Шелортис. Книга вторая

Первые лучи раннего утреннего солнца робко пробирались сквозь занавешенные тяжёлыми шторами арками окон просторной кормовой каюты «Небесной трели». Украдкой пробираясь сквозь пронизанную пылью мрачную обитель, ловкие проныры озорными бликами отражались от лакированной поверхности корабельной утвари.

Расположившись на большой, прибитой к полу массивными гвоздями кровати, маленькая Ди безмятежно сопела носиком. В пустынном мире царства грёз, малышка даже не догадывалась о том, что усилиями комендора Гартона уже успела покинуть, безвременно покинувший сей мир, флагман ардийского флота.

Принцесса Райма сидела рядом. Расположившись на потрёпанном жизнью стуле, леди Валир сложила крохотное одеяло в несколько сгибов. Заняв большую часть лакированного стола командира судна, Райма соорудила для раненного магического зверя небольшую лежанку, на которой тот и разместился.

Тяжело дыша, малышу едва ли хватало сил, чтобы открывать глазки, однако о том, чтобы подняться на свои четыре даже речи быть не могло. Тяжело поскуливая, рысёнок то и дело пытался пропустить по шёрстке волну из грозовых разрядов, но в ответ на его волю лишь две серебристые отметины из пяти еле заметно мерцали, после чего тут же стихали.

Поглаживая малыша по голове, принцесса Ардиса заботливо успокаивала рысёнка, нашёптывая ему умиротворённые наставления, а порой даже напевая один из совершенно незнакомых Ларсу мелодичных мотивов. В какой-то момент магический зверь принял свою судьбу. Перестав сопротивляться, рысёнок безвольно распластался на своём лежаке.

Тем временем экипажи боевых кораблей, как никогда настороженно бдели за сумрачным горизонтом из-за которого, лениво потягиваясь, выползало алое рассветное солнце. Сотни пристальных взглядов внимательно озирались по сторонам, то и дело, прищуриваясь, а порой с тревогой прикладываясь к подзорным трубам.

Никто прежде из команд «Трели» или «Рока» даже не допускал мысли о том, чтобы флагман ардийского флота был потоплен. Оказавшись в мире суровой реальности, экипажи сверлили испуганными взглядами гигантские проломы в корпусе «Центурия», которые едва ли было под силу оставить какому-либо из известных кораблей.

В свою очередь, уцелевшие члены команды галеона уже окончательно перебрались на сторожевые корветы, поровну распределившись в экипажи конвойных судов. Разумеется, леди Валир и её дорогие гости в лице Ди и Ларса нашли пристанище на судне комендора Гарарда.

Не думая ни секунды, Баримон предоставил в распоряжении принцессы свою личную каюту, что разительно выступала из кормы, открывая потрясающий обзор на бескрайние просторы сумеречного океана. Однако ни спящей Ди, ни раненному Ларсу, ни принцессе Райме в этот самый момент не было дела до безмятежных красот прибрежного края.

Выбившись из графика, корабли были вынуждены встать на якорь, дабы переждать день, который уже вовсю начинал свой фривольный променад в мире песчаной жемчужины востока, именуемой Эмиратом Ардис. Обещанные Раймой семь день в пути, волей судьбы превращались в девять, и едва ли этот факт мог порадовать хоть одну из принцесс.

– Ваше Высочество! – еле слышно произнёс траурный шёпот комендора Гартона, что с присущей лишь пантеоссом лёгкостью в шаге, незаметно вошёл в покои своей принцессы, – Команды построены! Мы бы почли за честь, если бы принцесса Ардиса приняла участ…

Не успел Эмерек закончить свою мысль, как принцесса Райма без лишних слов встала из-за стола. Мягкой поступью пройдя мимо комендора, леди Валир слегка сбавила ход перед дверью, позволив учтивому офицеру открыть её перед ней, после чего быстрым шагом вышла на палубу.

Гартон не соврал и вдоль деревянных лееров высоких бортов «Небесной трели» действительно ровными рядами построились с полсотни моряков от офицера до матроса. Завидев принцессу на палубе, разномастная компания из людей и пантеоссов тотчас вытянулась по струнке, не требуя ни команд, ни приказов.

Пробежав взглядом по траурным лицам соратников, принцесса остановила его на самом широком ящике из всех, что стояли в центре палубы. К борту именно этого короба были приколочены два потрёпанных флага, под сенью которых покоилось тело безвременно почившего коренастого старпома флагмана ардийского флота.

Едва приблизившись к деревянным ящикам, взгляд принцессы тотчас коснулся бездыханного тела Дориана Ралиса, лежавшего в одном из них. Казалось, ещё вчера коренастый офицер, невзирая на ранги и титулы, по её приказу разнимал двух вечно бранящихся комендоров, а уже сейчас, он лежал мирно и тихо, навеки сомкнув свои глаза.

Крепко сжав губы, принцесса едва держалась, чтобы не дать воли переполнявшим её чувствам, от которых всё внутри буквально разрывалось на части. Стоявший позади комендор Гартон не спешил принцессу. Опустив взгляд в пол, Эмерек вспоминал лучшие дни, когда его верный старпом проявлял чудеса выдержки и стойкости в их путешествиях.

– Ваше Высочество! – вполголоса произнёс комендор Гарард.

Учтиво поклонившись, немолодой командующий «Соловьиной трелью» подошёл к принцессе, после чего встал по правую руку от принцессы. Бросив короткий взгляд на Эмерека, Баримон сочувственно кивнул, на что тот благодарно прикрыл глаза на пару секунд, слегка склонив голову в еле заметно кивке.

– Приступайте! – дрожащим голосом произнесла Райма, впервые дав понять о бушующих чувствах в своей душе.

Едва ли кто из присутствующих смог бы что-либо прочитать в умиротворённом лице принцессы, но голос предательски выдал настроение своей хозяйки, окончательно разрушив её стойкий и непоколебимый образ. Сложив пальчики в замок, Райма с силой вдавливала одну руку в другую, пытаясь справиться со вспыхнувшей болью утраты.

– Командирам боевых частей приготовиться! – прокричал Гартон и в ту же секунду команды вытянулись ещё сильнее.

В следующую секунду, комендор «Небесной трели» принялся зачитывать имена и ранги экипажа «Центурия», часть из которых отзывалась громогласным откликом о присутствии. Когда же Баримон дошёл до имени славного старпома, что возглавлял список павших членов экипажа, на корабле воцарилась полная тишина.

– Ралис! – громко и чётко прокричал Эмерек.

Исподлобья покосившись на стройные ряды сводного экипажа, комендор «Небесной трели» ждал отклика, но лишь кромешная тишина стала ему ответом.

– Дориан Ралис! – повторил Гартон в два раза громче.

Никто не издал в ответ ни звука.

– Старпом Дориан Ралис!!! – голос комендора «Центурия» прозвучал гневно и разительно громче.

Казалось, словно Гартон не видел тела усопшего офицера и действительно требовал его откликнуться на своё имя. Однако в абсолютной тишине было слышно, лишь как волны бьются о борт уцелевшего корабля и как вдали, в роковой истоме поскрипывает едва державшийся на плаву «Центурий».

– Дориан Ралис! – многозначительно произнёс Гартон, словно собирался озвучить принятое решение о наказании замешкавшегося на перекличке моряка.

Повернувшись к деревянному рундуку с флагами, Эмерек замер. Смерив надменным взглядом лежащее тело старпома, комендор «Центурия» вытянулся по струнке. В ту же секунду Баримон Гарард, стоявший рядом с принцессой последовал его примеру.

– Да примет тебя Богиня смерти как равного, друг мой! – еле слышно пробормотал Гартон, после чего во всеуслышание прокричал: – Вечного попутного ветра!

В тот же миг вся команда разразилась единогласным криком, хором повторив последние слова комендора «Центурия».

– Сован! – повернувшись к ровным рядам, комендор «Центурия» продолжил перекличку почивших соратников.

Не меньше четверти часа прошло перед тем, как экипажи попрощались с последним отважным моряком, чья судьба оборвалась в минувшей встрече с парящим крейсером.

– Доброй дороги, друзья! – подытожил комендор Гартон.

Хоть на лице комендора едва ли можно было прочитать хоть какую-нибудь эмоцию, всё же в глубине души Эмерек сильно переживал об участи павших соратников. Держа руки за спиной как подобает офицеру, Гартон крепко сжимал кулаки в яростной истоме, как того требует неписаный долг дружбы.

Тем временем, облачённые в белые балахоны моряки вышли на центр палубы. Сжимая в руках кувшины, ритуальные вестники в едином порыве перевернули их, опорожнив содержимое на тела павших соратников. Едкий запах горючей смеси ударил в нос присутствующим, но никто, даже сама принцесса Ардиса не посмели поморщиться.

Закончив с кувшинами, вестники в белом наряде вложили в руку каждого по небольшой круглой бомбе, чей длинный фитиль они аккуратно обвели вокруг деревянного ящика каждого из усопших. Когда последние приготовления были окончены, ритуальный отряд принялся один за другим спускать погребальные рундуки на воду.

– Да смилостивится на вами Богиня Смерти! – пробормотал Гартон, пристально наблюдая за похоронной процессией.

Встав на воду, ящики, покачивались на зеленеющих под пристальным взором солнца волнах. Не прошло и минуты, как спустившиеся на воду три шлюпки с ритуальными вестниками повели вереницу из десятков погребальных рундуков к флагману ардийского флота, что уже на треть вошёл под воду, продолжая медленно, но верно тонуть.

– Во славу ардийского народа! – вполголоса произнёс Гарард.

Стуча каблуками о деревянную палубу, Баримон подошёл к Эмереку, после чего они уже вдвоём наблюдали за ритуальной процессией.

– Во славу его свободы и величия! – отозвался Гартон.

В тот же миг фитили ящиков вспыхнули, и шлюпки с облачённым в белое экипажем на всех порах бросились к родному борту «Небесной трели».

– Я не могу! – прошептала Райма и уже собиралась отступить, но комендоры тотчас обступили её.

Крепко взяв леди Валир за предплечья, офицеры не могли позволить первому лицу на корабле позорно бежать с палубы перед взором десятков членов экипажа. Понимая, как Райме было тяжело, Эмерек и Баримон не выказывали ни малейшего осуждения её малодушию, и, казалось, больше пытались помочь ей самой, нежели укрепить лицо власти в Эмирате Ардис.

– Вечная слава героям Ардиса! – в едином порыве хором взорвался экипаж.

Сложно сказать, стало ли следующее событие результатом выверенной работы ритуальной группы или же Сама Вечность снизошла до смертных, внеся свои изменения, но едва моряки и солдаты взорвались громогласным криком, как в ту же самую секунду фитили достигли крохотных бомбочек.

Закреплённые на груди каждого члена павшего отряда огненные бочонки тотчас вспыхнули оранжевым пламенем, в одну секунду полностью поглотив ритуальный рундук. Флаги, прикреплённые к бортам обители старпома Ралиса, также были преданы огню, окончательно закончив историю галеона «Центурия», которому они принадлежали.

Когда команда ритуальных вестников вернулась к «Небесной трели», разгоревшееся пламя уже перекинулось на судно, часть которого всё ещё выглядывала из воды. Вспыхнув гигантским пожаром, некогда величественный корабль издал последний выдох, пустив в небо столп густого чёрного дыма, после чего стремительно пошёл ко дну.

. . .

Никогда прежде полуденное солнце не было таким ярким и знойным как сейчас. Взобравшись на пьедестал своего величия, могущественный небесный провидец терпеливо выжидал, когда пара стоявших на приколе корвета всё же решатся пуститься в путь к родным берегам.

Тем временем, «Трель» и «Рок», подобно двум могучим титанам, проявляли непоколебимое терпение. Спустив сразу по два якоря, сторожевые корветы не продвигались ни на йоту, медленно покачиваясь в такт колеблющейся воды, что цветом своим едва ли отличалась от небесной тверди.

Выжидая своего часа, корабли покорно стояли на месте, словно в этот самый момент у их бушпритов проходила загадочная незримая граница, переступив которую, любой зазевавшийся путник пренепременно угодил бы в лапы суровой стихии.

– «Кара богов»! – прошептал Гартон, разглядывая опустевший порт Дирана, что виднелся вдалеке.

За спиной Эмерека раздался приглушённый стук каблуков, но тот даже не обернулся. За время, проведённое на «Соловьиной трели», чей экипаж целиком и полностью состоял из людей, благородный пантеосс уже успел привыкнуть к топоту десятков ног, что спешно носились по палубе.

– Как считаешь, Мардэк взял власть в Диране?! – донёсся голос Гарарда.

В ответ Гартон лишь горько усмехнулся, шумно сложив свою подзорную трубу.

– Думаешь, не стоит возвращаться! – еле слышно произнёс Эмерек, опасаясь, что его услышит кто-то из команды.

– Я этого не говорил, но … – поспешил оправдать Баримон, однако закончить мысль не успел.

– … но оказаться в темнице, едва ступив на сушу тебе не хочется! – перебив соратника, Гартон закончил фразу за него.

Растянувшись в ехидной улыбке, пантеосс искренне был уверен, что абсолютно точно угадал мысли своего собеседника.

– Калиран! – снисходительно закатив глаза, парировал Гарард, – Может, стоит взять курс на Калиран?!

Едва последние слова сорвались с губ Баримона, как Эмерек тотчас встретил их саркастичной усмешкой.

– Во-первых, шахрани Вакир встретит нас ничуть не приветливее этих! – Гартон взглядом указал на обломки линейных кораблей за бортом, – А во-вторых, Калиран вдвое дальше, у нас не хватит ни хода, ни припасов, чтобы добраться до западных берегов Ардиса.

Скрестив руки на груди, Баримон задумчиво упёрся локтями о деревянный леер своего корабля.

– Но в Диран самоубийство! – вновь заговорил комендор «Трели».

– Нам нужен Салвар! – парировал Гартон, явно не собираясь менять своего решения.

– Ах да, твой пытливый гений! – усмехнулся Баримон, бросив тревожный взгляд на каюту у опердека.

– Сделанного не воротишь! – отмахнулся Эмерек, – О пролитом вине, едва ли стоит горевать!

– Если бы не твоя … – едва не перейдя на крик, сквозь зубы процедил Гарард, но в последний момент стих.

Развернувшись, комендор «Соловьиной трели» не распуская рук с груди, как ни в чём не бывало, упёрся спиной в леер, украдкой оглядев бодро снующую взад-вперёд команду. На удивление, пантеоссы и люди весьма добротно сработались друг с другом.

Вопреки ожиданиям обоих комендоров, экипажи не только не соперничали, но даже отлично дополняли друг друга. Там где пантеоссам не хватала сноровки и сил, люди без труда справлялись волей характера и физической стойкостью. В свою очередь, поборники ловкости и проворства захватили едва ли не монопольное право распоряжаться парусами на реях.

– Ты знал их?! – кивнув в сторону опердека, Эмерек впервые говорил без единой тени иронии в голосе.

– Лично нет! – коротко парировал Гарард.

– Давай на чистоту, а?! – нахмурив брови, Гартон вполоборота повернулся к собеседнику.

Тяжело вздохнув, Баримон пару секунд молча смотрел на комендора павшего «Центурия».

– Королева Эния! – наконец заговорил Гарард, – Это произошло в день великой трагедии, что мы именуем «планетарным расколом», а ваши умы причисляют к «божественному провидению». В то время как лучшие из лучших бились во благо нашего будущего, свободного будущего, были и те, кто пожелал воспользоваться моментом.

Вновь обернувшись, Баримон крепко обхватил пальцами полированный леер.

– В тот день Срединное королевство … – на мгновение Гарард осёкся, решив перефразировать свою мысль для своего собеседника, – … государство на магическом континенте получило серьёзный удар, оправиться от которого едва ли может по сей день. В тот день наш народ зараз лишился всей королевской семьи, оставшись один на один перед лицом будущего.

Повернувшись лицом к океану, Гартон так же как и его собеседник, упёрся руками в леер.

– Король Себастиан погиб в бою у горы Ра-Бион! – тон Баримона звучал траурно, – Королева Эния погибла от рук убийцы! Принцесса Ингриди была похищена, а принцесса Эми помутилась рассудком благодаря стараниям одного коварного лиходея!

На мгновение стихнув, Гарард с тоской посмотрел вдаль.

– Что значит «помутилась рассудком»?! – с интересом переспросил Гартон, впервые нарушив собственное молчание.

– Тебе ли не знать! – иронично усмехнувшись, не без сарказма в тоне бросил Гарард.

Покосившись на опердек, куда приказом комендора «Соловьиной трели» были определены захворавшие гости принцессы Раймы, Гартон понимающе кивнул.

– Некто Луир, чтоб его бездна забрала! – вновь заговорил Гарард, – Этот рыжий хитрец всех переиграл! Вместе со …

– Рыжий Луир?! Луир Фари?! – переспросил Гартон, чьи глаза округлились от удивления.

– Фари! – словно услышав нечто знакомое, Баримон одобрительно закивал.

– Рыжий как языки пекла, с кучей кос на голове и бородёнке?! – Эмерек как мог, пытался описать внешность Луира.

Нахмурившись, Гарард потупил взгляд в пол, пытаясь вспомнить внешность проходимца, которого видел едва ли не пару раз в своей жизни.

– А ты прав, это он! – подытожил Баримон, после чего выгнув бровь, изумлённо посмотрел на собеседника, – А ты от…

– Луир и Хамон Фари … – многозначительно произнёс Гартон, словно собирался отрапортовать о проделанной работе.

– Хамон!!! – воскликнул Гарард, – Эта сволочь тоже с ним была! Нынче повелитель застенков и казематов!

– Ох … – отрешённо выдохнул Гартон.

Казалось, словно в этот самый момент в душе комендора «Центурия» погасло что-то доброе и яркое.

– Эти двое были в Ардисе! – траурно произнёс Эмерек, – Именно с них началась смута Мардэка! Когда попытка свергнуть эмира провалилась, они бежали прочь, оставив свою марионетку на откуп великодушия великого эмира Эдмундо, да продлится его жизнь тысячу лет! Их бы линчевали на площади Дирана, но пройдохи оказались проворными!

Впервые Баримон посмотрел на Эмерека взглядом полным понимания, взглядом, которым может посмотреть на человека искренний товарищ по несчастью.

– Поганцы! – сжав леер ещё крепче, Гарард точно сломал бы его на части, если бы у него хватило на это сил.

– Откуда они?! – поинтересовался Гартон, в чьём голосе читалось всё больше и больше искренности.

Исподлобья посмотрев на собеседника, Баримон еле заметно улыбнулся уголком рта.

– Опустошённые земли! – наконец соизволил ответить комендор «Соловьиной трели», – Обитель опального пирата Хуто Пула. Мы долгое время наблюдали за ним и за его, с позволения сказать народом. Наверное, впервые за всю историю, шайка бандитов решила сколотить не банду, а целое государство.

Гарард пренебрежительно усмехнулся.

– Тем не менее, Хул не представлял опасности, пока … – Баримон инстинктивно поморщился, – … пока его не взяли под крыло Луир и Хамон. Ума не приложу, как наши следопыты упустили этот момент, но сегодня, именно с «опустошённых земель» пребывают всё новые и новые голодранцы, что напялив фиолетовые платья, тотчас обращаются в солдат …

На мгновение Баримон осёкся, едва не назвав «фиолетовый орден» солдатами Срединного королевства.

– А знаешь! – воспользовавшись моментом, слово взял Эмерек, – Давай как разберёмся с Мардэком, возьмём парочку кораблей и наведаемся в гости к братцам Фари! Уверен, они будут вне себя от счастья встретить своих старых и добрых друзей!

Подмигнув, Гартон несколько раз погонял пальцем туда-сюда, поочерёдно указывая то на себя, то на своего собеседника.

– Значит всё-таки на Диран?! – сдержанно улыбнувшись уголком рта, Баримон вновь развернул свою подзорную трубу.

Пока комендоры двух судов внимательно изучали обстановку на побережье при этом бурно обсуждая события минувших дней, в просторной офицерской каюте царила безмолвная тишина. Сквозь плотно занавешенные окна панорамной кармы в мрачную обитель едва проникал солнечный свет, но едва ли кто был рад ему сейчас.

Вернувшаяся на прежнее место принцесса Ардиса продолжала выхаживать крохотного рысёнка, которому едва хватало сил, чтобы самостоятельно дышать. Поглаживая малыша по голове, Райма трепетно пыталась окружить магического зверька искренней заботой, что должна была помочь ему поскорей восстановиться.

Тем временем, младшая принцесса Срединного королевства, уютно укутавшись в тяжёлое мягкое одеяло, уже перестала ритмично посапывать как прежде. Насторожённо навострив ушки, малышка в привычной для себя манере внимательно вслушивалась в тишину вокруг, пытаясь понять, где она находится и что вообще происходит.

Сжимая в руках нечто твёрдое, Ди едва не порезалась, пока пыталась прощупать таинственную находку. Решив отложить свои исследования вслепую на потом, малышка ловким движением сунула сорванный с шеи Риджеса «осколок» в карман своего костюмчика.