Омар Хайям. Лучшие афоризмы
- -
- 100%
- +
© ООО «Издательство АСТ», 2015
Омар Хайям
Хайям (Гиясаддин Абу-ль-Фатх ибн Ибрахим Омар Нишапурский) – персидский поэт-философ, имеющий много поклонников в Европе и Америке, где существуют даже общества его имени.
По-видимому, он был сын нишапурского ткача и продавца палаток и родился около четверти XI века, если не позже. Обстоятельства его молодости и воспитания неизвестны. Общепринят рассказ о том, как около 1034 года Хайям был школьным товарищем будущего сельджукского визиря Низам Аль-Мулька и будущего основателя секты ассасинов Хасана Саббаха, как они поклялись друг другу в дружбе и как Низам Аль-Мульк, достигнув визирства у Мелик-шаха, оказал обоим товарищам протекцию. Таким образом объясняется получение Хайямом должности астронома султанской обсерватории в Мерве.
Старейшая биография Хайяма свидетельствует только, что Хайям в философских науках был равен Ибн-Сине (Авиценне), которого он читал даже перед смертью и «греческую науку» которого преподавал другим; он был прекрасным математиком-алгебраистом и астрономом, хорошо знал историю, филологию и мусульманское законоведение; его обществом дорожил султан Мелик-шах; у него просил научных объяснений знаменитый философ-скептик, прозванный «доказательство ислама», шейх Газзалий. Учеников Хайяма неприятно поражали только его резкость и желчность.
Свои философско-поэтические идеи Хайям облекал в форму рубайат (четверостиший), которая введена была в персидскую литературу незадолго до Хайяма и которой пользовался также Ибн-Сина. По содержанию рубайат Хайяма оказываются прямым продолжением рубайат Ибн-Сины, но по форме – несравненно выше: они отличаются выразительной сжатостью и художественностью, глубоким элегическим чувством, иногда метким, насмешливым остроумием. Так как во многих новейших списках попадаются рубайат, не имеющиеся в других списках, то общая совокупность их доходит до тысячи двухсот; наиболее общепринятых – около пятисот; в старейшем бодлеянском списке 1461 года их четыреста пять, но, как показано профессором Жуковским, даже в этом списке есть по меньшей мере одиннадцать рубайат, принадлежащих не Хайяму. Интерполяции объясняются тем, что диван Хайяма, преследуемый мусульманским духовенством, мог переписываться только тайно, и открытая критика текста была невозможна.
В тех рубайат, подлинность которых менее сомнительна, Хайям является глубоким мудрецом элегического настроения. Он мучится вопросами бытия; с печалью указывает, что мы, быть может, попираем ногами не землю, а истлевший мозг мудрого и гордого человека или щеку красавицы; грустно констатирует, что и рождение, и смерть каждого человека совершенно не нужны, и что над Вселенной тяготеет тупой рок; в своей горечи иногда задает укоризненные вопросы самому Богу и обвиняет Его в мировом неустройстве. То разрешение задач жизни, которое предлагает ислам, кажется Хайяму полным противоречий, а мусульманские представления о загробной жизни с Мухаммедовым раем и адом – смешными; мусульманское духовенство с его узким догматизмом и жадностью возбуждает в Хайяме желчную злобу и отвращение. Его не удовлетворяет ни одна из позитивных религий, которые в его глазах все не выше и не ниже ислама. Исход для себя Хайям, судя по иным рубайат, видит в суфийском мистицизме, причем, однако, те суфии, которые проявляют ханжество и лицемерие, ему столь же противны, как и обыкновенное исламское духовенство. Хайям проповедует уничтожение эгоизма, нравственную чистоту, тихую созерцательную жизнь пантеиста, теплую любовь ко всеобъемлющему Богу, понятому не в догматическом смысле, а в стремлении к царству вечного, светлого и прекрасного.
В полном соответствии с этими рубайат Хайяма находится биографическое сообщение, по которому Хайям почти с последним вздохом закрыл философскую книгу «Исцеление» Ибн-Сины на отделе «О едином и многом» и, произнесши молитвенную благодарность Богу за то, что Его познал, скончался.
Многие рубайат, указывая на бесцельность мира, необязательность коранских предписаний и нелогичность мусульманского рая и ада, предлагают, наоборот, исход гедонический; советуют отдаться без стеснения вину, любви и беззаботному пользованию жизнью и воспевают красоту весенней, пробуждающейся природы, которая манит к наслаждению. Рубайат этого разряда пользуются особенной любовью большинства читателей, как азиатских, так и европейских, и считаются у них за наиболее характерные для Хайяма. Кое-кто с большой натяжкой хочет их истолковать мистически.
Современные комментаторы объясняют взаимное противоречие между рубайат Хайяма тем предположением, что в них отражаются разные фазы духовного развития автора: эпикурейские рубайат могут относиться к раннему, молодому периоду жизни Хайяма. Иного мнения держится профессор Жуковский, находя, что так называемый диван Хайяма полон интерполяций из других авторов и что в восьмидесяти двух интерполированных рубайат сорок три процента отведено мрачному пессимизму, а тридцать три процента – вину, любви и наслаждениям.
Энциклопедический словарь Брокгауза и Ефрона
Перевод Константина Бальмонта
* * * * *Поток времен свиреп, везде угроза,Я уязвлен и жду все новых ран.В саду существ я сжавшаяся роза,Облито сердце кровью, как тюльпан.* * * * *Если в лучах ты надежды – сердце ищи себе, сердце,Если ты в обществе друга – сердцем гляди в его сердце.Храм и бесчисленность храмов меньше, чем малое сердце,Брось же свою ты Каабу, сердцем ищи себе сердце.* * * * *Когда я чару взял рукой и выпил светлого вина,Когда за чарою другой вновь чара выпита до дна,Огонь горит в моей груди, и как в лучах светла волна,Я вижу тысячи волшебств, мне вся вселенная видна.* * * * *Этот ценный рубин – из особого здесь рудника,Этот жемчуг единственный светит особой печатью.И загадка любви непонятной полна благодатью,И она для разгадки особого ждет языка.Перевод Ивана Тхоржевского
Ты обойден наградой? Позабудь.Дни вереницей мчатся? Позабудь.Небрежен ветер: в вечной книге жизниМог и не той страницей шевельнуть…* * * * *Не станет нас. А миру – хоть бы что!Исчезнет след. А миру – хоть бы что!Нас не было, а он сиял и будет!Исчезнем мы… А миру – хоть бы что!* * * * *Ночь. Брызги звезд. И все они летят,Как лепестки сиянья, в темный сад.Но сад мой пуст! А брызги золотыеОчнулись в кубке… Сладостно кипят.* * * * *Что там, за ветхой занавеской тьмы?В гаданиях запутались умы.Когда же с треском рухнет занавеска,Увидим все, как ошибались мы.* * * * *Весна. Желанья блещут новизной.Сквозит аллея нежной белизной.Цветут деревья – чудо Моисея…И сладко дышит Иисус весной.* * * * *Мир я сравнил бы с шахматной доской:То день, то ночь… А пешки? – мы с тобой.Подвигают, притиснут – и побили.И в темный ящик сунут на покой.* * * * *Мир с пегой клячей можно бы сравнить,А этот всадник, – кем он может быть?«Ни в день, ни в ночь, – он ни во что не верит!»– А где же силы он берет, чтоб жить?* * * * *Без хмеля и улыбок – что за жизнь?Без сладких звуков флейты – что за жизнь?Все, что на солнце видишь, – стоит мало.Но на пиру в огнях светла и жизнь!* * * * *Пей! И в огонь весенней кутерьмыБросай дырявый, темный плащ зимы.Недлинен путь земной. А время – птица.У птицы – крылья… Ты у края тьмы.* * * * *Умчалась юность – беглая весна —К подземным царствам в ореоле сна,Как чудо-птица, с ласковым коварством,Вилась, сияла здесь – и не видна…* * * * *Мечтанья прах! Им места в мире нет.А если б даже сбылся юный бред?Что, если б выпал снег в пустыне знойной?Час или два лучей – и снега нет!* * * * *«Мир громоздит такие горы зол!Их вечный гнет над сердцем так тяжел!»Но если б ты разрыл их! Сколько чудных,Сияющих алмазов ты б нашел!* * * * *Проходит жизнь – летучий караван.Привал недолог… Полон ли стакан?Красавица, ко мне! Опустит пологНад сонным счастьем дремлющий туман.* * * * *В одном соблазне юном – чувствуй все!В одном напеве струнном – слушай все!Не уходи в темнеющие дали:Живи в короткой яркой полосе.* * * * *Добро и зло враждуют: мир в огне.А что же небо? Небо – в стороне.Проклятия и яростные гимныНе долетают к синей вышине.* * * * *Кто в чаше жизни капелькой блеснет, —Ты или я? Блеснет и пропадет…А виночерпий жизни – миллионыКонец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.