Все началось у алтаря

Да, была однажды памятная ночь, но Клер тогда едва исполнилось семнадцать, и мама поручила ему довести ее до кровати в дальней комнате. Когда она полезла к нему целоваться, Шин испытал искушение – ведь он все-таки был мужчиной, а не роботом, – но он помнил, что отвечает за нее, и воспользоваться ее состоянием было абсолютно немыслимо.

Были еще взгляды, которыми они обменялись на одной из вечеринок у Эшли…

Вообще-то рядом с Клер, так или иначе, все время маячил очередной ужасный бойфренд. По мнению Шина, приятели Клер были из тех, кто считает, что обладателю артистической натуры не обязательно уметь зарабатывать на жизнь.

Шин вспомнил еще один случай. Тогда праздновали помолвку Люка и Эшли. Он пригласил Клер на танец – исключительно чтобы сделать приятное сестре. Но Клер взглянула на него широко распахнутыми голубыми глазами, приоткрыла губы… и он отреагировал чисто инстинктивно. Он поцеловал ее.

Тот поцелуй потряс его до глубины души. А когда он подверг случившееся анализу, то потрясение только усилилось. Клер – полная его противоположность. У них никогда бы ничего не вышло. Они немедленно свели бы друг друга с ума.

Сначала Шин был слишком обескуражен, чтобы сказать что-нибудь, а потом она вдруг отпустила какую-то дурацкую шуточку, и он сумел овладеть собой. И заставил себя позабыть об этом эпизоде.

Правда, именно сейчас он вдруг вспомнил о нем.

И вынужден был признать – возможность того, что между ним и Клер что-то произойдет, все время витала в воздухе. Возможно, потому, что он последние три месяца ни с кем не встречался?

– Клер! – На этот раз Шин встряхнул ее энергичнее. Она встрепенулась. Заморгала, словно забыла, где находится, но тут же все вспомнила.

– Извини, – пробормотала она. – Я нечаянно заснула. Надеюсь, что храпела не слишком громко?

Он догадался, что попытки шутить – это ее способ разрядить напряжение между ними. Неплохая идея.

– Не так оглушительно, как электродрель, – произнес он с усмешкой.

– И то хорошо.

Они вышли под итальянское солнце, такое яркое, что оба тут же надели темные очки. Шин втайне рад был этому разделявшему их барьеру. Он не хотел, чтобы Клер поняла, что поколебала его спокойствие, пусть мимолетно.

Но он не мог допустить, чтобы она в одиночку ворочала свои коробки.

– Я сам возьму их.

– Шин, они вовсе не тяжелые.

– Я выше ростом, и руки у меня длиннее. Так что мне просто удобнее их нести.

– Ну, тогда я понесу твой чемодан и портфель.

Шин успел забыть, какой она способна быть упрямой. И в то же время бессознательно восхитился ее независимостью.

– Может быть, скажешь, как зовут твою знакомую, и ее адрес, чтобы я могла послать ей цветы? – спросила Клер по дороге к зданию аэропорта.

– Я уже это сделал.

– Но это от тебя. А я хочу послать цветы от себя.

– Хорошо. – Шин пожал плечами. – Вот только приедем в гостиницу.

– Спасибо. – Она помедлила. – Еще мне нужно забрать из камеры хранения свои вещи.

– Подожди секунду. – Он проверил почту в мобильнике. – Отлично. Йен – это мой секретарь – заказал нам такси до Сорренто и билеты на паром.

Клер и Шин прошли паспортный контроль, затем забрали багаж. Шин подождал, пока она связывалась с авиакомпанией и узнавала – не нашлось ли платье Эшли? И по выражению лица Клер понял, что поиски успехом не увенчались.

Шофер такси погрузил вещи в багажник. Клер и Шин сели вместе на заднее сиденье. Она каждую секунду ощущала его близкое соседство и сидела как на иголках. И о чем прикажете разговаривать с человеком, с которым у вас нет ничего общего?

Она повернулась к окну.

– А вот и Везувий!

– Вы ведь были там с Эшли, да?

– И с Сэмми. Еще три года назад. Это было незабываемо – никто из нас прежде не испытывал ничего подобного. Я именно так представляла себе лунный ландшафт. А когда увидели, что из отдушин поднимается пар, то завизжали, как школьницы. – Клер улыбнулась, вспоминая. – По-моему, Эшли именно потому и решила справлять свадьбу на Капри, что во время экскурсии влюбилась в этот остров.

Оба они знали и вторую причину, по которой Эшли не захотела венчаться в лондонской церкви, где крестили их с Шином и где их родители сочетались браком. Родители были похоронены на церковном дворе.

– Здесь чудесно, – произнес Шин.

– Да, сказочно. – На этом светская болтовня иссякла, и остаток пути Клер и Шин смотрели в окно на море, неправдоподобно синее, и любовались домиками, живописно рассеянными на уступах скал.

Наконец такси высадило их в гавани. Клер охраняла вещи, пока Шин выкупал билеты, – и вот они ступили на борт парома и отправились на остров Капри.

В гавани стояло на якоре множество роскошных яхт. Когда они подплыли ближе, Клер увидела на берегу выстроившиеся в ряд виллы, выкрашенные в ослепительно-белый и кремовый цвета. Такие же изящные дома гнездились на уступах горы, которая и была островом, а в вышине белела скалистая вершина.

Высадившись на берег, они сели на фуникулер, поднявший их на Пьязетту, и там же на площади поймали такси. Автомобиль повез их мимо нового ряда домов, сиявших белизной на фоне синего моря и неба. Повсюду цвели бугенвиллеи и рододендроны, на окнах алела герань в терракотовых горшочках. Клер всегда восхищалась глубиной и богатством красок на южном побережье Европы.

И вот наконец они прибыли в гостиницу.

– Спасибо, что ты все организовал, – произнесла она, когда они получили ключи. – Ты сказал, что дашь мне адрес своей подруги? – Клер достала блокнот и ручку и записала продиктованный адрес. – И последнее – шоколад она любит молочный, белый или горький?

– Понятия не имею. А ты собираешься послать ей шоколад?

– Цветы ведь ты уже отправил. – Она улыбнулась.

– Хорошая мысль, – сказал Шин. – Ну, до встречи!

Он ясно давал понять, что не собирается больше тратить на Клер свое время. Ее это очень даже устраивало – чем меньше они будут находиться в обществе друг друга, тем меньше вероятность очередной ссоры.

Она позволила коридорному отнести вещи в номер. Но не успела положить коробки с платьями на кровать, как в дверь постучали.

– Войдите! – воскликнула Клер с улыбкой, прекрасно зная, кто это может быть.

В комнату вошла Эшли – внешне очень похожая на своего брата, с такими же темными глазами и волосами, но характер у нее был в миллион раз лучше. Клер порывисто сжала ее в объятиях:

– Привет, прекрасная невеста! Как ты?

Эшли тоже крепко обняла ее.

– Как я рада тебя видеть. Не могу поверить, что ты весь день посвятила полетам. Это слишком, Клер, даже для тебя.

Клер пожала плечами:

– Ты этого стоишь. Но вот я наконец здесь. Выглядишь великолепно. Просто вся лучишься.

– Зато ты выглядишь усталой, – заметила Эшли, пристально разглядывая подругу. – Тебе же на первый рейс пришлось встать ни свет ни заря.

– Я хорошо себя чувствую, мне даже… удалось сейчас поспать в самолете.

– А сейчас тебе, наверное, жутко хочется поесть и выпить холодненького. И… Мне ужасно жаль, что все так неудачно вышло.

– Не по твоей вине.

Эшли начала примерять платья, критически оглядывая себя в зеркале. Наконец она приняла решение:

– Думаю, вот это.

– Хороший выбор, – одобрила Клер.

К счастью, платье не требовало кардинальных переделок. Клер достала из чемодана сумочку со швейными принадлежностями и заколола платье булавками точно по фигуре Эшли.

– Все, на сегодня тебе хватит работать, – твердо сказала ей подруга. – До свадьбы еще больше суток, а ты весь день провела в дороге, и я хочу, чтобы ты наконец расслабилась и отдохнула.

– Обещаю, что лягу сегодня пораньше спать, – пообещала Клер.

– Правда, надо еще примерить жилеты на мужчин… Но сейчас я ради душа готова на убийство.

– Жилеты прекрасно подождут до завтра, – отмахнулась Эшли. – Иди в душ, а потом спускайся вниз, мы будем ждать тебя на террасе. Я закажу для тебя большой стакан коктейля со льдом.

– Звучит божественно, – благодарно сказала Клер.

Когда Эшли ушла, Клер развесила в шкафу платья и жилеты и встала под душ. После чего спустилась на террасу, где уже сидели Эшли, ее будущий супруг и его шафер. Шин, к ее облегчению, отсутствовал.

– Брату понадобилось срочно сделать кое-какие звонки, – объяснила Эшли. – Это же Шин – он всегда готов работать до умопомрачения.

Возможно, потому, подумала Клер, что ему пришлось в двадцать четыре года принять на себя управление семейным предприятием и он окунулся, неподготовленный, в пучину бизнеса.

– Ну что, будем здоровы? – сказала она, поднимая бокал, и остальные с готовностью поддержали тост.

Большую часть следующего дня Клер удалось избегать общения с Шином, они виделись только после завтрака во время последней примерки жилетов, на которой Клер убедилась, что они превосходно гармонируют с костюмами и рубашками. Она весь день была занята, подгоняя по фигуре платье для Эшли, а когда закончила, Шин все еще продолжал звонить по телефону и анализировал отчеты.

Клер думала, что вся романтика и красота острова Капри бессильна воздействовать на такого сухого и прагматичного человека. Он слишком погружен в свою работу, чтобы замечать великолепие цветов и пронзительную бирюзу моря. Клер даже не надеялась, что он примет участие в сюрпризе, который они с Люком вечером приготовили для Эшли. Когда он подъехал к ним в такси, она с трудом скрыла удивление.

– Куда мы все-таки направляемся? – спросила Эшли.

– Скоро увидишь. Терпение, мисс Фаррел, – загадочно улыбнулась Клер.

Вот они подъехали к подъемнику.

– Потрясающе! – Эшли обняла подругу и будущего мужа. – Я обожаю это место. Я даже не думала, что мы успеем здесь побывать.

– Это Клер предложила, – с улыбкой сказал Люк. – Она сказала, что закат на Монте-Соларо очень романтичен.

– Тем более что в этот час туристы уже схлынули. Мне даже не верится, что вы это устроили, – взволнованно говорила Эшли. – Спасибо, спасибо вам обоим.

Подъем на гору длился двенадцать минут. У Клер вспотели ладони, она отчаянно вцепилась в зеленые поручни. Хорошо, что сумка на длинном ремешке и не нужно ее придерживать. Когда поднялись наверх, ладони у Клер горели, но она сумела ловко соскочить с кресла и не растянуться на земле.

Они с Люком заранее попросили поставить для них столик на обзорной площадке с видом на faraglioni – три знаменитых каменных столба, поднимавшиеся из моря. Стол был украшен белыми цветами, а к плетеным стульям привязаны белые ленточки. Когда все расселись, официант принес бутылку холодного просекко и канапе.

– Ура! За Эшли и Люка! Мы очень вас любим, – сказала Клер, поднимая бокал, и все подхватили ее тост.

– Мне до сих пор не верится, – повторяла сияющая Эшли.

– Мы придумали это вместе с Люком, – сказала Клер, желая быть справедливой. – Как досадно, что Сэмми не смогла быть с нами.

– Она прилетит завтра, – утешительно произнес Том.

– Некоторые пары сочетаются браком прямо здесь, на этом самом месте, – сказала Эшли. – Конечно, невесты не карабкаются сюда по горе целый час в туфлях на каблуках и свадебном платье. Я видела фотографии, где невеста держит в одной руке туфли, а в другой букет.

– Наверное, это Клер тебе их показывала, – сказал Шин.

Клер не поддалась на провокацию, но пожалела, что успела окончательно подогнать жилет по его фигуре, не то с большим непрофессиональным удовольствием наблюдала бы, как в него впиваются оставшиеся там булавки.

– Нет, – сказала Эшли. – Она как раз отговорила меня от этой идеи.

– Просто платье было такого фасона, что ты с трудом поместилась бы в кресле, а я не хотела, чтобы оно на фотографиях выглядело помятым, – с улыбкой сказала Клер.

Эшли рассмеялась:

– Скорее потому, что ты не смогла бы одновременно держать и туфли, и цветы, и двумя руками держаться за ручки кресла.

Клер рассмеялась вслед за ней.

– Ну да, я боюсь высоты – но если бы ты правда этого захотела, Эш, я бы согласилась. Потому что этот день – твой. – Она адресовала свои слова Эшли, но, произнося их, взглянула на Шина, давая ему понять, что предназначает свои слова для него тоже.

У него даже хватило совести смутиться.

Похоже было, что он понял намек. Желания Эшли на первом месте, и они должны ради нее забыть на время о своих разногласиях.

Люк и Том оживленно разговаривали, и то, что Клер и Шин едва обменялись парой слов, не так бросалось в глаза. Клер постепенно расслабилась и позволила себе просто наслаждаться романтичной обстановкой. Они наблюдали, как солнце медленно погружается в море, как небо пересекают розовые, желтые и сиреневые полосы, а над далекими островами поднимается туман, отчего они начинают казаться таинственными, неземными…

Клер сделала несколько снимков своим фотоаппаратом, хотя сознавала, что у Сэмми они получились бы намного удачнее. Но, по крайней мере, они останутся на память. Она покосилась на Шина, он смотрел на закат и казался глубоко погруженным в свои мысли. Она машинально сфотографировала его тоже.

Позднее тем же вечером, вернувшись в свой номер, она просмотрела фотографии. Было несколько великолепных снимков с видом на море, на разном фоне Эшли, Люк, Том… Но дольше всех она рассматривала тот, на котором, поддавшись порыву, запечатлела Шина.

– Алкоголь притупляет мозг, Клер Стюарт, – сказала она себе с усмешкой. – С завтрашнего дня ты пьешь исключительно чистую воду.

Завтра – день свадьбы Эшли.

Только бы все прошло безупречно.