- -
- 100%
- +
Время, собственно, шло своим ходом. Джеф успел освоиться во владениях Стинга, а мы, с Сатериной, хорошо провели «отпуск» в нашем родном, но бесконечно пустом мире. Обретя новые жизни, порой, мы чувствовали себя как две одинокие рыбы, не то что в огромном аквариуме, но в целом океане, напрочь лишенном какой-либо другой живности. Благо, такие мысли посещали нас не часто. В остальное время мы были самыми настоящими небесными китами неописуемых размеров. Чудеса, которыми был наполнен каждый из дней, проведенных вместе, здорово разжигали в нас пламя, хотя даже не так, оно лишь усиливалось в масштабах, хотя, казалось бы, куда уже.
Я все не переставал удивляться ее способностям, а она моим. Вот что есть истинная близость – искренне восхищение друг-другом возвышающее отношения над облаками из похоти и нежных, романтически-глупых эмоций.
Нашу жизнь в этот скоротечный месяц можно было бы назвать идеальной, если бы мне не приходилось вечно бороться с собой. После крайнего перевоплощения, моя вторая сторона серьезно разошлась. Он, то есть «я», практически не затыкался, я даже начал путать чьи именно мысли слышу в собственной голове. Несколько раз мне «посчастливилось» ввязаться в драки, в которых я чудом умудрялся не использовать слишком много сил. Но это все цветочки. Иногда я выходил из себя и начинал неподобающе себя вести в присутствии своей дамы. В такие моменты, эта умница, просто брала меня за руку и пристально смотрела в глаза пока я не приходил в себя, хотя потом мило обижалась, скорее для вида и драмы, чем от реального накала.
В один из таких дней, когда мы затеяли спор из-за какой-то чепухи, я снова потерял контроль и разгромил добрую половину мебели в квартире после чего понял, что больше не могу справляться с собой и нужно что-то делать. В итоге мы вернулись к Стингу, который с головой погрузился в обучение Джефа. Обучал он его, конечно, не магии, но ее природе, проявлениям, теории и стратегии. Он поставил себе цель вложить в него то, что просто невозможно вложить в меня, что бы команда была крепче, хоть у одного из нас должна быть голова на плечах.
Мы с Сатериной застали их в саду за чаем и многочисленными свитками и гримуарами. Хотя они оба казались бесконечно увлеченными процессом, тем не менее заметили нас сразу.
– Я уж думал, что вы решите от счастья удрать от меня подальше, на другой край вселенной, чтобы избежать всех этих магических игр. – Начал Стинг не поднимаясь с земли.
– Ничего ты не думал. – Несколько раздраженно сказал я.
Стинг сначала взглянул на меня, приподнял бровь, а после, перевел взгляд на Сатерину, она кивнула в ответ. Все же эти двое сблизились намного больше, чем я мог представить.
– Здравствуйте… – Одновременно застенчиво и вдохновенно сказал Джеф.
Я подошел к нему, положил руку на его голову и слегка потрепал волосы.
– Все, Стинг, идем. Я уже устал от этого дерьма.
– Проведем все в моей спальне. – Инструктировал он, конвоируя нас через замок. – Такую магию лучше творить в заряженном силой месте. Спальня колдуна – самое оно.
Мы ничего против не имели и отвечать не стали, лишь молча следовали за ним. В воздухе так и витало напряжение. Мы с ней, оба, чувствовали некоторую ответственность друг перед другом. Она желала принять в этом участие, чтобы помочь мне. Это замечательно, но и я понимал, что ей приходиться нелегко, поэтому, шел на это «бог знает, что», по большей мере ради нее, чем для себя. Что ни говори, а идти на поводу у собственных эмоций оказалось весьма легко и бесконечно приятно, но она не сможет терпеть меня вечно, а даже если и сможет, я не хочу ей этого позволять.
– Что мы должны делать? – Спросила Сатерина, когда мы уже вошли в спальню Стинга и замерли у постели.
– Вам – лечь поудобнее и расслабиться.
Мы последовали его указаниям, и Стинг продолжил.
– Я наложу на вас ослабляющее заклятие. Проще было-бы отнять вашу ману, но боюсь в случае этого молодого человека, – он махнул на меня рукой и почесал затылок. – все намного сложнее. Далее. Вы впадете в сон, но не простой. В нем все будет казаться вполне реальным. Это важная деталь, запомните. Можете крушить, убивать, хоть жрите всех вокруг, но будьте осторожны друг с другом. Повреждения, полученные во сне, перенесутся и на ваших реальных телах. – Он с пол минуты оглядел нас и добавил. – Лягте на одну подушку, а то попадете в разные сны.
Стинг сел на постель рядом с нами и стал читать заклинания, его действие проявилось мгновенно. Течение маны в теле значительно замедлилось, а та, что витала вокруг нас, стала едва заметной. Веки стали тяжелыми, и в тот момент, когда мы оба почти провалились в сон, Стинг напоследок едва слышно сказал Сатерине – «Не забывай, что я говорил тебе. Держись, девочка.»
– О чем ты, мать твою… – Напоследок промычал я.
Снился мне как обычно, какой-то бессвязный бред. Через некоторое время мне попросту надоело смотреть эту чушь, я сладко зевнул еще во сне, а продолжил, продирая глаза. Очнулся я все в той же постели Стинга. За окном медленно вечерело. Переведя утомленный взгляд вправо, я увидел все еще сладко спящую Сатерину.
– Эта малышка подождет. – Я провел пальцем по ее губам и переместился в центр Сиэтла. Этот город всегда мне нравился, хотя я никогда там не был. Меня позабавило то, что я перенесся именно сюда и заулыбался, обнажив слегка заостренные клыки.
Мир выглядел по-новому – ярким и живым. Я будто впервые в жизни вылез из панциря и теперь чувствовал себя просто непередаваемо. Подойдя к ближайшей витрине, я взглянул на свое отражение. Симпатично потрепанные волосы, багровый блеск в глазах, о да, я определенно был доволен своим видом. Весь мой скрытый нарциссизм вырвался на волю. Слушая оглушительный и ровный стук собственного сердца, я озирался по сторонам рассматривая восхитительные огни вечернего города.
Немного позже я встретился взглядом с парой девушек идущих по тротуару и, как я понял, обсуждающих какое-то новый фильм. На мгновение они прекратили свою беседу и соблазнительно взглянули на меня. Да, это приятно, очень приятно. Это питало меня и от этого я чувствовал себя все более могущественным чем, когда либо, но мне не до них, ночь только начинается.
Я брел по улицам просто вслушиваясь в голоса города. Некоторые из прохожих думали так громко, что я буквально слышал их мысли.
– Да…– Злоба, похоть, алчность, ложь. Все то, что я прятал за маской «хорошего парня», теперь только придавало мне сил.
У бара меня остановило желание опробовать выпивку в нынешнем состоянии, наверняка все теперь имеет другой вкус. Я вошел внутрь, нагло распахнув дверь перед собой, улыбка не покидала мое лицо. Прохаживаясь по залу, я подхватил скомканный доллар со стола, где уже подремывал за бокалом парень не на много старше меня. Разровняв купюру, я сделал рукой движение, будто раскладываю веер. Купюра последовала за моим большим пальцем и вот, в моей руке уже добрая стопка «зелени». У барной стойки, я потребовал целую бутылку виски, за которую оставил сумму в три раза большую реальной стоимости. Как говорила одна моя знакомая – «деньги не проблема», теперь это так.
Покинув стены бара, я откупорил бутылку и сделал первый глоток. Вкус, как я и думал, оказался в разы более ярким чем раньше. Каждый последующий я смаковал как некий божественный нектар. Спустя пол часа пути, когда бутылка опустела наполовину, я обнаружил, что уже добрался до башни с забавным названием – «Спейс-Нидл». Снизу казалось, что она врезается в самое небо, так что я решил пройтись и узнать, как оно сверху. Естественно я пошел по вертикальной, внешней стороне башни. Ближе к высоте пятидесяти метров ветер был значительно сильнее чем внизу. Я закурил и продолжил свое восхождение. Ветер развивает мою одежду и волосы. В правой руке горлышко бутылки, а в левой яркая сигарета.
– Превосходно… – Сказал я, мысленно прокручивая вид самого себя восходящего по вертикальной плоскости против ветра. Добравшись на самый пик, я сел, закурил новую сигарету и осушил дно бутылки ни оставив и капли. – Все же ночь только начинается.
Пара голых и прекрасных тел остались в постели, а я вышел покурить в просторный зал, без понятия чьей, огромной, двухэтажной квартиры. Только я поднес зажигалку к сигарете, как в комнате появилась Сати, нашла все же. Выглядела она не обычно, ее глаза пылали тем же огнем, что и мои.
– Что это за шлюхи там?
– Какое неуважение к сучкам. – Язвительно выпалил я.
Сатерина стремительным шагом приблизилась ко мне и ударила меня по лицу своим небольшим кулачком. Удивительно, но она умудрилась рассечь мне губу.
– Дрянь! – Гневно и страстно крикнул я, и с силой толкнул ее в большое зеркало на стене. Звук удара и осыпающихся осколков заполонил комнату.
Не смотря на удар о стену, Сати продолжила твердо стоять на ногах, а когда очередной осколок разлетелся еще на множество новых, ударившись о пол, она рванула на меня. Быстрым взмахом руки, Сати оставила тройку кровоточащих царапин на моей скуле, а я ударил ее наотмашь тыльной стороной ладони. По ее губе тоже потекла кровь. Пара вздохов с примесью рычания и она запрыгнула мне на руки, я подхватил ее, и мы слились в поцелуе. Металлический вкус во рту лишь ожесточал нас обоих до такой степени, что мы стали сильно кусать друг друга за губы. Разорвав поцелуй, мы уставились друг на друга кровожадно улыбаясь.
– Как ты, чертовка, меня отыскала?
– Прошла по твоему ублюдочному следу, сволочь!
Продолжая держать ее на руках, я вышел на балкон. Я запрыгнул на парапет и тут же она вырвалась навстречу земле с высоты четырнадцатого этажа. Летя вниз, на ее лице не было ни капли страха, она лишь поманила меня за собой сверкая красным ноготком на указательном пальце.
Все мое тело пробрала дрожь. Я выдохнул горячий пар и прыгнул за ней. Нагнав и схватив за горло, я поцеловал ее и перевернулся так, чтобы первым земли настиг я.
Раздался звук треска. Мы приземлились на крышу черного Ягуара. Я лежал спиной на смятой машине, а Сати прямо на моей груди. Мы оба прокашлялись и безумно рассмеялись, глядя на исцарапанные лица друг друга.
– Неужели мы боги воплоти, дорогой?!
– К черту богов! Я король, а ты моя королева. Как по мне звучит лучше. Как тебе?
– Да, мне нравится. И чем мы правим? – Спросила она, проводя ладонью по моей щеке.
– Всем. И даже больше.
Я сел, Сати осталась поверх меня. Я осмотрелся и оглядел пораженные лица столпившихся людей вокруг нас. Бока ныли, похоже, не смотря на переполняющую меня силу, пара ребер все же сломались. Потянувшись и расправив спину, я ощутил, как все встает на свои места и все ранения заживают так быстро, что эффект регенерации прямо выжигал каждый дюйм моего тела. Сати досталось значительно меньше, она лишь размяла шею.
– Я хочу еще!
– Да будет шоу!
Схватив ее за предплечье, я перенес нас обоих на крышу невысокого здания, находящегося прямо напротив небоскреба. Я поднялся на ноги, щелкнул себя пальцем по шее и поднял руку вверх. Вся эта жестикуляция была неспроста. Я усилил свой голос в сотню раз.
– Жители лимба, именуемого миром! Узрите же своих спасителей! Безымянный король, и королева Сатерина! – На улице около здания стали собираться люди. Сати подошла ко мне. Я подтянул ее ближе за талию. – Смотри, эти огни для тебя. – Я тут же развернулся обратно, лицом к небоскребу, выставил ладони перед собой, возведя одну над другой и резким движением развел руки в разные стороны. Тут же раздался оглушительный взрыв. Осколки окон разлетались по всей округе. Время для нас с Сати будто замедлилось. Мы во все глаза смотрели на разрывающееся здание.
– Сколько же людей ты только что прикончил? – Не отводя взгляд от пламени спросила Сатерина.
– Их жизни ничего не значат. Просто куклы, они и сами уже устали от своей игры в жизнь. – Через пару мгновений вид горящего здания мне наскучил я и перенес нас в новое место. На сей раз выпало оживленное шоссе. Мы огляделись. Рядом обнаружился автосалон. – Хочешь прокатиться? – Сати энергично закивала.
Мы подбежали к салону, разбили витрину и вошли внутрь под звук сигнализационной сирены.
– Какую?
– М-м-м. Вот эту! – Сати указала на синий маслкар без логотипа.
Нажав пальцев на ручку двери, та треснула и дверь поддалась.
– Присаживайтесь. – Я коротко поклонился, помогая ей сесть внутрь.
С минуту покрутив все, что крутится я недовольно положил руки на руль.
– Топлива то нет.
– А оно нам разве нужно? – Отметила она.
Я щелкнул себя по лбу. – Ах точно. – Сосредоточившись я распространил собственную силу по всей машине и все же заставил двигатель зарычать. – Есть что-то лучше топлива.
Мы вылетели на шоссе и стали разгоняться с невероятной скоростью. Через пару секунд стрелка спидометра «легла» но машина продолжила разгоняться. С минут десять мы глядели в окна, пробираемые восторгом от немыслимой скорости, но, когда машину начало трясти, стало ясно, что пора заканчивать. Я свернул на встречную и за долю секунды до столкновения с пикапом перенес нас из машины на обочину.
Сати зевнула.
– Я устала все крушить.
– Чего хочешь теперь?
– Тебя. – Сладко промурчала она, царапая меня ногтями по руке.
Я прижал ее к себе вплотную и пожелал оказаться в шикарном номере отеля. Пожелал – получил. Мы тут же оказались у мини бара около панорамного окна с отличным видом. Из бара я достал бутылку какого-то дорогого с виду шампанского, раздобыл в ящике пару бокалом и наполнил их.
– Сколь замечательно быть свободным.
Мы оба залпом осушили наши бокалы и взглянули друг-другу в глаза. Удивительным образом, глядя на нее, мои гнев и похоть, буквально на пару секунд, отошли на задний план уступив место глупой нежности. Увидев алые отблески собственных глаз в отражении её, меня снова понесло. Я сорвал с нее майку и бросил Сати на постель.
Ее разбросанные волосы, похотливый взгляд… От этого вида по всему моему телу пробежала дрожь и волна неоднозначных чувств. Я взглянул на свое отражение в зеркале близ кровати – мой правый глаз изменился. Полностью почернел, а зрачок стал пусто-белым. Часть моего темного облачения пришла в движение и мне это нравилось. Обратив свой взор обратно на Сати, я забрался на постель и завис над ней. Она же положила руку мне на щеку.
– Защищай меня. Желай меня. Возьми меня. – Чувственно и страстно прошептала она.
От ее слов я едва не обезумил. Будто бы я всю жизнь мечтал услышать что-то подобное. Чувства переполнили меня на столько, что я едва не стал терять рассудок. Легким движением пальцев ее джинсы расстегнулись, и я бросил их на пол. Опустив одну руку вниз, другой я расстегнул ее бюстгальтер и отправил его к джинсам. Ее обнаженное тело было невероятно прекрасно, теперь я будто увидел ее по-новому. Эти линии и изгибы, чарующие формы. Все в ней было идеальным.
От переизбытка чувств я укусил ее за шею и немного поцарапал ее заострившимися клыками. Капелька крови, попавшая мне в рот, показалась мне слаще любого нектара. Я облизал царапины, а она простонала в ответ.
– Я… Я обожаю тебя. Ты только моя. – Едва не рычал я ей на ухо снимая остатки нижнего белья.
Она решила так же не оставаться в стороне и принялась за раздевание меня. Когда с этим было покончено мы яростно слились воедино.
Спустя несколько часов, усталые от разрушения комнаты своими действиями, мы обессиленно рухнули на мятую постель. С одной стороны, все было прекрасно. Последние сутки я только и крушил все вокруг и придавался собственным желаниям, но что-то все еще было не так. Весь мой внутренний мир утопал в печали.
– От чего такой грустный взгляд, дорогой?
– У меня складывается впечатление, что я что-то упускаю. Я делаю все, чего желаю, но этого недостаточно.
– Ты устал?
– Да, я…
– Тебе больно?
– …
– Ты наверняка и сам это знаешь, но, видимо, не держишь в голове. Те, кто постоянно шутят и смеются – либо конченые идиоты, либо глубоко страдающие люди. То, что ты делаешь говорит о втором. Мне так жаль, что я не замечала этого раньше… – Говорила она едва не всхлипывая.
– Мои страдания мелочны и не имеют значения.
– Имеют! Еще и как имеют! Ведь теперь, из-за того, что ты все хранил в себе, ты вынужден постоянно бороться с собой не имея покоя.
– Кто же ты такая, что так легко читаешь меня…?
– Я вижу твое сердце. Хотя ты и ведешь себя, будто все в порядке, весь твой образ выдает это. Стоит тебе отвести взгляд, как глаза наполняются печалью, а потом все снова приходит в норму.
– Надо же… Может тебе и стать моим сердцем?
– Если ты станешь моим.
Одевшись мы перенеслись куда-то на пляж. Просторное и пустое побережье. Единственное, что окружало нас, это скалы. Море было буйным, его волны громко разбивались на мелкие брызги о скалы у берега, а сильный ветер развивал наши с Сатериной волосы. Она подошла ко мне ближе и положила теплую ладонь мне на грудь. – Выпусти все. Все, что чувствуешь и чувствовал. Все хорошо, теперь можно.
Я выдохнул. Ее слова будто сняли с меня путы. Перед глазами пронеслись практически все те моменты, когда мне было тяжело и когда я просто закрывал на это глаза. Сердце забилось как безумное, а из глаз полились слезы, и я закричал. Вместе с моим криком небеса закрыли черные тучи и грянул гром. Я взглянул на собственные руки. Покрываясь пятнами, кожа стала быстро сереть и ногти становились длиннее. Безумие охватило меня, и я стал размахивать руками будто отгоняя что-то от себя. При каждом моем движении мир содрогался. Сильный ветер превратился в настоящий ураган. – Сдохните! Ни любви, ни мечты, ничего! Пусть будет лишь пустота! – Продолжал вопить я уже совсем иным голосом, который отражался отовсюду.
Земля пошла трещинами, а небо, виднеющееся из-за туч, почернело и буквально потрескалось, словно стекло.
Сатерина попыталась приблизиться ко мне, но в порыве гнева, я махнул рукой и рассек ей руку у плеча. Она упала на колени прикрывая другой рукой кровоточащую рану, а я лишь неустанно выпускал криком скопившиеся чувства образующие разрушительные заклинания.
Куски неба обрушивались на землю, а за ними не было ничего, абсолютная пустота. Как только первый кусок упал в воду, та мгновенно потеряла свой цвет, буквально. Все вокруг стало сереть и медленно исчезать. Все подходило к концу, остановиться я уже не мог. Я был готов исчезнуть вместе с этим миром, но тут меня что-то одернуло за плечо и остатки мира вокруг погасли.
Я открыл глаза находясь все в той же постели в комнате Стинга. Тот стоял над постелью и утомленно смотрел на меня.
– Смотри, что ты сделал. – Сказал он, указывая пальцем за меня.
Я обернулся и увидел полное боли лицо Сатерины. Из раны у ее плеча обильно лилась кровь. Через секунду я осознал все произошедшее и кинулся лечить ее шепча слова эльфийского заклинания. Времени ушло значительно больше, чем я рассчитывал, рана определенно не хотела заживать. Через пол часа рука была исцелена полностью, однако, остался хорошо видный шрам. Я смотрел на последствие собственных действий и не знал, что сказать, а Сати лежала и улыбалась мне.
– Спасибо. Уже не болит.
– Мне так жаль… – Говорил я удушаемый ужасом от содеянного, едва прикасаясь к шраму. – Что же я сотворил. Как я мог…
Стинг в это время глядел на нас, не сходя с места. В ответ на мой взгляд, он лишь пожал плечами.
– Ничего, я ведь твое сердце, а это – она указала на место былой раны. – это лишь шрамик на нем.
– Прости.
– Ничего.
– Прошу тебя… – Я опустил голову и положил ей в ладонь.
– Ничего.
– Как же мне…
Сатерина подняла мою голову, взяла ее обеими руками и поднесла ближе к своему лицу.
– Все хорошо, понял!? Ты то как?
– Я… – Я прислушался к собственному внутреннему миру.
«Ты не должен сожалеть, ты тут не при чем. Я виноват.»
– Сам говорил. Ты и есть я, а твои действия – это лишь подавленные мои собственные.
«Правда…»
– Тебе то что?
«Сам только что сказал. У меня те же чувства, что и у тебя. Эта девушка…»
– Понятно. И как наши дела?
«Так легко тебе еще никогда не было. И теперь говорить стало намного проще. Раньше, что бы проявить себя приходилось напрячься»
– Вот оно как.
Диалог с самим с собой несколько успокоил меня, хотя я все еще считал себя виновным в ранении Сатерины. По большему счету дело в том, что я сделал это не столько под эмоциями, сколько находясь в иной форме. Я совершенно не контролирую себя и понятия не имею о том, во что превращаюсь. Больше я не могу закрывать глаза на это.
– Что он сказал? – Вкрадчиво спросила Сатерина глядя то мне в глаза, то на руки.
– Говорит, что нам лучше.
– Значит все не напрасно.
– Сколько нас не было, Стинг?
– Недолго, три дня. Голодны? – Стинг пронзал нас пристальным взглядом.
– Да…
Мы с Сатериной приняли душ и спустились на кухню, где нас уже ждал накрытый стол. Хотя она и говорила, что все в порядке, но некоторые изменения были видны. Ее поведение «во сне» было далеко не таким, как в обычной жизни. Полагаю, что она каким-то образом разделила мое состояние и таким образом смогла все это вынести. Хотя это и был всего лишь сон, все в самом деле было как настоящее, и от этого только хуже. Я горел ярко, но при этом отлично ощущал, что вот-вот погасну навсегда. Это лишь в очередной раз доказало, что та часть меня олицетворяет лишь гибель и пустоту. Казалось бы, что может быть лучше, чем следовать собственным желаниям и идти на поводу у эмоций. На самом деле практически что угодно. Некоторым вещам, ну просто ни в коем случае нельзя позволять брать верх над собой. Теперь я знаю наверняка – нельзя забывать о том, кто я есть.
От внутренних откровений за столом, на душе стало легче, хотя я все еще горько сожалел, что ранил такого хрупкого и прекрасного человека.
– Ты чего притих? – Улыбнулась мне Сатерина, перемешивая чай.
– Да ничего, все хорошо. – Впервые с момента пробуждения я позволил себе улыбнуться. – Кстати о тихих. Где Джеф?
– Вчера к нам заходил Влад. Он глубоко заинтересован в способностях Джефа, вот и позвал его в свои владения.
– Он ведь не навредит Джефу?
– Нет, и не просто по тому, что такой добродушный, а по тому, что он еще более заинтересован в тебе. Пока он ничего тебе не говорил, но он уже мечтает о том времени, когда ты овладеешь своей силой и сразишься с ним. Ты, в качестве врага, просто ему не выгоден, пока что.
– Тогда еще немного придем в себя и нанесем ему визит.
Когда с пищей было покончено, мы убрали посуду со стола, и я водрузил на него свой фолиант. Пока Сатерина занялась мойкой, ей все еще нравилось делать это лично и вручную, я решил задать интересующий меня вопрос Стингу.
– Джеф рассказывал о кинжалах?
– Да, он упоминал, но мало что мог рассказать о них.
Я положил руку на обложку и пожелал получить то самое оружие. Фолиант распахнулся, страницы перевернулись и ровно как тогда из него вынырнули два длинных кинжала. Стинг тут же подхватил их и стал разглядывать с блеском в глазах.
– Надо же. Я читал о них. Уточню. Когда Джеф вонзил его в противника, то стал сильнее?
– Похоже на то. Знаешь что-то?
– Это клинки кровопийцы. Как только на них попадает хоть капля свежей крови, то пользователь впадает, в своего рода, неистовство. Все инстинкты взлетают до небес. Но это мелочь по сравнению с тем, что помимо особого состояния оно безумно эффективно залечивает раны. На самом деле это могущественные артефакты, и я ума не приложу откуда они у тебя.
– Как и я. Если я правильно понял, то обладатель кинжалов может неустанно сражаться практически бесконечно?
– По сути да, но при условии, что будет попадать по противнику чаще, чем тот. Они хорошо будут смотреться в руках Джефа. Отдашь их ему?
– Я так и планировал, правда опасался, что ты захочешь их изъять.
Стинг усмехнулся и хлопнул меня по плечу. От этого теплого, дружеского жеста на душе стало теплее, а луч света пробивающийся из-за плохо зашторенного окна осветил и пригрел нас.