным драконом. Ее мучил вопрос: когда рассказать ему о себе правду? Она еще ничего не сказала, но мысленно уже видела разочарование на его лице.
Пока прекрасная леди, приподняв подол своего скромного платья, перешагивала через очередной поваленный ствол дерева, Свад продолжал уверенно идти без тропинки вперед, не забывая придерживать спутницу. Марика следила за тем, что у нее под ногами, и радовалась, что догадалась надеть удобные башмаки без каблуков, отставив в сторону изящные туфельки.
– Вот мы и пришли! – услышала она неожиданно рядом и, наконец-то, оторвала глаза от земли.
– Ах… – выдохнула девушка. У нее не нашлось слов, чтобы высказать восхищение открывшимся пейзажем. Они стояли на вершине обрыва, и перед ними как на ладони раскинулась зеленая равнина. Еще по-летнему сочные луга по краям обрамляли смешанные леса, а под оврагом раскинулось удивительно ровное по форме овальное озеро. Его зеркальная безмятежная поверхность отражала голубое небо, напоминая огромный глаз, внимательно смотрящий на мир.
– Тебе нравится? – не дождавшись реакции девушки, осторожно поинтересовался Свад.
Мара опять пару раз быстро моргнула и слегка осипшим голосом проговорила:
– Это потрясающе! Я и не знала, что у нас под боком есть такая красота…
Они еще несколько минут постояли молча, любуясь близостью неба. Мара чувствовала, как осторожно Свад придерживает ее за талию, бережно и властно, это одновременно трогало и ее душу, и ее тело.
– Я не думала, что ты… романтик, – призналась девушка, осторожно заглядывая в лицо мужчины, стоящего рядом как черная грозовая туча.
Свад тоже посмотрел на нее, в глазах его полыхнул огонь, кричащий о желании мужчины, но он все еще держал себя в руках.
– Давай полетаем вместе, – предложил он.
Вот он час Х! Мара от волнения и страха потерять надежду неосознанно сделала шаг назад.
– Разве ты не хочешь оказаться в этом ласковом бескрайнем небе? – заметив странную реакцию девушки, удивился Свадрик.
– Ты привез меня сюда специально, чтобы узнать какой я дракон? – стараясь говорить ровно, спросила Мара.
– Нет, хотел разделить с тобой восторг от этой красоты и от полета… – спокойно ответил Свад. Весь его расслабленный вид говорил о том, что мужчина не врет, он не плел коварные планы.
Они стояли друг напротив друга. С одной стороны над ними возвышались столетние сосны, стремящиеся в небо, с другой стороны их обнимала голубая синь. Природа вокруг будто подталкивала этих двоих слиться воедино и наслаждаться этой жизнью. Но последний секрет стоял между ними.
Мара выдохнула и решительно сказала:
– Я серая!
Свад нахмурился, отступил на полшага и с удивлением и даже возмущением переспросил:
– Ты издеваешься надо мной? Твой отец один из самых сильных телекинетиков, а брат вообще уникум, которому подвластны все четыре стихии. А ты утверждаешь, что ты серая?
Мара резко вскинула выше подбородок и подняла руку, по нежной коже девушки побежали серые чешуйки. Глаза Свада расширились. В них читался неподдельный ужас. Девушка развернулась и пошла прочь. Надеясь, что выбрала правильное направление к карете. Но ей не дали уйти. Сильные руки перехватили ее за талию и прижали спиной к крепкому мужскому телу. Теплая ладонь скользнула по шее, поглаживая и успокаивая. Свад заставил девушку развернуться и поднять на него лицо, обхватив ее за подбородок. Когда она сердито посмотрела ему в глаза, он вкрадчиво и безапелляционно сказал:
– Для меня не важно, есть ли у тебя дар или нет. Я просто хочу, чтобы ты была моей!
В этот момент в его глазах клубилась такая завораживающая тьма, что Мара испугалась, что его магия все-таки доберется до ее сознания.
– Давай полетаем! – поспешно напомнила она о его предложении. Мужчина еще несколько секунд не выпускал ее из объятий, а потом, усмехнувшись, отступил, сделал пару шагов к обрыву и полетел вниз. Мара с ужасом кинулась к краю пропасти.
Глава 6. Полет
Дракон Мары оказался маленьким и юрким. Один взмах крыла Свада равнялся для малышки десяти, а то и двадцати мельтешащим движениям. Он наблюдал за ней со стороны и чувствовал, как внутри разгорается пламя, оно отогревает застывшее сердце, обволакивает в теплый кокон душу.
Они парили над озером и прекрасно видели отражения друг друга. Он снова гордо хмыкнул, вспомнив, с каким ужасом смотрела Мара с обрыва, беспокоясь за его жизнь, и каким восхищением наполнились ее глаза, когда она поняла, что он обернулся в дракона прямо в полете. С еще больше удовольствием он заметил, что и внешний вид его дракона пришелся ей по душе, она несколько минут наблюдала за его плавным величественным полетом, щурясь от солнечных зайчиков, что отражались от его угольно черных с серебряным отливом чешуек.
Сама девушка медленно меняла облик, стоя на краю обрыва. Она не торопилась, была осторожной. Это правильно. Теперь он понимал Рорика лучше. Купаясь в собственном могуществе, Свад забыл, что есть такие вот беззащитные дракончики, которые могут рассчитывать только на свои силы и ум, магия не придет к ним на помощь. И у этих дракончиков есть свои отцы, матери, братья, которые волнуются за их судьбу.
Если небеса дали кому-то дар, возможно, они рассчитывали, что этот кто-то будет использовать его во благо и таким вот крохам.
Свад умилился еще больше, когда серая подлетела к нему и попыталась ухватиться за его хвост, оканчивающийся острой ороговевшей стрелой. Малышка явно хотела прокатиться на большом драконе.
"Какая она забавная", – подумал Свад и цапнул Мару за ее маленький хвостик с милыми отростками в виде трезубца. Малышка грозно рыкнула, мужчина не сдержался, заржал, выпуская ввысь столб пламени. Рычащий серый комок – это очень смешно.
Видимо, Мара поняла, что над ней потешаются. Она активно замахала крылышками в сторону обрыва и, оказавшись там, откуда начался их полет, неуклюже переваливаясь с лапки на лапку, скрылась в лесу. Свад поспешил за девушкой. Ему было страшно оставлять ее без присмотра. Слишком хрупкой и беззащитной она ему казалась.
Обернулся он еще в воздухе на подлете. На мягкий ковер мха ступили уже человеческие ноги в высоких черных сапогах.
– Мара, ты где? – с тревогой в голосе позвал дракон.
Девушка откликнулась не сразу, мужчина успел внимательным взглядом изучить все окрестные сосны. Когда он уже был готов показать ей, как должен рычать настоящий дракон, она отозвалась:
– Я здесь.
Он вмиг оказался рядом, прижал ее к шершавому стволу, за которым она пряталась. Ее поначалу немного обиженный взгляд от близости разгоряченного мужчины вмиг стал настороженным. Но Свада уже ничто не могло остановить, тем более взгляд.
Он наклонился к своей истинной паре и накрыл ее красивые нежные губы поцелуем. На вкус они оказались слаще малины. Такие мягкие, податливые. Свад обхватил голову девушки, чтобы она не смогла улизнуть от него. Мужчина сходил с ума от желания почувствовать кожей мягкость и тепло ее тела, завладеть им, подчинить, доказать, что она только его, создана для него, и никто в этом мире не сможет отобрать ее у него.
Он дал ей чуть больше свободы, только когда ему самому стало не хватать воздуха, выпускать ее из объятий он не собирался. Его губы заскользили по ее щеке, шее и обхватили заострившиеся вершинки груди прямо через ткань платья, легонько прикусили. Мара рвано выдохнула.
Только сейчас Свад осознал, что все это время она не отталкивала его, ее пальчики затерялись в его черной шевелюре, и сейчас она страстно прижимала его к себе.
Его девочке нравилось то, что он творил с ней. Мозг окончательно отключился, он зарычал, его руки нетерпеливо стали задирать подол ее платья. Скользнули по гладким бедрам, сжали ягодицы. Мужское колено решительно оказалось между стройных девичьих ног, раздвигая их, предоставляя доступ жадным рукам к сокровенному. Одно его касание самого чувствительного местечка там заставило девушку громко застонать и прогнуться.
Дракон чуть отстранился, схватившись за ремень собственных брюк, но тут на его грудь легла ее ладонь и надавила, пытаясь отодвинуть мужчину.
– Свад, остановись.
Он не слышал, в ушах стучала кровь так, будто у него в мозгу прорвало дамбу. Он рыкнул, попытался вновь запечатать прекрасный ротик поцелуем, чтобы ничто не помешало ему воевать с собственной одеждой. Но девушка увернулась, вновь настойчиво повторив:
– Свад, прошу тебя, нет!
Мужчина уткнулся лбом в ее висок.
Как? Как можно остановиться, когда уже вся кровь рухнула вниз, когда сердце вот-вот сломает ребра, когда в легких не осталось воздуха, только ее запах.
Он резко отстранился, отвернулся, судорожно пытаясь восстановить дыхание. Он сделал это не по велению разума, нет, ему подсказали инстинкты. Только через пару минут, когда дыхание выровнялось, и вернулась способность мыслить, он понял, что стоял на грани. Мара так юна, неопытна, ее легко напугать, и также легко навсегда потерять ее доверие. А без доверия не будет никакого семейного счастья. Сваду очень хотелось сделать свою истинную счастливой.
С затаенным страхом он обернулся к застывшей возле сосны девушки и тихо проговорил:
– Прости, если напугал.
Она вмиг расслабилась, улыбнулась и попросила.
– Отвези меня домой, пожалуйста.
Он молча кивнул, подал ей руку и в полном молчании довел до кареты.
Пока ехали, он снова пожалел, что не может прочитать ее мыслей. Она его наверно ненавидит сейчас. Еще ему показалось странным, что он совершенно не расстроился из-за того, что у истинной нет дара. Наоборот, он вдруг почувствовал себя еще значимей, ведь защита Мары и их будущих детей будет полностью на нем.
Они подъехали к Академии Красного дракона, Свад помог Маре выйти из кареты и довел ее до порога ректорского дома.
– Ты наверно не захочешь больше со мной ходить на прогулки? – вырвался беспокоящий его вопрос.
– Почему? – удивилась девушка, – Мне понравилось и летать с тобой… и целоваться.
В ее голосе к концу фразы появилась хрипотца, а во взгляде полыхнули языки пламени. Свад сглотнул. От удивления и невероятной радости у него пропал дар речи. Она не стала ждать, когда он отомрет, и скрылась за надежной родительской дверью. Так ничего и не ответив своей страстной девочке, Свад мотнул головой и, довольно улыбаясь, отправился к себе.
Глава 7. Учеба
– Марика, если ты считаешь, что родственные связи защитят тебя на моем экзамене, ты ошибаешься! – грозно нависая над растерявшейся девушкой, проговорила учитель Аузрика, – Мой предмет слишком важен, чтобы закрывать глаза на его незнание!
Мара вздохнула, собираясь с мыслями, встала и, покорно склонив голову, пробормотала себе под нос:
– Простите, госпожа Аузрика, я не поняла ваш вопрос, не могли бы вы его повторить.
На самом деле девушка замечталась. Вот уже второй урок она не могла ни на чем сосредоточиться. Все ее мысли были заняты Свадом. Столько эмоций у нее еще никогда не было. Вчера на прогулке она не успевала за ними. Восхищение природой, удивление, что для мрачного дракона имеет значение окружающий мир, красота его зверя и обжигающая страстность мужчины. Последнее особенно взволновало девушку. Она всю ночь вертелась на кровати вспоминая, что творили его смелые руки у нее между ног, какие жаркие следы оставляли его губы на ее коже.
Тело плавилось от этих воспоминаний, ныло внизу живота, по крови будто жидкая лава растекалась. Сидеть спокойно на одном месте было невозможно, лежать в постели без него казалось неправильным. Так одиноко и тоскливо в собственной комнате ей еще никогда не было.
Закономерным завершением этого безумия стала выволочка от учителя физики полетов и окружающего мира. Госпожа Аузрика всегда цеплялась к девушке. Мара не знала наверняка, но предполагала, что это из-за того, что девушка была единственным серым драконом в академии. Ведь отборочным испытанием для поступления была как раз проверка на магию.
Для собственной дочери Рорик сделал исключение, и все учителя поняли и приняли это, кроме Аузрики. Причем вслух она поддакивала ректору, но на уроках гнобила его дочь. Девушка, зная о своей бездарности, в учебе всегда проявляла рвение, чтобы как-то компенсировать отсутствие дара. Но Аузрика от этого еще больше бесилась. В начале первого курса Мара вызвалась подготовить доклад по ветровым потокам и их влиянию на развитие летательного аппарата у драконов. Учитель внимательно выслушала ученицу, а потом засыпала вопросами, на которые не всякий выпускник смог бы ответить. Мара растерялась, и довольный учитель поставила ей двойку со словами:
– Прежде чем лезть во все бочки затычкой, убедись, что выдержишь напор!
С тех пор Мара была на ее уроках ниже травы, тише облаков, но учительница Аузрика всегда находила за что поругать бездарную драконицу.
Вот и сейчас она радостно вцепилась в Мару, поняв, что та витала где-то в другом месте вместо того, чтобы внимательно слушать ее лекции.
– Если ты не понимаешь элементарных вопросов учителя, может, стоит признаться себе и окружающим, что образовательная программа данного учебного заведения не для тебя? Занимать чужое место слишком эгоистично и низко, не находишь?
Мара внутренне закипела. Вся ее нервная система после вчерашней прогулки с истинным была на взводе. Да и слишком долго девушка терпела эту злобную мадам. Уверенно посмотрев в глаза учительнице, она громко и четко спросила:
– Это вы про себя, госпожа Аузрика? Я согласна с вашими муками совести, если вы считаете, что занимаете чужое место, лучше проявите благородство и уйдите. Думаю, мой отец не слишком расстроится, потеряв такого никчемного преподавателя.
В аудитории повисло молчание, звенящее, грозовое. У Аузрики сначала увеличились глаза до размера мандарина, потом поползли вверх узкие брови. Рот стал открываться и закрываться, но слова пока упорно разбегались. Цвет кожи менялся ежесекундно от бледно-серого до пунцово-красного. Зрелище это было довольно забавным: взрослая драконица будто изображала из себя то ли рыбу, то ли маяк.
– Как… – наконец со скрипом прорезался голос, – Как ты посмела, ничтожество, разговаривать с уважаемым учителем в таком тоне?
– Каком таком? Я предельно вежлива. Ой, или вы не считаете себе никчемным педагогом? – наивно похлопав густыми черными ресницами, удивленно спросила Мара.
– У меня сорок лет преподавательского стажа! – взвизгнула Аузрика.
– Сорок лет? – продолжала наигранно удивляться девушка, – А вы все еще читаете лекции по книге моего отца? У вас какие-то патологические проблемы с памятью?
Тут учитель однозначно стал изображать из себя кипящий чайник, некоторым студентам даже показалось, что из ее ушей пар повалил.
– Вооон! Ноги твоей на моих лекциях больше не будет! И я сейчас же все доложу ректору. Ему будет стыдно за такую дочь!
Мара пожала плечами, собрала тетрадь и ручки в сумку и пошла к двери.
Она спокойно шла по пустому коридору в сторону кабинета ректора, когда, возмущенно пыхтя, ее обогнала учительница.
Девушка еще на подходе к кабинету отца прекрасно расслышала гневные крики Аузрики.
– Ваша дочь при всех назвала меня никчемной. Наглая, невоспитанная девчонка без дара осмелилась утверждать, что я, уважаемый педагог, занимаю чужое место! Вы должны ее выгнать! Или я, или она!
На этой патетической ноте Мара и вошла. Рорик сидел за столом и спокойно взирал на взбешенного учителя.
– Я услышал ваши праведные претензии. Позвольте, теперь я выслушаю вторую сторону конфликта? – успокаивающим тоном попросил ректор.
– Вы что, считаете, что я могла все это придумать? – засопела от возмущения Аузрика.
– Конечно, нет, но ради справедливого решения я должен выслушать пояснения обеих сторон, – примиряюще заметил мужчина.
Учитель вздернула острый подбородок и вышла из кабинета, обдав презрением мявшуюся у дверей студентку.
Стоило отцу и дочери остаться наедине, Рорик жестом предложил Марике присесть и ласково спросил:
– Милая, что с тобой происходит? Ты после прогулки со Свадриком сама не своя. Вчера ужинать не стала, ушла к себе, сегодня проспала и едва не опоздала на химию зелий. Теперь вот этот скандал. Он тебя обидел? – в голосе мужчины была неподдельная тревога.
Мара покраснела, вспоминая Свада, и категорично замотала головой:
– Нет-нет, папа, что ты! Он не обидел. Просто он оказался таким… – она замялась, не рассказывать же отцу про их поцелуй, – Я не ожидала, что он…
Слова упорно сминались где-то под языком, а мысли не хотели далеко уходить от горячих и умелых пальцев.
– Он сумел пробудить в тебе желание? – дипломатично спросил Рорик, серьезно посмотрев дочери в глаза.
Лучше сформулировать этот щепетильный момент было нельзя.
Мара опустила взгляд на свои сомкнутые на коленях руки и кивнула.
– Шустрый, – усмехнулся Рорик, – Я рад, что физически вы друг другу интересны. Это уже полдела! Что с Аузрикой? Только не говори, что ты не хотела. Я тебя знаю, если ты унизила ее при всех, значит, она тебя достала.
Тут уж Мара взгляд подняла и, уверенно смотря в глаза отцу, выпалила:
– Да! Она с первого курса меня гнобит, считает, что я занимаю чужое место. Только что при всех меня об этом спросила, не стыдно ли мне. Я все эти годы старалась ее не раздражать, но она перешла все границы. На ее лекциях уснуть можно, она читает твой учебник, мы и сами можем это сделать. Все, что она делает, проверяет наши работы и ругает, даже отказывается пояснять в чем наши ошибки, просто ставит двойки направо и налево. Вредная, глупая, злобная тварь.
– Я понял… – вздохнул Рорик, – У тебя сейчас есть еще пары?
– Спаренные практики полетов.
– Хорошо, иди!
Мара вышла из кабинета уверенная, что отец примет взвешенное и справедливое решение. Тут и звонок с урока прозвенел. Рядом оказалась Флуорика и по дороге на двор академии, где обычно начинались практические занятия по полетам, засыпала подружку восхищенными возгласами.
– Мара, это было круто! Я Шпильку такой раскаленной еще никогда не видела. Ты такая смелая. Все в восторге от твоих замечаний. Так весело на уроках физики еще не было ни разу за четыре курса.
Марика улыбнулась приятельнице и заметила:
– Ты же знаешь, что я такая смелая из-за отца…
– Надеюсь, ты ему рассказала, какая Шпилька мерзкая и глупая?
Мара кивнула, она не любила сплетничать и не считала, что ей есть чем гордиться в данной ситуации. Все-таки она утратила самоконтроль, поддалась эмоциям… Выдержка для нее была главным достоинством благородного дракона. Потеряв выдержку – теряешь контроль над ситуацией.
Под аккомпанемент болтовни Флуорики девушка вышла во двор, как раз вовремя. Новый учитель полетов, красавчик Шикарик, от которого сходили с ума все студентки от первого до последнего курса, уже здоровался с группой.
Во время групповых полетов Мара вспоминала величие черного дракона.
Вернувшись домой, она сердито закинула сумку в свою комнату. Девушка была недовольна собой, тем, что так легко увлеклась истинным, он даже усилий особо не прилагал, а она уже готова растечься лужицей у его ног. Он не заслужил такой легкой победы, да и ценить ее не будет, если получит по щелчку пальцев.
Девушка была погружена в эти размышления, когда в дом постучали. Решительно распахнув дверь, Мара забыла, о чем думала минуту назад. Перед ней стоял собранный и мрачный Свад.
Глава 8. Просьба
Сегодня мысли черного дракона были под стать чешуе. Вести от его сестры всегда портили ему настроение, новость о ее скором визите и вовсе выбила почву из-под ног. Эта змея наверняка будет путать ему все карты. Он только начал разрабатывать завоевательную стратегию, все время съезжая с нужной колеи в кювет желания, а тут еще один противник нарисовался. Впрочем, свою истинную Свад противником не считал. Она была крепостью, но не противником.
Когда дверь дома Рорика распахнулась перед мужчиной, он завис на несколько секунд, любуясь улыбкой Мары. И только после ее радостного приветствия понял, что сегодня ее улыбка другая. Не вежливо-приветливая, а искренняя, искрящаяся.
«Неужели…» – несмело мелькнула надежда, и тут же добавила уверенности, что его дерзкую просьбу примут.
– Прости, что без предупреждения, – начал Свад с порога.
– Ты всегда желанный гость в этом доме… теперь, – немного смутилась девушка и, тут же взяв себя в руки, вспомнила про гостеприимство, – Проходи.
Они прошли в гостиную.
– Хочешь чаю или воды? – вежливо поинтересовалась Мара, а сама смотрела на мужчину с таким любопытством, что он невольно усмехнулся.
– Нет. Я пришел к тебе с просьбой, прежде чем выгнать меня со скандалом, выслушай и постарайся понять.
Свад нервничал, чувствовал себя подавленно. Он не привык просить. Совсем! У него была магия, которой он всю жизнь беззастенчиво пользовался. Но только не с этой такой нужной ему девушкой. Глядя сейчас на нее, он не мог не вспомнить отзывчивость ее тела. Понимание этого делало его просьбу еще более щекотливой.