Игра в наемника. Книга 2
- -
- 100%
- +
– Пока все, – Рей уселся напротив, положив одну руку на стол. – Я уже сказал, не трать свое время. Не уложишься в мой срок, не моя беда, но пройдет три месяца и после я и пальцем не пошевелю.
– А если я тебя обману? – с вызовом спросила Тереза.
– Все равно ты отплатишь за мое содействие, когда все закончится, – непринужденно ответил Рей.
– Ну тогда содействуй и не трать мое время, – скрестив на груди руки, она откинулась на спинку скрипнувшего стула.
Как Рей ни боролся, а борьба была заметной, губы его растянулись в улыбке, обнажив белые зубы.
– Говоришь, нужен костоед, – припомнил он, – и идти в Торан Паса.
– Схватываешь на лету, – похвалила она.
– Ангелар Рица человек, – протянул Рей, принимаясь стучать пальцем по столу, – но у него есть маска Гончих, верно? – Тереза кивнула, застряв взглядом на его руке. – Почему, если ваша маска – субстрат магической силы?
– Это не только магическая сила, но и духовная. Энергия жизни, можно так сказать. Магия лишь часть, которой у Пса нет, но он с лихвой восполняет ее энергией тела и духа.
– Я пойду в Торан Паса, – сказал он, не сбиваясь с выстукивания ритма.
Тереза от души расхохоталась, и скрипящий стул подхватил ее смех.
– Нет, – безапелляционно заявила она. – Это невозможно. Ты не знаешь, где находится Торан Паса.
– Ты мне скажешь, как ее найти, – заверил он.
– Нет. Так нельзя.
– Как-то же люди приходят туда. Твои слова, что и в зрелом возрасте попадают в Торан Паса.
– Даже если ты доберешься туда, тебя сразу убьют. Все знают, как выглядит Рей Коттерштейн.
– Вот именно. Бешеный Пес не упустит шанса заполучить меня.
– Если ты заявишься туда как неофит, тебя подвергнут посвящению, а после подготовке. Две стадии, на которых можно легко умереть.
– Как много времени это занимает? – осведомился Рей.
Тереза всплеснула руками.
– Ты понимаешь, чем это чревато? С тебя глаз не спустят! Как ты собираешься искать там Александра Розы? Тем более, что он находится в Торан Стараца. Туда дорога даже для меня закрыта, что говорить о тебе!
– Значит, здесь у нас равные шансы.
Тереза прикусила язык. Не хотела признавать, что у него шансов чуть-чуть больше, чем у нее. Карающая вероломных подозрительно долго не шла по ее следу. В какие-то моменты Тереза даже беспечно забывала о грозящей опасности. Письмо с помилованием ей никто не высылал, и в каком статусе для Ангелара Рица она находится, можно только догадываться. А идти в Торан Паса и осведомляться об этом хотелось меньше всего.
– Ты будешь под постоянным присмотром, даже если у тебя будут оставаться силы после испытаний. Ты не сможешь ускользнуть, чтобы пробраться в Старацу. Я же имею хотя бы призрачные шансы.
– Кто находится в Торан Стараца?
– Те, что изучают тайные искусства, – ответила Тереза, лишь приблизительно зная, чем там на самом деле занимаются.
– А если я уже знаю тайные искусства?
– Это плохая идея, – заявила она. – Это не институт благородных колдунов. Да что мы говорим об этом? Тебя убьют, едва ты появишься на горизонте первой башни. Они сразу все поймут, Бешеный Пес все поймет.
– Так научи меня, чтобы меня не убили сразу.
– Безумие, – Тереза уронила голову на ладони. – На это уйдут месяцы. Добраться туда – месяц. Вернуться, если получится вообще, еще месяц. Пусть даже на обратном пути с тобой будет Александр, я видела, что он умеет мгновенно перемещаться, это сократит время на обратный путь. Но посвящение, обучение …
– Чему меня обучать? – прервал ее Рей.
– Пусть так, – вымученно согласилась Тереза. – Нет, тебя убьют, Рей. Ангелар умен, проницателен.
– Умнее и проницательнее меня?
Тереза подперла ладонью подбородок, уставившись на него.
– Это слишком опасно, – констатировала она, переводя взгляд в окно.
Негромко хлопнув по столу, Рей встал, направляясь к кухонной утвари. Через пару минут вернулся, поставив на стол две кружки.
– Ты кого-то ждешь? – настороженно спросила Тереза.
– Когда ты последний раз ела? – спросил он, ставя чайник с горячей водой. – Выглядишь уставшей.
– Ты же даже не видишь моего лица, – вяло возразила Тереза, чувствуя смертельную усталость.
– Видно по телу.
Пусть кофе и не был излюбленным напитком, все же влить в себя что-то горячее очень хотелось.
– Я отвернусь, – еще до того, как она что-либо сказала, Рей на самом деле отвернулся.
Натянув капюшон до самых глаз, поджав колени к груди, Тереза украдкой отпивала из кружки, особо не доверяя спине Рея.
Кофе был обжигающим, горьким, одновременно сладким и дурманящим.
– Так что? – спросил Рей. – Как мне попасть в Торан Паса?
Прокашлявшись, понижая голос и намеренно меняя привычную интонацию, Тереза после некоторых колебаний ответила:
– Нан Этай. Юго-Восточный край, Анеида. В этом княжестве трактир. Выглядит как обычная дыра, где сутками пьют дешевую медовуху. Но его держат Гончие. Туда приходят, если нужно обновить одежду, оружие или чтобы передать сообщение. Связная точка. Оттуда и начинается путь тех, кто захотел попасть в Торан Паса.
– Приду в Нан Этай, а дальше?
– Нужно сделать так, чтобы тебя заметили, но не убили.
– Что мне нужно знать, чтобы не умереть? – деловито продолжал Рей.
– Тебе нужно действительно верить в то, что тебе это нужно. Что ты действительно хочешь стать Гончим. Осознанно туда приходят только отчаявшиеся. Фальшивое отчаяние Ангелар чувствует не хуже собаки. У него на это нюх. Тебе нужно обмануть его, заставить поверить в свое отчаяние. А дальше просто постараться выжить.
Тереза не могла перестать наслаждаться не самым лучшим кофе. Пусть и не еда, но это было единственным, что ей вообще хоть кто-то где-то предложил.
– Покажи свое отчаяние в Нан Этае. Там за всеми пристально смотрят, но не ко всем подсаживается услужливый бродяга, что начинает задушевный разговор, – продолжила она, чувствуя, как горячее пойло затекает в желудок. – Первый экзамен. Пройдешь его, получишь билет в горы. В Торан Паса.
– Ты закончила? – спросил Рей и, не дожидаясь ответа, повернулся.
Маска всегда возникала на лице в нужное мгновение, опережая первичный испуг и досаду из-за неуважения окружающими решения скрывать свое лицо.
– Может все же останешься и найдешь костоеда? Узнаешь о смерти Валерии? – предприняла Тереза тщетную попытку.
– Нет, – отрезал Рей, с громким стуком ставя свою кружку на стол. – На это уйдет много времени. Ты ищейка, у тебя есть сильф. Так что тебе и искать обаятельного падальщика.
– Отвратительно, – обреченно вздохнула Тереза. – Тогда выходим завтра утром. Сейчас тебе лучше лечь спать, чтобы набраться сил.
– Можем выйти сейчас, – заявил Рей.
– Тебе нужен сон.
– Отоспался днем.
Тереза оценивающе взглянула на Рея. Тот и правда выглядел слишком бодро.
– Ты совсем не ценишь время, – цыкнул бывший Миротворец. – Если я предлагаю тебе начать что-то сию минуту, не упускай этой возможности.
– Да-да, – вздохнула Гончая, вставая из-за стола. – Как только истекут три месяца, ты и лишней минуты не потратишь, пусть бы и последнее дело останется незавершенным.
– Схватываешь на лету, – кивнул Рей, принимаясь без промедления собирать сумку.
Она наблюдала за ним, до сих пор до конца не осознавая, что все происходит взаправду.
– И даже слово недосказанным оставишь? – флегматично поинтересовалась она.
Рей смерил ее выразительным взглядом, не отвлекаясь от своего занятия. Тереза фыркнула, ничуть не обидевшись.
Она прошлась по небольшой комнате, изучающе разглядывая стены. В брусе виднелись следы от ножа. Кое-где подсохшие следы пролитого вина. Тереза принюхалась. Запах жилого дома смешался с запахом его хозяина. Человеческим таким, особенным, не имеющим названия. Все же проскользнула табачная нотка, которую она не почувствовала сразу. А еще примешивался ведьмин запах. Костер и лотос, в окружении модного в нынешнем времени парфюма. Тут совершенно точно была женщина.
– Не сомневался, что у Гончих острый нюх. Как будто по статусу положено, – отозвался Рей на ее замечание о гостье ведьмовского происхождения.
Он водрузил на плечо небольшую сумку и снял со стены меч. Махнул красноречиво рукой, дескать, выметайся, а я за тобой. Тереза без энтузиазма перешагнула через порог.
Глава 4
На безоблачном небе звезды сливались в мерцающий путь. Яркая луна подсвечивала всю деревню и маску Терезы. Это пыльное облако, что закрывало лицо, казалось теперь не пылью, а сверкающей галактикой.
– Как ты попала к Гончим? – спросил Рей, на ходу закуривая сигарету.
Деревня давно забылась крепким сном. Бедные жители, они и не подозревают, что рядом с их окнами, мимо колыбелей их младенцев идет Гончая, что, по их же заблуждениям, только и ждет момента, чтобы пробраться, обокрасть, убить и похитить все, что есть в доме.
– Не бери пример с меня, – сухо ответила Тереза. Ее несогласие он ощущал физически. Она даже шла неохотно, словно на ногах у нее кандалы. – А ты никак воодушевился.
– Я получу хорошую плату в конце, – отозвался он.
С этим он еще не примирился до конца. Целый день до прихода Терезы он просто блуждал по лесу. И все то время Рея швыряло из стороны в сторону сомнений. В итоге бесцельная ходьба привела его в топкое болото уступок и обещаний самому себе.
Он не мог простить Мору Розы, как ни пытался. Все, что для себя Рей видел – воздать ей должное. За свою сопричастность она должна была заплатить. Ему мало ее смерти. Она забрала у него самое дорогое, забрала то, в чем он нуждался. И он решил, что отплатит ей той же монетой.
Мора Розы нуждалась в своем сыне, он для нее сейчас самое ценное и важное в жизни.
Но без Терезы Анцафел ему не приблизиться к своей цели. Он должен попасть в Торан Паса, но для этого придется побыть ее соратником какое-то время. Она должна сказать ему, как попасть в обитель Гончих.
И еще он должен сохранить свои душу и разум как можно дольше. Это будет сложно, пока Гончая рядом. Какой бы ни была причина, отчего-то эта колдунья тревожила темноту внутри, она ее разбудила и не дает ей больше сомкнуть глаз.
Он знал, что в Торан Паса ведет долгая дорога. Поиск наследника Моры тоже не быстр. Рей рассчитывал, что за три отведенных самому себе месяца, он пересечется с Гончей всего один раз – в день, когда она расскажет ему, что нужно делать. Он не стал рассказывать о Ягморте все, чтобы она, чего доброго, не передумала раньше времени. Пусть сама потом узнает на что подписалась и если будет умна, то просто сбежит, так и не выполнив свою часть сделки. Таким образом, второй встречи с ней в его плане уже не было. А Мору он заберет сам.
Рей посмотрел на свою руку, испещренную зарубцевавшимися шрамами от ногтей и ожогов, вспоминая, как этой самой рукой сжимал горло Моры Розы.
– Я говорила, что чтобы попасть в Торан Паса и не быть убитым, необходимо быть в настоящем отчаянии, – сказала Тереза раздраженно. – Я думала, у тебя есть шансы. Но все больше убеждаюсь, что нет. Ты не в отчаянии. Ангелар убьет тебя.
– Предоставь это мне, – сказал Рей, отбрасывая сигарету, сверкнувшую мимолетной кометой в темные кусты. – Я не собираюсь просто так умирать.
– А должен, – заявила Тереза, раздражаясь еще больше. – Ты должен желать только две вещи: умереть или быть спасенным. Ты должен верить в две вещи: тебя спасет или смерть, или Ангелар Рица. Ничего другого не должно быть в твоей голове. Никаких планов, никаких вариантов. Если ты не убедишь его принять тебя, то должен убедить в том, чтобы он убил тебя.
– Так ты попала к Гончим? – поинтересовался Рей.
– Я действительно была в таком положении. Мне не составило труда убедить Ангелара. Мне даже не пришлось ничего говорить, он сам все видел.
– Что с тобой произошло?
– Неважно, – она отвернулась, чуть ускорила шаг, выбиваясь вперед.
Цепкая рука когтями впивалась в плечо, проминая сустав, заставляя потрескивать кость. Чужое, холодное дыхание щекотало затылок. Демон навис над ним, как неумолимый рок. И он смотрел прямо перед собой, и взгляд его сливался с глазами Рея. Это двоило сознание, делило мир на две половины. Одна сочувствовала пережившей нечто ужасное женщине. Другая – откровенно злая – жаждала удвоить ее страдания.
Рей опустил взгляд. Указательным пальцем он постукивал себе по бедру. Он хотел перестать это делать. Это не его привычка, она по-прежнему чужая.
– Что с сыном Моры? – спросил он. – Наемники похитили его?
– Нет. Мора сама его отдала, когда тот родился.
– Кто его отец? – Рей попытался хотя бы примерно предположить, кто мог быть тем героем, что смог вступить в союз с Морой.
Тереза пожала плечами. Выбившаяся из плена облаков луна осветила дорогу, пролегающую через лес, и осеребрила волосы наемницы.
– Знаю только, что Мора ненавидит отца своего ребенка. Она даже сказала, – голос Терезы дрогнул, – что если бы была смелее, то вовсе убила сына при рождении, потому что он копия своего отца.
– И эта женщина после основала приют для сирот, – усмехнулся Рей.
– Мора убеждена, что Александр может остановить Ангелара. Думаю, дело в его силе. Он очень силен.
– Откуда ты знаешь? – настороженно спросил Рей.
– Видела его, – после короткого молчания ответила Тереза. – Это он во время мятежа отозвал Гончих из замка.
Осмысливая, Рей погрузился в молчание. Он верил, что мать искренне может ненавидеть сына, но еще он знал, что ни одна мать не сможет спокойно смотреть на то, как ее ребенка мучают или убивают. Если только мать не демонесса из Преддверия Бездны. Но неперспективно выглядела вся эта картина все же из-за того, что ребенок уже давно великовозрастной мужчина, да еще и обладающий сильным даром. Возможно, он не захочет, чтобы его убивали на глазах у матери, как бы он к ней сам ни относился.
– Почему ты во второй раз оказываешься в круговерти Роз? – поинтересовался Рей. – Я думал, что ты приходишься родной Море Розы. Когда увидел твой огонь, снова вернулся к этой мысли. Не бывает таких совпадений.
Хоть маги-диалисты не так часто встречаются, но все же такими способностями мало кого удивишь. Зачем было скрывать вторую стихию, особенно когда вокруг был Лес Теней, Рей слабо понимал. Он видел два простых объяснений: Гончая набивает себе цену или же стремится отвадить от себя любые подозрения о родстве с кланом Розы.
– Порой очевидное – неочевидное, – отрезала Тереза.
– Кем ты была до Торан Паса? – невозмутимо продолжал он, испытывая жестокое удовольствие от ее раздражения.
– У тебя и на это есть теория? – огрызнулась она.
Рей поравнялся с ней, демонстративно оглядел с ног до головы, а после выдал свой вердикт:
– У тебя хорошая осанка, плавные движения. Поставленная речь, избегаешь ругательств. Волосы всегда чистые и причесанные, ты все время поправляешь их. Одежда вычищенная, как и ножи, – принялся перечислять он. – А когда стоишь, то ноги держишь вместе, как в стойке. Мой вывод: ты из аристократической семьи, но служившая в армии. В тебе сочетаются вышколенные манеры и грубая муштра. Твой цвет волос неродной, что доставляет тебе массу неудобств. Когда ты служила, твоей компанией определенно были мужчины, что дало тебе возможность не растерять женских привычек.
– Может, меня научили всему этому в Торан Паса?
– В Торан Паса тебя научили всегда быть настороже. Не поворачиваться спиной к людям, всегда выбирать позицию с лучшим обзором и убирать волосы за уши, чтобы те не мешали хорошо слышать, – опроверг он ее предположение. – Среди Гончих ты не очень давно. Несколько лет. Поэтому их образ жизни не так сильно изменил твою личность, в тебе еще остались бескорыстное желание помочь и слепая вера в некогда близких людей.
– Снова попрекаешь меня излишним доверием к Море? – фыркнула Тереза. – Я давно в клане, ты ошибся.
– И в доверии ко мне, – добил он, победно усмехаясь. – Ты в которой раз подставляешь мне свою спину.
Гончая нервно дернула плечом, мимолетно коснувшись перевязи с кинжалами.
– Тебе не дает покоя, что я остаюсь непонятым для тебя человеком? – поддела она, оказавшись очень близкой к истине.
– Иногда мне кажется, что понимаю. И затем сразу не понимаю, как такое возможно. Ты не жестокая, не подлая. Я не вижу в тебе потребности навязать всем свое мнение. Ты будто ведомая, что видно на примере с Морой. Но и будто сама себе на уме.
– Вот тебе первое наставление, Коттерштейн, – в ее голосе он услышал самодовольство. – Все привыкли считать Гончих наглыми, самоуверенными, нарочито-кичливыми или наоборот томно-загадочными. Но именно я пример хорошего наемника. Непонятная и сама себе на уме. Если я окажусь среди нескольких людей, во мне ты заметишь качества каждого из них. Даже жесты. Я буду сливаться с ними, подражать. Даже мысли буду перенимать, чтобы наверняка.
– Уже с нетерпением жду второго наставления, – пробурчал он себе под нос.
Покорный ведьминой силе, ветер окутывал ноги, мягко подталкивал в спину, ускоряя их шаг. Впереди тянулся широкий тракт, по обе стороны обрамленный молодым хвойным лесом с густым подлеском. То и дело встречались следы городской жизнедеятельности: палки и колеса от телег, лошадиные подковы, бутылки из-под веселых напитков, башмаки и предметы более интимного гардероба. Все такое земное, обыденное.
За последний год Рей попробовал себя во многом земном и обыденном, но больше всего ему нравилось чинить старые вилы, лопаты и прочий обиход железного производства. В светлом будущем он видел себя кузнецом, изготавливающим оружие – мечи, ножи, арбалетные болты и стрелы для лука. И грабли с лопатами в качестве подработки в свободное время. В этом же будущем уже повзрослевшая Хенна отдыхала бы в его деревенском доме от столичной суеты. Он дал бы ей все необходимое, чтобы она стала сильной и смелой девушкой. Научил бы ее ставить цели и добиваться их, защищать себя и все то, что дорого сердцу. Научил бы защищать и ценить свои сердце и душу.
Ночь оказалась слишком темной. Рей несколько раз споткнулся о разбросанные на тракте предметы земного и обыденного.
– Может, передумаешь? – без особой надежды спросила Тереза, заметив, что он сильно отстал от нее. – Останься лучше здесь.
Если что и способно молниеносно вывести его из меланхоличных мечтаний о спокойном будущем, так это сомнения в том, что он чего-то не сможет в настоящем.
– Ты мне веришь? – спросил Рей, останавливаясь посреди тракта.
– Дело не в вере в тебя, а в недоверии к Гончим, – проворчала Тереза, тоже останавливаясь.
– Какое у тебя обо мне мнение? – он снял с плеча сумку и достал флягу с водой. – Что первое приходит на ум?
– Человек, солдат, хороший воин, – неуверенно перечислила Тереза.
Рей кивнул, утирая губы.
– Я отличный воин, первый Миротворец Джахары, наследный принц Преддверия Бездны. Да, я человек, но я сотни лет прожил демоном. Пусть у меня нет прежней силы, но опыт и знания у меня остались. Атакуй, – с вызовом заявил Рей, отпихивая ногой сумку в сторону. – Магией или нет, как хочешь. Атакуй, как Гончая.
– Мне не нравится, – сказала Тереза, скрестив на груди руки.
Рей ее растерянности не поверил. Стоило только бросить вызов, как Гончая напряглась всем телом. Сейчас она оценивала его, маскируя это под нерешительностью.
Что же она могла в нем увидеть? Он был тяжел по сравнению с ней. Выше на полголовы, шире и заметно неповоротливее. У него нет магии, делает ставку на физическую силу. У него старая травма правой руки, кисть плохо сгибается, как и пальцы. Но Тереза наверняка догадалась, что Рей левша, хоть и демонстрирует всегда, будто бы ведущая – правая. И колено, колено левой ноги у него травмировано. Она сочтет это преимуществом.
Тереза легко увернулась, но не смогла сдержать удивленного вздоха, приятно усладившего слух. Рей попытался сделать ей подсечку, припав на ту самую поврежденную ногу и, не выходя из нижней позиции, прокрутился и едва не сшиб ее с ног.
Она снова увернулась, но уже собралась. Поняла, что все не так просто. Тереза проскользнула за его спину, едва Рей поднялся на ноги. Пропустила руку под его локтем, намереваясь взять в захват. Ступней уже примерилась к коленному сгибу, надеясь поставить его на колени. Прием уже был почти был доведен до конца, когда она полетела через его голову.
Колено – то самое колено! – отпечаталось между лопаток, выбивая весь дух. Тереза с чувством выругалась сквозь зубы.
– Сильф!
Заигравшись, Рей беспечно позабыл, что все-таки имеет дело с колдуньей. Воздух уплотнился, потяжелел, становясь опасным и враждебным.
Рей бросился в сторону, распластался по земле, закрывая уши, рот и нос. Сильф воинственно просвистел над его головой, растрепав волосы. Пока Тереза переводила дух, поднимаясь на ноги, Рей, пользуясь взметнувшейся пылью, прокатился по земле и с силой ударил Гончую по голени. Не вставая, ударил выше по колену, совсем не щадя женские ноги. Когда она все же упала, перехватил одну руку, скрутил кисть.
Тереза не сдержала стона, но упорно пыталась встать. Рей позволил ей это, но лишь для того, чтобы встать на ноги самому и ударить ее поддых. Не сильно, но показательно. А после удар по ногам, и Тереза все равно упала на колени, нелепо вытягивая руку.
– Сдаешься? – поинтересовался Рей, успокаивая дыхание.
Все заняло не больше пяти минут. Ее погубили самонадеянность и вера в свое превосходство. Но и Рей не был лишен подобного греха.
– Медведь не ступит, волк не ступит, лису капканом схватит, – он не сразу различил быстрое бормотание. – Железом прочным, древом вечным, закрывается капкан!
А когда различил, шансов на отступление практически не было. Не давая себе долго думать, доверяясь инстинктам тела, Рей всем своим весом повалился на Терезу, коленями упираясь ей в поясницу и буквально зарывая Гончую лицом в землю. Рей с особым удовольствием промял ее спину, но после сжалился, убрал колени и остался просто сидеть верхом на поверженной Гончей.
– Слезь! – прорычала Тереза, сдерживая чих. Пыль забила ей нос даже сквозь маску. – Слезь с меня!
– Сдаешься?
– Как ты ушел от заклинания?
Он должен был оказаться плененным и обездвиженным после того заклинания.
– Ты не дала ему на меня подействовать, – флегматично ответил Рей, продолжая сидеть на ее спине. – Оно прошло мимо, потому что не действует на свою создательницу, а меня оно восприняло, как единое целое с тобой.
– В любом случае, – пыхтела Тереза, ужом пытаясь высвободиться, – я не дралась в полную силу. И мои способности далеко не эталон. В Торан Паса с тобой церемониться не будут.
– М, – прозвучало многозначное междометие, описывающее его мнение, настроение, отношение и все то, что составляло его сущность.
Рей встал, протянув Гончей руку. Тереза пробурчала нечто нелестное, но от руки не отказалась.
– Тебе нужен отдых? – непринужденно поинтересовался Рей, отряхивая себя от налипшей грязи.
– Обойдусь.
– Тогда идем.
Идя к своей сумке, старался не хромать. Все же некогда поврежденное колено по-прежнему оставалось поврежденным коленом.
Не вижу причин для гордости. Она щадила тебя. Боялась коснуться.
«Да знаю я», – рассердился Рей, подхватывая сумку и водружая ее на плечо.
Но почему она боялась? Не я вселяю ей страх, а ты. Почему?
«Завались».
Как ни в чем не бывало Тереза легкой поступью шла впереди, даже не оглядываясь. Во всяком случае, она перестала просить его передумать.
– Мне нужно больше узнать о Торан Паса, – сказал Рей, нагоняя ее. – Что мне там ждать?
– У тебя будет наставник, – смиренно заговорила Тереза. – Его задача стать тебе другом. И его же задача заставить тебя разочароваться в дружбе. Один из этапов – исповедь. Твой наставник обнажит свое лицо, и это станет точкой невозврата. Ты узнаешь слишком много, а потому, если ты провалишься, тебя убьют.
– Кто-нибудь может оказаться союзником в Торан Паса?
– Никто, – без сомнений ответила она. – Даже если кто-то будет убеждать тебя в обратном. Итак, исповедь. На ней ты открываешь свою душу. Тебе задают вопросы, самые разные. И ты должен говорить. Тебе нельзя молчать. Молчание приближает к поражению, а поражение означает только смерть.
– Я могу лгать, – сказал Рей без смущения.
– Не сможешь, – заверила Тереза. – Наставник сделает все, чтобы ты был искренним. Ты можешь постараться подать правду в выгодном для тебя свете, но если у него появятся сомнения – ты проиграл.
– Дальше?
Пока Рей не видел проблем. Хотят расковырять его душу, вытащить все самое гнилое и смердящее? Пожалуйста, он с радостью вывалит им это. Отчаяние его входной билет, так что эта исповедь только поможет.
– Тебя закроют в темной комнате, – продолжала Тереза мрачно, словно переживала сама все сызнова. – Ни окон, ни огарка свечи, ни кровати, ни стула, ни одеяла. Лишь ведро и носовой платок, чтобы вытирать слезы. Там ты проведешь дни, но сколько именно – решит наставник. Без еды и с одной чашкой воды. Тяни эту воду, словно это все, что у тебя есть до конца жизни. После тебя приведут к столу, наполненному едой. Еда будет отравлена.