Арктика в иллюминаторе

Сегодня Приразломное месторождение – единственное месторождение на арктическом шельфе России, где добыча нефти уже начата. Нефть нового российского сорта получила название ARCO (Arcticoil).

На рейде Варандея, вдруг очнулся и мой телефон от долгого и глубокого сна. Пиликают оповещения СМС сообщений. Саня-Сахалин, медик нашей экспедиции спрашивает через тысячи километров, которые разделяют Арктику и Горный Алтай: «Привет, как дела полярные?» Впервые после Архангельска появилась мобильная связь и Интернет! Спасибо, тебе Варандей!

Свинцовое Карское море. Свинцовое Карское небо! Идем к Карским воротам. Мы на капитанском мостике. Дежурную вахту за штурвалом несет выпускник Архангельской мореходки, четвертый помощник Арсений Лапшин. Или просто Сеня, как его с любовью называют члены экипажа и бывалые полярники экспедиции. Море требует прямых вопросов и прямых ответов. Способность к быстрым решениям – одно из основных качеств хорошего капитана и штурмана. У Арсения эти качества, видимо есть, раз он стал четвертым помощником, несмотря на молодость. В управлении судном штурману помогает спутниковая навигация, GPS, многочисленные приборы. На мониторах показаны все встречные суда, отмели, банки, течения. Однако, все это только в помощь штурману. Прежде всего, вахтенный у штурвала надеется на свое острое зрение, собранность и внимание и еще, на какое-то внутреннее пятое чувство. Если последнего нет, не быть тебе штурманом.

Мощный, «породистый» нос «Михаила Сомова», словно раскаленный нож, разрезает свинец Карского моря. По широким скулам вспениваясь и перехлестывая борта, волны расходятся почти под прямым углом над поверхностью, не забывая при этом омыть иллюминаторы нижней палубы. «Михаил Сомов» уверенно и непоколебимо идет на восток, к своей цели.

Позади Карские ворота, впереди свинцовое Карское море. Теперь, каждый новый вечер мы переводим стрелки своих хронометров на один час вперед. Меняются часовые пояса, об этом нас предупреждает голос начальника радиорубки «Михаила Сомова» в динамике радиоприемника, установленного в каюте. С момента отплытия из Архангельска мы уже перевели стрелки на пять часов вперед! «Сомов» опережает на сутки свой график движения. Хотя от Саламбальского терминала мы отчалили с опозданием на пару суток. В пути наверстали мили за счет скорости движения и сокращения времени стоянок. В этом есть своя подоплека. Капитан торопится. Седьмая, последняя экспедиция «Михаила Сомова», в этом году припозднилась. Еще никогда судно не уходило на Чукотку в такое время. Возвращаться придется в конце октября – начале ноября. А это значит, что «Сомову» не миновать ледяных полей. Даже тридцатисантиметровый лед будет значительно задерживать ход – судно-то пойдет в обратный путь порожним, без груза. Время покажет, а пока мы весело и скоро двигаемся все дальше на восток…

Туманно. Море вокруг изменило свой цвет, стало дымчатым, аквамариновым. Может быть, новые краски на этом бесконечном мольберте замешало взошедшее солнце? Наша каюта теперь каюта-читальня. В день по одной книге! Благо библиотека на «Сомове» позволяет это. Десятилетиями ее полки собирали книги со всех уголков сначала Советского Союза, потом России. На многих штампы полярных станций, по ним можно изучать географию Арктики. Саня Кащеев увлекся фантастикой: «Двадцать тысяч лье под водой», «Звездные войны». Я сейчас читаю «Колымские рассказы» Варлама Шаламова. С удивлением встречаю в них знакомые имена и фамилии. В начале 90-х годов, будучи корреспондентом газеты «Магаданская правда», посетил квартиру в столице Колымского края, в которой доживал свой век знаменитый тенор прошлого столетия Вадим Козин. Тогда удивило огромное количество котов и кошек и бешено дорогой белый рояль Козина (его подарили ему американцы). В «Колымских рассказах» певец представлен не в лучшем свете. Однако, Бог и автор книги ему судьи…

На палубе некоторое волнение. Берем камеры и поднимаемся из каюты. Справа по борту, на значительном расстоянии, в море видно гигантское сооружение. Рядом два танкера и спасательный корабль МЧС, выкрашенный в красный цвет. Именно на таком судне работал до экспедиции наш медик – Саша Сахалин, Александр Коновалов. Это стационарная платформа буровой установки. СПБУ «Арктическая» была построена на стапелях «Центра судоремонта «Звездочка» производственного объединения «Севмаш». Первая и единственная буровая подобного класса в России, она предназначена для работы на Арктическом шельфе. Сейчас «Звездочка» совместно с «Севмашем» готовится к конкурсу на строительство ледостойкой стационарной платформы для месторождения «Каменномыское море».

Кстати, по данным «Газпрома» разведанные запасы углеводородов Ямальского шельфа составляют 26 с половиной триллионов кубометров газа, 1,6 миллиарда газового конденсата и 300 миллионов тонн нефти! Около 20 процентов запасов расположены под толщей Карского моря. Так что, Арктика, это не только белые медведи, но и черное золото…

Прошло всего полтора часа, а в иллюминаторе вновь свинцовая занавеска. Солнце на Севере показывается так ненадолго, что не успевает даже разглядеть Землю сквозь белую плотную марлю холодного тумана. Вновь зажигается лампа дневного света в нашей каюте-читальне. Утром нам поменяли постельное белье. «Сомов» уже неделю в пути. Встаем на якорь в районе острова Олений. Он относится к архипелагу шхеры Минина. Остров имеет неровную, изрезанную заливами и мысами, форму, которая вытянута с запада на восток. Большую его часть занимают невысокие пологие возвышенности  – гора Оленья и безымянные высоты в центре и на юго-востоке. С возвышенностей к побережью острова сбегает несколько мелких, промерзающих зимой, безымянных ручьёв. У берегов, в его восточной части, лежат два небольших горько-солёных озера лагунного происхождения. Изгибы южного побережья образуют два относительно крупных залива – бухту Оленью и залив Урванцева. Стоим ровно 12 часов. Идет выгрузка двухсотлитровых бочек с горюче-смазочными материалами. Палуба судна все больше и больше освобождается от грузовых «баррикад». Говорят, что месяцы на Крайнем Севере считаются годами. Однако к нам это пока не относится. Время на «Сомове» столь быстротечно, что не успеваешь переводить стрелки часов. Сегодня время убежало вперед еще на один час. Близится осеннее равноденствие: скоро день и ночь сравняются по количеству часов. Неотступно на Арктику опускается полярная ночь. Высаживаем на Оленьем десант и принимаем на борт новых «дембелей».

В Арктической зоне России расположено 18 морских портов. Шесть из них находятся в акватории Северного морского пути. Это: Сибетта, Дудинка, Хатанга, Тикси, Певек и Диксон. Восемь утра. Диксон совсем рядом. Он кажется призрачным из-за окутавшей его «моквы» – полупрозрачного тумана, сотканного из миллиарда мельчайших капель воды. Куртка сразу становится мокрой. Вдали мигает своим циклопическим глазом, пробивая белую пелену, маяк. Мы включаем мобильные телефоны в надежде подключиться к интернету. Однако, связь здесь такая же призрачная – «ешка». Вроде и есть, но в реальности нет. Кто-то из членов экспедиции, рядом со мной, вглядываясь вдома, стоящие на холмах, восклицает: «Самый интеллигентный городок 1995 года!». Для меня это открытие…

На территории размером с Великобританию проживает 548 человек.  Это почти по пятьсот квадратных километров на каждого жителя! За последние тридцать лет их число сократилось в десять раз – многие уехали на «материк». Поселок, которому исполнилось 107 лет, находится на побережье и считается пограничной зоной. Попасть сюда можно только по воздуху (на острове есть аэропорт) и Северным морским путем. Все продукты тоже доставляются по воздуху и морем, поэтому стоят недешево. Шанс купить бензин – раз в год. Если нужен бензин, его нужно заказывать летом, сразу на весь год. Тогда его завезут кораблем. Следующая поставка – через 12 месяцев. Автомобили в Диксоне редкость. В основном у жителей снегоходы и моторные лодки. В навигацию их владельцы заказывают от одной до двух тонн бензина. Арктическая зима длится 9 месяцев. Это полярные ночи, экстремальный холод, смертельно опасная пурга. Температура опускается почти до -50 градусов Цельсия. В июне в Диксоне все еще ездят на снегоходах, а средняя температура не поднимается выше 6 градусов. Преступность в Диксоне нулевая, но полиция все равно есть – она защищает местных жителей от медведей и волков. О приближении белых медведей сообщают смс-рассылки и расклеенные объявления: в них настоятельно рекомендуют не ходить по одному после 20:00, не пытаться покормить медведей и не фотографироваться с ними. Но самый эффективный способ избежать встречи с ними – наблюдение за собаками. Если на улице не видно собак, значит, надо смотреть по сторонам. Если псы спокойно лежат или бегают, все нормально. Сотовая связь здесь появилась 12 лет назад. Теперь в посёлке есть и интернет, но он настолько слабый, что, для того чтобы загрузить несколько фотографий, уходит полтора-два часа. Зато стоит такой интернет в месяц как за полгода на «материке» Содержание поселка обходится в более чем в 100 миллионов рублей в год. Это в 30 раз дороже, чем содержание поселка с такой же численностью, например, на Саянах. В советские годы Диксон был центром торговли, разработки месторождений, экспедиций, а также местом для ссылок. Сюда со всей страны приезжали геологи, учителя, военные, полярные летчики. В 1980-х здесь проживало около 5 тысяч человек.

Чувства наши гораздо богаче мыслей, я в этом уверен, потому что больше чувствую этот полярный поселок и порт, чем вижу его. Он весь в дымке. Берега Диксона покрыты пеной прибоя, словно в ожидании острой бритвы… Рейс за рейсом неутомимый трудяга – вертолет переносит грузы с «Сомова» на берег. Вот и наш сосед по каюте Володя передает на полярную станцию Диксона посылку из Санкт-Петербурга. В коробке специальная батистовая ткань и очиститель для протирания нежных измерительных пластин и электродов на приборах станции. А еще шоколад, много шоколада. На Диксоне он очень дорогой…

Огромные плетеные авоськи, под стать библейскому Голиафу, ждут на палубе своей очереди, чтобы отправиться на берег. Мешки наполнены картофелем, капустой, свеклой и морковью. Свежие овощи на Диксоне тоже очень востребованы…

К слову, объем перевозок различных грузов по Северному морскому пути составляет более 20 миллионов тонн! Уверенное продвижение вперед, куда важнее, чем скорость. Это арктический постулат. Однако и в скорости мы достаточно преуспеваем. В девять утра следующего дня мы уже на мысе Стерлегова. Полярная станция "Мыс Стерлегова" начала работу в 1934 году. Свое название она получила в честь российского мореплавателя Дмитрия Стерлегова, участника Великой Северной экспедиции. В районе, где расположена станция, в Карское море впадает речка Ленивая, образуя находящийся на возвышении мыс. Морские берега скалистые, в окрестностях преобладает тундра с небольшими холмами.

«Михаил Сомов» упорно идет на Север: скоро мы достигнем 81-го градуса северной широты. Это – остров Визе. А пока идет разгрузка на базе Стерлегова. Запорошил снежок, упала температура воздуха. Одеваемся теплее, в наши арктические костюмы. Спасибо, шефу! Бывалый полярник знал, что они нам пригодятся на «Сомове». Пользуясь случаем, взлетаем с «Сомова» на мыс Стерлегова и обратно. С высоты птичьего полета судно кажется маленьким, но это обманчивое чувство. Море, вчера свинцовое, сегодня у бортов «Сомова» кажется уже обсидиановым. Ближе к вечеру, оно вновь меняет цвет, окрашиваясь в цвет бутылочного стекла от шампанского.

ЖИВОЙ СИМВОЛ АРКТИКИ

Белый медведь, или полярный медведь, или северный медведь, также, ошкуй, нанук, умка – это второй по величине сухопутный хищник планеты после гребнистого крокодила. На территории России насчитывается всего 5-7 тысяч белых медведей. Длина его туловища достигает порой трех метров, вес составляет не менее центнера (самцы иногда весят тонну!). Медведи переносят температуру окружающей среды минус 45 градусов и ниже. Не замерзнуть животному помогают меховая шуба и толстый слой подкожного жира. Превосходное обоняние позволяет учуять основной вид добычи – кольчатую нерпу, морского зайца, моржа – на расстоянии до 32 километров! Места обитания гигантов – дрейфующие и припайные льды, иногда побережья и острова.

Наше государство охраняет белого медведя как вид, занесенный в список Международного союза охраны природы и в Красную книгу России. Существует программа «Медвежий патруль», которая направлена на предотвращение конфликтов между медведем и человеком. Разработана стратегия «Сохранение белого медведя в Российской Федерации». Она утверждена Минприроды России еще в 2010 году. Ежегодно 27 февраля отмечается Международный день белого медведя.

Сегодня, впервые с начала нашего плавания в Арктике, дал о себе знать ее настоящий хозяин! На островах Известий ЦИК, во время разгрузочных работ, в непосредственной близости появились три белых медведя. Обычно, перед посадкой вертолет облетает место, чтобы отпугнуть хищников. Кроме того, обязательно бригаду грузчиков сопровождают два профессиональных егеря-охотника с нарезными карабинами. В этот раз медведи появились неожиданно, внеся некоторое оживление в работу бригады. Несколько выстрелов в воздух и мишек след простыл. Во время долгой работы на станциях полярники частенько сталкиваются с медведями. Бывает, что и нос к носу. Иногда такие встречи оборачиваются трагедией…

Историческая справка

Случаи нападения белых медведей на людей известны из записок и отчетов полярных путешественников. Так, участники полярной экспедиции голландского мореплавателя Виллема Баренца во время зимовки на Новой земле в ноябре 1596 – мае 1597 года неоднократно были вынуждены отбиваться от нападавших на них белых медведей из мушкетов. Передвигаться в местах, где есть риск появления белых медведей, необходимо с осторожностью. В населенных пунктах должно быть как можно меньше свалок для мусора и доступных пищевых отходов, которые привлекают медведей. Отметим, в канадском городе Черчилль, рядом с которым обитает много белых медведей, существует даже специальная тюрьма для временного содержания опасных хищников.

Хозяин Арктики намного опаснее уссурийского тигра и африканского льва. Его звериная сила не поддается описанию. Представьте, белый медведь ударом передних лап разбивает лед почти метровой толщины. Мощь одной его лапы при ударе достигает полутора тонн! А владения одной особи простираются на 250 квадратных километров. Во время миграции медведь может преодолеть по льдам и в воде огромные расстоянии. Известен случай нашествия белых медведей на Новую Землю. Несколько лет назад на берег выбросило тушу мертвого кита. На пиршество собралось около 50-ти белых медведей. Травить байки о белых медведях – любимое развлечение бывалых полярников на «Михаиле Сомове». И у каждого из них, обязательно есть в телефоне любительское видео или фото с белыми медведями, снятые во время работы на станциях. Один из них – Владимир Пасько из Санкт-Петербурга. Он даже называет себя другом белых медведей. Владимир с удовольствием поделился со мной своими фотографиями…

Усилилась боковая волна. «Сомов», словно эквилибрист на канате, уверенно балансирует по фарватеру. Сильный порыв ветра срывает с моей головы полярную шапку-ушанку, которая стоит дороже норковой и уносит ее словно бумажный пакет в море. Видимо, Нептун потребовал жертву…

Вчера, похожий по контурам на карте на кита-горбача, остров Визе, а сегодня уже – остров Голомянный. Здесь находится полярная метеостанция. Восьмидесятая широта вправо от островного гиганта Арктики, именуемого Северной Землей. Остров Голомянный входит в состав архипелага Седова, который в свою очередь является частью Северной Земли. Административно он входит в Таймырский Долгано-Ненецкий район Красноярского края. Голомянный является крайним западным островом архипелага Седова. На острове нет водоемов. Лишь на северо-западе, у станции, протекает небольшой ручей, питающийся тающими снегами. На нём сооружена небольшая плотина. Воду из ручья полярники используют как питьевую. Сама полярная станция появилась на Голомянном весной 1954 года. Она была перенесена сюда с острова Домашний. Многие полярники называют станцию именем Ушакова. Именно Георгий Алексеевич Ушаков, советский исследователь Арктики,стоял у истоков ее организации. В 2010 году полярная станция «Остров Голомянный» была переименована в «Морскую гидрометеорологическую береговую станцию (МГ-2) Голомянный». О станции, о полярниках, работающих в условиях крайнего Севера, в 1967 году был снят документальный фильм «Праздник».

В ЦАРСТВЕ ЛЬДА

На Голомянном сошло много полярников из экспедиции. Опустели сразу две соседние четырехместные каюты. Взамен «Сомов» забрал с острова семью метеорологов Журавлевых. Вика родом из Новосибирска, уже много лет работает в Арктике. Здесь и познакомилась с мужем – Антоном. Сыну Максиму исполнилось пять лет, однако он умеет читать, считать и писать! И по праву считает себя метеорологом и полноправным членом экспедиции. За хрупкими плечами маленького Макса уже две полярные зимовки. Максим любит высматривать в окне станции белых медведей и обязательно сообщает маме о погоде на улице: мама, поземка началась!

Самое важное для него занятие – снегосъемка. Во время таких исследований он гордо несет за мамой большую линейку для замеров толщины выпавшего снега. Вика делится: «некоторые взрослые в Арктике порой не выдерживают одиночества полярной зимы, начинают хандрить. Я им ставлю в пример Макса…». Виктория и Антон Журавлёвы познакомились во время учебы. Учились в одной группе, стали встречаться. Перед выпуском расписались. «Медовый месяц» прошёл на «Михаиле Сомове». До станции МГ-2 Стерлегова, как раз месяц и добирались. Начальник станции Владимир Карабулин встретил молодую пару радушно, помог как можно быстрее войти в рабочий режим. Все свои знания и умения передавал без утайки. Через полгода он уехал в отпуск, и Антону пришлось познавать азы гидрологии и устройство дизельных генераторов. Первые два года, проведенные на станции Стерлегова, дались паре нелегко. Но молодожены привыкли. Восемь лет проработали Журавлевы на станции МГ-2 Стерлегова. В 2014 году Викторию забрал самолет санитарной авиации. Родился Максим. А Антон перевелся на остров Голомянный. В 2019-м туда прибыла Виктория с маленьким сыном. И сегодня пятилетний Макс – самый юный полярник в мире! Виктория делится: «нормальный мальчишка растет: дружит с собаками, спокойно относится к моржам и с опаской – к белым медведям». Здесь, на «Сомове» познаешь истины, которые недоступны кабинетным философам!

Ночью, сквозь сон, то и дело слышу необычные звуки. Кажется, кто-то большой прикасается к бортам «Михаила Сомова» жесткими и шершавыми ладонями, то гладит металл, то постукивает, как по столешнице, пальцами. Едва рассвело, я выглянул в иллюминатор. Все стало понятным. Не зря говорят: чем дальше на Север, тем меньше шансов увидеть привычное солнце. В это время года оно надолго оставляет купол планеты. Вместо неба над морем нависла серая вата. А море сплошь усыпано белоснежными осколками льда, большими и маленькими. Как будто прошел недавно мощнейший ледоход. «Осенний» ледоход, ускоряющийся под упругими ударами сквозного ветра…

Поморы называют кромку льда «рычарой». Теперь я понял смысл названия. Большие льдины, впритык проходящие вдоль бортов, действительно словно рычат. Рычат угрожающе: остерегайся нас, стальной странник!

На Голомянном делаем вынужденную остановку: двигатели «Михаила Сомова» нуждаются в небольшом ремонте. Небольшой ремонт длится достаточно долго.

У нас с Александром новый досуг. У одного из полярников мы скачали видеофильмы. Целых сто гигабайтов. Теперь каюта-читальня стала еще и кинозалом. Свободное от наблюдений и съемок время проходит быстрее. Во время обеда узнаю новость. На Голомянном полярники с «Сомова» вновь столкнулись с хозяином Арктики. Мало того, мишка серьезно нашкодил. Один из полярников решил снять медведя поближе и запустил в небо квадрокоптер. К несчастью, у дрона закончился заряд батареи. Мишка решил немного побаловаться с новой игрушкой… Прощай, чудо техники…

Вечереет. «Сомов» вновь запустил двигатели. Идем на острова Средний и Русский. Впереди Мыс Челюскина.

Историческая справка

Впервые мыс был достигнут в 1742 году участниками Великой Северной экспедиции штурманом Челюскиным и казаками Феофановым и Гороховым. К столетию экспедиции он был переименован Русским географическим обществом из Восточно-Сибирского в мыс Челюскина. В 1878 году мыс посетила экспедиция шведского исследователя Арктики Норденшельда. В 1901 году на Челюскине побывала русская полярная экспедиция Эдуарда Толля, а в 1913 году гидрографическая экспедиция Бориса Вилькицкого. В 1918 году у побережья мыса встала на якорь шхуна «Мод» с Фритьофом Нансеном на борту. Вот как описывает свои впечатления Фритьоф Нансен: «… Под утро очутились напротив мыса Челюскин… мы подняли судовые флаги и послали тремя последними пушечными зарядами громовой салют над морем. Всех подняли на ноги. В празднично освещенной кают-компании на столе появились пунш, фрукты и сигареты. Я взял свой стакан и сказал: за ваше здоровье, ребята! Поздравляю с Челюскиным! Потом заиграл орган, а я снова полез в бочку, чтобы бросить прощальный взгляд на землю. Теперь мы находились прямо против бухты Короля Оскара. Я тщетно ищу в подзорную трубу знак Норденшельда. Сильно хочется сойти на берег, но на это нет времени…»

Холодные моря, суровый закованный льдом океан, огромные и совсем маленькие острова со своей ни на минуту не утихающей жизнью, таинственные, далекие и близкие, айсберги и торосы. Это – Арктика! Тихо плывут над морем белесые облака и неслышно падают на борт корабля хлопья мокрого снега…

Еще одна бессонная ночь на «Сомове». Определенно, часовые пояса настолько перепутались в голове, что организм перестал ориентироваться во времени суток. А может быть, спать не дают эти непривычные звуки движущегося льда за перегородками? До четырех утра читал очередной роман…

Новый день и новая картина в окружности иллюминатора. Море чисто, и судно устойчиво идет вперед, властно взрезая и разваливая острым носом зыбкую поверхность воды. «Сомов» оставляет за собой снежисто-лохматый кильватерный след. Волна становится все круче и говорливее. Кстати, заметил, в разных морях волны разговаривают по-разному. Здесь, на севере они сухо шелестят, а проносясь мимо, рокочут. Да и цвет у них разный. Особенно это видно на границах смешения. Например, Баренцево море имело зеленоватые, светло-стальные оттенки. А Карское – иссиня-черное, мрачное, с густыми тонами…

Идем на юго-восток к островам Среднему и Русскому. В полдень в динамиках звучит команда: грузовой бригаде выйти на палубу для общесудовых работ. Выходим и мы. И… попадаем в царство льда. Наверху над капитанским мостиком ощущаешь это особенно остро. Куда ни кинь взор, кругом ледяные глыбы размером с футбольное поле, осколки этих полей, просто льдины и льдинки. «Сомов» без страха идет сквозь преграды, не юлит и не сворачивает. Пока у него достаточно сил и мощи, чтобы продавливать их, отталкивать от себя, словно это и не арктический лед, а легкий пенопласт. Некоторые ледяные площадки белы до стерильности. Другие льдины похожи на огромные изумруды, покрытые белым снежным покровом. Есть целые хоккейные коробки, измазанные бурыми пятнами, на них совсем недавно отдыхали кольчатые нерпы. А на одной льдинке нам даже удалось запечатлеть отпечатки лап белого медведя! Наблюдательность и зоркий глаз в этих краях многое значат! Вчера, в полночь вновь передвинули стрелку времени на час вперед. Сегодня подходим к мысу Челюскина. Стоять будем долго: «Сомов» должен отгрузить на станцию десятки тонн дизельного топлива. В восемь утра в динамике звучит команда, объявляющая начало грузовых работ. Выходим на палубу. Матросы тянут по борту длинные толстые шланги. С помощью катера один конец заводится на берег. Мощный насос начинает подачу топлива из бездонного нутра судна на берег…

На Челюскине сходят супружеская пара из Архангельска и молодой паренек из Тувы, недавно демобилизовавшийся из армии. Везут на берег много коробок. На двух крупно написано «яйцо». 400 штук: хватит по одному в день на целый год, да еще останется несколько десятков. География постоянного места проживания членов экспедиции «Сомова» обширна: Санкт-Петербург, Москва, Магнитогорск, Кызыл и даже Владивосток. Большая часть, естественно, из столицы Поморья. Арктика собирает смелых людей отовсюду, невзирая на расстояния.

77 градусов 43 минуты 00 секунд северной широты, 104 градуса 18 минут 00 секунд восточной долготы. Мыс Челюскина расположен на севере полуострова Таймыр и является крайней географической точкой материковой части России и всего евразийского континента. Омывается проливом Вилькицкого. На мысе расположена полярная станция «Челюскин». Есть свой аэродром, на нем базируются вертолеты пограничной службы. Климат арктический, очень суровый. Средняя температура летом 0 – плюс 1 градус Цельсия. В 1932 году экспедиция Арктического института под руководством Рудольфа Самойловича, прибывшая на мыс Челюскина на ледоколе «Семен Дежнев», построила здесь полярную станцию. Вторую зимовку на мысе возглавил Иван Папанин. Участники экспедиции расширили станцию до обсерватории. В настоящее времяона называется радиометеорологическим центром. Мыс Челюскина встретил нас обильным снегопадом (для нас с Саней это первый снег в этом году). Холодно, чувствуется дыхание полюса. Гладкое широкое море и четко очерченный берег. Новый мир и суровое спокойствие. Мы стоим на верхней палубе и неотрывно следим за этим миром…