За дальние моря

– Спасибо за напутствие, – произнес Мартин.

– Не за что, человечек. Теперь мы квиты, в следующий раз лучше нам не попадайся. Съедим и не подавимся, – вожак тяжело поднялся и так же вразвалочку побрел к поджидавшей его стае. Вскоре огромные неуклюжие тени растворились в однообразном черно-белом ландшафте этой негостеприимной земли.

Мартин многозначительно переглянулся с Караком, мохнатые псы клубком вертелись вокруг ног, бессмысленно потявкивая и размахивая пушистыми хвостами:

– Теперь мы знаем путь, – тихо сказал он.

– Знаем, – согласился ворон, – ты готов?

– Отступать уже поздно, – глядя в никуда выдохнул Мартин. Ему вдруг вспомнилась беззаботная жизнь в поселке у подножия маяка, размеренная, знакомая и без приключений. Сейчас, если бы ему предложили выбор между приключением и прежней жизнью, он, не задумываясь, выбрал бы второе. Происходящее все больше и больше походило на страшный бесконечный сон. Если бы он смог проснуться, и спуститься вниз по крутой лестнице на кухню, и выпить сваренное бабулей обжигающее какао. Мартин встряхнул головой, прогоняя наваждение. Нет, подумал он. Я справлюсь, это все-таки приключение, каким бы немыслимым и невыполнимым оно ни казалось. Он бросил взгляд на своих товарищей. Псы умильно смотрели на него, склонив голову набок и высунув красные языки, их хвосты подметали снег из стороны в сторону. По взгляду ворона нельзя было понять, о чем он думает, но черные, как бусинки, глаза неотрывно наблюдали за лицом Мартина. А ворон никак не мог найти подходящих слов, он видел и понимал, что творится на душе мальчика, но, даже будучи мудрее и старше, он совершенно растерялся. Он знал, что без Мартина их путешествие обречено на провал. Он не спешил, не торопил. Он ждал. Ждал, когда Мартин примет решение. И он бы принял это решение без оглядки, в чем бы оно ни заключалось. Он никогда никому бы не признался, но он привязался к этому парню. Мартин закрыл глаза, глубоко вздохнул, улыбнулся:

– Тогда в путь, – он прикрикнул на псов, те вскочили перед санями, в сутолоке не каждый из них нашел свое место в упряжке. Мартин ухмыльнулся, покачав головой, и начал распутывать постромки. – Прямо, как дети малые, – посетовал он ворону и скомандовал псам, – вперед.

Псы как один рванули так, что Мартин едва не вылетел из саней. Карак на ходу пытался забраться под меховой ворот. Снег вылетал из-под полозьев, хрустел на виражах. Время от времени Мартин смотрел сквозь кристалл, уточняя курс.

– Карак, скажи, пожалуйста, почему ты обронил, что Отец Морж может изменить свое мнение, – шепотом спросил он ворона.

Карак на минуту задумался и начал длинное повествование:

«Однажды, захотелось Отцу Моржу узнать, как живут люди на побережье, превратился он в человека, отправился на материк к людям. Зашел в корчму. Народу видимо-невидимо, столов свободных нет. Увидев свободное место в углу, он присел на длинную деревянную скамью. А рядом с ним компания рыбаков громко рассуждала о рыбном промысле.

– Вот, – говорит один, – рассердился как-то морской владыка на людей. Все знают, что рыбу людей научила ловить чайка. Когда люди не умели еще ничего и часто голодали, Небесная Мать послала людям на подмогу чайку, промышлявшую у северных берегов. Чайка показала людям, как выслеживать рыбу и выхватывать ее из воды. Люди приспособили для этого дела руки, и выхватывали рыбу руками прямо из бурлящих вод. И случилось как-то морскому владыке подняться на поверхность моря, и увидел он такую картину: люди с берегов, лодок, мостков выхватывали извивающихся рыбин прямо руками. А безмолвный крик рыб так растрогал морского царя, что он повелел своим подданным отойти от берегов. И чтобы ненароком они не попались в руки человека, он подарил им сверкающую чешую. С тех пор человек хватал рыбу руками, а она извивалась и выскальзывала обратно в море.

– Вот заливаешь-то. А как они жили до этого без чешуи-то? – спросил его собеседник с покрасневшим от сквозняков и крепкой выпивки носом.

– Как-как, да очень просто. Не было у них чешуи. Кожа была, как у тебя или у меня. Значится, случилась такая напасть, и опечалились люди, сейчас что ни делай, не давалась рыба в руки… – рассказчик на миг остановился и приложился к внушительному глиняному кувшину, утоляя жажду.

– А дальше-то, дальше-то что? – переспросил его нетерпеливый красноносый.

– Не перебивай, а то не расскажу больше ничего, – покачиваясь на скамье, обиженно произнес рассказчик и взял еще кувшин, ополовинив его одним глотком.

– Простите, что вмешиваюсь, – произнес Отец Морж с улыбкой, подсаживаясь к рыбакам, – интересно было послушать окончание такой замечательной истории. Мои глаза мне говорят, что с того момента люди нашли способ обойти запрет. И, видимо, без вмешательства высших сил тут не обошлось.

– Ты, наверное, чужестранец? – поинтересовался рассказчик.

– Да, я прибыл издалека, – уклончиво ответил Отец Морж, раскуривая трубку.

– Значится, вот как дело было, – продолжил рыбак, обращаясь ко всем, кто его еще слушал. – Люди воззвали к небесам, но не была ниспослана им помощь, и поняли они, что им самим надо искать спасение. И вот разошлись люди по всему побережью и начали думать, как бы им обойти запрет. Один рыбак задремал на солнечной лужайке, а когда проснулся, то заметил, что паук сплел паутину над его головой. Рыбак невольно залюбовался красотой и совершенством паутины, как лучи солнца дрожат и распадаются в тонких узорных нитях. Он лежал, любовался совершенством узора до тех пор, пока в паутину не попалась муха. Она вонзилась точно в середину и, запутавшись, затрепыхалась. Рыбак посмотрел на паутину, муху и в голову ему пришла идея. Он побежал домой и попросил жену сплести ему сеть как у паука. Женщина удивилась, но сплела. Рыбак побежал на берег, закинул сеть в море и вытянул несколько рыбин. Так люди смогли нарушить запрет морского владыки и ловить рыбу, – закончил свое повествование рыбак и допил остатки пива.

– Вы, конечно, очень осведомлены и образованы, – опять вмешался Отец Морж, выпуская седые клубы дыма, – но позвольте полюбопытствовать, почему рыбаки выходят в море и ловят не только рыб в чешуе, но и морского зверя в шкурах. Мать Белуха недосчитывается своих детей, Кашалот-Батяня не ведает покоя. Величественные киты, клыкастые моржи, добродушные нерпы, котики, тюлени, они, как и люди, одеты в кожу. И многие, многие другие твари, кто живет и дышит морским воздухом. Почему их вы бьете гарпунами, подло, с расстояния, из лодки, не давая честного боя. А ведь один кашалот может потопить все ваши лодки.

– Потому что он слишком глуп и труслив, чтобы топить лодки, – ответили рыбаки.

– Кто глуп? Он? Да он не топит ваши лодки, потому что помнит о родстве наших великих народов. Он слишком добр и благороден! – возмутился Отец Морж.

– А ты кто тут такой умный выискался? – зашумели рыбаки. Они набросились на него, связали и потащили на пристань. Там погрузили его в самую большую лодку и вышли в море на промысел.

– Вот сейчас найдем кашалота и покажем тебе, что это за трус, – похвалялись рыбаки.

А Отец Морж лежал недалеко от мачты и пел что-то на незнакомом рыбакам языке.

– Вот он, вот, прямо по курсу! – закричал кто-то. Рыбаки воодушевились. Схватили гарпуны, весла и ждали, когда из серой пучины покажется гладкий бок кашалота. Огромный зверь вынырнул из свинцовых волн и направился прямо к рыбацкой лодке. А Отец Морж все напевал свою песню. Испугались рыбаки и начали кричать и звать на помощь. А гигант тем временем приближался, то скрываясь в волнах, то возникая на бурлящей поверхности, все ближе и ближе к обреченной лодке.

– Это злой дух! – крикнул один из рыбаков, указывая дрожащей рукой на связанного Отца Моржа, – давайте его за борт, тогда кашалот нас не тронет.

Раскачали и бросили они его в море, прямо в пасть кашалоту.

– Прости нас Батяня-Кашалот, прими от нас этот дар и не гневайся боле.

Отступил кашалот. Нырнул в пучину и выпрыгнул из воды, а на спине его уже сидел и махал оцепеневшим рыбакам Отец Морж, который отправился к себе на север. С тех пор повелось оказывать морскому зверю уважение и почет, а Отец Морж недолюбливает людей с побережья».

За разговорами они приблизились к цели своего путешествия. Путники казались крошечными на фоне массивных ледяных глыб, те, словно клыки, вспарывали небо. Их острые пики были окутаны дымкой, казалось, огромные челюсти сомкнулись на безмолвных и беззащитных облаках. Среди этого зловещего нагромождения стояла маленькая снежная изба. Мартину на миг показалось, что они вернулись к хижине Отца Моржа, если бы не озноб, пробирающий насквозь. Холод, сковывающий мышцы, замораживающий дыхание, проникающий до самых костей. Но холод и вполовину не был так силен, как подступающий страх. Мартин поежился и покачал головой, отгоняя темные мысли. Огромные мохнатые псы валялись в снегу, повизгивали, когда один кусал другого за ухо, а кто-то выгрызал ледышки из подушечек лап. Наблюдая за ними, Мартин улыбнулся, их безобидная возня на миг оттеснила призрак страха, сжимавшего его сердце.

– Вот и цель нашего путешествия, – заметил ворон, высунувшись на свежий воздух из-под мехового ворота.

Мартин не успел ему ответить, как налетел колючий ветер. Снег вокруг них вздыбился. Огромные бесформенные фигуры заслонили небо. Снежинки, подхваченные потоками воздуха, складывались в острые клинки. Засада! Они были окружены. Мартин с досадой подумал, как бесславно закончилось их приключение, столько испытаний и лишений, и все впустую. Он сделал шаг назад, оступился, споткнувшись о сани, и упал на спину, сильно ударившись о твердый лед. Крошечный бубен, подаренный ему Отцом Моржом, жалобно вздохнул в недрах рюкзака.

Ворон выпорхнул навстречу безжалостным снежным клинкам, заложив крутой вираж, уселся напротив безмятежных псов и прокричал:

– Брратья Сполохи, покажите свою истинную силу! Прролейте свет в этом царрстве мррака! – Не успели слова ворона отзвучать и умчаться в темноту на волосах ветра, как большие добродушные псы превратились в семерых похожих друг на друга крепышей в разноцветных плащах. Они как один взмахнули своими мечами, небо запылало огнями. Воинство льда и тьмы попятилось. Сыновья Отца Солнца бросились в самую гущу врагов, началась беспощадная битва. Могучие воины разили направо и налево своими пылающими мечами. Стоял невообразимый шум, мечи звенели, враги шипели и таяли, отступая под натиском братьев. Шаг за шагом вход в логово Изерги становился все ближе и ближе. Наконец Мартин улучил момент и нырнул головой вперед в узкий, подснежный, напоминающий лисью нору лаз. Ворон юркнул следом. Мальчик на четвереньках вполз в холодный просторный зал. Стены были выложены из огромных кусков льда, пол ровный, словно зеркало, ноги Мартина заскользили не хуже чем на катке. Где-то за стенами шумела битва. А ледяной дворец встретил их пугающим безмолвием, казалось, звуки гасли в его студеных чертогах. Холодный синеватый свет струился от ледяных колонн, расположенных в самом центре. Зал был абсолютно пуст, однако в самом дальнем его конце чернела дверь. Что там? Выход? Следующий зал? Ворон вспорхнул и пересел мальчику на плечо. От неожиданности Мартин вздрогнул.

Две крохотные серые точки выбежали из темнеющего вдали проема и вприпрыжку понеслись к путникам. Рука Мартина непроизвольно потянулась к ножнам на поясе.

– Это белки! – удивленно воскликнул Карак. – Это пр-росто белки!

Мартин с облегчением вздохнул, тем временем шустрые зверьки добежали до путников и уселись на задние лапки у ног мальчика, умильно сложив передние на животе. Они с удивлением смотрели на него снизу вверх своими умными блестящими глазами.

– Кто вы? И что тут делаете? – строго спросила одна из белок. Она была чуть поменьше, голову ее украшал небольшой белый бант.

– Скоро вернется хозяйка, и вам не поздоровится, – вторила ей другая, с черной бабочкой на шее.

– На воров вы не похожи, а путников в этих краях отродясь не бывало, – продолжила первая белка, – ума не приложу, кто мог отправить такого малыша одного в негостеприимную местность.

– Я не малыш, – насупился Мартин.

– Он не один, – вынулся из-за ворота ворон.

– Удивительно, – белки переглянулись, – человек путешествует вместе с говорящим вороном.

– Мархртин – юный Хранитель, – пояснил ворон, – и идем мы по следу др-ревней как мир сказки…

– Хранитель, – задумчиво произнесла первая белка, обращаясь ко второй, – что-то смутно знакомое в этом слове. Ты знаешь, дорогой, мне кажется…

– Все это, конечно, очень интересно, – перебила ее вторая, – но скоро нагрянет Изерга и тогда нам всем несдобровать. Отвечайте без утайки, что вас привело сюда.

– Изерга похитила мою бабушку, закрутила в снежном вихре и унесла в свой дом на севере. А поиски привели нас сюда, – быстро выпалил Мартин. – И когда мы найдем бабулю, то освободим и отправимся домой.

– Всех своих пленников старуха хранит в вечных льдах подземных пещер. Эти пещеры хорошо охраняются. И каждый раз, когда Изерга возвращается, она проверяет своих пленников, издевается и смеется над ними. Незаметно пробраться, а уж тем более освободить хотя бы одного узника невозможно, – покачала головой вторая белка.

– Но, дорогой, – перебила его первая, – я чувствую, что мы должны помочь этому мальчику. Очень многое сейчас зависит от того, поможем мы ему или нет.

– Тень бабули на переправе сообщила, что мои родители, которых мы считали пропавшими, томятся в темницах Изерги. Мы прошли по темной стороне Земли, пронеслись на огненной колеснице с Отцом Солнце, беседовали с Отцом Моржом и великим кузнецом Инмаром. Я пришел за своей семьей и ничто меня не остановит, когда цель так близка.

– Но, кроме нас, тут нет ни одной живой души, – переглянулись белки, – наверняка они среди тех, кто обречен до конца дней своих находиться в глубине пещер.

Белки несколько секунд внимательно смотрели на мальчика, затем одновременно кивнули. Мартину показалось, что они понимают друг друга без слов.

– Все пленники содержатся внизу, – хором выпалили белки. – Мы проводим вас в ледяные пещеры, но вы должны быть осторожны. Следуйте за нами и ничего не трогайте, не произносите ни слова, человеческая речь внизу запрещена.

Белки взмахнули хвостами, и попрыгали к чернеющей вдали двери. Мартин бежал следом, поминутно оглядываясь и скользя на льду. Карак безмолвной тенью кружил над его головой, подгоняя без слов. Они пересекли зловещий зал голубого света, Мартин настороженно заглянул за обитую железом дверь. Сразу за ней начинался коридор, круто спускающийся вниз большими грубыми ступенями. Как и столбы в зале, лестница отсвечивала леденящим голубым потусторонним свечением. Все вокруг казалось нереальным, призрачным, ненадежным. Мартин задыхаясь бежал вниз, сжимая зубы, когда ударялся локтями о неровные стены тоннеля. Он потерял счет поворотам в этом сумасшедшем беге по ступеням вниз, все глубже и глубже в недра холодной земли. Наконец белки остановились, сели на свои пушистые хвосты и поднесли лапки ко рту, напоминая «ни слова, иначе мы все погибнем». Мартин оперся плечом о стену, чтобы передохнуть, и огляделся. Коридор уходил дальше вниз и растворялся в неясном свете, а они стояли у входа в пещеру, опутанную паутинками льда. Вдоль стен стояли в несколько рядов ледяные саркофаги. Мартину они напомнили чистейшие кристаллы горного хрусталя, хранившиеся дома в шкафу. Пленников было великое множество, сотни смутных силуэтов в чистоте замершего льда. Все беспомощные, скованные страшной силой черных заклятий. Мартин бежал вдоль неподвижных фигур, всматриваясь в каждую. Карак перелетал с саркофага на саркофаг, пытаясь разглядеть узников сквозь толщу льда.

– Бабуля!!! – узнав ее в очередной глыбе льда, вскрикнул Мартин, напрочь позабыв о наказе молчать.

Пол задрожал, с потолка посыпалась ледяная крошка, в воздухе заметно похолодало. Белесые тени метнулись к Мартину, придавив его к полу. Он не смог пошевелить даже пальцем. Краем глаза мальчик видел, как мечется черный силуэт на белом фоне, но свободного пространства для маневра у него становилось все меньше и меньше. Видно было, как с каждой секундой ворон слабеет. Собрав всю волю и силы в кулак, Мартин приподнял голову и крикнул изо всех сил:

– Братья Сполохи, услышьте меня, придите на помощь!!!

И чуть не вскрикнул, когда еще больший вес придавил его к полу, в щеку впились острые как бритва ледяные кристаллы. Мир начал меркнуть. Проваливаясь в омут, он на краю сознания услышал страшный грохот, рев, шипение, звон мечей, все вокруг тряслось, неровные острые глыбы падали сверху. Мартина отбросило в сторону, он сильно ударился спиной о стену и потерял сознание.