Шелортис. Книга первая. Часть первая

. . .

Вот уже на протяжении двух лет Дикс и капрал Эванс совместно служат в армии США в триста двадцать пятом пехотном полку.

Бывший куратор Дикса погиб во время выполнения задания несколько лет назад. В тот роковой день мастер сержант армии США Харви Майерс прибыл на территорию проведения подрывных работ. Отряд сапёров производил поиск мин, после чего помечал.

Те, что удавалось обезвредить, снимали на месте, остальные же готовы были подрывать. Задача кинологической боевой связки заключалась в том, чтобы не допустить нештатных ситуаций при проведении операции по разминированию территории.

Поначалу не возникало никаких проблем. Местная полиция оцепила территории, военные сапёры медленно, но верно продвигались вглубь минного поля. Однако вскоре начались первые проблемы.

К месту проведения операции стал приближаться мужчина в национальном облачении. Руки и тело незнакомца были скрыты под безразмерным балахоном, что, несомненно, насторожило не только Дикса, но и самого Харви.

Пока местная полиция была занята своими делами, мужчина прошёл оцепление и в следующий миг бросился на армейских сапёров. Вынув из-под национального платья руку, мужчина продемонстрировал всем пульт дистанционного управления, провод от которого скрывался в недрах одеяния.

Находившийся в десяти футах от террориста Дикс, тут же рванул в его сторону и в одно мгновение сбил его с ног. Придавив преступника лапами, пёс плотно зажал его кисть в челюсти. Взрыва не последовало, и подоспевший штурмовой отряд задержал террориста.

Самодельное взрывное устройство было некачественно собрано, а, следовательно, не сработало в критический момент. Казалось бы, что именно сегодня должен был погибнуть отважный четырёхлапый герой, ценой своей жизни, спасший целый отряд. Однако у судьбы были совершенно другие планы на этот счёт.

Тем временем локализованный конфликт получил своё распространение. Прорвавшийся на территорию оцепления террорист-смертник стал следствием абсолютнейшего попустительства со стороны местной полиции. Уязвлённые блюстители правопорядка в тот же миг решили реабилитироваться, изобразив активную деятельность, но, по сути, устроив лишь бессмысленную суету.

Именно в этот самый момент возьмёт своё начало череда фатальных событий, что приведёт к трагическому финалу.

Сначала полиция согнала толпу перед собственными кордонами, дабы изобразить стихийный митинг. Естественно, столпотворение было замечено военными сапёрами. В любо момент на территории операции мог произойти взрыв, от осколков которого могли пострадать гражданские.

Обратившиеся к местной полиции, офицеры армии США, попросили полицию объяснить толпе об опасности нахождения близ территории разминирования. Только этого и ждали блюстители местного порядка.

Желая выслужиться перед собственным начальством, что требовало выполнять все просьбы армейских подразделений США, полиция приступила к заключительной части своего представления. Сотрудники полиции, что не позволяли разойтись мирному населению, резко отошли в стороны, в то время как стоящие в оцеплении полицейские начали стрелять в воздух из своих автоматов.

Испуганная толпа ринулась прочь. Давя, толкая и, едва ли не затаптывая друг друга, местные жители рвались прочь из оцепления через узкий коридорчик из ограждений. Довольные собой сотрудники полиции в очередной раз проглядели, как через оцепление проник человек.

Невысокий мужчина, местный житель, держал за руку свою дочь. Волей случая он оказался вне толпы, что в суматохе рвалась к выходу. Стоило им слиться в едином столпотворении, как шанс того, что их затопчут, возрастал кратно.

Желая вывести своего ребёнка из толпы, мужчина решил пойти в противоположную сторону. Перейдя ограждение, он уверенным шагом побрёл на открытую местность, двигаясь прямо в сторону не разминированной части территории.

Первым незваного гостя увидел именно Харви Майерс. Поначалу сержант пытался окликнуть местного полицейского, но те были заняты фотографированием себя на фоне толпы. Руководство потребовало отчёт об их плодотворной ответственной работе, чем они и занимались.

Опьянённые властью полицейские стреляли в воздух короткими очередями, дабы мотивировать гражданских зевак уходить быстрее. Естественно никто из них не слышал, да и не хотел слышать сержанта Майерса. Шанс того, что кто-либо из них обратит на него внимание, улетел вместе с пулями.

В свою очередь мужчина с ребёнком на стрельбу отреагировал очень оперативно. Поспешив убраться как можно скорее, он разительно увеличил скорость своего шага.

Не имея других возможностей предотвратить неминуемую катастрофу, куратор служебной собаки бросился наперерез мужчине с ребёнком. Размахивая руками и крича, Майерс всячески пытался привлечь внимание незадачливого самоубийцы.

Дикс, помчался рядом, с той же скоростью, что и его хэндлер. Ещё полшага и местный житель с дочерью прошли бы точку невозврата, пересекнув черту разминированной зоны, но Харви успел …

Подойдя достаточно близко, сержант Майерс закричал, что есть сил. В ту же секунду молодой отец обернулся, в его глазах читался страх и непонимание. Сержант активно жестикулировал, говоря о том, что впереди мины и идти нельзя. Показывая рукой на толпу и полицейских, Харви предлагал ему вернуться.

При всём желании понять сержанта, молодой отец мог лишь догадываться о том, что от него хотят. Местный житель не знал английского от чего просто стоял, глядя на военного и его собаку. Судя по всему, тот хотел отправить его с дочерью обратно в толпу. Но зачем? Так ведь короче.

Стараясь не спугнуть местного жителя, Харви стоял на месте, плавно приманивая его к себе, но тот не спешил отвечать на его призыв. Дикс неподвижно лежал рядом с куратором, не спуская взгляда с мужчины, сжимавшего руку девочки.

Потеряв надежду уговорить молодого отца жестами, Харви сделал шаг к нему навстречу. В ту же секунду, мужчина быстрым движением завёл дочь за свою спину. Это и стало роковой ошибкой, ведь в этот самый момент, здесь и сейчас маленькая девочка оказалась за чертой безопасной территории.

Инстинктивно Майерс крикнул от страха за ребёнка, чем ещё сильнее напугал семейство. Молодой отец попятился назад, протолкнув дочь глубже на опасную территорию.

Включив рацию, Майерс еле слышно призвал саперов срочно подойти к нему, взяв с собой кого-нибудь, говорящего на арабском языке.

В следующую минуту, глядя прямо в глаза молодому отцу, Харви отрицательно покачал головой. Двигаясь очень плавно, он успокаивающе покачал руками вверх вниз, уговаривая его никуда не бежать и просто стоять на месте.

Спустя несколько минут, позади сержанта послышался звук быстрых шагов и лязг амуниции. С каждым мгновением, приближающихся шагов, на душе Майерса становилось чуть легче, ведь помощь была уже близко. В очередной раз, судьба решила сыграть шутку, но на этот раз очень злую и трагическую.

Разогнав толпу, полиция довольная собой принялась оглядываться по сторонам. Увидев странную ситуацию у ограды, сотрудники правоохранительной службы пришли в ярость. В очередной раз местный житель позорил их перед иностранной армией.

Разъярённый полицейский уверенным шагом направился в сторону отца семейства, что-то крича ему на рабском языке и размахивая руками. Повернувшись к очередному незваному гостю, Майерс принялся размахивать руками, изображая крест на уровне груди и крича, чтобы тот остановился.

Полицейский также как и молодой отец, не был силён в английском и понял американца совершенно в обратном смысле. Видя, что местный не шевелится, полицейский принялся стрелять в воздух, чем напугал того ещё больше. Инстинктивно попятившись, местный житель толкнул дочь ещё глубже в направлении мин. Если бы он только знал, что прямо сейчас собственноручно толкнул дочь прямо в кровавые лапы коварной смерти.

Глухой пронзительный треск пронзил пространство, пронесясь оглушительным эхом в душе Харви. В ту же секунду опытный военный узнал звук возвратной пружины мины, а это значит, что оставалось не более двух секунд до того, как устройство сработает.

Сердце Майерса бешено заколотилось, а время словно замедлилось. Сержант видел испуганные глаза девочки, которая совершенно не понимала, что происходит. В этот самый момент, больше всех её пугали не люди с автоматами, а собственный отец, который делал спонтанные бездумные действия.

Малышка наступила на взрывчатку. На каком именно боеприпасе стояла девочка, Майерс не знал, но в самых «радужных» перспективах, ребёнок мог остаться калекой до конца своих дней. Хотя как можно называть подобное «радужным».

Последний глухой стук ознаменовал точку невозврата и время словно замерло.

Правда ли то, что перед смертью у человека проносится вся его жизнь перед глазами?

Правда ли то, что он думает о своей прожитой жизни и о своём будущем, которое не наступило?

А о чём думает человек, который идёт на смерть, выбирает её для себя сам?

Мучается ли он выбором или же совсем не поддаётся философским мыслям?

О чём думал мастер-сержант армии США Харви Донован Майерс, к сожалению, уже никто и никогда не сможет у него спросить.

Время возобновило своё течение, в этот самый момент Майерс крикнул Диксу приказ о поисковой задаче, указав рукой в сторону приближающегося полицейского. Пёс без раздумий рванул, что есть сил, в место указанное своим куратором. В критических ситуациях только субординация и дисциплина имеют значение.

Сам же сержант бросился в противоположную сторону. В следующий миг, сержант Майерс со всей силы дернул местного жителя и его дочь на себя. Словно совершая борцовский бросок, Харви обернулся на ногах, отшвырнув семейство прочь, а сам по инерции полетел на их место.

Местные жители отлетели на пару футов, неуклюже рухнув в песок. Сержант Майерс в свою очередь грузно бухнулся на мину, придавив её своим облачённым в бронежилет телом. В какой-то миг, где-то в самых дальних закоулках своего сознания, Харви допустил, что мина окажется деактивированной, ну или на крайний случай, малоимпульсной, но реальность оказалась суровой.

Почуяв ужас и страх, никогда ранее не источаемый его куратором, Дикс громко взвизгнул, словно от боли. Резко развернувшись, пёс бросился на помощь, но было уже слишком поздно. Гулкий взрыв разнёсся пронзительным рокотом вдоль улиц ближайшего поселения, уходя вдоль ровных песчаных барханов

К сожалению, даже вовремя подоспевшая бригада врачей, не смогла повлиять на судьбу Харви. Смерть желала получить свою жертву в тот день, и она её получила, так или иначе.

Мастер сержант армии США Харви Доннован Майерс, погиб, не приходя в сознание. Это событие очень сильно отразилось на ментальном здоровье Дикса. В течение двух месяцев группа кинологов не могла вернуть пса в строй. Он отказывался от еды, не выходил из вольера, вёл себя отстранённо.

Ветеринары прогнозировали контузию. Вставал вопрос о его списании на пенсию. Как итог, Дикс смиренно ожидал решения своей судьбы в вольере лагеря. Теперь ему уже было всё равно.

. . .

Отряд второго лейтенанта Майка Уанрайта, с позывным Полуночник десять одиннадцать уже успел отдохнуть и продолжил свой маршрут. Группа уже приблизилась к неплотной полуразрушенной застройке, которая, по всей видимости, уже неоднократно подвергалась атаке с воздуха.

Ситуация несколько изменилась. Теперь «Брук» и «Рэд» сопровождали «тридцать третьего» на почтительном от него расстоянии. Тем временем «Чиппер» и «Райдер» обеспечивали прикрытие тылов отряда. Эми оперировала Диксом через систему голосовой и видеосвязи, а «Уокел» и «Бак» координировали ситуацию в резерве.

Неожиданно Дикс замер, в очередной раз медленно лёг на песок. Эми внимательно изучила картинку с экрана наручного планшета. Пёс лежал в металлической груде сваленного в кучу мусора, за которым было невозможно что-либо увидеть. Тем не менее, если пёс лежал, значит, он кого-то чуял.

Сообщив командиру о своих подозрениях, Эми решила подойти к псу. Сержант Бёрк отправился прикрывать девушку, в то время как рядовые Хоппер и Ким контролировали ситуацию с флангов.

Выставив оружие наизготовку, куратор Дикса и сержант Бёрк медленно приближались в слаженном тандеме. Впереди несколько крупных металлических листов лежали в виде хаотичной груды железа, которая представляла собой нечто вроде горки. Именно там и затаился пёс-скаут.

Медленно приблизившись к Диксу, Эми попыталась понять, что он хотел ей сказать. Дикс молча смотрел на груду металла, которая, хоть и выглядела как куча ржавого хлама, но на деле таковой вовсе не являлась. Присмотревшись, Эми поняла, что перед ней не что иное, как сваренная металлическая конструкция, которую даже если захочешь, не сможешь разломать.

В целом, всё это место напоминало свалку. За грудой железного «мусора» валялись остатки полуразрушенного коллектора. За всем этим многообразием ненужного хлама возвышались полуразрушенные постройки, чьи окна были закрыты тряпьём.

Не спуская взгляда со здания, Эми решила осмотреть груду металла справа, в то время как Клайв Бёрк принялся обходить конструкцию с другой стороны.

– «Эймс», «тридцать три», аккуратно! – прошептал Райдер, обращаясь к куратору, – Подозреваю движение в застройке!

Нервно вздохнув, Эми ещё пристальнее стала вглядываться в разрушенные этажи двухэтажки, но в следующий миг перевела свой взгляд на конструкцию. В одном месте, два ржавых куска металла образовывали странную щель, внутри которой казалось, было полое пространство.

Вынув большой фонарь, девушка посветила внутрь. В ту же секунду отразившаяся в пучке света тень, скользнула вглубь конструкции, сопровождая своё перемещение гулким топотом.

– Контакт!!! – прокричала Эми в рацию, тут же направив оружие на щель.

Взяв небольшой разбег, девушка попыталась выбить пластину ногой, но та предательски отказалась поддаваться. Конструкция была гораздо прочнее, чем казалась на первый взгляд.

– Вижу движение!!! – произнёс «Чиппер», – Готов работать по команде!

– «Эймс» два часа от тебя! – прошептал корректировщик, – Осторожно … плавно …

Голос Сантоса звучал успокаивающе, но всё же то, что он говорил, настораживало. По размеренному указанию «Райдера» Эми обернулась, выставив оружие в предполагаемое местоположение противника. Отступив на пару шагов назад и на полшага влево, куратор заняла позицию рядом с Диксом. Используя в качестве укрытия углы металлической конструкции, Эми принялась этаж за этажом зрительно исследовать дальнее полуразрушенное здание.

Отряд Уанрайта, уже практически полностью собрался возле конструкции. Командир осматривал её со всех сторон, но там уже никого и в помине не было.

Металлическая конструкция представляла собой сплющенный треугольник, плотно скрепленных между собой больших металлических листов. Через крупную щель между пластами идеально простреливалась дорога ведущая в сторону лагеря армии США.

– «Полуночник десять одиннадцать» «Крепости»! – обратился в рацию «Уокел», – Обнаружен укреплённый подземный блокпост! Предполагаю подземные ходы! Нужна поддержка и пилы по металлу!!!

– «Крепость» «Полуночнику десять одиннадцать»! – отреагировал голос из рации, – Отличная работа!!! «Птички» на стоп-листе, «Уокел» так что ждите наземную группу. Расчётное полчаса. «Полуночник десять одиннадцать», конец связи.

– Крепость, конец связи! – произнёс Майк в рацию, после чего добавил вне её: – Ресторатор, твою …

Впереди предстояло длительное ожидание. Если здесь кто и был, то за полчаса он уйдёт так далеко, что уже можно и не искать тут ничего. Тем не менее, задача есть задача, и она должна быть выполнена. Приметив удобные боевые точки, Уанрайт отдал приказ отряду рассредоточиться.

Выпустив из рук свою винтовку, Майк отмерил на своих хронографах тридцать минут, после чего запустил крупную стрелку в стремительный бег по циферблату военных часов.

В это время снайперская пара, пристально наблюдала за перемещение своего отряда находясь в полуторатысячах футах от них.

– Проверь провере … – оговорился «Чиппер» из-за пересохшего рта, – … тьфу блин! – смачно процедив живительной влаги через соску гидратора, снайпер поправился, – Пров…

– Да я уже проверил провере! – отшутился корректировщик, – Второй этаж, справа от тряпки, тысяча девятьсот футов!

Хонорс внимательно вглядывался через объектив своего прицела. Палящее солнце мешало работе снайпера, давая ему ложные цели.

– «Райдер» «Уокелу»! – корректировщик вызвал командира группы.

– «Уокел»! – отозвался Уанрайт.

– Принято. Конец связи! – отозвался Сантос.

– Конец связи! – завершил радиопередачу командир.

Снайперская пара сейчас выполняла не только роль огневой поддержки и разведки, но также обеспечивала связь. Именно благодаря им члены отряда могли иметь бесперебойную связь как друг с другом, так и с центром проведения операций на базе. Для этих целей неподалёку был установлен портативный ретранслятор.

– Что сегодня было на планёрке? – не отрываясь от бинокля, произнёс Сантос.

– Полковник выступал! – без особого энтузиазма произнёс снайпер, – Сказал, что наша миссия окончена, мы прекрасно справились, нас выводят, а дальше какую-то туфту про что-то там, что я уже не слушал!

«Чиппер» и «Райдер» иронично усмехнулись. За долгие годы совместной работы, эти двое неплохо сдружились, и теперь в первую очередь являлись хорошими друзьями друг другу, а уже после армейской группой.

– Эх, поскорее бы! Я безумно скучаю по … – Дерек, немного осёкся, – В общем, по дому, скучаю.

Друзья привыкли смеяться опасности в лицо, пренебрегая некоторыми правилами, когда это касалось лично их. Тем не менее, произносить имена своих близких, находясь в стане врага, было слишком опрометчивым поступком.

И пусть даже, шанс подвергнуть их опасности был ничтожно мал, находясь здесь, в совершенно другом мире, парни слишком трепетно относились к своему дому, чтобы допускать даже его.

– Скоро, брат, скоро!!! – поддержал друга Марк, – Я слышал, как полковник лично обсуждал правила и процессы нашего вывода, – снайпер оторвался от оптики своего прицела, и посмотрела на своего напарника, – Сейчас самое главное соблюсти все правила, ведь в затылок дышит ООН. Так что походу это наш последний боевой выход. День два и мы дома.

На некоторое время повисла давящая тишина, которая нарушалась лишь воющим гулом проскальзывающего ветра, который гнал мелкие песчинки вдоль бескрайних барханов.

– В любом случае, надо доделать эту работу! – подытожил Сантос, после чего добавил: – И доделать её хорошо!