Дракон и я

Глава 8

— Тейн! Тейн! — взревел я, влетая в старый дом по высоким каменным ступеням. — Где ты? Дракон тебя дери!

— Эй, дружище, ты чего? — Тейн перегнулся через перила второго этажа. — Я тут.

Я задрал голову, глядя на друга. Тот выглядел взволнованно. Если бы только он знал, как взволнован был я...

— Скажи, что мы возвращаемся, — протянул Тейн, ожидая, когда я поднимусь по лестнице. — Иначе я не понимаю, зачем эта паника.

— Следуй за мной, — прорычал, проходя мимо друга. Тот с удивлением уставился на меня, но не стал задавать вопросов, пока мы наконец не добрались до кабинета, сейчас больше похожего на склад ненужных вещей. Там среди ящиков, стульев и покрытого пылью стола, я упал в глубокое кресло, все еще ощущая, как странное зудящее покалывание будоражит моё тело.

— Ну что случилось-то? — спросил Тейн, прикрывая дверь. Не то чтобы в доме было много слуг, мы все же кое-кого наняли для помощи в поместье, но Тейн, как и я, не любил случайных свидетелей. Особенно когда вам есть что скрывать.

Часто дыша, сложил руки перед собой и попытался успокоиться. Выходило плохо, но спустя несколько мгновений мне все же удалось подавить возбуждение и, выдохнув, произнес, глядя на друга:

— Что ты знаешь о графине Эванджелине Ройс?

Глаза у друга округлились. Видимо, я произнес какую-то несуразицу, по мнению Тейна, потому что тот попросил повторить вопрос.

— Эванджелина Ройс. Графиня. Из Сноу-Мил.

Тейн задумчиво уставился в потолок.

— Впервые слышу это имя, — сказал он.

— Но ты же спишь со служанкой из Сноу-Мил.

— Вот именно, дружище, сплю, а не болтаю.

— Так ты что-то слышал?

— Ну, — протянул Тейн, теперь направляясь к затянутому старой шторой окну. — Марта сказала, что у них гостит какая-то столичная леди. Назвала ли она ее имя, я не помню, честное слово, — он пожал плечами. — Кажется, Марта говорила, что ей приходится нянчиться с этой леди, но я не помню. Да и как-то не до этого было, знаешь ли.

Я поморщился, стараясь пропускать мимо ушей пошлые намеки и шуточки друга.

— Откуда такой интерес? — Тейн перестал задумчиво созерцать зеленый лес, раскинувшийся буквально под окнами дома, и перевел взгляд на меня.

Я же не торопился отвечать. Постукивая пальцами по колену, обдумывал всё, что случилось некоторое время назад. Я чувствовал в девушке драконью кровь, и это факт. Но что-то в ней было не так. Хотелось бы понять, что именно, но прежде разобраться — откуда здесь взялся еще один дракон?

— Мог бы ты узнать, кто она такая. И кто ее отец. Она сказала, что его зовут граф Ройс. И если я правильно понял, то граф родственник хозяйки Сноу-Мил.

Тейн нахмурился, но с места не сдвинулся. Смотрел на меня выжидающе. Я же все глубже погружался в свои мысли, пытаясь понять, почему так странно отреагировал на девушку.

— Так что?

— Что?

— Ты скажешь, где ты ее и при каких обстоятельствах встретил?

— В садах Сноу-Мил. Решил дорогу сократить.

Тейн усмехнулся.

— И какая она? Красотка, надеюсь? А то я что-то уже устал от местных...

— Тейн! — рык вырвался из моей груди против воли. Друг подскочил на месте, да и я сам удивился реакции, которая возникла буквально на пустом месте. А всего-то стоило представить Тейна и графиню вместе. Словно вся моя суть была против этого.

Моя драконья сущность...

— Эй, что с тобой? — прошептал Тейн, замерев у окна.

Я сжал ладони, вновь пытаясь прогнать из себя это странное покалывание, от которого кожа будто была объята пламенем.

— Просто узнай, кто она такая.

Тейн прищурился, но, видимо, поняв, что вразумительного ответа от меня не получит, молча согласился выполнить поручение.

— И да, кровельщика я нашел, — сказал он на выходе из кабинета. — Я так понимаю, мы здесь надолго.

— Извини, — произнес осипшим голосом.

Увы, но добрых вестей нет. Зато есть одна очень интересная леди, о которой я не могу не думать.

Откуда драконы в королевстве Фернан?

***

— Сегодня ты молчалива, — проговорила леди Лукреция, потягивая из фарфоровой чашки послеобеденный чай. Она вновь сидела в своей комнате с большим камином и грелась около огня. В комнате было довольно душно, но леди Лукреции, кажется, очень нравилось, когда было тепло. Ощущая, как по спине бежал пот, я расставляла цветы по вазам.

После случайной встречи с незнакомцем я вернулась с полупустыми корзинами. Пришлось спешно собирать цветы у выхода из сада.

— Я всегда молчалива, леди Лукреция, — ответила, старательно подрезая кончики роз и убирая сухие листики.

— В том-то и дело, Эванджелина, — отозвалась она, и чашка, поставленная на блюдце, издала звонкий звук, на который я оглянулась. Хозяйка поместья смотрела в мою сторону, и хотя она едва различала контуры моего тела, все же мне было неуютно, когда она делала вот так. — Я ожидала от тебя иной реакции, деточка. Но ты терпелива и послушна. Говорят, способна к исправлению. Пусть у Деррека и есть нарекания к твоей работе, но все же даже он поражен, как ловко ты управляешься с его заданиями.

— Я стараюсь, леди Лукреция. И рада слышать, что у меня получается.

Старуха что-то прокряхтела себе под нос и, отвернувшись, продолжила чайную церемонию. Я выдохнула и, закончив с одной вазой, принялась за вторую.

— Не рассчитывай, Эванджелина, что я отправлю письмо твоему отцу, в котором расскажу, что ты исправилась. Потому что я не верю тебе.

Я сглотнула, но виду не подала, что меня расстроили слова леди Лукреции. Ту не зря Лина считала противной старухой, и будь настоящая графиня Ройс здесь, она бы уже разнесла половину поместья, требуя немедленного возвращения домой. Я выбрала иную стратегию, и пусть та не принесла мне долгожданной свободы, все же моя постель была теплой, а тарелка полна еды. Голодать и мерзнуть — это не то, что я хотела бы получить в Сноу-Мил.

— Нет, я не прошу ничего отправлять моему отцу, — выдавив из себя слова, развернулась и посмотрела на леди Лукрецию. — Возможно, мне пойдет на пользу жизнь вдали от столичной суеты.

Старуха хитро улыбнулась.

— А ты умна, — хмыкнула она. — Лучше расскажи, как там розы без меня растут? И только честно, Эванджелина. Я не хочу расстраиваться.

Сглотнув, я сжала кулачки и на духу выдала все, что творилось в садах поместья. Лукреция кивала, хмурилась и молчала, а когда я закончила свой рассказ, она тихо произнесла:

— Приятно слышать, что хоть кто-то не пытается мне льстить.

— Простите, если я вас огорчила.

Лукреция отмахнулась.

— Этого стоило ожидать. С тех пор как мои ноги перестали ходить, а руки — держать ножницы, я не могу выйти из дома. Да и глаза мне больше не принадлежат.

Затаившись, я слушала скорбный рассказ леди Лукреция, чья жизнь угасала, и не могла поверить собственным ушам. Она признавала свою слабость и боль, и меня охватила грусть, наполнившая глаза слезами. Ох, если бы только мои родители были живы, я бы не угодила в ловушку, ловко расставленную графом Ройсом и не оказалась там, где сейчас была. Совсем одна, брошенная на произвол судьбы, я выживала как могла. И даже сейчас, играя чужую роль, мне было сложно смириться со своей участью.

— Ты можешь быть свободна, — резко сказала леди Лукреция, отчего я едва не выронила из рук последние цветы, которые не успела поставить в вазу.

Взглянула на хозяйку поместья и увидела, как ожесточилось ее лицо. Она поджала губы, отвернулась к камину, словно давая мне понять, что сейчас мне лучше унести ноги подальше, пока она не разозлилась. Поспешно воткнув последние цветы в вазу и не заботясь, как они будут там выглядеть, схватила пустые корзины и выскочила из комнаты, осторожно прикрывая за собой дверь. И лишь когда та с тихим скрипом закрылась, выдохнула.

И что это было?

Лукреция вспомнила, что должна быть со мной беспощадной и холодной? Неужели мне удалось пробить крошечную дыру в броне леди Сноу-Мил и отыскать под жесткой и колючей оболочкой доброго и светлого человека, которому не повезло родиться некрасивой? Девочку, которую сплавили на край света лишь по той причине, что она не была такой как все?

Мне стало больно. Я жалела Лукрецию, брошенную в Сноу-Мил в окружении слуг, которые не очень-то заботились о своей хозяйке. Но нельзя было позволять чувствам взять верх над разумом. Мне стоило подумать о себе.

Сноу-Мил — не то место, где можно расслабиться. Любой мой промах подведет под топор палача. Уверена, что граф Ройс с удовольствием занесет свой начищенный до блеска меч над моей шеей.

Вздыхая и с трудом перебирая ногами, я добралась до комнаты. Оставила корзины у входа. Чуть позже верну их на место, а пока мне хотелось чуть-чуть отдохнуть и вымыть руки, которые были перепачканы зеленью. Но войдя в комнату, я с удивлением заметила Марту. Услышав, как дверь открылась, она отскочила в сторону от сундука, в котором хранились наряды Эванджелины. Те самые, которым не было места в Сноу-Мил: с рюшами, кружевами и лентами.

— Ой! — вспыхнула молоденькая служанка.

— Что ты здесь делаешь? — спросила я и взглянула на сундук. Часть нарядов была потревожена. Неужели Марту приставили не только присматривать за мной, но и тщательно следить, копаясь, например, в вещах. — Что ты тут ищешь?

Марта вновь ойкнула и уже было выбежала из комнаты, но я преградила ей путь.

— А ну, немедленно отвечай!

— Извините, графиня. Я не нарочно, — залепетала черноокая девица. — Мне так нравятся ваши наряды, вот я и решила одним глазком глянуть.

Я прищурилась и покачала головой.

— Пока я тебе не верю. Попробуй еще раз, — продолжала выпытывать правду, хотя у самой поджилки тряслись. Вдруг кто-то, например, сама Лукреция, подозревает, что я самозванка, и отправила Марту перевернуть мой багаж в поисках доказательств.

— Простите, — пропищала служанка. — Но это правда. Мне очень понравились ваши платья. Я в жизни таких не видала.

— Ну ладно, допустим, я начинаю тебе верить.

Марта выдохнула. Вот только я притворялась. Здесь верить нельзя никому. Любой может узнать мою тайну.

— Ты могла бы попросить, и я бы сама показала тебе свои платья, — ответила, и у Марты вдруг вспыхнули глаза. Словно ей понравилась идея наряжаться в платья графини.

— Правда? — прошептала она затаившись.

Я кивнула.

— Но откуда такой интерес?

Марта вдруг поджала губу и опустила голову. Так и знала! Что-то тут не то!

— Рассказывай. Ты можешь мне довериться, Марта. Я все равно никому ничего не расскажу.

Девушка сплела пальцы в замок и тяжело вздохнула, и все же сжалась, когда я еще трижды повторила, что она может мне доверять. Ведь действительно, кому я здесь что-то расскажу?

— В поместье Ренвуд кое-кто поселился. Он мне очень нравится, но я ведь служанка. У меня ни манер, ни нарядов красивых. А он лорд!

Я сглотнула. Что-то мне становилось дурно. Неужели?..

— Ренвуд — это далеко от поместья Сноу-Мил?

— Они наши соседи.

— А как зовут лорда?

Марта хитро улыбнулась. Словно одна мысль, что она знает о нем, радовала девушку.

— Тейн.

У меня сердце едва не выскочило из груди. Я вспомнила незнакомца, который напугал меня в саду, но назвался он другим именем.

— Этот Тейн, то есть лорд Тейн, какой он?

Марта загадочно прищурилась и прошептала:

— Высокий, светловолосый и очень красивый. А как он целуется!

— Ох, Марта, без подробностей! — возмутилась я, чувствуя, как камень упал с души. Нет, этот Тейн не тот, кто мне повстречался. Возможно, Райнер был простым путником, которого я больше никогда не увижу. И я очень на это надеялась.

— Как скажете, графиня.

Я махнула рукой.

— Ладно, Марта, давай подберем тебе симпатичное платье, чтобы порадовать твоего лорда Тейна.

Девушка замерла на месте, до смешного выпучив глаза.

— Правда? Можно? — И она качнула головой в сторону сундука.

— Да, можно. Мне они все равно здесь без надобности. А так почем зря лежат без дела. Хоть кому-то пригодятся.

Марта засияла от счастья, а я нашла себе приятное занятие на день, помогая служанке, которая в жизни не видела дорогих изысканных нарядов, выбирать себе платье, которое, кстати, пришлось девице впору. Разве что придется поработать над лифом. Кое-чем природа не обделила простую служанку.

Глава 9

— Не вели казнить, — заявил Тейн, входя в кабинет, который моими стараниями потихоньку начал возвращать себе первоначальный облик.

Я оторвался от стопки брошенных старым хозяином писем и взглянул на друга.

— Смотря какие новости ты мне принес.

Тейн скупо улыбнулся, но в кабинет вошел и даже расположился в кресле. В том самом, в котором я проводил поздние вечера за размышлениями о том, как бы вернуть себе прежнее уважение и милость короля.

Скрестив руки на груди, Тейн выдохнул и, оглядев изменяющуюся в кабинете обстановку, заговорил:

— Как ты и просил, я с вестями о некой графине Ройс, гостящей сейчас в поместье Сноу-Мил.

Со дня встречи с незнакомкой прошло три дня. Я уже сам порывался отправиться в поместье, найти девушку, о которой буквально думал каждую минуту и потребовать объяснений. Но я терпеливо ждал вестей, не находя себе места в сыром пустом доме.

— И? — спросил, чувствуя, как желание подойти к Тейну и встряхнуть его, чтобы тот перестал ломать комедию и наконец-то все рассказал, увеличивалось с каждой долей секунды, проведенной в неведении.

— Да, в Сноу-Мил действительно гостит графиня Эванджелина Ройс. Единственная дочка графа Ройса. Он, кстати, известная личность в королевстве и приближен ко двору. Водит дружбу с их канцлером Смаджем.

Я сглотнул. Имя канцлера мне было известно, ведь будучи приближенным к своему королю, я несколько раз встречался с этой хитрой скользкой змеюкой.

— Насколько мне стало известно, девицу Ройс сослали в поместье Сноу-Мил на перевоспитание, за которое отвечает вдова. Та заставляет графиню пачкать ручки, капаясь в саду и выполняя еще какие-то мелкие задания по дому.

— И всё?

Тейн кивнул.

— Я же говорю — не вели казнить. Я узнал всё, что можно было вытянуть из слуг, которые, кстати, не так словоохотливы, как ты мог бы подумать. Знаю, что они поспорили, надолго ли хватит молодой изнеженной графини, но девица гостит уже больше недели в поместье и пока еще не сбежала.

Я сглотнул.

Что-то здесь не то.

— Значит, ее ты встретил в саду, когда просто сокращал путь? — поинтересовался Тейн, прищурившись. — Говорят, она красивая, графиня эта, но мне, увы, не удалось ее повстречать.

— Осторожней, друг мой, — рык вырвался из грудной клетки, выдавая мои чувства. — Она не какая-нибудь там служанка.

Тейн хищно улыбнулся.

Я отвернулся и покачал головой, словно пытаясь выбросить из головы мысли об Эванджелине, но не смог.

— Расскажешь, что именно заинтересовало тебя в юной графине?

Я вздохнул. Нет смысла тянуть дальше. Тейн должен тоже знать.

— Она на четверть дракон.

— Что?! — воскликнул друг, вскочив на ноги. — Она — дракон?

— Половинка от половинки, как ты любишь говорить.

— Не может быть, — прошептал он, плюхаясь обратно в кресло. — То есть ты уверен? Ведь в Фарнане уже давным-давно не водятся драконы.

— Я знаю, — ответил, пытаясь уложить полученную информацию в своей гудящей голове. — Знаю, что здесь нет драконов. Политика Фарнана вынудила всех, даже полукровок покинуть территорию королевства. Именно это меня и удивило, друг. Я встретил девушку, в которой течет пусть и слабая, но кровь дракона, при этом получается, что ее отец — приближенный ко двору. И как это объяснить? — спросил я, глядя на Тейна.

Тот мрачнел на глазах. Задумчиво барабаня пальцами по бедру, он о чем-то долго думал, пока не спросил:

— А ты уверен, что в ней точно есть кровь дракона?

— В таком я не ошибаюсь.

Тейн поджал губу. Ему явно не нравилось то, что он только что узнал.

— Думаешь, она солгала, потому что...

— Да. И она так удобно появилась в соседнем поместье, когда мы здесь уже осели.

Тейн поднялся из кресла.

— Тогда нам нужно наверняка выяснить, шпионка ли эта девица, притворяющаяся другим человеком и подосланная, чтобы следить за тобой, или же граф Ройс лицемер, который растит у себя под крышей полукровку.

Я кивнул, соглашаясь с каждым словом, произнесенным другом. Если девушка на самом деле графиня, то почему в ее жилах течет драконья кровь? А если она самозванка, то как много уже успела узнать и передать заговорщикам, по чьей вине я угодил в неприятности и едва не стал тем, кто предал своего короля.

— Нам стоит отправиться в Сноу-Мил и лично это выяснить, — произнес я, и Тейн впервые за долгое время был полностью со мной согласен.

***

Я занималась тем, что коротала время, подгоняя одно из платьев под местную моду, отрезая ленточки и кружева, которые в Сноу-Мил были ни к чему, когда в дверь постучали. Два коротких удара означали, что пришла Марта.

— Войдите, — сказала я, не отвлекаясь от своего скучного дела. — Для меня появилось новое задание?

Марта вошла в комнату и притворила за собой дверь. С тех пор как она с моего разрешения перебрала все наряды в сундуках, мы немного сблизились. Не то чтобы стали доверять друг другу, уж я-то точно никому не верила, но Марта стала чуточку добрее ко мне. Стала помогать с какими-то заданиями, хотя она была той еще лентяйкой. Приносила мне новости, пусть они чаще всего касались местных жителей. Иногда она воровала на кухне вкусности, например, пирожки с яблоками и малиной, и тащила их ко мне, угощая и делая соучастницей преступления. А я с помощью Марты проверяла, не выяснил ли кто-то в поместье о подмене, ведь служанка была бы первой, кто принес бы мне подобные слухи. Но пока было тихо, и мне это не нравилось. Я жила словно в жерле вулкана, который вот-вот пробудится и извергнет лаву.

— Нет, графиня, — сказала Марта, приближаясь ко мне. — Велено передать, что сегодня у нас будут гости. Леди Лукреция требует, чтобы вы приоделись, но скромно, как полагается благовоспитанной леди.