Финляндия в эпицентре шторма. Секретная Папка С-32 маршала К. Г. Э. Маннергейма. Годы 1932-1940

Эта книга посвящается

ВИЛЬХО ТАХВАНАЙНЕНУ

1913–1952

неподкупному патриоту и личному агенту

Маршала Финляндии

К. Г. Э. Маннергейма

Предисловие

Эркке Хаутамяки

В настоящее время уже доподлинно установлено, что целью Сталина в зимней войне 1939–1940 гг. было не столько правка границ с целью лучшей защиты Ленинграда, сколько присоединение всей Финляндии к Советской империи. Также давно было известно, что вторжение немцев в Норвегию 9 апреля 1940 года произошло буквально перед самой франко-британской высадкой в Нарвике, якобы с целью оказания помощи Финляндии в обороне против Советов, хотя истинными целями Франции и Великобритании были захват шведских железных рудников и открытие фронта в Скандинавии, с целью избежать развертывания неизбежной войны во Франции. Широко распространено мнение, что известие о неизбежности этой франко-британской операции вынудило Сталина к быстрому заключению мира с Финляндией в марте 1940 года – Сталин не хотел войны с западными державами. Утверждалось также, что Сталин не знал, что их целью являлись шведские железные рудники. Это и спасло Финляндию от превращения в придаток Советов в 1940 году.

Эркки Хаутамяки выдвигает в этой книге новую гипотезу. Он утверждает, ссылаясь на доказательную базу и свидетельства личного агента маршала Маннергейма, Вильхо Тахванайнена, что Англия, Франция и Советский Союз действовали сообща, несмотря на пакт Гитлера-Сталина (август 1939 года). Они намеревались использовать оккупированные Скандинавские и Балтийские страны в качестве плацдарма для решающего совместного наступления и разгрома гитлеровской Германии с Севера. План операции был согласован и утвержден 15 октября 1939 года – чуть больше, чем за месяц до нападения Советов на Финляндию.

Но, говорит Хаутамяки, плану Черчилля-Сталина не суждено было осуществиться, так как Гитлер, чтобы предотвратить новую угрозу с Севера, зимой 1940 года потребовал от Сталина заключения мира с Финляндией, и в ультимативной форме пригрозил в противном случае выступить в войне на стороне Финляндии. Одновременно с этим, Гитлер ускорил планирование оккупации Дании и Норвегии. У Сталина не было другого выбора – он пошел на мир с Финляндией. Может быть, он больше доверял Гитлеру, чем западным державам?

Поистине захватывающе, шаг за шагом, следовать за рассуждениями Хаутамяки. Хотя читатель сразу заметит, что убедительные документальные доказательства в поддержку этой смелой гипотезы отсутствуют – его не будет оставлять мысль о том, что данные Тахванайнена вполне могут оказаться истинными. Если же они найдут подтверждение, то история Второй Мировой войны должна быть переписана!

Недостаток книги Хаутамяки в том, что она базируется на литературных, а не на оригинальных документах. Папка С-32, которую Маннергейм передал президенту Йухо Паасикиви в январе 1950, после этого исчезла. Это обстоятельство делает книгу Специальное задание (1971) и неопубликованную позднее рукопись агента и доверенного лица маршала Маннергейма, Вильхо Тахванайнена, центром всего повествования. Таким образом, излагаемый материал трудно поддается оценке. Также нельзя исключить наличие в тексте некоторых пропагандистских материалов воюющих сторон. Для внесения полной ясности необходим основательный критический анализ источников. Но тем не менее, книга Хаутамяки представляет большой общественный интерес и достойна прочтения. Новая гипотеза о «дремлющих» планах войны, разработанных совместно Сталиным и западными державами, заслуживает рассмотрения и проверки временем.

«План войны союзников» от 15 октября 1939 г., представленный в этой книге, предполагал оккупацию французами и англичанами Дании, Норвегии и юго-западной Швеции, с тем, чтобы связать шведские войска, предотвратив их помощь Финляндии, которая одновременно с этим должна была быть оккупирована Советским Союзом. Франция должна была предоставить 50-100 тысяч солдат, чтобы обезопасить Южную Швецию и связать там шведские войска, а английская морская пехота должна была занять Гётеборг.

Вполне возможно, что такой план действительно существовал. В таком случае, пакт между западными державами и Сталиным существовал уже с осени 1939 г. и их сотрудничество шло своим чередом и продолжалось, когда Гитлер напал на Советский Союз летом 1941 года. Вопрос теперь в том, как трактовать значение плана войны от 15 октября 1939 года.

Хитрый Сталин любил «работать» одновременно с несколькими альтернативами действий и именно поэтому такое развитие событий могло иметь место. В этой книге Черчилль представлен движущей силой такого плана. В сентябре 1939 г. он стал министром ВМС и очень хотел втянуть Скандинавию в войну против немцев. Согласно представленному плану, Западные державы жертвовали Финляндию Сталину в обмен на свободу действий в Скандинавии – факт, который стоило скрывать после наступления определенного этапа войны. В неменьшей степени, благодаря героической борьбе Финляндии против превосходящих советских сил в зимней войне 30 ноября 1939 – 13 марта 1940 гг., что делало «предательство Западных держав» особенно постыдным.

Следует также упомянуть, что немецкая пропаганда, после нападения на Данию и Норвегию 9 апреля 1940 года, утверждала, что Германия была всего на шаг впереди и сорвала планы англичан и французов по оккупации этих стран. Таким образом, для достижения своих военных целей западные державы совершенно не считались с маленькими скандинавскими нейтральными государствами. (О планах западных держав см. Т. Мюнш-Петерсен, Стратегия странной войны: Британия, Швеция и вопрос железной руды 1939–1940 гг., Стокгольм 1981, Военно-историческое издательство. Здесь не упоминается о каком-либо секретном договоре от 15 октября 1939).

Совершенно очевидно, что в первый год войны Скандинавия была зажата в тиски между западными державами. Западные державы разыгрывали здесь безжалостную игру, совершенно не считаясь с интересами скандинавских стран. Скандинавию хотели превратить в театр военных действий и это им удалось со всеми её странами, кроме Швеции.

Книга проливает неожиданный свет на тогдашнюю ситуацию и даёт новое понимание деятельности Маннергейма в период 1932–1940 гг., его широкие международные связи и сеть сотрудников. В немалой степени именно поэтому ее и стоит прочесть. Эта книга также является и напоминанием о том, что нам известна не вся правда об «играх» сверхдержав во время финской зимней войны 1939–1940 гг. Тщательный критический анализ источников и проверка всех исследовательских работ являются важными задачами для историков в будущем. Также, неизвестная многим, посредническая роль Германии, приведшая в заключению в марте 1940 года мира между Финляндией и Советским Союзом, должна быть проанализирована заново.

Если предположить, что Маннергейм считал (правильно или нет), что западные державы и Советский Союз, начиная с осени 1939 года, конспирировались с целью осуществления оккупации Финляндии и установления контроля над Скандинавией, то мысли и догадки начинают буквально кружить голову… Этот «спектакль», скорее всего, и определил будущие действия Маннергейма и Финляндии. Весь последующий путь Финляндии, вплоть до продолжения войны 1941–1945 гг. против Советсткого Союза на стороне Германии, предстает в этом случае в несколько ином историческом свете. Финляндии нужна была помощь в борьбе против Советского Союза и, если ее нельзя было получить со стороны западных держав, то в таком случае оставалось только одно – получить эту помощь со стороны Германии.

Развал Советского Союза должен был открыть новые возможности, используя различные архивы, проверить гипотезу Хаутамяки и факты, представленные Тахванайненом. Этого не случилось, более того, даже на Западе, по прошествии 75 лет, все еще существуют засекреченные архивы. Почему? Вопрос риторический…

Находится ли повествование Тахванайнена под слишком сильным влиянием немецкой пропаганды? Или он вообще все придумал, чтобы привлечь к себе внимание? Или, может быть, именно потому в 1971 году президент Финляндии Кекконен решил посчитать Тахванайнена не заслуживающим доверия, что представленные им в то время факты были настолько же чувствительны для Финляндии, насколько они были чувствительны для Маннергейма, писавшего свои мемуары в 1950 г.? Маннергейм принял мучительное решение – не рассказывать всей правды. Была ли это та правда, для восприятия которой, как по ошибке посчитал Тахванайнен, мир созрел в 1971 году, когда он и опубликовал свою книгу?

Читай и размышляй! Когда чего-то не знаешь наверняка, то лучше немного сомневаться, чем заставлять себя слепо верить в сказанное другими…

Сквозь пелену прошедших лет, слышим мы в этой книге тревожный голос Маннергейма о том, что все сверхдержавы предавали Финляндию как до, так и после зимней войны, завершившейся тяжелым миром в марте 1940 г.

Профессор Кент Цеттерберг

Высшая школа Обороны, Институт безопасности и стратегии, Швеция.

Введение

Вторая Мировая Война в Европе закончилась весной 1945 года. Все европейские народы начали отходить от кошмара, принесшего материальные опустошения и человеческие жертвы, которые тогда еще невозможно было оценить. Центр Европы – Германия – лежала в руинах. Созданный Гитлером Третий Рейх, был уничтожен, национал-социализм разбит. Добро победило зло. В сентябре 1945 года во всём мире восстановился, наконец, мир.

Побежденного принудили к безоговорочной капитуляции. Слова победителей стали новым законом. Единственной правдой для всех исторических повествований стала интерпретация победителями причин войны и их определение тех, кто был повинен в ее развязывании. На этих же основаниях союзниками строилось тотальное отрицание собственной вины в развязывании войны. Все бессмысленное зло военных преступлений, наверняка совершенных обеими сторонами, было опрометчиво приписано проигравшему и его союзникам.

С помощью Нюрнбергского процесса вершилась «правда победителя», не в том смысле, что приговоры были однобокими или некорректными, а в том, что Статут Суда принципиально не рассматривал ответственность союзников за совершенные ими военные преступления, например, советский массовый расстрел польских офицеров в лесу Катыни в 1940 году или американские и британские бомбардировки Дрездена в феврале 1945 года.

Впоследствии, когда для исследователей появилась возможность доступа к открывшимся архивам, картина стала меняться.

Оказалось, что в некоторых случаях «правда» победителей достигалась за счет искажений, засекречиваний, умолчаний или с помощью откровенной лжи.

На протяжении более чем полувека нам «промывали мозги», с целью ассоциировать мировое зло с Гитлером и немцами. При освещении вопроса ответственности за Вторую Мировую Войну пресса, литература, театр, кино, радио, музыка, телевидение, и т. п. постоянно «украшались» сценами из Холокоста.

Естественно, нет никаких сомнений в том, что Гитлер и нацистские руководители Третьего Рейха совершили ужасные преступления против человечества. В представляемой книге писатель не будет описывать их, так как они общеизвестны и хорошо документированы. Но одновременно с этим, мы не можем отрицать как преступления, совершенные победителями, так и их долю вины в развязывании войны. Особенно это касается Советского Союза под руководством Сталина.

Сверхдержавы показали своё холодное безразличие к судьбам малых народов и праву последних оставаться нейтральными. Это со всей очевидностью вытекает из того невероятного потока событий с закулисными политическими интригами и секретными договорами, которые, в форме постепенно развивающегося процесса, в конечном итоге привели к вспышке, проведению и мирному окончанию Второй мировой войны.

Даже Финляндия, небольшая демократическая скандинавская республика, оказалась, против своей воли, втянутой в милитаристские перипетии сверхдержав. Однако, нашей стране повезло в том, что в те трудные годы ее военно-политическим руководителем был предусмотрительный и решительный человек – маршал Густав Маннергейм.

Он обладал приобретенным за многие годы международным политическим опытом и имел ценные зарубежные контакты. Всё это позволило ему строить и умело проводить оборонительную политику и, прежде всего – политику безопасности Финляндии.

Во время «зимней войны» стало известно о существовании направленного против Германии секретного военного договора между западными державами и Советским Союзом. Одной из составных частей этого плана победы над Германией было, кроме прочего, создание Северного фронта. Тогда Маннергейм, совместно с нашим политическим руководством, принял решение, спасшее нашу страну, а может, и всю Скандинавию от превращения их в театр военных действий для армий сверхдержав.

C 1932 года Маннергейм начал сохранять оригиналы всех документов, содержащих секретные рапорты, письма, собственные записи, и.т.п. в личной папке, имеющей кодовое обозначение С-32 (S-32). После окончания войны и до скончания своих дней Маннергейм, в первую очередь по политическим причинам, был вынужден избегать использования доказательной силы этих документов.

В качестве основного материала для своего исследования я, после 50-летнего замалчивания победившими странами, использовал документы и высказывания из секретной папки С-32 маршала Финляндии К. Г. Е. Маннергейма. Пусть же, наконец, этот материал раскроет ту часть исторической правды, которую Маннергейм был вынужден опускать или избегать и в своих мемуарах.

Драматические повествования из папки С-32 и другие, используемые мной исходные материалы, я попытался увязать в хронологической последовательности, с тем, чтобы показать ясную картину политического и военного развития событий, прежде всего в Европе. Благодаря этому мы можем проследить довольно долгий отрезок времени и цепочку произошедших в это время событий, увязываемых в конечном счете в понятное и логическое историческое развитие, начиная еще с Первой Мировой Войны.

Как мы позднее сможем заключить – во многом из высказываний маршала – вопросы, которые ему предстояло разрешить, часто были настолько сложными, неясными и многозначными, даже невероятными, что ему проходилось по многу раз взвешивать и переосмысливать их, с тем, чтобы определить для себя, что все это в конечном итоге значило и что за всем этим скрывалось. Я надеюсь, что читатель наберется такого же терпения при прочтении моей книги.

С помощью этой работы я надеюсь доказать, прежде всего моим финским соотечественникам, а также зарубежным читателям, что наши руководители в годы войны не совершали никаких преступлений и не были виновны в войнах, в которые Финляндия была вовлечена. Борьба Финляндии была обусловлена только необходимостью – для сохранения независимости страны!

Преступления, в которых наши руководители были обвинены и за которые были осуждены после войны, являлись следствием требований победивших стран и, прежде всего, Советского Союза.

Эркки Хаутамяки

1. Судьба папки С-32

По политическим мотивам, после первой попытки в 1945 году, Маннергейм был вынужден отказаться от использования доказательной силы документов из своей папки С-32. Тогда он согласился с требованиями своего премьер-министра и министра юстиции не разрешать своему агенту, Вильхо Тахванайнену (в дальнейшем «ВТ») предоставлять эти документы в качестве свидетельств для защиты обвиняемых – ведущих в военные годы политиков на процессе против Финляндии.

Во второй раз Маннергейм предложил использовать доказательную силу документов на мирной встрече в Париже в 1947 году. Тогдашний президент Паасикиви посчитал в тот момент необязательным воспользоваться этим предложением и передать эти документы руководителю финской мирной делегации М. Пеккала. Маннергейм был чрезвычайно огорчен этим решением Паасикиви[1].

Сразу же после этого Маннергейм принял решение – возможно, именно по вышеуказанной причине – все равно начать писать свои мемуары. В них он, наконец, мог сам рассказать о тех секретных отношениях, которые повлияли на проведение Финляндией своей военно-политической линии в 1939–1944 годах. Но Маннергейм также понимал, что по политическим причинам он не может рассказать народу Финляндии и всему миру о содержании секретных документов, хранившихся в папке С-32. Пойти на уступки в третий раз, или даже фальсифицировать историю (с его собственных слов), было непосильной ношей для больного и измученного тяжелыми годами войны Маннергейма.

Зимним вечером 23 января 1950 года маршал Маннергейм – Верховный Главнокомандующий силами обороны Финляндии во время войны и президент, проведший страну по пути от войны к миру – передал три запечатанные пачки документов своему преемнику, президенту Ю. К. Паасикиви, в его квартире на Екудден в Хельсинки. На следующий день он возвращается самолетом в Стокгольм, а оттуда, поездом, – в Валь Монте, Швейцария, чтобы продолжить там свой отдых.

Почему старый и больной маршал решился предпринять эту напряженную и очень короткую по времени поездку на свою родину?

Причиной его продолжающегося почти неделю визита (17–24 января 1950 года), как считалось, было желание отдать свой голос на проходивших президентских выборах. Маннергейм, конечно же, выполнил этот свой гражданский долг, но он также, кроме всего прочего, ввел в заблуждение любопытных редакторов газет…

Ведь самой важной причиной визита на родину было совсем другое!

Рукопись с мемуарами, над которыми Маннергейм со своими помощниками работал в течение продолжительного времени в Швейцарии, была к тому времени почти готова. Доведённый до предела своего терпения Маннергейм был вынужден обсуждать мемуары со своими самыми близкими друзьями (Г. А. Грипенберг, С. Энкель, Ю. К. Паасикиви, Е. Хорнборг). Эти друзья Маннергейма, имевшие продолжительный политико-дипломатический и юридический опыт, считали политическую разоблачительную силу мемуаров настолько взрывоопасной, что не советовали их публиковать, потому что, с учетом тогдашней политической ситуации в мире, это могло привести к развязыванию и эскалации холодной войны. Финляндия времен правления президента Паасикиви и министра иностранных дел Энкелля[2] могла оказаться в особо сложных отношениях не только с западными державами, но и прежде всего, с агрессивным, мощным и все еще желающим экспансии Советским Союзом, уже контролировавшим большую часть Европы.

В последствии Маннергейм убрал из своих рукописей самые важные и одновременно с этим самые разоблачающие данные, содержавшиеся в секретных документах, которыми он располагал. Это было очень тяжелым решением для Маннергейма. В своем письме от 18 февраля 1949 года раздосадованный Маннергейм полемизирует с Грипенбергом:

«Я с большой осторожностью размышлял над высказанными Тобой мыслями по поводу возможной публикации мемуаров… Высказанная Тобой точка зрения и Твои комментарии вызвали беспокойство даже у меня, так как я, если так можно выразиться, столкнулся лицом к лицу со своими воспоминаниями о тех многочисленных преступлениях, в которых повинен наш могущественный сосед на Востоке… Все это – история, и без прояснения исторических предпосылок, многие решения и действия так и останутся сокрытыми и по этой причине не только могут быть неверно истолкованы, но НЕИЗБЕЖНО БУДУТ истолкованы неверно!

…Писать мемуары, не затрагивая враждебных действий, заставивших нас принимать многие решения, раз и навсегда означает сознательно фальсифицировать историю…

Что касается публикации англоязычной работы, я собираюсь все организовать так, как Ты считаешь это нужным. Но если я не укажу причины, приведшие к принятию решений, а только упомяну об их последствиях, то я сфальсифицирую драматическое развитие событий и, скорее всего, буду вынужден представить все таким образом, чтобы ни западноевропейский, ни англо-саксонский читатель так бы никогда ничего и не поняли… Однако, благодарю Тебя за Твою доброту…Изменения, которые Ты предлагаешь мне сделать в англоязычной версии предисловия, доставили мне довольно серьезную головную боль… Они могут изменить всю мою работу и сделать ее настолько неясной, что зарубежному читателю покажется более захватывающим читать поваренную книгу… Однако я вынужден признать, что, видимо, так тому и быть…»

Тем не менее, маршалу Маннергейму было предназначено найти другое решение. Он решил передать оригинальные документы, содержащиеся в его секретной папке С-32, президенту Паасикиви, так как он сам – «связанный политическими аспектами» – не мог использовать содержащиеся в папке данные при написании своих мемуаров.

Теперь, когда он выполнил свой последний долг перед Отечеством, передав президенту секретные документы с несфальсифицированными историческими фактами, Маннергейм надеялся, что, когда придет время, эти документы, по инициативе президента Паасикиви или его последователя будут предоставлены в распоряжение историков. Таким образом, документы смогли бы рассказать о мотивах и причинах как его собственных, так и финского политического руководства в цеклом, решений, принятых в то время, когда наша маленькая страна оказалась в вихре событий, развязанных сверхдержавами. Одновременно с этим, они могли бы раскрыть важную информацию в отношении других, настоящих инициаторов Второй мировой войны.

Как мы уже констатировали ранее, перед мирной конференцией в Париже 1947 года Маннергейм просил, чтобы Паасикиви через секретариат финских представителей предоставил документы из секретной папки маршала С-32 представителям Советского Союза и Англии. Но Паасикиви этого не сделал. Боязнь была слишком большой. Поэтому Маннергейм не совсем верил в то, что у Паасикиви найдётся достаточно воли и мужества для того, чтобы сегодня (в 1950 году), или позднее, правильно использовать те секретные документы, которые в конце концов были ему переданы.

По этой причине Маннергейм принял своего рода меры «подстраховки» и пригласил для практической помощи и приведения документации в порядок своего доверенного агента (ВТ), который с 1932 года выполнял поручения маршала в качестве курьера, радиооператора, разведчика и доверенного лица. Таким образом ВТ, уже по роду своей деятельности, был хорошо осведомлен и ориентировался в содержании документов из папки С-32.

Также и сам президент Паасикиви, начиная с 30-х гг., знал о существовании агента. Именно Паасикиви, будучи премьер-министром, вместе с тогдашним министром юстиции Урхо Кекконеном[3], запретили агенту, угрожая ему последствиями за «немолчание», свидетельствовать в пользу обвиняемых на проходившем в Финляндии процессе. (После этого события Маннергейм, по своей инициативе, впервые позволил агенту копировать из папки документы, которые тот считал важными для освещения событий 1945–1946 годов).

Сразу же по возвращении из Швейцарии, Маннергейм и ВТ начали сортировку оригинальных документов из папки С-32, а также других, хранившихся в доме маршала документов. Они прилежно и усердно работали до позднего вечера, а часто даже по ночам. Все документы сортировались в хронологической последовательности и собирались в три пачки, которые затем опечатывались: Пачка 1: Документы 1930–1940 гг; Пачка 2: Документы 1941–1946 гг.; Пачка 3: Документы 1947–1949 гг.

При сортировке часть документов, как не имевших значения (?), была сожжена в камине. Другую часть, адъютант майор Линдеман доставил позднее в Госархив Финляндии. Ещё одну часть маршал, возможно, забрал с собой в Швейцарию.

Маннергейм очень метко, согласно ВТ, комментирует ситуацию с обработкой ценных документов:

«Среди этих документов нет таковых о моей военной деятельности и написаных об этом мемуаров, которые я передаю в распоряжение других. Но эти документы о закулисной политике я не могу передать моим генералам, дабы они не использовали их неправильно.»

В течение целой недели агенту ВТ было разрешено копировать и стенографировать документы, переводы, письма и.т.п. и, прежде всего, все личные рассуждения и пояснения маршала.

ВТ рассказывает, что тогда они – в доме Маннергейма в Бруннспарке – «до поздной ночи разбирали бумаги из папки С-32, переводили, собирали в пачки, обвязывали и опечатывали их». Попутно ВТ «иногда делал длинные заметки и стенографировал высказывания Маннергейма».