Пальцы в растаявшем шоколаде рисуют на ее бёдрах узоры, словно боги пытаются разгладить остроту непокорных волн. Она его холст, его самый чудовищный п…
Пальцы в растаявшем шоколаде рисуют на ее бёдрах узоры, словно боги пытаются разгладить остроту непокорных волн. Она его холст, его самый чудовищный п…