Дурная слава

Уорик кивнул.

– А ты сам? Ты ответишь на призыв к оружию?

– Я, как и ты, хотел бы заранее знать, что будут делать другие бароны, и только тогда принимать решение. Я предпочел бы отказаться, но его величество может быть мстителен, а у меня жена, ребенок, скоро будет еще один. В конце концов, я поступлю так, как будет выгодно. И ты, Уорик, наверняка сделаешь так же.

– Можешь быть в этом уверен. Пойдем к дамам?

В большом зале Хедингемского замка Уорик увидел Джори. Его жена уже сменила костюм для верховой езды на яркое сиреневое платье с большим декольте, чтобы продемонстрировать свои драгоценности. Ее голова была не покрыта, и рассыпавшиеся по плечам волосы сияли серебристо-золотым облаком. Его жена выглядела потрясающе, Уорик заметил, что это видел не только он один. Джори поцеловала в щеку одного рыцаря, перешла к другому – молодому рослому красавцу. Гай подошел к ней, чтобы Джори пришлось представить ему своих обожателей. От ревности у него скрутило все внутренности. «Если один из этих дьяволов Роберт, он мертвец!»

– О, Уорик! Любовь моя, позволь мне представить тебе рыцарей моего брата Таффи и Томаса. Они всегда меня защищали.

Уорик с трудом принудил себя к вежливости по отношению к этой паре. Он повел жену к помосту, и Джори так щедро расточала улыбки воинам своего брата, что Гай едва не скрипел зубами от злости. Наконец супруги добрались до своего места, и Гай постарался унять ревность, понимая, что Джори всегда выглядит наилучшим образом именно в окружении поклонников.

– Мне кажется, любовь моя, что все до единого воины Вареннов в тебя влюблены.

– Это простая вежливость. Думаю, на самом деле они перенесли свою привязанность на супругу Линкса, красавицу Джейн.

Гай бросил взгляд на сидящую рядом Джейн и галантно проговорил:

– Леди де Варенн, ваши красота и обаяние – главное украшение этого зала. Ваш муж – счастливчик.

Лицо Джейн засветилось.

– Джори предупреждала меня о ваших фатальных французских чарах, лорд Уорик.

Джори наклонилась вперед.

– Не говори ему, Джейн, не то он раздуется от гордости. В разных местах.

– О, как мне не хватало твоих остроумных уроков. – Джейн улыбнулась Уорику. – Ваша жена обучала меня искусству обольщения. Она знает все о мужчинах и способах управлять ими.

– Правда?

Джори встретилась глазами с мужем и попыталась скрыть недовольство.

– Джейн была невероятно невинна и провинциальна.

– Очень достойные качества в невесте.

Недовольство Джейн стало сильнее. Неужели ему обязательно нужно подчеркивать, что сама она не была ни невинна, ни провинциальна? Джори ответила шпилькой.

– Уорик – эксперт по части невест, – заявила она и заметила, как изогнулись уголки его губ – граф забавлялся.

Через голову жены Линкс обратился к Гаю:

– Не завидую тебе. Укрощать мою сестру – нелегкое дело.

Джори с достоинством улыбнулась:

– Уорик не хочет, чтобы я была другой.

Под скатертью Гай поймал руку жены.

– Это правда, cheri, – пробормотал он.

Джейн положила ладонь на живот.

– Мое дитя снова бьет ножкой.

Гай улыбнулся:

– Вы надеетесь, что снова будет мальчик?

– Нет, милорд. Я хочу девочку.

– И моя жена тоже, – сообщил Гай.

– Джори, ты ждешь ребенка? Почему ты нам не сказала?

Джори покраснела.

– Не хотела быть в центре внимания.

Линкс подавился элем.

– Минкс, ты, конечно, можешь утверждать что угодно, но мы-то тебя знаем. Поздравляю, Уорик. У тебя есть сын, а я вот уже отчаялся иметь дитя, пока не встретил Джейн.

Джори стиснула руку мужа, безмолвно благодаря его за то, что он сумел преподнести ее беременность как самое естественное дело. «Этот человек – благословение небес!» Она улыбнулась Джейн:

– Теперь твоя очередь давать мне уроки. Можно мне завтра искупать маленького лорда?

– Если сумеешь отнять его у няньки. Грейс Мюррей единолично правит в здешней детской, как делала это в Дамфрисе.

– Я бывал в Эдинбурге и в Стерлинге, а в Дамфрисе – не довелось, – безразличным тоном заметил Гай. – Замок Дамфрис стоит в долине?

– Да, в Аннандейле. Там куда более дикие места, чем здесь, но я всегда буду вспоминать их с любовью, – заверила Джейн.

«Аннандейл – территория Брюса. Не случайно Линкс держал там гарнизон».

Перед сном Гай поговорил со своими рыцарями.

– Что вы узнали о их жизни в Шотландии?

– Дядя де Варенна был там правителем, а потому Линкс воевал в первых рядах и преследовал Бал иол а до тех пор, пока этот коварный дьявол не был схвачен. Говорят, что де Варенну много раз удавалось убедить Брюса выступить на стороне англичан, хотя ни сам Брюс, ни его люди этого не хотели. Братья Брюс часто бывали в Дамфрисе, замке, где стоял гарнизон де Варенна. Пока де Варенн оправлялся от почти смертельной раны, Брюсы наезжали в Дамфрис особенно часто и стали с де Вареннами просто не разлей вода, даже последнее Рождество встречали вместе.

Уорик кивнул.

– Держите ушки на макушке. Спокойной ночи.

На следующее утро Джори поднялась с жаворонками.

– Пойду к Джейн, поговорю с ней и ее дамами о младенцах. Мой племянник – самый чудесный малыш на свете. Так не терпится посмотреть, как он подрос.

Гай пальцем провел по ее лицу.

– Сегодня у тебя щеки как лепестки роз. Так приятно видеть тебя счастливой.

– Это благодаря тебе. Развеялись мои страхи, ведь я так боялась объявить о ребенке. Это ты превратил то, что могло оказаться самым трудным временем моей жизни, в самое счастливое. Ты волшебник.

Гай завтракал в большом зале с де Варенном и его воинами. Потом они с Линксом отправились в арсенал, где оружейники впаивали в кольчуги маленькие металлические пластинки, которые были значительно более гибкими, чем нагрудники. Гаю очень понравились новые кольчуги, и Линкс подарил ему одну.

Общаясь с людьми де Варенна, Гай заметил, что обращает особое внимание на имена тех, кто был молод и хорош собой. Ему встретились Жиль, Бернард, Ройс, Гарри, но, насколько он узнал, – ни одного Роберта.

Вместе с Линксом они вышли из арсенала во двор и увидели, как в ворота въезжает высокий рыцарь с оруженосцем.

– Что-то я его не помню, – настороженно заметил Линкс.

– Это Ральф Монтермер, – отвечал Гай. – Он женился на принцессе Джоанне и стал графом Глостером. – В прежние времена Уорик часто встречал этого рыцаря на службе своего друга Гилберта де Клэра. – Отличный воин.

Ральф спрыгнул с коня, оруженосец подхватил поводья. Гай сердечно его приветствовал и представил Линксу де Варенну.

– У меня послание его величества к вам, лорд де Варенн, но я не знал, что вы, лорд Уорик, тоже будете здесь. Я убью двух зайцев, ведь послание короля адресовано всем его баронам.

Гай и Линкс обменялись понимающими взглядами. Призыв к оружию прозвучал раньше, чем оба они надеялись.

– Пройдемте в зал. Подкрепитесь, Глостер. Вы прискакали из Лондона или из Виндзора?

– Из Хартфорда. Король Эдуард сейчас в моем Хартфордском замке. Он послал меня привести отряд из Глостера.

Все трое прошли в зал и сели за стол с кружками пенистого эля. В этот момент появилась Джори.

– Ральф! Это вы? Глазам своим не верю!

Она подбежала к Монтермеру, и они обнялись.

– Вы сейчас в Хартфорде? Джоанна с вами?

Уорик приподнял бровь.

– Количество твоих побед кажется бесконечным, cheri.

Линкс искоса посмотрел на зятя.

– Боюсь, так и есть.

– Да, леди Марджори, Джоанна в Хартфорде, и ее отец – тоже, – подтвердил Ральф Монтермер.

– Чудесно! Гай, ты не повезешь меня туда повидаться с Джоанной? Хартфорд же рядом! – воскликнула Джори.

Ральф переводил задумчивый взгляд с Гая на Джори.

– Я – графиня Уорик. Я писала Джоанне, но направила письмо в Глостерский замок. Вот смешно! Я сама смогу ей все рассказать. А как малышка Маргарет?

– Она уже не малышка, миледи. – Ральф усмехнулся. – Лорд Уорик, поздравляю вас с женитьбой. Должно быть, вам завидует каждый английский рыцарь.

Джори одарила гостя сияющей улыбкой.

– Когда мы сможем отправиться?

– Нас требует король Эдуард, а потому надо ехать сегодня. – Гай бросил вопросительный взгляд на Линкса: – Ты согласен? Чем быстрее мы с этим покончим, тем лучше.

Джори переводила взгляд с Гая на Линкса. «Не буду паниковать. На призыв короля к оружию они оба ответят отказом, они не станут воевать в Шотландии!»

– Пойду наверх складывать вещи, мы можем выехать сразу после обеда. Линкс, как ты думаешь, Джейн захочет поехать с нами?

– Я спрошу у нее, но сомневаюсь, чтобы ей доставил удовольствие визит в семейство Плантагенетов.

Через несколько часов все собрались в зале на ранний обед. Джейн принесла сына, чтобы показать его гостям.

– У него такие же длинные ножки, как у его отца. Он уже начал ходить, – с гордостью сообщила она Гаю.

Мальчик сделал несколько шажков к Уорику, тот наклонился и подхватил малыша на руки. Мальчик рассмеялся, вцепился в длинные черные волосы Гая и радостно загугукал.

– Нет, Линкольн Роберт, так нельзя, – с притворной строгостью сказала Джейн. – Простите, лорд Уорик. Отец поощряет его шалости.

– Сильный, здоровый мальчишка! – воскликнул Гай и с внешним безразличием продолжал: – Линкольном его назвали по отцу, а Робертом, наверное, в честь какого-нибудь отважного де Варенна прежних времен?

– Нет, милорд. Имя выбрали в честь его крестного, Роберта Брюса. – Джейн забрала сына у Гая де Бошана и повернулась к входящей в зал Джори: – А вот и твоя прекрасная крестная.

Уорик застыл на месте. «О Господи! Возможно ли это? Неужели ее любовником был Роберт Брюс?» Гая словно ударили под дых. Он во все глаза смотрел на жену. В амазонке лазурного цвета, с распущенными по плечам золотистыми локонами, она выглядела античной богиней. Каждый, кто видел ее, наполнялся желанием. Чем больше Гай думал об этом, тем увереннее считал, что именно сукин сын Брюс соблазнил ее. «Как я мог быть таким дураком и слепцом?» Уорик прикрыл глаза, их заволокло алой пеленой. Он знал, что это жажда мести.

Поездка в Хартфордский замок заняла чуть больше часа. Джори скакала рядом с Ральфом Монтермером, который отвечал на ее бесчисленные вопросы о Джоанне и Маргарет. Она не заметила, что погруженный в мучительные размышления Уорик, который ехал в обществе двух своих рыцарей, всю дорогу хранил мрачное молчание.

Гая сжигала жгучая ревность. Роберт Брюс, граф Каррик, сейчас в самом расцвете сил, ему года двадцать три, как и самой Джори. Более того, сейчас он король – ни больше ни меньше. Он, не думая, разбрасывал свое семя, а потом бесстыдно оставил леди потому, что этого требовали его неумеренные амбиции и стремление получить корону. «Я убью этого сукина сына!»

Кавалькада прибыла в Хартфорд. Ральф помог Джори спуститься с седла. Она, взволнованная, подхватила подол своих юбок и бросилась в замок, чтобы сделать сюрприз Джоанне. Слуга указал ей дорогу во внутренний садик, и Джори, остановившись на ступенях к зеленому газону с плещущимся в центре фонтаном, увидела, как четыре дамы играют в мяч с маленькой девочкой, – Маргаритой Глостер. Мяч откатился к ногам Джори, она подхватила его и бросила играющим.

– Джори! – Джоанна заслонила глаза ладонью от солнца. – О да, это Джори! – Она раскрыла объятия и побежала навстречу подруге. – Я думала, тебя нет на свете. – Принцесса обняла Джори, потом отступила на шаг и осмотрела ее с ног до головы. – Бог мой! Я предсказывала, что наступит время, когда ты будешь излучать чувственность. И, право слово, это время пришло!

– О, Джоанна, я так рада снова тебя видеть и убедиться, что ты по-прежнему прямо говоришь то, что думаешь.

– Уверена, такие перемены в твоей внешности – результат самого полного удовлетворения чувственности во всех ее формах. Мне не терпится узнать все подробности. Элеонора де Лейберн и Мод Клиффорд позеленеют от зависти.

– Мод, Элеонора, как приятно снова вас видеть.

– Джори, ты так чудесно выглядишь! – воскликнула Элеонора.

– Как тебе удается всегда быть такой элегантной? – спросила Мод.

К гостье подбежала маленькая девочка:

– Тетя, вы ангел? Джоанна хихикнула:

– Волосы у нее действительно ангельские, но, боюсь, на этом сходство кончается, моя куколка. – Принцесса взяла дочь за руку. – Мы так давно не виделись. Боюсь, Маргарет тебя не помнит.

– А я тебя помню, Маргарет. Как можно забыть самую хорошенькую девочку в мире? – «У нее по-прежнему эти очаровательные веснушки».

Джоанна повернулась и сделала знак подойти четвертой даме.

– Это Кэтрин, самая младшая сестра Роджера Мортимера, которого, я уверена, ты помнишь.

– Конечно, помню. Мы были у него на свадьбе в Уигморе. Рада познакомиться с вами, Кэтрин. – «Поразительно. Она молоденькая девушка, но такая серьезная. У нее строгая красота».

– Я помню вас с той свадьбы, леди Марджори. Мне было тогда всего десять лет, и я была в восторге от вас.

– Ну хватит! Джори де Варенн, ты наверняка лопаешься от желания рассказать нам свои новости.

– Теперь я не де Варенн. И не де Боун. Я – Марджори де Бошан.

Джоанна застыла от удивления.

– Клянусь, именно роковой граф Уорик – причина такой зрелой чувственности.

Джори улыбнулась:

– Ну, если зрелой, это потому, что я жду ребенка.

– Наконец-то сбудется твоя заветная мечта. У тебя будет собственный ребенок. Я так рада за тебя, Марджори!

Кэтрин с недоверием смотрела на Марджори, потом покраснела и опустила ресницы.

– Граф Уорик сегодня с вами, миледи?

Джори пришла в легкое недоумение. Казалось, молодую леди сразила любовь.

– Вы знакомы с моим мужем, Кэтрин?

– О нет… Я знаю его сына, сэра Рикарда де Бошана, – смущенно отвечала юная красавица. – Мы познакомились в Вестминстере, когда его посвящали в рыцари вместе с моим братом Роджером и принцем Эдуардом.

– О, Кэтрин, вы должны беречь свое сердце. Мужчины рода де Бошан славятся своим фатальным французским шармом, перед которым невозможно устоять.

– Пойдем, у меня в башне есть покои как раз для графа и графини Уорик! – воскликнула Джоанна. – Наверняка у тебя с собой горы багажа, и я желаю рассмотреть каждое платье. Кэтрин, соберите эти душистые дамасские розы для покоев миледи.

Подруги вошли в замок. Джоанна послала слугу разыскать багаж Уориков и доставить его в гостевую башню. Поднимаясь по лестнице, дамы взяли Маргарет за обе ручки и с удовольствием считали вслух ступеньки:

– Раз, два, три, четыре, пять. Негде зайчику скакать…

На верхней площадке лестницы Джоанна приказала:

– Закрой глаза! – Она посмотрела на Джори – послушалась ли? – Теперь – открывай!

– О, моя чудесная ванна! Ты привезла ее из Глостерского замка! Для меня?

– Не совсем. Я собиралась украсть ее для собственного пользования. Но с моими черными волосами и смуглой кожей я выгляжу в ней как горгона Медуза.

Мраморный лебедь стоял в углу комнаты у стены рядом с камином. Над широкой королевской кроватью простирался алый балдахин. Стены были увешаны гобеленами с обнаженными нимфами на фоне буколических рощиц.

– Роскошные покои. Как раз для тебя и твоего Черного графа.

Кэтрин поставила дамасские розы в вазу у кровати. Их аромат заполнил всю комнату.

– Сегодня, перед тем как лечь в постель со своим господином, я искупаюсь в этой сибаритской ванне.