- -
- 100%
- +
Глава 1
Над городом плыла ночь. Её светлоликая царица – Луна – заглядывала в черные окна квартир, наполняя их своим загадочным и таинственным светом. Это было её время…
Юрий, студент-физик, крепко спал, когда в окно тихо постучали. Стук был осторожный, даже вкрадчивый, но отчётливый – ровно настолько, чтобы Юрий, ещё не проснувшись окончательно, вылез из-под уютного одеяла в зябкий полумрак комнаты, прошлёпал босыми ногами к балконному окну и, отодвинув занавеску, взглянул на предмет беспокойства.
На него смотрело женское лицо. Или девичье. Или даже не лицо, а может, отражение? Оно было очень красивое…
Юрий помотал головой и поморгал глазами, прогоняя липкий сон. Лицо исчезло. Но остался вопрос: откуда оно взялось – то ли на седьмом этаже балкона, то ли в комнате с закрытой дверью, поскольку он не слышал, чтобы кто-то входил.
Сон, от которого никак не хотели разлепляться веки, разом пропал, как рукой сняло. Юрий быстрым взглядом окинул комнату, освещённую лишь призрачным светом луны, струящимся из-за флёра оконной занавеси.
Комната была пуста. Для пущей верности парень заглянул за занавеску, затем под кровать и под стол. Потом открыл балконную дверь, вышел, осмотрелся. Склонившись через перила, заглянул вниз, на ночной тротуар. И даже вверх посмотрел.
– Привидится же такое… – пробормотал он, возвращаясь обратно.
Мелинда отшатнулась и ударила рукой по зеркалу воды. Изображение комнаты пропало. Перед ней снова расстилалась озёрная гладь, по которой, затухая, шли круги.
Невероятно… Этот парень так похож на Божена! Нет, нет…Этого не может быть! Божен ушёл в Иной Мир, как и их дочь Русинка, как и сонмы других короткоживущих людей. Их век так недолог …
Мелинда прижала руки к груди, пытаясь унять взволнованное биение сердца и трепет тела, жаждущего страсти, бешеной страсти!
– О Великий Властитель Света, – взмолилась альвийка, – отчего ты не дал мне забвения? Отчего меня до сих пор терзает недостойное чувство, которому нет места в нашем Мире?
Юрий сел на кровать и посмотрел на будильник. Два часа ночи. «Час быка» – мелькнула мысль. Он лёг обратно и только теперь вспомнил свой сон, который держал его, не давая проснуться окончательно, в то время, когда раздался загадочный стук.
Конечно же, это была она, та женщина, из сна. Вон откуда ноги растут у чертовщины!
Во сне он, Юрий, стоял возле какой-то прозрачной стены. Но, в отличие от стекла, она была гибкой и податливой, и вздрагивала, как живая, от его напористого стука. Юрий даже не стучал, он с требовательностью хозяина ломился в эту зыбкую стену… А за ней спокойно стояла, наблюдая за ним, незнакомая женщина в платье изумрудного цвета и с диадемой из самоцветов в волосах. Точно, она! Даже диадема сверкнула в её волосах от лёгкого движения оконной занавески…
Осознав, что видение было всего лишь отголосками сна, Юрий успокоился окончательно, и даже мысленно посмеялся над собой: эх ты, студент, без пяти минут дипломированный физик, а поверил в чертовщину…
Парень поднялся, отворил дверь и направился в кухню. Из-под ног с возмущённым воплем метнулась кошка Катька – в темноте он наступил ей на хвост. Катька налетела на мамину вазу в прихожей, уронила её…
На шум выглянула из своей спальни сонная Людмила Михайловна, мама Юрия.
– Ты что здесь разбушевался?
– Извини, мам, я нечаянно на Катьку наступил. Разлеглась тут на полу…
– Иди спать, полуночник.
– Сейчас, только водички попью.
Вернувшись в комнату, Юрий нырнул под одеяло, и в наступившем вскоре его сне больше не было ни женщины, ни стены, только вертелись беспокойные мысли о предстоящих испытаниях разработанного им компактного прибора для регистрации слабых взаимодействий наночастиц – нанометра.
В шесть утра Людмила Михайловна, слегка полноватая миловидная женщина среднего возраста, поднялась, привела себя в порядок и начала готовить завтрак. В семь, как обычно, заглянула в комнату сына Юрия, двадцатидвухлетнего студента. Тот уже сидел за своим рабочим столом, над которым висел портрет Николо Теслы, и о чём-то напряжённо думал, ероша слегка вьющиеся тёмные волосы.
– Пойдём завтракать, сын, – позвала мать.
– А? – отозвался Юрий, вскинув тёмно-карие глаза. – Да, да, сейчас…
– Ты о чём задумался спозаранку, если не секрет? – она залюбовалась его смуглым чернобровым лицом с правильными чертами: – "наверное, не одна девчонка втайне вздыхает…"
– Не секрет… – Юрий держал в руке прибор, похожий на карманный фонарик. – Я вот что думаю… Может, зря я придумал эту штуку?
– Что ты такое говоришь! – всплеснула руками мать. На её округлом лице с безупречной белой кожей отразилось искреннее возмущение. – Сколько сил и времени перевёл, и что – всё зря?
– Не знаю, мам, но…– Видно было, что сомнение глубоко завладело им. – Понимаешь, слабые физические взаимодействия – это ведь, по сути бомба!
– Я ничего не смыслю в твоей физике, сын, – мать строго сдвинула брови, – но ты ведёшь себя просто несерьёзно! Ведь я уже пригласила к нам в гости к ужину папиного давнего друга, Ивана Фёдоровича. Он уважаемый человек, руководитель предстоящей археологической экспедиции. Он придёт сегодня вечером, и что же я ему скажу? Что у моего сына ветер в голове?.. Что ты уже передумал испытывать своё изобретение?
– Да я не то, чтобы совсем передумал, – поморщился Юрий, – но… У меня тут возникла другая идея – создание экосистем с применением энергии на основе идей Теслы о…
– Знаешь что, – строго оборвала его мать, – не мудри. Коль уж начал одно дело, заверши его! Кстати, на столе пора бы убрать – вон сколько хлама скопилась, давно пора выбросить, – она тронула рукой нечто, слегка напоминающее печатную машинку.
– Осторожней, ма! – подскочил Юрий, – Никакой это не хлам! Это уже почти готовый компьютер! Ты даже представить себе не можешь его будущих возможностей!
– А кому он нужен, твой компьютер? Жили без него сто лет, и ещё проживём. Давай, давай завтракать!
Она вышла из комнаты, но через мгновение заглянула снова.
– Кстати, с Иваном Фёдоровичем будет его племянница, Марьяна. Будь с ней предупредителен и вежлив – девочка приехала из провинции. Это тебе не наши столичные оторвы. Иди уже завтракать, остывает всё…
Рассеянность сына, или, точнее, сосредоточенность его на чём-то своём, очень важном, была привычной для Людмилы Михайловны. Но, когда Юрий за завтраком вместо солонки взял сахарницу, мать не вытерпела:
– Ау! Сын, ты где? Вернись на землю.
– А?..
– Да что это с тобой?
– А, так, ничего особенного, – передёрнул плечами Юрий, – просто сон вспомнил.
– Что, страшный сон приснился? – Людмила Михайловна придвинула к нему тарелку с аппетитным бутербродом на гренках.
– Да нет, не то, чтобы страшный, и не то, чтобы приснился… – протянул Юрий. – Представляешь, ма, мне ночью показалось, что кто-то стучит в окно. Я даже проснулся.
– И что? – мать, к его удивлению, вроде как насторожилась.
– Мне послышался стук в окно, представляешь? Это в два часа ночи, на седьмом этаже!
– Ты, случайно, не подошёл?.. – мать не поддержала его легкомысленного тона.
– Нет. – Юрий отчего-то счёл нужным соврать. – А что?
– Да так… Хай Господь милуе, – в некоторых случаях мать переходила на родной язык.
– От чего? От чего он должен миловать? – поднял брови Юрий.
– А, ерунда, – махнула рукой Людмила Михайловна, – старые люди говорят: так судьба стучится.
Мать поднялась и начала убирать посуду со стола, явно не желая продолжать разговор. Юрий некоторое время молча наблюдал за ней.
– А чего её бояться? – хмыкнул затем он с ироничной улыбкой. – К тому же, старые люди ещё говорят: от судьбы не уйти.
– Это смотря какая судьба, Юрасику, – покачала головой Людмила Михайловна. – Бывает такая, от которой нужно затаиться и ждать, чтобы Господь провёл её мимо, отвёл лихо.
– Ну ма, напугала! – весело засмеялся Юрий, перед внутренним взором которого однако промелькнули внимательные глаза женщины на оконном стекле. – И ты веришь в эти сказки?..
– Ты спросил, я ответила, – обиделась Людмила Михайловна. – Я тоже смеялась над бабульками, которые ворчали, что самолёты дырки в небе понаделали. И вот, пожалуйста – озоновые дыры в небе. Ладно, мне пора на работу…
Вскоре мать ушла на дежурство в больницу. Юрий же торопливо побросал в раковину посуду, наскоро вымыл её, – это было его святой обязанностью с первого класса – вернулся в комнату и углубился в изыскания по своей излюбленной теме – кристаллические структуры.
Физикой он увлёкся ещё с пятого класса. Ему доставляло особое удовольствие быстро расправляться с контрольным заданием и решать задачи друзьям, пока не заметит учительница и не выпроводит его. А в старших классах для него самой интересной темой стала квантовая физика. Вот уж где скрываются совершенно невероятные тайны и неожиданности!
Так что после окончания школы вопрос о том, куда пойти учиться для Юрия просто не стоял – конечно же, на физмат.
Второй причиной, окончательно утвердившей выбор Юрия, оказалось происшествие на берегу реки, куда он с друзьями, теперь уже бывшими одноклассниками, отправился в летний поход.
Это было уже после выпускного вечера, спустя несколько дней. Они собралась спонтанно – впереди маячила взрослая жизнь, и всем хотелось ещё хоть немного побыть в беззаботной дружеской кампании.
Отряд вчерашних школьников, возглавляемый Мишкой Шуляком, общепризнанным и бесспорным предводителем, расположился неподалеку от реки. Место было знакомое: на широком лугу ребята не раз вот так, как и сегодня, гоняли мяч, а в расположенном поодаль лесочке собирали грибы и ягоды.
К вечеру, когда все уже сложили рюкзаки и собрались возвращаться домой, одна из девочек, Галя, обнаружила, что потеряла ключ.
– Может, ты выронила его где-нибудь по дороге?
– Да нет же! Я только что переложила ключ в карман…
– Ага, а после этого поиграла в мяч?
– Да…
Саша присвистнул – берег реки, где все они носились с мячом, был размером с полстадиона.
– Не дрейфь, Галчонок, сейчас я найду твою пропажу, – заявила Лера.
Она решительно направилась в лесополосу и вскоре вернулась с раздвоенной веткой-рогулькой из орешника. Под смех и шутки друзей, Лера, взявшись за концы ветки, сосредоточенно и медленно двинулась по лугу. Вскоре девушка наклонилась, подняла что-то с земли, подошла к друзьям и раскрыла ладонь. Ребята ахнули: на ней лежал ключ.
– Твой? – обратилась она к Гале.
– Да! Спасибо, Лерочка!..
Галя кинулась обнимать подругу, а среди ребят разгорелся спор.
– Ты сжульничала, Лерка! Сама же его и подбросила!
– Ничего подобного! Это лозоходство, слыхал?
– Ага, а ещё есть прочие формы обмана…
– Никакой это не обман! Ветка сама поворачивается, когда чувствует!
– Это идеомоторное движение, а ты нас просто разводишь!
– Возьми вот, и попробуй сам! – разозлилась Лера на последнюю реплику Юрия.
Она сунула ему в руки ветку.
– На кой она мне?.. – отбивался тот.
– Лерочка, а твоя ветка ещё что-нибудь, кроме ключа, искать умеет? Клад, например, –под общий смех, полушутя-полусерьёзно спросил Костя вкрадчивым голосом.
– Конечно! – Лера всё ещё хмурилась от обиды.
– Тогда дай её мне, – Костя решительно забрал ветку у Юрия, – я хочу найти клад! Лера, что я должен делать дальше?
– Попроси ветку, чтобы она помогла тебе, – буркнула та. – Да не сжимай ты её крепко. Прислушивайся к ней…
– Дорогая деревяшка, – ласково произнёс Костя под всеобщее веселье, – пожалей бедного выпускника, найди для меня какой-нибудь клад, ну хоть одну ржавую железяку…
Он двинулся берегом. Уже через несколько минут ветка в его руках дрогнула и склонилась книзу.
– О, шевелится! Идите сюда, мужики! Лопаты прихватите! – крикнул он.
– Да не гони!
– Ну принесите мне лопату, я сам вырою! Мне же больше достанется!
Когда под сапёрной лопаткой Кости звякнул металл, смех и шуточки среди ребят стихли. А ещё через несколько минут девчонки, заверещав, бросились прочь – в земле лежала огромная ржавая авиабомба…
Этот случай и стал определяющим в выборе будущей профессии Юрия. Слабые физические взаимодействия – вот неоткрытые тайны современности! Полевые силы неизвестной природы – конечно, не божественные, а вполне укладывающиеся в законы физики. Только их ещё нужно постичь…
Именно для регистрации слабых физических взаимодействий, возникающих при биолокации, Юрий и решил создать индикатор наночастиц – так он окрестил своё детище.
Это было не просто увлечение модной темой, а самая настоящая задача для человека разумного, и студент физмата Юрий Станчив тратил на её решение всё своё личное время, впрочем, и учебное тоже. Плоды такого увлечения не замедлили отразиться на успеваемости, и Юрию постоянно угрожали отчислением из института за «хвосты» по другим предметам. Он исправлялся, и снова набирался «хвостов», но незаурядные способности студента в области физики всё-таки давали ему шанс окончить институт.
С девушками у Юрия как-то не складывалось: тех, кто ему нравился, физика не интересовала ни в каком виде, им даже был абсолютно безразличен сам Николо Тесла! Впрочем, это не очень огорчало Юрия – как известно, сам великий Николо Тесла тоже был равнодушен к женским чарам. Так что знакомство с девушками у Юрия не шло дальше похода в кино общей компанией, или в кафе – тем же составом. Только Лера со своей веткой была постоянной помощницей Юрия, и это периодически довольно сильно раздражало Сашу, приятеля Леры. Но впоследствии он тоже стал помогать Юрию в его опытах.
Несколько лет студент Юрий Станчив безрезультатно ломал голову над теоретическим обоснованием и практической реализацией своей идеи. Прорыв в его работе произошёл после того, как Миша Шуляк подарил ему великолепный образец кристалла горного хрусталя. К этому времени Михаил уже стал заядлым альпинистом, и этот кристалл, по его заверению, был подарен ему алтайским шаманом в знак благодарности за спасённого из лавины сына. Кристалл был сакральным, то есть, использовался в каких-то туземных обрядах – так объяснил Мишка. Но у Юрия он выступил в другой роли: стал основой для индикатора слабых взаимодействий.
Проведя множество испытаний, успешных и не очень, Юрий понял: чтобы индикатор заработал в полную силу, нужны полевые работы. Археологическая экспедиция, в которую собирались на днях отправиться его друзья, Лера и Саша, была подходящим событием, и недавно у Юрия тоже появился шанс отправиться с ними. Но почему-то именно теперь Юрий стал колебаться. А что, если этот прибор – потенциальная бомба? Метаморфоза, происшедшая с мирным атомом – хороший повод усомниться в целесообразности научного открытия…
Юрий сидел за столом в своей комнате и рассеянно смотрел на кристалл, который он вынул из прибора и держал сейчас в руках.
Это было более чем странно: создав экспериментальный образец, сам Юрий так до конца и не понял сути своего же изобретения. Потому что, образно говоря, сердце прибора – кристалл горного хрусталя – вёл себя так же, как ветка в руках у Леры: перед испытанием его необходимо было подержать в ладонях, да чего уж там, пообщаться с ним и попросить о помощи. И только тогда шли положительные результаты. Ну, не абсурд ли для точной фундаментальной науки?.. Ежу понятно, что при таком раскладе изобретение остановится на единственном опытном образце…
К тому же, в последнее время интерес Юрия к своему индикатору значительно поутих. Другая грандиозная тема не давала ему покоя: а что, если вот этот кристалл есть часть единой фрактальной системы Земли? А если смотреть масштабнее, то и связки Земля – Луна?
Увлёкшись новой гипотезой, Юрий провёл массу расчётов и опытов по направленному слабому воздействию энергии кристалла на ось Земля – Луна в определённых фазах последней. Сейчас он размышлял: сколь возможно взаимодействие глобальной кристаллической системы, и кристалла в частности, с энергией Шумана?
Вздохнув, Юрий вложил кристалл обратно в корпус, собрал прибор и отложил его в сторону. Затем потянулся к книжной полке и достал флейту, хранившуюся межу книгами и задней стенкой шкафа. Мамино желание сделать из него музыканта остановилось на двух классах музыкальной школы, заниматься же дальше её сын отказался наотрез. Иногда, правда, какие-то скрытые процессы души требовали выражения, тогда Юрий брал в руки флейту и наигрывал мелодии, которые рождались тут же. Нельзя сказать, что это помогало, но вот отвлекало – это точно.
Он поднёс флейту к губам и стал наигрывать. Сначала это был незамысловатый пасторальный мотивчик, но вскоре музыка перешла в нечто феерическое, меняющееся и по ритму, и по силе, и по тональности. А всё потому, что Юрий сейчас представлял себе колебания атомов разных материалов, от металлов до газов, в виде различных танцев крошечных человечков.
После этого виртуального опуса он засел за расчёты, и уже не отвлекался от своих изысканий до самого вечера.
Глава 2
Резко прозвучал звонок входной двери. Юрий поднял голову, взглянул на часы и с удивлением обнаружил, что те показывали уже семь вечера.
– Сынок, встречай гостей, – крикнула мать из комнаты.
Оказывается, она уже давно вернулась и даже успела накрыть праздничный стол.
– Гости… Совсем забыл. Иду! – громко отозвался Юрий и, подойдя к входной двери, резко отворил её.
Стоявшая у самой двери девушка, а вернее, девочка-подросток – тоненькая, светловолосая, с широко распахнутыми доверчивыми глазами, вздрогнула от неожиданности. За её спиной с букетом цветов стоял Иван Фёдорович – давний друг покойного отца Юры – высокий плотный седовласый мужчина лет пятидесяти. Иван Фёдорович, житель областного города и декан исторического факультета, в настоящее время был назначен руководителем объединённой археологической экспедиции студентов. Узнав об этом, Людмила Михайловна и пригласила его к себе, чтобы замолвить словечко за сына.
Гость держался с тем достоинством, которое даёт своим адептам Его Величество Наука. Впрочем, взгляд Юрия тут же переместился на смутившуюся девчушку.
– Прошу! – энергично и галантно взмахнул рукой парень, пропуская гостей.
Марьяна – это была она – неуверенно сделала шаг в квартиру и споткнулась об высокий порог. Она упала бы, не подхвати её Юрий. Марьяна вспыхнула и опустила глаза. Юрий снисходительно улыбнулся. Подумаешь, событие – к парню прижалась. Провинциалки такие наивные…
А вот Марьяна влюбилась с первого взгляда, раз и навсегда!
– Проходите, проходите, – радушно хлопотала хозяйка, – Юра, проводи гостью… Ванечка, сколько лет, сколько зим…
– Это тебе, Люсенька, – протянул ей Иван Фёдорович букет роз карминного цвета.
– Ой, спасибо!.. – Людмила Михайловна вдохнула тонкий аромат. – Какая прелесть…
– Прошу сразу к столу, – пригласила она гостей, когда все переместились в комнату. – Может, это не совсем правильно, но мы с Юрой, если честно, сильно проголодались.
– Если честно, мы тоже, – широко улыбнулся Иван Фёдорович и с чувством обнял хозяйку. – Люсенька, как же давно мы не виделись…
Последний раз они виделись девять лет назад – тогда Иван Фёдорович с женой Оксаной приезжали на похороны Александра Николаевича, мужа Людмилы Михайловны, скончавшегося внезапно на работе от сердечного приступа. Сейчас они оба вспомнили те невесёлые события…
– Садитесь, садитесь, – Людмила Михайловна не забывала обязанности хозяйки.
Наконец все расселись. Юрий откупорил бутылку шампанского и разлил дамам, а Иван Фёдорович занялся коньяком, который он же и выставил на стол.
– Ну, не будем грустить, – поднял стопку Иван Фёдорович, – жизнь, слава Богу, продолжается! Вон какой сын у тебя вырос – вылитый Сашко!.. Давайте-ка, за неё, за жизнь…
Шампанское сделало своё дело: скованность Марьяны прошла, и она мило улыбалась в ответ на галантное ухаживание Юрия.
– Деточка, ты к нам, в столицу, поступать приехала? – спросила юную гостью Людмила Михайловна, придвинув к ней тарелку со сладостями.
– Нет, – замотала головой Марьяна, – мама хочет, чтобы я окончила школу, а потом – в институт, на врача.
– Хорошая профессия – врач, благородная.
Людмила Михайловна переключила внимание на её дядю.
– Ванечка, я тебя просила о…
– За столом – никаких разговоров о делах! – решительно возразил тот. – Я пообещал – значит, выполню.
Людмила Михайловна виновато улыбнулась:
– Прости, Ванечка, мою назойливость.
– А помнишь, Люся, – сменил он тему, – как мы с Оксаной привезли в подарок Юрке железную дорогу?
– Конечно, помню…
Людмила Михайловна и Иван Фёдорович углубились в воспоминания.
– Пойдём ко мне в комнату, – склонившись к Марьяне, тихонько произнёс Юрий, – а то, чувствую, здесь скоро слёзы польются.
Они поднялись из-за стола и прошествовали к нему в комнату, причём, увлечённые беседой взрослые не обратили на это никакого внимания.
– Это Николо Тесла, – торопливо объяснил Юрий, заметив, что гостья уставилась на висящий над столом портрет его кумира.
Немногочисленные посетители обычно принимали того за родственника Юрия – они, действительно, были чем-то похожи внешне.
– А-а…
Марьяна постояла возле стола, разглядывая стоящий на нём будущий компьютер. Спасибо, спрашивать не стала, что это такое. Попробуй, втолкуй девчонке сущность последней разработки…
Затем она подошла к книжному шкафу, просмотрела названия на корешках.
– Ой, сколько книг, и все про физику… Неужели они интересны?..
Тут её взгляд упал на флейту.
– А это най, я знаю! Я такой видела у бабушки в деревне, в Закарпатье. Ты что, умеешь на нём играть?
– Да ну, ты что! – смущённый Юрий забросил флейту туда, где она и должна была лежать, не попадаясь никому на глаза. – Это так, чепуха. Смотри лучше сюда, видишь? – он показал ей нанометр. – Вот этой штукой я буду разыскивать древние артефакты.
Внимание Марьяны сразу же переключилось на прибор.
– Вот этим?.. А как он работает?
– Долго объяснять. Но Иван Фёдорович будет доволен результатами.
– Не думаю, – засмеялась та, – дядя такой старомодный… И верит он только в «знание, упорство и трудолюбие!» – процитировала она.
– Ничего, – упрямо произнёс Юрий, – это он так сейчас говорит, пока не видит результатов.
Марьяна вертела в руках прибор.
– Тяжёлый. Словно камень внутри.
– Камень и есть, – согласился с ней Юрий и, быстро раскрутив корпус, вынул кристалл и показал его Марьяне. – Смотри!..
– Ой, до чего красивый! – воскликнула та, залюбовавшись игрой света в гранях. – Можно посмотреть?
– Бери, – великодушно разрешил Юрий и подал ей кристалл.
Но сегодня Марьяна была явно неловкой: камень выскочил из её рук, и, не успей Юрий его подхватить, упал бы на пол.
– Ой! – воскликнула она испуганно.
– Ничего, – парень быстро собрал прибор в обратном порядке и убрал его от греха подальше.
Марьяна окончательно растерялась и смутилась.
Юрий тоже чувствовал себя неуютно. Он всегда терялся в женском присутствии, не зная, о чём можно говорить с девушками вообще, а сейчас, с этой малолеткой – в частности.
Тогда он прошёл на балкон и позвал Марьяну:
– Иди сюда. Посмотри, как красиво.
Глядя себе под ноги, чтобы не споткнуться ещё раз, девчушка переступила порог и прошла следом. Она опасливо посмотрела с высоты седьмого этажа сначала вниз, на землю, и лишь потом туда, куда указывал ей Юрий.
А там, как раз напротив, торжественно опускалось к линии горизонта солнце. Небосвод светился разными оттенками красного цвета: от нежно-розового до багряного, и было в этом багрянце что-то неуловимо тревожное, даже зловещее.
Марьяна не могла отвести глаз от мрачной красоты заката.
– Красиво, правда?
Юрий слегка обнял её за плечи и почувствовал, что девчушка напряглась, как струна. «Вот глупенькая», – подумал он, но руку не убрал. И, сам не зная, почему, вдруг брякнул:
– Пойдёшь за меня замуж?
– Замуж?!.. А как же школа?.. – изумилось наивное создание, принимающее всё на веру, и Юрию стало даже немного совестно.
– Нет, не сейчас, конечно же, – засмеялся он, – учись пока, я подожду, когда ты врачом станешь.
– А я не хочу быть врачом!
– Да? – Юрий поднял брови. – А кем же?
– Смеяться не будешь? – покосилась девчонка.
– Ни в коем случае!
– Никому не расскажешь?
– Могила! – торжественно заявил он, пряча улыбку.
– Лесником! Как мой дедушка Тарас.
– Что? – чуть не расхохотался парень.
– Ты смеёшься! – насупилась Марьяна и сбросила с плеча его руку.
Юрий сделал серьёзную мину.
– Я просто подумал: не женская это профессия – браконьеров ловить.