Уходя – оглянись

– Просто у нее нет матери. Тиффани сбежала с тренером по фитнесу, когда Саффрон еще и года не было, и через пару лет умерла. Я всегда жалела сестру. В детстве она была очень симпатичной, отец души в ней не чаял, но всерьез заниматься ее воспитанием было некому.

– То есть вы старшая сестра?

– Верно. Мне было семь лет, когда отец решил, что топ-модель более соответствует его имиджу, нежели моя мать. Мама не желала разводиться, но, когда Тиффани забеременела, папа настоял. В те времена его компания не так процветала, как теперь, поэтому нам перепало довольно скромное содержание, мы отнюдь не роскошествовали.

Жили на окраине, и я ходила в обычную местную школу.

Весело было. – Я отбросила неприятные воспоминания о том, как плакала мама по ночам, думая, что я не слышу. Ей-то было вовсе не весело. – Летом две недели я была обязана проводить с отцом, он тогда уже слыл сверхбогатым и продолжал богатеть. Я словно ныряла в иной мир. Мама умерла, когда мне было пятнадцать.

– Простите. – На лице Джорджа не осталось и тени улыбки. – Вы, должно быть, хлебнули лиха.

– Не то слово. – Я сжала губы в ниточку. О тех временах даже думать ужасно. Я словно вновь переживала то горестное отчаяние одиночества.

Маме было всего тридцать девять, когда она замертво свалилась перед раковиной. Врачи сказали: эмболия, она, должно быть, сразу потеряла сознание. Я была в школе, и обнаружила ее соседка. Когда я пришла домой, маму уже увезли.

Я с трудом сглотнула, вспоминая, как растерянно стояла посреди кухни, не в силах осмыслить произошедшее. Только что мать была здесь, и вот ее уже нет. Просто взяла и исчезла.

Даже будь я рядом, ничем не смогла бы ей помочь. Все так говорили. В глубине души я корила себя. Ведь я должна была сказать ей «до свидания» и заверить, что очень люблю ее, а не жевать на ходу, убегая к автобусу. Жаль, но я никак не могла вспомнить, что именно сказала ей напоследок. То был самый обычный, будничный день.

Как оказалось, совсем наоборот.

– Мой мир словно распался на части. – Я почти забыла, что разговариваю с Джорджем.

Чудесная беззаботная жизнь закончилась в тот момент, когда тромб отключил мозг мамы и без предупреждения вбросил меня в весьма ненадежный мир.

– Надо полагать, после этого вы пристроились к отцу?

– Если устроиться в школу-пансион означает «пристроиться к отцу», тогда да. На каникулах я виделась с Саффрон. Обе мы остались без матери, ей требовалось внимание и опека, так что мы много общались. Кстати, это Саффрон подрисовала ресницы над передними фарами Одри.

– То-то я удивлялся.

– Они ей так нравились, у меня рука не поднялась стереть ее мазню; пусть останется, ей идет. – Моя улыбка, верно, вышла несколько кривоватой. – Саффрон избалованная, но у нее доброе сердце, ей требуется лишь толика внимания. К несчастью, из-за этой свадьбы она стала истеричной. Надеюсь, лорд Уэллерби не слишком рассердится.

– Верно, вы еще незнакомы с Роули? – Я мотнула головой.

– Так вот, к вашему сведению, не о чем беспокоиться.

– Вам легко говорить, – напряглась я. – Это же не ваша сестра закатывает истерику перед многообещающим клиентом!

Мы напористо катили вверх по широкому проселку, обсаженному статными деревьями. Потом дорога взвилась серпантином вокруг холма, и я впервые узрела усадьбу Уэллерби.

Это был не дом, а феерия в камне в стиле размашистого барокко. Купольная крыша по центру, из-под нее в обе стороны два крыла. Сей памятник архитектуры венчал собой откос на дальнем берегу спокойного, как зеркало, озера.

Джордж подкатил к импозантному входу и лихо припарковался, проскрипев колесами по гравию. Дверь открыл некий субъект, похожий на мороженого судака; он явно обиделся на бодрое и бесцеремонное приветствие Джорджа, однако снизошел до нас:

– Лорд Уэллерби у себя в гостиной.

– Это Симмс. – Джордж поднимался впереди меня по широкой мраморной лестнице, минуя массивные живописные полотна: морские баталии и нимфы в куцых туниках. – Он служил дворецким у старого лорда Уэллерби, Роули унаследовал его вместе с домом и трепещет перед ним.

– Понимаю.

– Вы поладите с Симмсом. Он тоже всегда величает Роули лордом Уэллерби. Ему бы хотелось, чтобы тот весь день напролет охотился и под вечер являлся домой на портвейн и сигары.

– Странный образ жизни, не находите?

– Мне ли не знать. Приходя к Роули, всякий раз чувствую себя персонажем костюмированной пьесы. Того и гляди, выплывет из-за угла призрак вдовствующей герцогини и утащит под лестницу соблазнять служанок. – Он с улыбкой обернулся, и мне отчего-то стало не по себе.

– Здесь нет служанок. Солидная фирма быстро и надежно делает уборку раз в неделю.

– Какое разочарование для вас, – съязвила я, стараясь замаскировать сбои в дыхании: Джордж поднимался с завидной скоростью.

– Вовсе нет. Наоборот, интересно, кто попадется на мою удочку. Обожаю строптивых. – Он обернулся и в упор посмотрел на меня. – Мне нравится интрига. Нравятся классные девушки, которые не нуждаются в моих услугах, или я им, возможно, не нравлюсь. А я берусь флиртовать только ради изюминки.

Он шутит? Ничуть.

– Вот и прибыли. – Через минуту он распахнул передо мной дверь. – Фриз вам в помощь, – объявил он.

Я приветствовала лорда Уэллерби профессионально вышколенной улыбкой, но Саффрон лишила меня шанса протараторить заготовленное извинение. Она, спотыкаясь, ринулась мне наперерез и повалилась в мои объятия.

– О, Фриз! Так рада тебя видеть! Все так ужасно! Я обняла ее покрепче и в утешение похлопала по плечу, виновато глядя на неуверенно переминающегося лорда Уэллерби. Поняла, почему Джордж так веселился, когда я настойчиво рекомендовала ему величать хозяина лордом У. Лицо у него приятное, белое, значит, огнеопасное, как и у меня, солидная полнеющая фигура, он стеснительный и несколько мешковатый – полный контраст легковесному, уверенному Джорджу.

– Хватит, Саффрон. – Я была нарочито резка. – Прекрати выть и объясни, что ты здесь делаешь.

Моя сестрица из той отвратной породы женщин, которые умеют красиво плакать. Когда я отстранила ее от себя, слезинки алмазами вспыхивали в уголках ее изумительных зеленых глаз, нежные губы чуть подрагивали.

Роули переминался поодаль и явно надрывал себе сердце. Его радовало, что Саффрон наконец успокоилась, но он негодовал по поводу моего жестокого с ней обращения.

– Мне надо было повидаться с тобой, – икала Саффрон. – Папуля сейчас в Пекине, больше не с кем.

– В чем дело? – Вероятно, стряслось нечто серьезное. – Из-за Джекса?

– Нет. – Прелестное личико скуксилось, голова снова опустилась на мое плечо. – Из-за Баффи!

– Баффи? Какая еще Баффи?

– Моя подружка на свадьбе! Главная! Она испортила все-все!

И снова плач навзрыд. Роули беспомощно стиснул руки, мои нервы натянулись до предела.

– И что же натворила эта Баффи?

– Она выходит замуж!

Джордж ухмыльнулся. Ему, видите ли, весело! Я свирепо смотрела на него и считала в уме до десяти.

– Ну-ну, Саффрон, уверена, мы справимся с этим. Но не здесь. Сейчас пойдем в мой коттедж, заварю тебе чаю, и все уладится.

– Какой еще ко… колледж? – всхлипывала Саффрон.

– Коттедж. Мое жилье, – гордо подчеркнула я.

Саффрон приподняла голову, моментально забыв о злокозненной Баффи.

– Я думала, ты живешь в усадьбе Уэллерби, ты же сама сказала.

– Я сказала, что работаю в поместье. – Глубокий вздох – спокойно. – А это дом лорда Уэллерби, и мы нарушаем границы частной собственности.

– О, в самом деле, какие проблемы…

– Кто такой лорд Уэллерби? – перебила Саффрон невнятные причитания Роули.

Я молча развернула ее лицом к Роули, он переступил с ноги на ногу и мучительно покраснел.

– Ах, ты должна была меня предупредить! – Саффрон зачарованно уставилась на него затуманенными от слез глазами. – И вы были так добры ко мне.

– Всегда рад, – смущенно пробормотал он. – Прошу, называйте меня Роули… э… то есть… – Он с головой погрузился в трясину любезностей.

Я подавила вздох. И это мой клиент! Надо было как-то спасать ситуацию.

Я одернула жакет и протянула руку.

– Простите, если неправильно поняла вас, лорд Уэллерби. Я Фриз Тейлор, инженер-строитель и сестра Саффрон, как вы уже, верно, поняли. Благодарю, что позаботились о Саффрон. Не смеем более вам докучать.

– Что вы, не… незачем сей… сейчас уходить, – смущенно бормотал Роули. – Оставайтесь, э… выпьем кофе или еще чего-нибудь.

– Вы весьма любезны, а мы уже изрядно вам обязаны. Пойдем, Саффрон. – Я обернулась к сестре, которая судорожно вздыхала и умильно утирала слезки со щек тыльной стороной ладони.

– О боже, дождь начинается!

Роули порылся в кармане, вытянул носовой платок и предложил его Саффрон, пока я в оцепенении смотрела на вид из окна.

Да, те облачка, на которые я указывала Франку, теперь угрожающе сгустились, и первые капли оросили стекла окон.

Роули дела не было до моего фундамента.

– Вы так расстроились, – уговаривал он мою сестру. – Присаживайтесь, выпейте чего-нибудь, согрейтесь, прежде чем выходить на холод.

Саффрон, робко улыбаясь, взяла платок и промокнула щеки:

– Вы так добры.

Роули расплылся от удовольствия.

В самом деле, полагаю, вам пока не следует уходить, – бормотал Роули. – Вот и сестра ваша уже здесь, вам теперь полегчает. Уверен, она ничего не имеет против того, чтобы задержаться здесь чуть дольше, и мы сообща, надеюсь, сможем помочь вам уладить проблему.

Я уже открыла рот для возражения, но вмешался Джордж.

– Его милость разрешили вам сдаться, – шепнул он мне на ухо, пока Роули нежно препровождал Саффрон к диванчику. – Если уж Роули заговорил так складно, его теперь не сдвинуть с пьедестала.

– Но фундамент…

– Но ваша задача радовать клиента, не так ли? Сейчас организую кофе, а вы разузнайте, отчего замужество этой коварной Баффи так смущает ее.

Я сидела напротив сестры и клиента и раздраженно наблюдала, как моросит дождь, поскольку, стоило всем засуетиться вокруг, слезы Саффрон, к щенячьему восторгу Роули, высохли самым чудесным образом.

– Так жаль, что я причинила массу беспокойства, – щебетала она, широко распахнув зеленые глаза. – Мне гораздо лучше теперь, слов нет! Я так расстроилась вчера, ночью глаз не сомкнула. Не могла дозвониться до Фриз, решила отыскать ее. То еще приключение.

Я нахмурилась.

– Как ты добралась сюда?

– Берк довез меня.

Конечно, мне следовало догадаться. Только Саффрон, сидя на заднем сиденье роскошного лимузина с тонированными стеклами, может назвать путешествие по шоссе приключением.

– Понятия не имела, что надо ехать в такую даль, – пояснила Саффрон.

Роули восхищенно воззрился на нее:

– Вы, должно быть, намаялись.

– О, еще бы. Но раз уж я здесь, что теперь об этом вспоминать.

Я снова посмотрела в окно. Ливень затянулся, но мне надо быть на стройплощадке.

Джордж сам разливал кофе и разносил чашки. Затем вольготно расселся в углу софы, закинул руку на спинку и вытянул длинные ноги. Я приткнулась с другой стороны, стараясь не задумываться о том, что, если я откинусь назад, мое плечо коснется его руки. И ему даже позу не придется менять, чтобы поправить мою прическу или провести кончиками пальцев за ухом.

Стоило мне подумать об этом, как мой пульс слегка подпрыгнул.

Досадуя на себя, я чуть сдвинулась и вжалась в подлокотник софы. И с чего я вдруг размечталась о Джордже? У меня есть более насущные дела и проблемы.

– Итак, Саффрон. – Я откашлялась и поставила чашку с блюдцем на столик между двумя диванчиками. – Что там с Баффи?

– Она не приедет ко мне на свадьбу! – Глаза Саффрон гневно сверкнули. – Этой зимой она познакомилась с парнем, когда каталась на лыжах в Аспене, думала, курортный роман, но вчера он предложил выйти за него замуж, и она летит к нему на следующей неделе.

Раздавленная несправедливостью, Саффрон снова вжалась в подушки, ее красивый ротик слегка подрагивал.

– Какая досада, – участливо произнес Роули и потрепал ее по руке.

Ладонь Джорджа в нескольких дюймах от меня ужасно нервировала. Нет, он не двинулся с места, но от него исходили такие флюиды, что череп мой словно сжался, волосы поднялись на затылке.

Какая после этого концентрация и аутотренинг?

– Ну и прекрасно, – я осторожно ступила на минное поле. Роули явно запал на Саффрон, и следует соблюдать политес. – Я хочу сказать, весьма романтично, правда?

– Но как же моя свадьба? Как я без главной подруги невесты?

– А разве никто не может заменить ее? Насколько помню, в нашей последней беседе мы сошлись на том, что их будет не менее шести.

– Ни одна не подходит.

Терпение мое постепенно таяло.

– Главная подруга – это не профессия, – веско заявила я.

А вот это прокол. Изумрудные глаза Саффрон вспыхнули, и она, вознегодовав, подпрыгнула на подушках.

– Ты хочешь сказать, моя свадьба пустяк?

– Положим, это не… – Нога Джорджа как бы невзначай задела мою коленку, я замолкла. – Хочу сказать, ты, безусловно, вправе разрешить этот важный вопрос, – поправилась я, стрельнув глазами в сторону Роули. – Просто предположила, что одна из девушек могла бы…

Как оказалось, я понятия не имела о том, что значит праздновать свадьбу. Саффрон оттопыривала пальцы, перечисляя многотрудные обязанности главной подружки, пока я окончательно не запуталась во всех различиях между розетками и виньетками и чередовании ритуальных застолий.

– Ну и конечно же девичник. Очень важно, почти как свадьба. Это твоя главная забота.

– Стоп! Уймись! Какая моя забота? – Я подалась вперед и застыла истуканом на краешке софы.

– Ты единственная, на кого я смогу положиться.

– Только не это. Нет, нет и нет. – Я исступленно замахала руками, как мельница крыльями. – Идея хуже некуда.

Джордж сотрясался от смеха. Я почувствовала, как вибрирует софа, и глянула в его сторону.

– Ведь ты моя сестра, – обиделась Саффрон.

Я глубоко вздохнула. Пора прекращать этот фарс.

– Прощу прощения. Я не могу пустить все на самотек и метаться между Йоркширом и Лондоном. У меня на руках досуговый центр, надо уложиться в сроки и в смету.

Я замолкла, хотя с тем же успехом могла вещать на эту аудиторию, скажем, на польском языке, весьма популярном теперь в Англии и Уэльсе.

– К тому же тебе нужна подружка, которая действительно сможет уделить должное внимание. Сама знаешь, я в этом не сильна. – Я сдобрила свою речь льстивой улыбкой, но Саффрон была безутешна.

– Ты моя сестра. Я-то думала, ты пожелаешь быть причастной к такому событию в моей жизни. Мне и рассчитывать больше не на кого. Папа все время в делах, матери у меня никогда не было.

– У тебя есть Джекс.

– Он сейчас в турне и ничего не смыслит в свадебных хлопотах. Хотя бы девичник ты сможешь организовать? Иначе у меня его просто не будет, а без него какая я невеста?

– Смогла бы, если бы не работа. Понимаю, ты, возможно, не знаешь, однако работа требует являться в определенное время и место и вкалывать в обмен на деньги.

– О, это не вопрос. Папуля заплатит тебе.

Я закаменела.

– Мне от него ничего не надо. И дело не в деньгах, а в ответственности. Я обязалась вытянуть этот воз, пока Хью не поправится. Мы ответственны перед заказчиком, присутствующим здесь лордом Уэллерби. – Я не ожидала, что этот довод будет значим для Саффрон.

Смешно надеяться, что моя сестрица внезапно осознает, в какое неловкое положение поставила меня, и образумится.

Саффрон надула губки.

– Не понимаю, зачем тебе вообще эта тупая работа. Стоит замолвить папочке словечко, сразу получишь все, что хочешь. И чего вы оба уперлись, как два барана!

– Мне хочется делать карьеру, как ты не понимаешь! – рассердилась я.

– А что мне делать? Поверить не могу, что ты стала такой противной!

Я энергично потерла виски. Я любила свою сестричку, но временами она способна довести до белого каления.

– Я знаю, эта свадьба важна для тебя, но центр досуга важен для лорда Уэллерби. Вложена куча денег, наняты рабочие, объект должен быть сдан в срок.

Я бросила красноречивый взгляд на Роули, тот вел себя как глухарь на току.

– Уверен, неделя-другая погоды не сделают, – произнес он, с обожанием глядя на Саффрон, а эта артистка картинно кусала губки, колдовские слезинки дрожали и вспыхивали алмазами чистой воды на кончиках ее ресниц.

Я безотчетно обернулась к Джорджу. Не знаю, что было написано у меня на лице, вероятно, мольба о помощи.

– Полагаю, для Хью Моррисона все не так просто, – сказал он. – Недавно перенес инфаркт, чехарда со сроками только добавит переживаний, а стрессы ему сейчас противопоказаны.

– Вот именно, – поддакнула я благодарно.

Роули устыдился.

Чувствуя, что теряет соратника, Саффрон понурилась.

– Вы, кажется, не понимаете, что организация свадьбы тоже стресс. Предсвадебная суета – стресс хуже некуда, поддержка семьи в это время жизненно важна. Но если этот Хью лично для тебя важнее, чем я…

Джордж распрямился и выпятил грудь.

– Разрешите дать совет?

Я тут же насторожилась, а Саффрон воспрянула духом.

– Что?

– Вы хотите, чтобы Фриз организовала девичник, но в Лондон ехать ей сейчас некогда, верно? Почему бы не принять гостей прямо здесь? – изрек он.

– Здесь?

– Нет-нет, подождите, я знаю, что вы скажете. – Этот фокусник жестом призвал Саффрон к молчанию и теперь сосредоточенно смотрел на нее, не отвлекаясь на меня. – Тусоваться в Уэллерби вам не катит. Здесь не Лондон и не круто, но почему не оторваться и не натянуть нос всем остальным? Любой центровой может закатиться в клуб или ресторан в Лондоне. А слабо погонять с привидениями в древнем замке?

– Верно, большинство друзей Саффрон не слабаки, – сухо сказала я, дуя на воду. Сердце екало, я чувствовала, куда все движется. – Нечего и спрашивать, будет грандиозный…

– Пикник в старой усадьбе, да? – не вытерпела Саффрон.

– В точку!

– Мы наденем костюмы, как в том сериале.

– Даже лучше. Вы дочь-красавица, подруги соломенные вдовушки, в крайнем случае леди на выданье, а Фриз экономка, этакая тихоня, тайно влюбленная в одного из лакеев.

– Но, – начала было я, но Саффрон уже хлопала в ладоши.

– Здорово! Подумать только, в костюмах! Я всегда мечтала надеть шикарное бальное платье. С длинными перчатками!

Само собой, предательство Баффи было забыто. Саффрон от радости едва не подпрыгивала на диване.

– Круто! Закатим пикник, тайные свидания в оранжерее, крокет на лужайке, танцы! – Ее глаза разгорались. – У нас будет бал!

– Вот, пожинайте плоды своего чародейства, – строго указала я Джорджу.

– Придется и мужчин пригласить, – пускала пузыри Саффрон. – Ведь не могут танцевать на балу только девушки. Джекс – диджей, вот отпад! В таком дворце наверняка и бальный зал есть, да?

Нет, с меня довольно.

– Прекрати! Остановись на минутку. Бал не здесь. И обед тоже. Здесь вообще ничего. Это дом лорда Уэллерби. Не музей, открытый для публики.

– Пока, – доложил Джордж.

– Что?

– Центр досуга – всего лишь отправная точка в наших стратегических планах по превращению усадьбы Уэллерби в культурное капище северных провинций. – Джордж посмотрел на Роули, тот кивнул одобрительно и солидно. – В связи с чем восточное крыло будет сдаваться по самым привлекательным ценам под свадебные торжества или пикники, с ночевкой в дворцовых спальнях.

– Джордж утверждает, что мы всех на уши поставим, – признался Роули.

– Конечно, для начала требуется модернизировать восточное крыло, – добавил Джордж, – но у нас долгосрочный план, и почему бы не раскрутить свадебное торжество Саффрон?

Я уже определила нишу Джорджа: легкомысленный плейбой, решивший пересидеть в должности менеджера до лучших времен. Он не мог всерьез рассуждать о стратегических замыслах или долгосрочных планах.

Я тоскливо прикрыла глаза – какой бред!

Итак, все решено. Я обязалась не только построить центр досуга, но и организовать костюмированный пикник для орды избалованной молодежи.

Я посмотрела в окно. Дождь уже поливал вполне конкретно.