Я буду нежен

Глава 16. Затишье перед бурей

Натали

*

– А почему я запретила вызывать ко мне врача? – спросила я гаремников.

Понимаю, что вопрос был странным, но у меня сотрясение мозга, так что мне позволительно спрашивать всякие глупости.

Гаремники растерянно переглянулись между собой. Самым храбрым оказался Арай, который вышел вперёд и пояснил:

– О любом вызове врача станет известно вашему отцу. Если приглашать лекарей на каждый ваш обморок, медицинская бригада будет приезжать почти каждый день. И ваш отец может дать вам статус недееспособной. Он положит вас в специальную клинику на неопределённое время. А вы не хотите терять свободу и независимость.

– Логично, – признала я.

Из разрозненных кусочков информации постепенно складывалась общая картина.

Значит, Натали подсела на таблетки, которые когда-то ей прописали, и теперь пьёт их без меры. От этого у неё пошла побочка – частые обмороки. Если отец узнает о её зависимости, мало ей не покажется.

Вопрос в том, как мне теперь соскочить с этих таблеток – так, чтобы организм не пострадал. Если я что и научилась ценить в этой жизни, так это здоровье.

Решила задать ещё один вопрос, который меня давно интриговал:

– А с какими пушистиками я работаю?

Парни скорбно переглянулись и испепелили Дайрона взглядом. Мол, совсем довёл госпожу – элементарных вещей не помнит.

– С котами, – объяснил Каспер. – Вам принадлежит фирма «Мягкие лапки», которая занимается разведением элитных пород кошек. Этот котоцентр находится в отдельном особняке недалеко от нас. Там же имеется особая комната для кототерапии. Она пользуется большой популярностью у населения, особенно у семейных пар с детьми. Ваш отец поначалу скептически отнёсся к этой бизнес-идее, но выделил деньги. Дело пошло в гору и стало приносить неплохой доход.

– Каспер внёс большой вклад в это дело: именно он сделал вам чертежи здания для котоцентра, продумал расположение комнат, проанализировал рынок и подобрал самые ценные породы для разведения. С кототерапией тоже была его задумка, – добавил рыжий гаремник.

– Конор, не надо… – смутился одуванчик. – Не слушайте его, госпожа, это была ваша идея. Я всего лишь немного помог, исходя из своих скромных сил.

– Ты молодец, Каспер, – ответила я, мягко убирая руки Дайрона, в очередной раз потянувшиеся массировать мне уши.

Гаремники снова вытянулись изумлёнными сурикатами. Видимо, не часто слышали из уст хозяйки похвалу.

– Всё хорошо, я не сплю, – заверила я девальрона. – Головокружение потихоньку проходит.

На этом минуты спокойствия закончились.

Сначала в комнату ворвалась охрана – пятеро вооружённых мужиков в военной форме.

– Госпожа, на вас напали? – подскочил ко мне самый рослый из них. Он сразу заметил испачканную кровью подушку и пластырь на моём виске. – Кто вас ударил?

Остальные четверо уложили гаремников и симбионтов в позу: носом в пол, руки на затылок.

Девальрон безропотно лёг сам, напоследок кинув на меня обжигающий взгляд вины и обречённости.

– Никто, – ответила я.

Попыталась встать, но голову словно прострелило колючей молнией. Я невольно застонала и рухнула назад на подушки.

– Не двигайтесь, госпожа! – встревоженно крикнул мне с пола Дайрон. – Вам нельзя вставать!

– Тебя никто не спрашивал, раб! – пнул его под рёбра охранник.

Прекрасно знаю, что Дайрон мог бы побить его, как щенка, но даже не отреагировал.

– Как вас зовут? – спросила я ретивого охранника.

– Я Честер, госпожа, – отозвался он.

– Вы уволены, – заявила я ему.

– За что? – опешил он.

– С чего вы взяли, что можете причинять вред тем, кто радует меня в постели? – как могла строго произнесла я.

– Ему же не было позволено… – ошарашенно промямлил Честер, но я его перебила:

– Вон отсюда!

– Но меня нанимали не вы, госпожа Натали, а господин Ланир, ваш отец! – заупрямился этот тип.

– Неважно. Вы охраняете меня, на моей земле, в моём особняке. С отцом я легко улажу этот вопрос. Вы ему ещё штраф заплатите за то, что явились спустя полчаса после моего ранения. Как говорится, не прошло и полгода.

Честер побледнел.

– Подойди! – ткнула я пальцем в ближайшего от меня охранника.

Тот мигом подскочил. Коротко стриженный шатен с умным взглядом и твёрдым подбородком вытянулся передо мной по струнке.

– Как зовут? – спросила я.

– Максвел Инрой, госпожа, – по-военному чётко ответил он.

– Ты теперь главный. Вышвырните Честера за ворота, немедленно. Можете ему ногой под рёбра дать, разрешаю, – махнула я рукой. Получилось убедительно.

– Я сам! – пискнул Честер и испарился за секунду.

Едва за ним захлопнулась дверь, внутрь ввалилась новая пятёрка мужиков. На этот раз в белых комбинезонах.

– Где пострадавшая? – с порога выпалил главный из них – худощавый высокий брюнет с длинными волосами, забранными на затылке в тонкий хвостик.

Увидев пациентку, он ринулся ко мне, словно от скорости зависела его жизнь.

Глава 17. Рекомендации

Натали

*

Выставив за дверь и охрану, и гаремников с Дайроном и симбионтами, врачи обрушили на меня все свои диагностические навыки.

Водили по мне какими-то приборами и без конца задавали вопросы.

Я только и успевала отвечать:

– Три пальца. Теперь четыре. Снова три. Нет, голова не болит. Немного кружится. Нет, не тошнит. Нет, в глазах не темнеет. Нет, мушек в глазах тоже нет. Да, немного кружится. Не знаю я, на сколько баллов эти круги!

Мне сгибали руки и ноги, наклоняли голову к груди.

Измерили давление, сатурацию, взяли анализ крови из пальца, прощупали живот, сняли кардиограмму и что-то ещё. Минут через десять я уже перестала понимать, что они делают. Кажется, там уже дело дошло до исследования моих мозговых волн.

В итоге мне в руку поставили капельницу, засадили ещё три укола в нижние девяносто, тщательно отмыли голову от крови, обработали рану – помазали какой-то заживляющей мазью и забинтовали так, что хоть сейчас на фотосессию с пострадавшими в боях невидимого фронта.

– Леди Натали, ваша рана довольна серьёзна. Нам нужно зафиксировать, кто причинил вам такое увечье, и донести информацию в соответствующие органы. Скажите, кто вас так толкнул? Самому так удариться виском об угол этой полки физически невозможно. Здесь определённо было чьё-то внешнее воздействие, – заявил один из врачей.

– Не смейте никому ничего доносить, ясно? – сурово посмотрела я на него. – Шла, упала, очнулась – гипс. То есть рана. Дело житейское. Думаете, если бы меня кто-то обидел – я спустила бы ему это с рук?

– Нет, мы так не думаем, – покачал головой врач.

– Обычная бытовая травма, ничего особенного. Досадно, но не смертельно, – твёрдо подвела я итог.

– К сожалению, госпожа Ланир, эта травма – не единственная ваша проблема, – очень серьёзно произнёс другой врач – блондин лет сорока. – Мы получили токсикологический результат по вашей крови, там всё не слишком радужно. Есть следы передозировки миктином. Мы поставили вам систему для очистки вашей крови, – махнул он на капельницу. – И настоятельно рекомендуем вам обратиться к наркологу. Ваш организм уже едва справляется с отравлением этим веществом. Ещё немного – и повреждения мозга станут необратимыми.

– Спасибо за рекомендацию. Я непременно приму её к сведению, – так же серьёзно отозвалась я.

Не ожидавший такой покладистости врач посмотрел на меня с удивлением, но быстро взял себя в руки и одобрительно кивнул:

– Замечательно. Уверен, ваш отец подберёт для вас самого опытного врача, и вы быстро пойдёте на поправку.

Ага, только бы он попутно не объявил меня недееспособной и не упёк в клинику…

– Да, конечно. Спасибо вам за заботу! – вяло улыбнулась я, мечтая, чтобы меня поскорее оставили в покое.

Капельница уже опустела, и её убрали. Медицинская бригада начала сворачиваться.

– Рекомендуем воздерживаться от сна как минимум шесть часов. Мы наложили вам на рану мазь теонекс, она обладает обезболивающим и регенерирующим действием. Уже через пару дней от шрама не останется и следа. Если почувствуете ухудшение в состоянии здоровья – появится головная боль или усилится головокружение, – немедленно вызывайте нашу бригаду повторно, – объяснил блондин.

– Хорошо, спасибо, – искренне ответила я.

– Мы повторим все эти рекомендации вашим гаремникам, чтобы они о вас позаботились, – произнёс врач.

Спорить не стала, махнула рукой.

– Госпожа Ланир, как вы оцениваете нашу помощь по десятибалльной шкале от одного до десяти, где один – это совсем плохо, десять – отлично? – подошёл ко мне худощавый высокий брюнет с тонким хвостиком на затылке.

Ему бы оператором в банке работать…

– Скажите, а вы ко всем пациентам впятером ездите? – ответила я вопросом на вопрос.

Врачи напряглись, и брюнет осторожно ответил:

– Нет, только к особо важным персонам. Вы, как дочь министра здравоохранения, входите в их число.

– Ясно. Многовато вас было. Ну да ладно. Оцениваю на десять, – великодушно отозвалась я.

– Благодарим, госпожа Ланир! – губы брюнета растянулись в счастливой улыбке, остальные четверо тоже расслабились и выдохнули с облегчением.

Радостная пятёрка врачей потянулась на выход. И уже в дверях ко мне обернулся последний в этой колонне – блондин:

– Разумеется, весь наш разговор записан и будет отправлен вашему отцу. Поправляйтесь!

Я нырнула под одеяло с головой, прошептав спасительное:

– Я в домике…

Глава 18. Допрос

Дайрон

*

Не понимаю, почему меня до сих пор не арестовали…

Но я не столько волновался за свою жизнь, ибо уже смирился с предстоящей казнью, сколько сокрушался о том, что натворил.

Во что я превратился?! Я же никогда в жизни на женщин руку не поднимал. Даже когда имел дела с наёмницами, пытался нейтрализовать их максимально мягко.

А тут довёл свою госпожу до ранения, обморока и сотрясения мозга. Напугал её и накинулся с домогательствами, как голодный зверь.

Чувство вины грызло меня изнутри, не давая покоя.

Вдобавок странная реакция Натали в ответ на произошедшее окончательно сбивала с толку. Я словно очутился в параллельной реальности, где всё не то, чем кажется.

Почему она не приказала охране схватить меня? По какой причине я до сих пор на свободе? Может, она собирается прибить меня лично?

Если так, я даже сопротивляться не буду. Заслужил.

– Все вон отсюда! – выставили нас в коридор прибывшие врачи.

Впервые вижу, чтобы на вызов примчалась бригада из пяти человек. Видно, прониклись, что речь идёт о ранении дочки министра здравоохранения.

Новый глава охраны – Максвел Инрой – отвёл всю нашу гаремную компанию в сторону и отдал нам приказ:

– Встать в шеренгу!

Мы подчинились.

– Доложить о том, что произошло с госпожой Ланир. По очереди! Начнём с тебя, – махнул он на брюнета, Арая.

– Я был в коридоре вместе с симбионтами, Каспером и Конором, и не видел, что там приключилось, – приступил тот к отчёту. – Дверь была закрыта. Понял, что что-то случилось, когда из покоев госпожи вылетел девальрон и спросил, где взять коммуникатор для вызова бригады скорой помощи. Я сказал ему, что глок находится в гостиной, и девальрон рванул туда. А мы с парнями встревожились и вбежали в покои леди Натали. Она была без сознания, лежала на кровати. Голова и подушка были испачканы в крови. Потом примчался девальрон и при нас стал звонить врачам. Затем ворвалась охрана. Остальное вы знаете.

– Теперь ты! – подошёл Максвел к Касперу.

Блондин тряхнул кудрями:

– Я знаю столько же, сколько Арай. Могу лишь подтвердить его слова.

– И я, – заявил рыжий Конор. – Для нас вся эта ситуация была шоком.

– Значит, на момент происшествия рядом с госпожой был только девальрон? – Максвел подошёл ко мне вплотную и уставился испытующим взглядом.

– Так точно, командир, – спокойно отчеканил я, не отводя взгляд.

– Докладывай, что там случилось, – потребовал он.

– Никак нет, командир, – невозмутимо парировал я. – Я не могу разглашать тайну личной жизни своей госпожи. Если она сочтёт нужным, то сама вам обо всём расскажет. Задавайте все вопросы ей.

Не говорить же ему, что леди разбила голову о настенную полку во время бурного наслаждения. А я прошляпил это ранение как последний мухомор. Телохранитель года…

– Ты же понимаешь, что я могу серьёзно усложнить тебе жизнь в этом поместье? – с угрозой прищурился Максвел.

– Я и так уже в статусе девальрона, командир. Хотя ещё вчера был свободным. Если думаешь, что можешь сделать мне ещё больнее – попробуй, – холодно ответил я.

Тяжело вздохнув, парень попытался зайти с другой стороны:

– Я теперь новый глава её охраны. Пойми: мне крайне необходимо знать, что происходит с госпожой. Все подробности, особенно её ранений. Это для её же безопасности.

– Понимаю, но мой ответ снова «нет». Все вопросы – к госпоже. От себя могу лишь дать рекомендацию оперативнее реагировать на чрезвычайные происшествия. Вы примчались, получив вызов от бригады скорой помощи, которая направилась в этот особняк и попросила открыть ворота. Организуйте дежурство внутри самого особняка – мягко и ненавязчиво, стараясь лишний раз не попадаться на глаза хозяйке, – дал я ему совет.

Посмотрев на меня долгим задумчивым взглядом, Максвел ничего не ответил и отошёл в сторону, к своим людям. Он начал давать им какие-то распоряжения.

В целом, вроде бы толковый парень. Натали правильно сделала, что назначила главой охраны именно его. На её месте я поступил бы так же.

– Ну ты как, мужик? Готовишься к смерти? – тихо и сочувственно спросил меня Конор.

– Да, – честно ответил я.

– Не знаю, как наша госпожа получила такую рану, но вызова врачей она тебе точно не простит, – с полной уверенностью заявил Каспер.

– Посмотрим, – сдержанно отозвался я.

– Ну что, орлы, – заявил вышедший в коридор один из врачей – долговязый, с куцым хвостиком на затылке. Вслед за ним из покоев Натали вышли все остальные. – Госпожу ничем не расстраивать и не напрягать. Не давать ей спать шесть часов. Беречь и лелеять. При любых негативных симптомах – усилении головокружения, головной боли, странном поведении, излишней тревожности или, наоборот, заторможенности – снова вызывать нашу бригаду, без промедлений! На рану нанесена повязка с теонексом, не трогать! Снять её вместе с бинтами через два дня. И прятать от госпожи все таблетки с миктином. Всё поняли?

– Да, – дружно кивнули гаремники.

А симбионты даже не шевельнулись, пребывая на своей волне.

Глава 19. Отец

Натали

*

Оставлять меня в покое никто не собирался.

Едва захлопнулась дверь за медиками, как в комнату просочились все гаремники в полном составе.

– Она накрыта с головой… – растерянно пробормотал Каспер.

– Госпожа задыхается! – раздался потрясённый возглас симбионта, и с меня сдёрнули одеяло.

М-да, побыть немного «в домике» не получилось.

– Верни одеяло, гад! – рявкнула я и тут же поморщилась из-за прострелившей голову болевой молнии.

– Дай сюда, – оттолкнул Чака Дайрон и заботливо накрыл меня, укутав по самую шею.

Будь симбионты роботами, я бы решила, что у них резко включилась резервная энергосистема: эти двое неожиданно активизировались и принялись дотошно рыться в шкафах.

Кажется, такое поведение не было нормой, поскольку даже у видавших виды гаремников с девальроном отвисли челюсти.

Придя в себя от изумления, я скомандовала, как в армии:

– Чак, Дак, отставить!

К счастью, до мозга этих живых кукол моя команда дошла, и они вытянулись по струнке, прекратив обыск.

– Вы что это вытворяете?! – задала я им вопрос – вкрадчиво, но настолько зловеще, что даже гаремники побледнели.

– Выполняем главную директиву: обеспечение здоровья госпожи Ланир! – бодро отчитался блондинистый Дак.

Вопросов стало ещё больше.

– Что значит «выполняем директиву»? Вы что, роботы? И вообще, с какой это радости обыск в шкафах обеспечит меня здоровьем?

– Никак нет, госпожа, мы не роботы, а симбионты, – отозвался брюнет.

– Цель нашей жизни – заботиться о вас и дарить удовольствие, – добавил брюнет.

– Симбионты – полностью биологические объекты. Частичная роботизация происходит по желанию госпожи, – пояснил Чак.

Интересно, у них так в настройках прошито – отвечать по очереди?

Дак продолжил объяснять:

– Медицинский работник дал указание спрятать от госпожи все таблетки с миктином. Мы выполняем это распоряжение ради здоровья леди Ланир.

– Прежде чем спрятать, их нужно найти, – блеснул логикой Чак.

– Директива номер один, – начал повторяться Дак.

– Так, стоп! Я всё поняла. А ничего, что вы обязаны подчиняться только мне и должны делать лишь то, что я скажу? – начала я злиться – на врачей, на живых кукол и на собственную физическую немощь.

– Директива номер один, – упёрто повторил Чак. – Ваше здоровье превыше всего.

Интересно, что бы сделала с симбионтами настоящая Натали, если бы эти двое из ларца сунулись в её шкафы при ней? Подозреваю, что простой инвалидностью дело бы не обошлось.

– Принести плеть? – услужливо выступил с инициативой Конор.

– Какую плеть?! – возмутился Дайрон. – Госпоже нельзя совершать резких движений. Пусть сначала поправится.

– Не надо никаких плетей, – поморщилась я. – Чак, Дак, слушайте мою команду. Я приказываю вам поселиться в одной из пустующих комнат с санузлом. И выходить из неё только на кухню – для завтрака, обеда и ужина. В эту комнату не заходить, ко мне не приближаться, ясно?

– Так точно, госпожа, – без каких-либо эмоций отозвался Дак.

– Мы обязаны вас ублажать, госпожа, – неожиданно воспротивился брюнет. – Как симбионтам, нам это жизненно необходимо.

– Так точно, – поддакнул блондин.

– Вот и ублажайте тем, что выполняете мои приказы. Ещё одно такое неповиновение – и я верну вас в Центр, – парировала я.

Угроза подействовала, и симбионты молча вышли из комнаты.

– Вам и правда лучше от них избавиться, госпожа Ланир, – задумчиво заявил Дайрон. – У них нетипичное поведение для симбионтов. Кстати, не удивлюсь, если их сделали дефектными намеренно. В Центре работают слишком опытные сотрудники, чтобы допускать такие ошибки.

Мне не хотелось верить, что Дайрон прав. То, с каким благоговением прыгал вокруг меня доктор Кондор в Центре и как он просил замолвить за него словечко перед моим отцом, совершенно не вязалось с вручением мне дефектных симбионтов. Может, это всего лишь случайность?

Но в любом случае нужно соблюдать осторожность.

– Госпожа, вы так ничего и не поели, – заметил Каспер. – Давайте мы принесём вам новые порции – свежие и разогретые? – тряхнул он светлыми кудряшками.

– Да, пожалуй, не откажусь, – согласилась я. – Только больше никаких живых столиков, ясно? Положите всё на обычный стол.

– Как прикажете, госпожа, – сверкнул на меня удивлёнными глазами Арай и переглянулся с остальными гаремниками. Все дружно метнулись на кухню.

– Какие у вас будут распоряжения насчёт меня? – виновато опустив голову, тихо спросил Дайрон.

– Кажется, ты тоже ничего не ел. Поужинаешь со мной? – спросила я.

Дайрон потрясённо застыл.

Наверное, он меньше удивился бы разорвавшейся рядом бомбе, нежели моему заявлению.

– Как прикажет моя госпожа, – хрипло отозвался он.

– Госпожа Ланир! – раздался деликатный стук в дверь, и после разрешения войти внутрь просочился невысокий худенький старичок. – Не гневайтесь, но поступил звонок от вашего отца. Он потребовал немедленно активировать связь, прямо перед вами. Хочет видеть ваше лицо. Выполняю его приказ.

Седовласый слуга положил на стол возле кровати чёрный продолговатый предмет. Из него появился широкий луч света, и передо мной зависла голограмма сурового мужчины лет пятидесяти.

Моя душа ушла в пятки.

Выполнив свою миссию, старичок выскочил за дверь, а Дайрон просто отошёл в сторону.

– Натали! – прорычал министр, разглядывая меня – раненого партизана с забинтованной головой.

– Я могу всё объяснить! – выпалила я, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Глава 20. Оправдания

Натали

*

– Сколько ты ещё будешь испытывать моё терпение, Натали?! – возмущённо произнёс лорд Ланир.

Твёрдый подбородок, высокий лоб, ровный, без горбинки, нос, гармоничные черты лица и властный взгляд сразу выдавали в нём силу воли, упорство и аристократическое происхождение. Лишь тронутые сединой виски показывали его возраст, а в целом этот высокий широкоплечий атлет производил впечатление генерала средних лет.

– Прости, папочка, так получилось… – сникла я под его грозным взглядом.

Лицо мужчины вытянулось от изумления.

– Как ты меня назвала? – судорожно выдохнул он с округлившимися глазами.

Твою ж медь. Кажется, Штирлиц прокололся…

Я лихорадочно затараторила:

– П-прости, что я так часто тебя подвожу! С раной – это вообще случайно вышло, я запнулась нечаянно! Надо будет перевесить эту проклятую полку. Голова ещё немного болит, но врачи сказали, что через пару дней от шрама не останется и следа. Всё будет хорошо! Я так благодарна тебе за всё, что ты для меня делаешь! Спасибо, что сделал для меня такой сюрприз на день рождения – подарил симбионтов и девальрона, они чудесные! Я тебе очень-очень благодарна, папочка!

Я выпалила всё это путанно и запинаясь, но сотрясение мозга было моим оправданием. Я тут болею, в кровати лежу с забинтованной головой, так что имею право.

– Почему сюрприз? – в замешательстве посмотрел на меня отец Натали. – Ты же сама попросила меня о таком подарке.

– Да, но я даже не подозревала, что он окажется настолько шикарным! Доктор Кондор отлично потрудился, все трое парней изумительны, – вставила я фразу про директора Центра. Вот и выполнила просьбу похвалить его перед министром здравоохранения. – Ты не представляешь, как я благодарна тебе за всё!

– Кто ты и что ты сделала с моей дочерью? – строго спросил мужчина, и у меня внутри всё похолодело.

К счастью, лицо министра быстро посветлело, и он мягко усмехнулся:

– Никогда не думал, что дождусь, чтобы ты меня папой называла. Оказывается, нужен был всего лишь удар головой об полку. Может, ты даже Шияну мамой назовёшь? – вскинул он бровь.

– Это уже слишком, – мотнула я головой и тут же поморщилась от боли.

Не думаю, что настоящая Натали стала бы называть мамой мачеху.

– Да, понимаю, – отозвался отец. – Не скрою: мне приятно видеть перемены в твоём поведении и слышать от тебя слова благодарности. Последний раз, когда случилось нечто подобное, тебе было десять, и я подарил тебе куклу. В ответ услышал небрежное: «Спасибо, дорогой родитель». Я рад, что ты начинаешь ценить то, что я для тебя делаю.

– Взрослею, – отозвалась я.

– Может, тебе ещё парочку симбионтов подарить? И несколько полок. Так сказать, для закрепления чувства благодарности, – призадумался он.

– Не надо! – поспешно выпалила я, с ужасом представляя в этом доме четверых Чаков и Даков, роющихся в моих шкафах. Более спокойно добавила: – Тех, что есть, вполне достаточно.

– Да ты меня сегодня просто балуешь своей адекватностью! – хмыкнул мужчина. – Где твои привычные капризы и истерики?

– Остались в прошлой жизни, – философски и очень серьёзно ответила я.

– Посмотрим, надолго ли тебя хватит, – скептически посмотрел на меня отец Натали. – Кстати, насчёт симбионтов и девальрона. Помни, что они не просто твои игрушки, а живые люди, и ты обязана заботиться о них. Я не потерплю повторения истории с Виктором. Три недели назад ты сделала из парня инвалида, и теперь мне приходится оплачивать его пребывание в интернате, до конца его дней.

Я так и не поняла, о чём он сокрушался больше: о своих деньгах или потерявшем здоровье рабе.

– Я очень сожалею об этом, – расстроенно вздохнула я.

– Ещё одна такая выходка – и заплатишь мне огромный штраф из личных денег, ясно? – предупредил он.

– Да. Такого больше не повторится, – заверила я его.

– Как ты себя чувствуешь в целом? – обеспокоенно посмотрел он на меня.