отель "Под корням": Как леший себе фею искал

5

Дуб на северном склоне оказался не просто сухим — он был почти мертвым. Листопадная Искорка, осмотрев его, покачала головой и присвистнула.

— Ну, Огнеяр, ты даешь. Этот дуб не просто сухой, он почти превратился в труху. Ты что, вообще его не поливал?

— А почему это я должен был его поливать? — возмутился леший, разводя руками. — Я леший-строитель! Моя задача — строить! Я могу дом поставить, мост через ручей перекинуть, но вот с деревьями... — он смущенно почесал затылок. — Ну, не мое это. Понимаешь? Я больше по бревнам.

— По бревнам, значит, — усмехнулась фея и начала осматривать корни. — Да-а, тут работы на целый день. Может, и на два. Но если ты хочешь, чтобы твои белки убрались из твоего дома, придется поработать.

Огнеяр вздохнул и посмотрел на свои руки. Грубые, мозолистые, привыкшие к топору, а не к нежному обращению с корнями. Он чувствовал себя неловко.

— Ладно, — сказал он, — я помогу. Что там нужно делать?

— Для начала — принеси воды. Много. И глины. А еще свежего мха. Я пока обработаю корни специальным составом.

Так они начали работать вместе, и Милван, который все еще вел переговоры с белками у озера, то и дело поглядывал в их сторону. Он видел, как Искорка объясняет Огнеяру, как правильно укладывать мох на корни, как тот слушает ее с почтительным вниманием, и как иногда их руки соприкасаются, когда она передает ему инструменты. В груди у него закипала ревность, но он заставлял себя сосредоточиться на белках перед собой.

Белки, кстати, оказались на редкость разумными существами. Их главарь, та самая с важным венком, представилась как Пушистая Рыжая Лапка.

— Мы не против уйти, — пискнула она, — но нам нужно жилье. В этом дубе было восемь дупел. Восемь! А нам нужно как минимум двенадцать, потому что у нас пополнение в семействе.

— Пополнение? — переспросил Милван, оглядываясь на стайку белок, которые резвились на ветвях. Среди них он заметил несколько совсем маленьких, почти крошечных бельчат.

— Да! — гордо подтвердила Лапка. — Трое новых! Так что нам нужно расширяться. Если леший сделает нам новый дом на северном дубе, мы уйдем мирно. Но если нет... — она многозначительно постучала лапкой по земле, — то мы останемся здесь и будем требовать с него ореховую дань.

Милван вздохнул. Похоже, Огнеяру придется не только чинить дуб, но и делать новые дупла. А это означало, что работа затянется еще на день-два. И это, в свою очередь, означало, что придется все-таки где-то заночевать.

Он вернулся к домику лешего, когда солнце уже клонилось к закату. Искорка и Огнеяр сидели на крыльце, уставшие, перепачканные глиной и мхом, но довольные. Дуб на северном склоне уже выглядел лучше: кора блестела от влаги, а у корней появились новые зеленые побеги.

— Он оживет, — сказала фея, улыбаясь. — Еще пару дней ухода, и он даст новые ветви. И тогда можно заселять белок.

— А дупла? — спросил Милван, подходя. — Им нужно двенадцать дупел. А в этом дубе, как я понял, только восемь.

Огнеяр, услышав это, схватился за голову.

— Двенадцать дупел?! Я же не дятел! Я не могу просто так сделать дупла в сухом дереве! Это же надо вырезать, шлифовать, укреплять! Это работа на неделю!

— На неделю? — переспросила Искорка. — А я думала, мы управимся за пару дней...

— Если бы я был Милваном, — буркнул Огнеяр, косясь на соперника, — то, может, и управились бы. Он вон умеет с деревьями обращаться. А я... я больше по строительству.

В его голосе слышалась зависть. Милван, который стоял поодаль, услышал это и почувствовал, как его настроение немного улучшилось. Леший из Северных Урочищ признал его превосходство! Правда, в довольно раздраженной форме, но все же.

— Я могу помочь, — сказал он в итоге. — У меня есть опыт в создании дупел. Я делал их для сов и для белок в Дальней Чаще. Это не сложно, если знать, как правильно расположить вход.

— Правда? — Огнеяр подозрительно посмотрел на него. — Ты поможешь? Даже после того, как я... ну, влез в вашу частную посиделку?

— Мы же лешие, — пожал плечами Милван. — Мы должны помогать друг другу. К тому же, — он посмотрел на фею, которая с улыбкой наблюдала за ними, — мне нужно, чтобы белки убрались из твоего дома. Потому что нам всем нужно где-то спать, — леший из Северных Урочищ хлопнул себя по лбу.

— Точно! Спать! Я и забыл, что вы у меня гостите! А у меня в доме сейчас бардак! Белки там все перерыли, орехи раскидали, печка забита ими же под завязку, — он заглянул в окно и поморщился. — Хотя... Нет, там невозможно ночевать.

— Тогда мы можем разбить лагерь, — предложила Искорка. — На улице тепло по-летнему. Я не против.

— Я тоже не против, — быстро сказал Милван. — Я видел хорошую поляну недалеко от озера. Там мягкий мох и много светлячков.

Огнеяр, услышав это, закряхтел и забеспокоился.

— Э-э-э, нет! Я не позволю гостям спать на улице! Это же позор для лешего! У меня есть дом! Он, конечно, немного в беспорядке, но я могу его привести в более-менее сносный вид за час! — он решительно закатал рукава. — Я сейчас все уберу, натаскаю дров, и мы отлично разместимся... Ик!

— Но там же белки, — напомнил Милван.

— Белки уйдут, когда я им скажу! — рявкнул Огнеяр, но тут же осекся, потому что на крыше дома появилась Пушистая Рыжая Лапка, которая смотрела на него с явным неодобрением.

— Белки никуда не уйдут, пока у них не будет нового жилья, — сказала фея, с трудом сдерживая улыбку. Огнеяр вздохнул. Его плечи поникли.

— Значит, ночуем на поляне, — признал он. — Но это ненадолго! Я завтра же начну делать дупла!

— Мы поможем, — сказала Искорка, ободряюще похлопав его по плечу. — Вместе мы справимся быстрее. Правда, Милван?

— Правда, — кивнул он, стараясь скрыть раздражение от того, что она так легко касается плеча Огнеяра. — У меня с собой есть нужный инструмент, мы быстро управимся.

— А пока, — Листопадная Искорка хлопнула в ладоши, — я предлагаю устроить ужин у костра. У меня есть припасы: хлеб, сыр и немного сушеных ягод. Если, конечно, кто-то, — она посмотрела на Огнеяра, потом перевела взгляд на Лапку, — не против поделиться орехами, — Огнеяр воодушевленно кивнул.

— Орехи есть! И даже мед! Я запасся на зиму, но для таких гостей я готов расщедриться уже сейчас!

Они развели костер прямо на берегу озера. Огнеяр притащил охапку сухих веток, Милван нашел подходящее место, где можно было сидеть, не рискуя наступить в лужу, а Искорка разложила на траве свою скатерть — такую же вышитую, как у Вересковой Росинки, но с узором из дубовых листьев.

Костер горел ярко, выбрасывая искры в темное небо. Вода в озере отражала пламя и звезды, а из леса доносился запах хвои и ночных трав. Белки, устроившись на крыше домика лешего, с любопытством поглядывали вниз, но не вмешивались.

— Ну что, за знакомство? — предложила фея, поднимая кружку с настоем.

— За знакомство! — поддержал Огнеяр.

— За знакомство, — повторил Милван, и их кружки звякнули.

Они пили, разговаривали, смеялись. Огнеяр оказался отличным рассказчиком: он травил байки о своих приключениях в Северных Урочищах, о том, как однажды упал с обрыва и чудом выжил, и о том, как спас маленького медвежонка от браконьеров. Искорка слушала его с неподдельным интересом, задавала вопросы, смеялась над его шутками.

Милван сидел рядом, чувствуя, как внутри разгорается знакомое пламя ревности. Но он помнил урок: надо действовать. Не ждать, пока она заметит. А действовать. И желательно прямо сейчас!

— Искорка, — сказал он, когда Огнеяр отвлекся на то, чтобы подбросить в костер еще веток, — я тут подумал... Нам действительно нужно будет переночевать на свежем воздухе, и я... думаю, будет лучше поставить шатер для... тебя. Я могу его соорудить. Там будет мягко и сухо.

— Шатер? — удивилась фея. — Ты умеешь строить шатры?

— Я ведь леший, — с ощутимой гордостью произнес это Милван. — Мы мастера на все руки. Особенно когда есть хороший повод, — он многозначительно посмотрел на нее.

Искорка смутилась и потупила взгляд. Или ему просто показалось?

— Спасибо, Милван, — сказала она тихо. — Это очень заботливо с твоей стороны.

В этот момент Огнеяр вернулся к костру, и его взгляд упал на них. Он нахмурился, явно что-то заподозрив.

— О чем это вы тут шепчетесь? — спросил он подозрительно.

— О ночлеге, — ответил Милван спокойно. — Я предложил поставить шатер для Искорки.

— Шатер? — фыркнул Огнеяр. — Я же говорю, я уберу дом! Крыша-то у меня есть, — он снова посмотрел на свое жилище, откуда доносилось возмущенное цоканье белок. — Ну, наверно...

— Огнеяр, не стоит, — мягко сказала Искорка. — Мы посидим у костра, а когда стемнеет, я устроюсь в шатре. Это будет даже романтичнее, чем в доме. Звезды, озеро, светлячки...

Огнеяр покраснел, услышав слово «романтичнее», и, кажется, начал что-то замышлять.

— Ладно, — сказал он, — но я буду спать рядом с шатром на страже порядка и твоего спокойствия. Чтобы никто не забрел.

— Ты будешь храпеть, — фыркнул Милван.

— Я не храплю! — возмутился Огнеяр.

— Храпишь так, что в Северных Урочищах медведи просыпаются!

— Ты не спал со мной рядом, чтобы знать это! — парировал Огнеяр.

— Зато я встречал свидетелей, которые любезно пожаловались на тебя!

— Это были не я! Это был ветер!

Они спорили все громче, и фея, глядя на них, покатывалась со смеху.

— Ой, мальчики, — сказала она, вытирая слезы, — вы невыносимы! Но мне с вами весело. Честное слово.

Она встала и потянулась, ее крылышки дрогнули в свете костра.

— Ладно, — сказала она, — я прогуляюсь до озера. А вы пока решите, кто из вас будет дежурить ночью. Только без драк, хорошо?

Листопадная Искорка упорхнула в темноту, оставляя двух леших у костра. Они смотрели друг на друга, и в их взглядах боролись соперничество и усталость.

— Ну что, Милван, — начал Огнеяр, понижая голос, — как поделим территорию? Ты на крыше, я у костра, а фея — в шатре?

— Я тоже могу у костра, — возразил Милван.

— Ты у костра, я на крыше, или наоборот, — задумался Огнеяр.

— А если мы оба будем у костра? — предложил Милван. — И будем следить, чтобы никто не подошел к шатру.

Они переглянулись. Идея была разумной. И, возможно, даже объединяла их против общей угрозы — какого-нибудь ночного зверя или, что еще хуже, случайного гостя.

— Договорились, — сказал Огнеяр, протягивая руку. — Но ты не подходишь к шатру, пока я не проснусь.

— Договорились, — ответил Милван, пожимая его руку. — Но если соберешься храпеть — уйдешь на крышу.

Они рассмеялись. В этот момент, где-то в темноте, послышался голос Искорки:

— Я нашла идеальное место для шатра! Тут мох, как перина! Идите смотреть!

Лешие переглянулись, вскочили и побежали за ней.

·--------·𖥸·--------·

Лес затихал. Костер догорал, оставляя после себя только угли и тепло. Ночь обещала быть теплой и звездной. А впереди был новый день — день, когда они будут делать дупла и решать, кто же в итоге завоюет сердце этой удивительной феи-лекаря.

Но одно Милван знал точно: он не сдастся.

·--------·𖥸·--------·

А в Цветущем Лесу, в домике номер один под плакучей ивой, Афанасий вдруг почувствовал сильное беспокойство. Он спустился по паутине к столу, где лежал старый календарь, и перелистал его.

— Хм, — сказал он сам себе, — близится солнцестояние. Обычно это к неожиданным гостям. Интересно, кого к нам занесет на этот раз?

Паук хитро прищурился и начал плести новую паутину. Сегодня у нее был узор в виде дубовых веточек.

6

Ночь опустилась на Северные Урочища мягко, как бархатное одеяло. В спокойном озере отражались звезды, дробясь на тысячи серебряных осколков. Светлячки, которых здесь было не меньше, чем в Цветущем Лесу, выписывали над водой замысловатые узоры, то сбиваясь в стайки, то разлетаясь поодиночке, будто танцевали свой собственный, только им понятный ночной танец.

Шатер, который Милван соорудил из веток, мха и найденного в домике Огнеяра старого полотна, стоял на небольшом возвышении у самой воды.

Искорка уже забралась внутрь, оставив леших у костра, и теперь оттуда доносилось тихое пение — она напевала какую-то мелодию, похожую на колыбельную ветра.

Милван и Огнеяр сидели у догорающего костра, молчали и смотрели на огонь. Оба были уставшими после долгого дня, но спать не хотелось. Слишком много мыслей роилось в их головах.

— Не спится? — спросил Огнеяр, нарушая тишину.

— Не спится, — признался Милван. — В лесу я привык засыпать под шум деревьев. А тут озеро... оно слишком тихое.

— Ага, — хмыкнул Огнеяр. — У меня тоже что-то подобное. Я привык к шуму водопада, он тут, неподалеку от моего домика. А озеро — оно усыпляет, конечно, но не шумит.

Они вновь помолчали.

— Знаешь, — начал Огнеяр, глядя в костер, — я ведь не специально влез в твое чаепитие. Я правда шел по делу. Про эти дупла сказать. А когда увидел тебя с ней... — он пожал плечами, — как-то само вышло.

— Само, — хмыкнул Милван. — Ты же знаешь, как я к этому отношусь. После истории с той русалкой.

— Ах, все-таки дело в русалке! — Огнеяр стукнул рукой по собственному бедру. — Да это же было триста лет назад! Или четыреста? Я уже и забыл! Она же ушла к водяному, мы оба проиграли. Так что не держи зла, Милван.

— Я не держу, — сказал он, хотя в голосе все еще слышалась горечь. — Просто... я тогда решил, что больше не буду лезть вперед. Буду ждать, что все само собой получится.

— И как? — спросил Огнеяр. В его голосе не было насмешки, только голое любопытство. — Получилось?

Милван промолчал. Огнеяр понял все без слов.

— Я-ясно, — кивнул он. — Но смотри, — он повернулся к Милвану, и его глаза блеснули в свете углей, — вот она, феечка. Она другая. Я вижу. Она не ждет, когда кто-то придет и что-то скажет ей. Она сама идет вперед. И если ты будешь ждать у моря погоды, то...

— Не буду, — перебил лешего Милван. — В этот раз я не жду. Я действую, — Огнеяр усмехнулся.

— Это я уже заметил. Но, между нами, — он понизил голос, — если ты не будешь действовать достаточно быстро, я могу ее перехватить.

Милван посмотрел на Огнеяра. Взгляд у него был жесткий, но не злой.

— Попробуй, — просто сказал он.

Они снова притихли, но в этой тишине уже не было прежней враждебности. Было что-то вроде уважения. Два леших, два соперника, которые понимали, что оба достойны выбора Листопадной Искорки.

Из шатра донесся тихий голос феи:

— Эй, мальчики, вы еще не спите?

— Не спим, — отозвался Милван. — Ты как? Тепло?

— Тепло, — ответила она. — Мох — просто чудо. Как перина. Я лежу и смотрю на звезды через щель между ветками. Здесь так красиво... Почти как в Цветущем Лесу, но все равно по-другому. Северное небо — оно какое-то... более глубокое.

— У нас тут свои звезды, — сказал Огнеяр. — Полярная звезда вон там, — он указал вверх. — Если на нее смотреть, дорога домой обязательно найдется. Я всегда на нее ориентируюсь, когда в Чащу ухожу.

— А ты, Милван? — спросила Искорка из шатра. — Ты тоже по звездам ориентируешься?

— Я больше по деревьям, — ответил он. — Мох на северной стороне, ветви — по солнцу, корни — по воде. Но звезды тоже умею читать. Леший обязан...

— Ты вообще многое умеешь, — заметила фея задумчиво. — И деревья лечить, и дупла делать, и шатры ставить, и чай заваривать. А еще ты умеешь слушать.

Милван почувствовал, как тепло разливается в груди.

— Это не сложно, — сказал он.

— Не сложно, — повторила Искорка, и в ее голосе послышалась улыбка. — А вот я, когда слушаю, часто отвлекаюсь. У меня, знаешь, мысли скачут, как те белки по крыше Огнеяра. То про корни думаю, то про листья, то про то, какая погода будет завтра. А ты — умеешь сидеть и просто слушать.

— Это потому что я леший, — ответил Милван. — Мы привыкли к тишине, — Огнеяр хмыкнул.

— Ну, я тоже леший, а сидеть на месте не умею. Мне надо что-то делать: рубить, строить, бегать. А ты, Милван, — он хлопнул соседа по плечу, — ты другой. Ты — основательный как тот самый старый дуб.

Милван улыбнулся, но промолчал.

Светлячки начали сбиваться в большие группы над озером, и их свет отражался в воде, создавая иллюзию второго неба. Искорка вылезла из шатра и села у костра, завернувшись в плед, который предусмотрительно захватила с собой.

— Не могу уснуть, — призналась она. — Тут слишком красиво. Хочу смотреть на это еще и еще.

Она подбросила в костер сухую ветку, и пламя взметнулось, осветив ее лицо. Венок из дубовых листьев немного съехал набок, но она не поправляла его. Полупрозрачные крылышки ее мерцали в темноте, переливаясь мягким серебряным светом.

— Скажи, Милван, — спросила она вдруг, — а ты скучаешь по Цветущему Лесу? Ты ведь оттуда ушел, да? Я слышала, ты часто там бывал.

Милван помолчал. Ответ был непростым. Он ушел оттуда с болью, но сейчас, глядя на озеро и светлячков, он понял, что эта боль уже не такая острая. Она притупилась. И, возможно, он был готов говорить об этом.

— Скучаю, — признался он, вздохнув. — Но не по самому лесу, а по людям — по тем, кого там оставил.

— По кому-то конкретно? — спросила фея. В ее голосе послышалось искреннее любопытство.

— Да по феечке одной, — влез неожиданно Огнеяр. — Вересковая Росинка. Они дружили много лет. Но в итоге она выбрала другого.

Милван бросил на Огнеяра предупреждающий взгляд, но тот невинно пожал плечами.

— А что! Что скрывать-то?

Листопадная Искорка посмотрела на Милвана с сочувствием.

— Это... это должно быть больно, — тихо сказала она. — Когда друг уходит к кому-то другому.

— Было больно, — согласился Милван, — но я справился. И теперь, — он посмотрел на нее, и в его взгляде было что-то такое, что заставило сердце Искорки биться чуть быстрее, — я начинаю думать, что все что случилось, было к лучшему.

— Все к лучшему, — повторил Огнеяр, хмыкая. — Интересно, я тоже это скажу, когда ты уведешь ее у меня из-под носа? А?!

Искорка засмеялась. Но в этом ее смехе уже не было той беззаботности — фея поняла, что между этими двумя лешими идет нешуточная борьба.

— Так... ну, хватит, — сказала она, вставая. — Я хочу искупаться. Вода сегодня теплая.

— В озере-то? — удивился Огнеяр. — Там же холодно!

— Для феи — в самый раз, — улыбнулась Искорка, скинула плед и, не оборачиваясь, пошла к воде.

Лешие замерли. Они смотрели, как она входит в воду, как ее крылышки складываются за спиной, как лунный свет серебрит ее светлые волосы. Им обоим было неловко. Но обоим хотелось смотреть и смотреть.

Она нырнула, и на поверхности остались только круги, которые расходились, унося с собой отражение звезд и светлячков над водой. Через мгновение Искорка вынырнула, отфыркиваясь и смеясь.

— Прыгайте ко мне! Вода просто чудесная!

Милван и Огнеяр переглянулись.

— Ну уж нет! — сказал леший из Северных Урочищ. — Я леший, а не водяной! Я и так весь взмок, пока старый дуб с тобой лечил!

— А ты, Милван? — фея посмотрела на него.

Милван почувствовал, что краснеет. Он не был готов к купанию при фее и рядом с ней. Но, увидев ее улыбку и блеск ее

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.