- -
- 100%
- +
Я закрыл глаза. По телу разлилось тепло и мне сразу стало легче. Я продолжал лежать неподвижно в течении бесконечно долгого часа, все это время рука Стинга лежала у меня на лбу.
– Мне жаль. Тяжело тебе пришлось, не стоило отправлять тебя одного.
– Ты не при чем. Если бы я только был сильнее…
– Потом. Сейчас я усыплю тебя. Ты проспишь сутки, может больше. Этого хватит, чтобы восстановиться.
Я ничего не ответил, последнее что я ощутил, это легкий щелчок по лбу, после которого я в очередной раз уснул. Сначала мне снились Лайза с Гвинтзом. Потом мы сидели с Леони в библиотеке и обсуждали что-то в роде военной стратегии, а в конце, смерть Дирка. На этом месте я проснулся. За окном было раннее утро, я поднялся с кровати чувствуя себя вполне сносно. За время пока я находился в темнице, было принято решение, которое теперь следует сообщить Стингу. Я нашел его на кухне.
– Привет. – Начал Стинг.
– Привет. Я пойду… туда.
– Так и думал. Ступай, останавливать не стану. Хоть поешь сначала.
Есть мне не хотелось, но все же я разделил трапезу со Стингом, после чего оставил в комнате фолиант, клинок, походное снаряжение и пешком побрел в город. Дойдя до замка, я увидел Влада, ожидающего у входа. Я подошел вплотную и взглянул в его глаза. Он улыбнулся, в его лице читались нотки безумия.
– Пойдем. – Сказал Влад и подозвал меня за собой жестом руки.
Вместе мы вошли в его кабинет. Когда мы оказались внутри он мгновенно переместился к дальнему шкафу на замке и открыл его ключом, который достал из кармана. Из шкафа Влад вытащил увесистую темно-фиолетовую шкатулку. К сожалению, я не успел ее как следует рассмотреть, так-как уже в следующую секунду она вспыхнула пламенем и в руке Влада уже лежал другой, довольно большой ключ. Сжимая его в руке, Влад подошел ко мне, ухватил за запястье и пол кабинета под ногами сменился сухой землей едва покрытой травой.
– Обернись.
Я обернулся. Позади меня была тонкая, но очень высокая башня. Высока она была на столько, что я едва мог разглядеть ее пик.
– Перенести нас наверх я не могу, защитные заклятия не позволят. Придется идти пешком.
В ответ я лишь кивнул, и мы вошли в башню. По винтовой лестнице поднимались мы быстро, но тем не менее путь занял около получаса. Ноги изрядно устали, но решимость помогала преодолевать каждую ступеньку. В конце пути мы вышли на террасу, которая и служила вершиной башни. По всей поверхности выгравирована угловатая руна похожая на многоугольную звезду. В самом центре стоит черная, деревянная дверь с рамой увешанная многочисленными цепями и ветхими пергаментами. По середине все цепи соединял замок.
– Наш глава как никто знал, что творить волшебство лучше всего ближе к небу. Он возвел эту башню своими руками и теперь она послужит нам. – Влад закрыл глаза и вдохнул полной грудью. – Давно я ждал, когда увижу кого-то входящим туда, я взволнован. А ты?
– Я скорее в легком ужасе, учитывая все шансы не вернуться.
– Но ты все же решился.
– Суть не в моем решении, у меня по-своему нет выбора.
Влад достал из кармана ключ, вставил в замочную скважину и остановился.
– Скажи, для чего тебе сила?
– Я хочу быть способным влиять на ход вещей, изменить хоть что-то.
Влад провернул ключ, цепи, окутывавшие дверь, тут же звонко упали на пол, и она распахнулась резко, будто от сильного сквозняка. Из открытой двери обильными клубами повалил черный дым, который стремительно окутывал меня. Сначала я испугался, но ощутив приятную прохладу в тех местах, где я соприкасался с дымом тут же успокоился, закрыл глаза и сделал шаг вперед. Последнее что я услышал – звук захлопывающейся двери.
***
Ночь опустилась на город и в комнате стало прохладно. Я поднялась со скрипящего кресла с едва целыми колесиками и подошла к балкону закрыть дверь. Взглянув на часы – начало второго ночи, в очередной раз вздохнула.
– Утром я буду себя ненавидеть.
Вернувшись к столу, я вновь взялась за мышку. Клик-клик и еще несколько фотографий отправляются в корзину. «Кажется, я занимаюсь какой-то херней.» – Подумала я и отключила фотоаппарат от компьютера, после чего вложила его обратно в чехол и пошла на кухню. Там меня ждал уже давно вскипевший чайник. Хорошо, что хоть на маленький огонь поставила, уж через чур часто забывала оставленное на плите.
Ложка кофе с горой, две ложки сахара и можно жить дальше. Вернувшись в комнату, я поставила чашку на стол, попутно пролив часть содержимого на джинсы, естественно, я ведь не переоделась, как обычно… Сняв все лишнее я взяла футболку, которую прихватила из его комнаты в те дни. Те дни… Все как в тумане, помню только, что сначала все было хорошо, потом мы куда-то спешили и он исчез, обещав вернуться. Уже и считать перестала, сколько он не выходил на связь.
Я выключила компьютер, взяла старый ноутбук и легла на диван поставив уже наполовину пустую чашку рядом, на пол. За день глаза устали безумно, так что я надела лежащие на прикроватной тумбочке очки и включила новый выпуск шоу, которое, почему-то, на какое-то время помогает мне перестать чувствовать себя опустошенной и одинокой. Порой мне кажется, что я далеко не одна такая, хотя думать так не хочется. Отнюдь не для поддержания чувства особенности, а от ужаса, что это правда. Правда: все так же одиноки, опустошены и все эти маленькие радости, которые сейчас везде, куда не плюнь, нужны лишь для отвлечения от реальности, для того, чтобы не позволять нам задуматься о том, как все вокруг пусто и бессмысленно. Выходит, что весь мир – это театр, но нет ни зрителей, ни актеров, ничего.
Хватило меня не на долго: мысли не давали смотреть, а происходящее на экране не давало думать. В итоге я не заметила, как уснула, оставив за собой включенный ноутбук и чашку холодного чая.
Предвкушая новый, скучный день, я лениво поднялась, привела себя в порядок и чуть меньше чем через час вышла из дома. На улице солнечно, но меня это совсем не радовало. Единственное чего мне хочется последние недели, это слушать звуки дождя лежа в темной комнате и никого не видеть. К сожалению, не судьба, мне ведь припекло записаться на водительские курсы, уроки рисования и фортепиано, а в добавок и погода стабильно солнечная. Зачем мне все это? Отчасти это мой рассеянный интерес, многое нравится, но овладеть чем-то в совершенстве стремлюсь редко. Ну а во-вторых, нужно забить время… Бесконечно долгие дни, проведенные наедине с собой, в пустой квартире, показали, что это – не вариант. Много раз говорили мне – «Ударься в работу, это помогает.», они были не правы, на самом деле ничего не помогает, но занятие тем, что хоть немного интересно помогает отложить увязание в рутине накрепко.
Идя по улице в черных джинсах и футболке, я вспоминала пост апокалиптические истории, с которыми сталкивалась в книгах и играх, сейчас я бы неплохо вписалась в похожую историю, осталось только поменять босоножки на кеды или ботинки и образ готов. Затерявшись в собственных фантазиях, я не заметила, как дошла до офиса сайта на котором подрабатываю, там мне должны дать на пользование новую линзу. Благо говорить с кем либо, или бродить по зданию мне не пришлось, уже на входе меня подозвал охранник, линзу оставили у него. Он передал ее мне, я расписалась где полагается и покинула прохладное помещение на пути к проигрыванию регулярного сценария дня.
***
На закате тринадцатого дня беспокойство Стинга достигло предела, он был зол на себя за то, что не отправился за артефактом тогда со мной, и за то, что не попытался остановить меня. Желая немного поразмыслить Стинг отправился в замок Влада пешком, как и я в тот день.
Прибыв на место и разыскав хозяина замка в своем кабинете, сложившем руки на груди, Стинг сел напротив него, подкурил сигару и вдумчиво уставился куда-то в небо за окном. На улице было ветрено, а почти черные тучи, заслонившие небосвод, не позволяли отвести от себя взгляд. Через открытое окно, в кабинет влетело несколько сухих листьев, а порывы ветра развивали волосы тех двоих, сидящих каждый в своем кресле. Хотя Стинг и пришел без предупреждения, Влад отлично понимал зачем и вопросы были ни к чему.
– Он должен был вернуться еще несколько дней назад. – Вдумчиво произнес Влад, вращая в руке перо для письма и глядя куда-то свозь Стинга. По его лицу можно было прочитать нотки беспокойства, но в то же время и неудержимого интереса.
– За ним нельзя пойти?
– Нет.
– Ты знаешь, что с теми, кто не вернулся?
– Ты сам знаешь, что мы ничего не можем сделать, к чему эти вопросы?
– Мало ли, что могло измениться.
На некоторое время воцарилась тишина, их обоих терзало странное чувство. Не страх или отчаянье. Пока они сами не могли определить в чем дело, но отлично понимали – что-то происходит. Когда Стинг погасил сигару, за окном сверкнула молния и эти двое одновременно поднялись со своих мест.
– Тебе тоже кажется…?
– Да, идем.
Они тут же исчезли из кабинета, и вот, уже у входа в башню. Без лишних слов они ступили внутрь и спешно поднялись наверх. «Шторм… Немыслимо. Такой погоды у нас просто не может быть, мир реагирует на… что-то.» – Думал Стинг стремительно преодолевая ступеньки. Влад шел впереди и наверняка думал о том же.
К тому моменту как они вышли на террасу, снаружи башни бушевала стихия. Ветер завыл с новой силой и к нему присоединился ливень. Тем не менее капли не настигали пола террасы, благодаря многочисленным заклятиям башне были не страшны ни время, ни погода. Так они простояли около получаса, пока в руке Стинга не вспыхнул огонек из которого материализовался лист бумаги.
– Король пишет, что кристалл мира дрожит.
– И что с того?
– Границу никто не нарушал.
– Башня уходит корнями к сердцу мира. За гранью происходит что-то невообразимое, такого быть не должно.
Слова Влада взбодрили Стинга. Они оба понимали, что с нынешней реальностью, от происходящего за гранью, ничего не станет, зато появляются доводы в пользу того, что не все потеряно, несмотря на длительный срок. Стинг медленно подошел к двери стоящей посреди террасы и прислонил к ней ладонь.
– Что это… – Не успел договорить Стинг, его отвлек тихий щелчок. Пробежав глазами по двери, он увидел, что звено одной из цепей треснуло. – Что-то идет.
В следующее мгновение цепи зазвенели и защелкали, повсеместно стали появляться трещины и одна за другой разорвались. Вместе с этим, пергаменты, окутывавшие дверь, стали тлеть и постепенно разлетаться на пепел.
– Так ведь не должно быть!?
– Должно, не должно… Такого не было никогда! – Кричал улыбающийся до ушей Влад. Его глаза расширились, он явно был взволнован, трепет прямо сжирал его изнутри. – Давай же, мальчишка, покажи, ЧЕМ ТЫ СТАЛ!
В ту же секунду последняя связывающая дверь цепь, лопнула. Весь мир вокруг затих, можно было слышать скрип древесины. Дверь стала прогибаться, повсеместно покрываясь трещинами и в следующее мгновение дверь вместе с рамой разлетелась на щепки, а на ее месте, когда улеглась пыль, осталось плотное, черное облако.
Стинг и Влад ошарашенно смотрели на облако заготавливая оборонительные заклятия, но тут послышался тяжкий, жадный вздох. Облако стремительно сгустилось и сжалось, обретая человеческий образ. Серая кожа, длинные, черные волосы, острые ногти украшали его тело.
– Что ты такое? – Настороженно спросил Стинг.
Ответа не последовало, темная фигура молча открыла глаза. Глазные яблоки непроглядно черные, а зрачки белые и бездонные. Он обратил свой пустой, но содрогающий до самых костей взор на небо и исчез.
***
«Где я… Переулок?»
– А ну ка, иди сюда!
– Не дергайся!
– Рот ей закрой. – Прозвучал хлопок.
«Голоса в голове… Что это? Насилие, злоба, алчность, похоть…» – Я оторвал взгляд от земли и увидел четыре фигуры, копошащиеся над пятой, лежащей на мокром асфальте. Она оттолкнула одного из стоящих, я смог рассмотреть лицо.
«Убьем их всех.» – Шепотом пронеслось в голове.
– Убьем всех.
Они обернулись, услышав меня.
– Эй ты, вали нахер… – Было начал один из них, но я тут же разбил его голову о стену здания рядом. По руке потекла кровь, но не моя.
Я взглянул на лица оставшихся, в них я увидел лишь мусор и грязь. Громыхнул звук выстрела и в то же мгновение еще двое из них упали замертво. Я медленно следовал к последнему, пока он не забился в угол дрожа.
– Я вижу… Несчастный, жалкий ублюдок. – Слова покидали мой рот, но голос озвучивающих их мне не знаком. – Ты не сможешь ни есть, ни спать, потому что я где-то рядом, в глазах каждого, в каждом темном углу, наблюдаю за тобой. – Из носа того пошла кровь, он судорожно ощупывал стену позади себя поскуливая и не отводя взгляд от моего лица. – Беги, спасай свою жизнь.
Он мгновенно сорвался с места и спотыкаясь скрылся за углом. Я обернулся к тому месту, где еще несколько секунд назад лежала она. Теперь же она стояла у дальней стены и смотрела на меня. Я подошел ближе и прислонил ладонь к ее щеке.
– Ты звала, я услышал тебя… – Сказал я уже похожим на мой обычный голос. Тут же тело стало тяжелым, в глазах стремительно темнело. Я ощупал торс и обнаружил, что кровь струится из меня. Ноги подкосило. Я упал на колени и отключился.
Место соткано из абсолютной темноты. Напротив, меня стоят два бардовых кресла повернутых друг к другу. На одном из них сижу «я», в черном костюме и красном галстуке. Я сел напротив и второй улыбнулся мне.
– Нам пора просыпаться.
Я хотел что-то возразить, но второй «я» тут же исчез вместе с креслом.
– Почему он не просыпается?!
– Он в порядке, пуля не задела органы.
– Ну а когда он проснется? Ты можешь нормально объяснить?!
– Хватит истерить, смотри, у него веки дрожат.
Голоса вокруг вытащили меня из сна, я приоткрыл глаза. Пряма надомной склонилась Сатерина, позади нее стоит улыбчивый блондин в очках. Я приподнялся, чтобы сесть.
– Это еще кто…? – Устало огрызнулся я.
– Успокойся, это мой хороший знакомый, врач, можно сказать жизнь тебе спас. – Радостно говорила Сатерина.
– Вот уж удружил.
– На самом деле странная вещь. Пуля едва не задела сердце и прошла навылет, но, когда я взялся перематывать рану, отверстие от пули уже не представляло опасности так как значительно затянулось. В итоге единственная проблема – это потеря крови.
– Есть у меня кровь…
– Да, мы в этом уже убедились. Что ж, я пойду. Следи что бы этот живчик не сильно дергался хотя бы пару дней. Дверь я захлопну, не провожай.
– Спасибо большое, увидимся.
Блондин вышел из комнаты, с пол минуты покопался в прихожей и ушел.
– Где мы?
– Так у меня же… Ах да, ты не был у меня дома.
– Точно… а что я тут делаю? И что за отверстия и перевязки?
– Ты не помнишь? Вчера… Вчера ночью какие-то уроды пристали ко мне в переулке. Я очень испугалась… – Сатерина села рядом забравшись на диван с ногами, обняла колени и уперлась головой в них. – Но потом откуда-то появился ты! Так быстро с ними разобрался, что от шока я и понять мало что успела. Один из них в тебя выстрелил, а потом ты потерял сознание. Я позвонила другу, он и помог притащить тебя сюда, ну и перевязал раны.
Перед глазами поплыло и в голове стали сверкать воспоминания… Ужасные воспоминания. На глаза накатились слезы. Я подтянул Сатерину к себе и крепко обнял.
– Так… Замечательно… Ты жива. – Говорил я сквозь слезы безумного облегчения, источник которого пока сам не мог отследить.
– Господи… Ты чего? Из-за вчера?
– Не только… Кажется, я видел что-то ужасное, но не могу вспомнить что.
Она погладила меня по голове. Я поднял голову, только теперь обратил внимание на ее волосы и пустил в них руку.
– Волосы остригла… – Теперь они едва доставали ей до плеч. Помимо этого, их, когда-то яркий цвет, заметно потускнел.
– Это… Ну да. Знаешь, я скучала. Уже и не знала увидимся ли.
– Пока меня… – На мгновение я скорчился от боли, все же раны еще на месте. – Пока меня не было многое произошло. Это было необходимо. Теперь все будет хорошо.
– Все будет хорошо. – Эхом откликнулась она.
Около получаса мы просто сидели в обнимку, не говоря друг другу ни слова, но и этого было достаточно. Для меня радость иметь возможность вдыхать ее запах, чувствовать тепло ее тела и знать, что с ней все в порядке.
– Кстати о волосах. Как это ты умудрился отрастить такие патлы?
– Патлы? – Я посмотрелся во фронтальную камеру телефона. Пучок белых волос исчез, а сами волосы стали темнее, как я когда-то мечтал, да и длинна словно у какой-то рок звезды. – И в самом деле.
– А давай я тебя подстригу? – Весело предложила она.
– А ты умеешь?
– В целом да, было время ходила на курсы. Вообще я много чего умею.
– Ты никогда не говорила.
– А ты никогда не спрашивал.
– И то правда. Что же еще ты умеешь?
– А вот потом и узнаешь.
– Смысл тогда был спрашивал… Ну давай посмотрим, как ты стрижешь.
– Прямо сейчас? А отдых?
– Я в норме, двигаться уже могу.
– Ладно, не стану пилить, но, если ты травмируешься, я постригу тебя на лысо. – Подмигнула она, переставляя табуретку на часть пола без ковра, после чего пошла в ванную за ножницами.
Все прошло быстрее, чем я опасался, да и вышло хорошо. Помыв голову, я сделал прическу и подошел к зеркалу, полюбоваться.
– А ты молодец.
– Честно говоря давно уже никого не стригла, переживала, что плохо получиться, рада, что ты доволен.
– Да… – Глядя в зеркало во мне вскипало беспокойство. Тяжело сказать, но что-то изменилось. Заглянув в собственные глаза, я заметил, что зрачок стал едва заметно переливаться, будто внутри вращается вселенная.
Внезапно у меня загудело в ушах и ужасно заболела голова. Я упал на колени. Увидев это, ко мне подбежала Сатерина. Что-то говорила, трясла меня за плечи, но я не мог разобрать ни слова. Перед глазами весь мир пошел трещинами и стал пульсировать красной дымкой, но через секунду все сошло на нет, будто и не было никакого приступа.
– Ты как!? Может тебе воды?
– Да, пожалуйста…
Она принесла мне прохладный стакан, я осушил его залпом, оказалось, все это время я очень хотел пить.
– Я выйду, пройдусь.
– Я тогда тоже…
– Нет, мне просто надо подышать, одному.
Сатерина заметно погрустнела, но спорить не стала. Я поднялся на ноги и коротко поцеловал ее.
– Не переживая, я скоро вернусь.
– Угу…
Я улыбнулся ей как можно мягче, натянул футболку, обулся и вышел из квартиры. Покинув здание, я свернул вправо и пошел по узкому тротуару вдоль домов. В голове было пусто. Ни малейшего понятия о том, как я сюда попал.
Перебирая завалы памяти я вспомнил события произошедшие во время задания, то как вернулся и что пошел к Владу. Но что было дальше?
Через пятнадцать минут я устал капаться в мыслях и больше сосредоточился на том, как себя чувствую. Чувство было неоднозначным. Грудь немного ныла, но в целом тело стало легким и каждое движение чувствовалось иначе, нежели раньше. Теперь не было ни чувства, ни мысли о том, чего я чего-то не могу. Казалось, что правил больше нет, будто с меня спали все мыслимые и немыслимые ограничения.
Я подошел к еще влажной от дождя стене дома и уперся в нее ногой. Постояв так пару секунд, я усмехнулся и оторвал вторую ногу от земли. Вместо того, чтобы рухнуть на землю, я спокойно зашагал по стене наслаждаясь каждым шагом. Когда до крыши осталось несколько метров я лег прямо на стене и всмотрелся в ночное небо. Теперь звезды выглядели необычайно яркими и теплыми, будто между нами есть какая-то связь, будто можно ухватить любую из них рукой.
Через час я вернулся в квартиру Сатерины. При входе она стазу же заключила меня в объятия.
– Ты, кажется, повеселел. Что-то случилось?
– Случилось…? Да, вполне может быть. Что только не случилось. – Мечтательно сказал я.
– Говоришь загадками!
– Дай мне время прийти в себя. Совсем скоро я что-то объясню, но не сейчас. – Я снова поцеловал ее. – Кажется, я голоден. Ты не могла бы…?
– Конечно! Сходи пока полноценно прими ванну и кинь одежду в стиралку, пятна крови немного меня напрягают, а я пока что-то приготовлю.
Я так и сделал. Давно уже не выпадала возможность распластаться в пенной ванной. В моей то квартире был только душ. Теплая вода и приятный запах здорово меня расслабили, и я постепенно стал приходить в себя, будто просыпаясь от сна.
Покинув ванну мне в нос ударил вкусный запах приведший меня на кухню. Сатерина вовсю орудовала нам чем-то на плите. Я подошел и обнял ее сзади.
– Ну как? – Спросила она не оборачиваясь.
– Прекрасно. – Томно протянул я, зарываясь носом в ее волосы.
– А ты точно еще хочешь есть? – Она перешла на игривый тон.
– Есть? Не знаю, но я определенно голоден.
Утром я проснулся от щекотки. Сатерина уже проснулась и нависая надомной разглядывала мое заспанное лицо.
– Завтракать будешь?
– Ааа… Да, дай мне пять минут, и я готов.
– Да ты дурак, – рассмеялась она – я про еду.
– Тогда мне нужно больше пяти минут, а еще я буду кофе, пожалуйста.
Сатерина встала с постели, натянула футболку и скрылась на кухне, озаряемой ярким солнечным светом. Я повернулся набок и взглянул в окно, погода была необычно приятная, мягкий свет пробивающийся через шторы поблескивал на пылинках, парящих в воздухе. Мне в лицо подул свежий порыв ветра из приоткрытой форточки, и я почувствовал себя более чем живым. Сев на край постели, я потянулся, надел штаны, умылся и ванной и пошел на кухню где меня уже ждала чашка кофе и большая тарелка вкусностей.
– Не помню говорил ли, но ты отлично готовишь.
– Не без этого, но, когда мы готовили вместе мне больше, нравилось. У тебя есть определенный потенциал.
– Потенциал… – Я призадумался. – Слушай, а ты умеешь рисовать?
– Некоторые считают, что да. Когда-то давно я ходила в художественную школу.
– Еще один интересный факт о тебе. – Я улыбнулся. – Нарисуй кое-что для меня.
По памяти я описал ей печать заклинания «Венец пепла». Набросок она делала на бумаге, а потом, уже полноценный рисунок, изобразила его на тыльной стороне моей руки. К слову, шрамов не осталось, а так как, вероятно, я не всегда буду иметь доступ к фолианту, как сейчас, хорошо иметь при себе хоть одну боевую печать.
– Отлично. А у тебя есть знакомый тату-мастер?
– Хочешь набить себе эту штуку? Выглядит, конечно, интересно, но что это?
– Это одна из тех вещей, которые я объясню позже. Так есть такой знакомый?
– Ладно. Есть такой, у него маленький салон неподалеку, сейчас позвоню договорюсь. Ты ведь как всегда хочешь все прямо сегодня?
– Ты же знаешь меня, лучше еще вчера.
Она достала телефон и следующие десять минут трещала с тем знакомым. В этот момент меня немного одолела ревность. «Много ли у нее знакомых, о которых я не знаю!?» – Думал я, но вспомнив собственные «косяки» успокоился. Меня даже стала слегка грызть совесть. Раньше наши отношения не казались мне чем-то таким, за что стоит цепляться, но теперь, кажется, мои взгляды стали меняться.
– Через пол часа он будет там и сможет нас принять. Пойдем потихоньку?
– Пойдем.
По дороге в салон я думал о том, как давно хотел тату, да все денег, либо особого поползновения не хватало, а вот теперь я как никогда близок к исполнению маленькой мечты былых лет.
В салоне Сатерина поздоровалась с мастером. Несколько минут они обсуждали насущные вещи, после чего он обратился ко мне.
– Сати сказала, что эскиз у вас уже есть.
Я показал ему тыльную сторону ладони, он пару секунд рассматривал рисунок и указал на кресло.
– Сделаем в лучшем виде!
Во время процедуры Сатерина сидела рядом и посмеивалась над моей реакцией. Не скажу, что было очень больно, но определенно неприятно.