За тобой во тьму. Часть 1

От очередного сна с Розмари кожа покрывается мурашками, но теперь я точно помню её слова о моём отражении и другом мире, что она имела в виду? Я достаю телефон, чтобы выключить музыку и обнаруживаю, что уже через полчаса должна быть на работе. Я решила пойти нестандартным путём, чтобы занять время, и пошла мимо соседней линии домов. Здесь все здания были одноэтажными, скажем так, эта линия считалась у нас «неблагополучной», потому что раньше эта линия домов и следующая от неё были что-то типа «гетто». На людях это никак не сказывалось, очень многие соседи часто бывали гостями в нашем доме, да и мы ни раз были приглашены на барбекю.

Я уже дохожу до последнего дома, когда боковым зрением замечаю знакомый мне силуэт. Парень в черной толстовке открывает входную дверь.

–Кристиан! – подбегаю я к нему, тот пытается закрыть дверь, но я успеваю подставить ногу в отверстие.

–Какого черта ты следишь за мной? – спрашивает он, наконец, отпуская дверную ручку.

–Я просто шла на работу и заметила тебя, не льсти себе. Ты здесь живёшь?

–Мы уже обсуждали, я не собираюсь отвечать на твои вопросы.

–Последний вопрос: почему ты такой козёл? – отрезаю я, а моё лицо искажается от злости.

–А какими ещё должны быть Тёмные?

–Что за Тёмные? – в недоумении спрашиваю я.

–А, ну всё с тобой ясно. Мне пора.

–Вчера ты отвечал на мои, пусть и не все, вопросы. Почему ты не можешь сделать этого сейчас?

–Потому что вчера я не хотел, чтобы ты заставила всех посетителей парка летать. Забудь про меня. Пусть Светлые отвечают на твои вопросы.

–Что ж, здесь и сейчас могу снова заставить тебя летать, только уже на уровне самолёта.

–Твои угрозы смешны. Пока. – Произносит он.

За секунду вокруг него образовывается электрическое поле, которое отбрасывает меня на дорогу, и я скрючиваюсь от боли после соприкосновения рёбер с асфальтом. Но злость во мне сильнее жалости к себе, я поворачиваюсь и наставляю на Кристиана ладони, но тут гремит гром, и небеса пускают молнию, которая забирает Кристиана. Он просто исчезает. А я остаюсь в шоке, лежать на асфальте. Гром продолжает греметь, тучи сгущаются и пускают на наш город мощный ливень. Я второпях бегу к ресторану.

–Вивиан-Лекси, не объяснишься за вчерашнее? – Встречает меня на входе директриса.

–Оу, здравствуйте, мисс Джонс, – запинаясь, отвечаю я, – Простите, такого больше не повторится.

–Конечно, ведь ты не хочешь лишиться работы. – Отвечает та, уходя в свой кабинет.

Я трясущимися руками открываю дверь подсобки, в которой обедает Мэтт.

–Что за концерт ты вчера устроила? Я пытался отмазать тебя перед нашим гоблином. Как видишь, не вышло.

–Мэтт, я… просто увидела человека, которого… которого долго искала. Парень в капюшоне. И если бы я не убежала, то не знаю, встретила бы я его ещё когда-либо.

–Ви, ты чего? Конечно, встретила бы, он с момента твоего возвращения из комы или сидит, попивая один американо за другим, или смотрит на тебя сквозь ресторанное стекло. Новый ухажер? – ехидно спрашивает он.

–Если бы… ладно, мне пора на сцену.

Я иду домой, перепрыгивая через лужи, ливень прошёл, но оставил жителей нашего округа утопать в стекающих со стороны гор ручьях. Дома я наливаю себе сок и поднимаюсь наверх, чтобы помыть руки. Так не привычно видеть раковину, не заставленную папиными штучками для бритья, и я вспоминаю, что стоит позвонить ему и узнать, как он добрался.

После разговора с отцом, я прохожу в комнату и плюхаюсь на кровать. Кристиан просто взял и испарился в молнии. А ещё говорил что-то про «тёмных» и «светлых». Вчера я дала себе обещание, что проведу остаток дней без расследований, но увиденное просто ломает мою логику. Может, он управляет природой? Внезапно я слышу, как какой-то женский голос нежно зовёт меня по имени. Подрываясь с постели, я не обнаруживаю никого в своей спальне, поэтому оббегаю весь дом в поисках источника звука, но никого не нахожу. Я однозначно схожу с ума. Разобрав постель, я снова слышу это…

–Вивиан… Вивиан…

Я оборачиваюсь, и снова никого не вижу. Тогда я замираю, чтобы точно понять, откуда доносится голос.

–Вивиан… – Зеркало. Голос исходит из зеркала.

Я подхожу к зеркалу и (со стороны выгляжу очень странно) начинаю щупать своё отражение, моя рука проваливается за стекло. От испуга я резко дергаю руку к себе, но потом решаю попробовать полностью войти в зеркало. Боже, как странно это выглядит. Зеркало поглощает мою ногу, затем левую руку и, наконец, я полностью перехожу через стекло.

7 глава.

Я удерживаю равновесие, чтобы не упасть, и вижу под ногами траву, затем оборачиваюсь вокруг себя, и обнаруживаю за спиной чащу леса, из которой доносится уханье совы. Справа от меня идёт тропинка, которая ведёт на огромный участок с гигантским замком. Большая полная луна нависла над кронами деревьев, и освещает мне путь. Замок стоит в паре километров от леса, по левую сторону от него стекают воды небольшого водопада, справа какая-то ограждённая зона, и за забором ничего не разглядеть. Замок построен в готическом стиле из белого кирпича, с выступающими башнями, он расположен полумесяцем, во всяком случае, если смотреть на него со стороны леса. В одной из башен в окнах горит свет. Розмари назвала это место «другим миром», но у меня такое чувство, что я оказалась в какой-то сказке. Красота этого места завораживает. Любопытство берёт надо мной верх, и я делаю шаг в сторону замка.

Неестественно большое количество светлячков следует за мной, как будто кто-то призвал их сопроводить меня. Они пролетают вперёд и ждут, когда я последую за ними, что я и делаю. Когда из леса доносится волчий вой, я ускоряю шаг и стараюсь поднимать ноги выше, боясь оступиться на кочке. Вот чудеса! Я на минутку останавливаюсь в этом большом пустом луге, расправляю руки и кручусь вокруг своей оси, смотря на звёздное небо. Здесь оно совсем другое: я чётко вижу зодиакальные созвездия, вижу медведиц, пояс Ореона, я как будто могу дотронуться до них! Но потом вспоминаю, что попала сюда не для того, чтобы любоваться звёздами, и продолжаю путь к замку.

Светлячки доводят меня до двухметровых железных ворот, которые отворяются сами по себе. Я удивлённо осматриваюсь, и аккуратным шагом захожу на территорию замка. Передо мной трехъярусная каменная лестница, ведущая к крупным деревянным дверям, то есть к входу в здание. Но прежде, чем переступить порог замка, я решаю немножко осмотреться на территории, однако двери открываются, и свет из холла падает прямо на меня.

–Вивиан, добро пожаловать! – так как человек, говорящий со мной, говорит спиной к свету, я вижу только его силуэт.

Я, не отвечая, поднимаюсь к нему по лестнице. На последней ступени я, наконец, могу увидеть статного мужчину лет сорока, одетого в бардовый бархатный халат и обутого в домашние тапочки. Я смотрю в его серые, добрые глаза и думаю, что сказать.

–Ну же, проходи. – Говорит он, подгоняя меня рукой в холл, и закрывает дверь. – Бенедикт, подготовь комнату для нашей гостьи. Говорит он маленькому мужчине, который, видимо, является дворецким.

–Вы, собственно, кто? И откуда вы знаете, кто я?– Спрашиваю я.

–Я, дорогая Вивиан, хозяин этого замка и один из старших Светлых. А знаю я тебя, потому что моя обязанность знать обо всех наших людях, то есть Светлых. – Отвечает тот, улыбаясь и следуя вперёд по коридору холла.

Над нами висит шикарная люстра, покрытая хрустальными камнями, а на стенах коридора висят портреты, которые я не успеваю рассмотреть, потому что не назвавший своего имени хозяин ведёт меня в неизвестное место. В коридоре мебели нет, стены покрыты темно-коричневыми обоями, паркет в тех же тонах. Мы проходим в комнату, напоминающую переговорную совета директоров.

В центре комнаты стоит большой деревянный стол, покрытый бардовой скатертью, вокруг которого стоят стулья с бархатными подушечками. Каждый метр этого замка стоит целое состояние! Кроме стульев, стола и шикарной люстре в этом помещении ничего нет. Хозяин замка жестом предлагает мне присесть, и я принимаю его предложение.

–Вы не назвали своего имени.

–Ты можешь звать меня мистер Риддл. – Он садится напротив меня, когда в комнату заходит Бенедикт с подносом чая. – Вы не против чаепития?

–Я, честно говоря, больше предпочитаю апельсиновый сок. – Отвечаю я.

–Ну, раз такое дело, – Мистер Риддл перебирает пальцами, и чашка с чаем на подносе превращается в апельсиновый сок. Даже не знаю, удивило меня это или нет.

–Спасибо. – Я с опаской беру в руки стакан и делаю глоток, – Вы говорили про Светлых – кто это?

–Это ты, я, и все ребята, которые сейчас спят в своих комнатах в другой башне.

–Я до сих пор не понимаю, о чем вы.

–Испокон веков на свете существует добро и зло. Без добра не было бы зла, и наоборот, поэтому оба этих направления балансируют структуру мира. Несколько тысяч лет назад зло приобрело форму в виде человека, который пытался уничтожить Землю, как ты, наверное, знаешь – это любимая цель злодеев. Тогда древние шаманы воззвали небеса, молили их, что те послали им спасение; небеса откликнулись и для того, чтобы спасти население Земли, они одарили несколько избранных людей, представителей каждой страны, сильнейшим духом. Этот дух сам выбирает человека, в котором будет обитать, и которого наделит своим особенным даром: например, ты – ведьма. Благодаря этим людям, как ты можешь заметить, Земля была спасена, а народ тогда прозвал их «Светлые», а зло, которое пыталось уничтожить Землю «Темные». Совершенствовались как силы Светлых, так и Тёмных. Если свет со смертью своего земного «футляра» перерождался в следующего достойного, то тьма выбирала обречённых, жизнью обиженных людей, которые были озлоблены на мир. Вот представь, человек в один миг теряет всё: карьеру, семью, статус, жизнь бьёт его день за днём – этот человек переполнен гневом и ненавистью, желанием мстить или умереть. Таких тьма очень любит. Она вселяется в них, оставляя им только один выбор – мстить. Бывало и такое, что Темные всё-таки не теряли разума и не отходили от человеческой морали, используя свои силы в положительном русле. Светлые же живут для того, чтобы охранять людей – в этом цель и смысл нашей жизни. Естественно, люди не знают и не должны знать о нашем существовании, нам и не стоит светиться. Здесь, в этом замке, мы развиваем наши способности, да и просто живём. У нас есть все нужные ресурсы, также мы всегда следим за происходящим в мире. Я очень рад, что ты наконец-то к нам присоединилась.

–Мистер Риддл, всё это… всё это для меня пока очень неясно. Я верю вашим словам, но я ко всему этому не готова. Я почти журналист, у меня дома отец, который без меня не проживёт и друзья. У меня уже есть дом. Я не думаю, что я – какая-то «достойная», кто угодно мог утонуть в том озере.

–Кто угодно и тонул, мисс Пейсли, но Розмари выбрала вас, насколько мне известно. Вы когда-нибудь задумывались о значении вашего имени? Вивиан-Лекси Пейсли – живая защитница церкви, это почти как защитница мира. Всё сходится к одному. У всех ребят есть дома, периодически они навещают свои семьи, в эти детали я посвящу вас завтра, когда вы познакомитесь со всеми.

–Я не думаю, что это хорошая идея. Простите меня, пожалуйста, но я и сил этих не желала. Мне стоит вернуться домой. – Говорю я, встаю со стула и шагаю к выходу из сказочного замка.

–Что ж, теперь вы знаете, где нас найти. – Только эти слова произносит мистер Риддл, который даже не пытается меня остановить. Это к лучшему.

Я повторяю свой путь к лесу, на улице стало в разы темнее, и отдельное спасибо светлячкам, которые сопровождают меня до чащи. Чувствую себя очень глупо. Вломилась в чужие покои среди ночи, точнее в чьи-то роскошные покои, где теперь, по сути, мне и место, напилась сока и ушла. Как же некрасиво это выглядело со стороны. Но что ещё мистер Риддл хотел от меня услышать? «Ух, ты! Всегда мечтала жить в параллельном мире и спасать Землю от нечисти» – так я должна была ему ответить? Мне нужно время, чтобы хотя бы осознать, что я теперь ведьма, а он говорит о том, чтобы я бросила всю прожитую жизнь и жила в четырёх стенах. Так что я не собиралась больше отнимать ни своё время, ни время Риддла.

Дойдя до пункта назначения, я осознаю, что здесь нет зеркала. Как мне вернуться? Светлячки пролетают вперёд, чуть дальше в лес, я следую за ними и замечаю сверкающий перелив, похожий на северное сияние, меж двумя молодыми осинами. Я протягиваю руку, и та растворяется.

–Спасибо, – говорю я своим проводникам и прыгаю в портал.

8 глава.

Светало. Я всё ещё не сомкнула глаз. Я дома меньше недели, зато уже побывала в другом измерении, была избита в переулке и стала ведьмой, которая должна защищать Землю – да это самая насыщенная неделя в моей жизни! Я думаю о предложении Риддла, взвешиваю все «за» и «против». Я чувствую, что точно попаду в замок ещё раз, потому что хочу познакомиться соСветлыми и узнать, как они со всем этим справлялись на первых порах; но жить в другом измерении при живом отце, да на предпоследнем курсе колледжа, кажется мне абсолютно нелогичным и бессмысленным. А с другой стороны – это лучший способ сбежать от проблем.

Тот факт, что Кристиан – Тёмный, меня просто поражает. Разве может человек, внутри которого живут злые и темные силы, спасти прохожую девчонку от беды? По идее, он должен был присоединиться к тем насильникам, а не стрелять в них молниями. Да и, как всем известно, глаза – зеркало человеческой души, и в его красивейших бездонных синих глазах не было вселенской ненависти и злобы. Хотя то, как он поступил со мной прошлым, да и позапрошлым вечером меня очень обижает, я всё равно всегда буду воспринимать его как человека, спасшего мою жизнь. Как бы я хотела, чтобы он открылся мне… «Вивиан, где твоя гордость?!» – спрашивает меня мой внутренний голос, а я не знаю, что ему ответить. Мозгом я хочу на него злиться, но сердце вспоминает его крепкие руки, глубокий взгляд, кривую улыбку, и злоба исчезает. Даже боюсь представить, какой окажется наша следующая встреча.

Сегодня приезжают Грейс и Айзек, и я не знаю, стоит ли посвящать Грейс в историю, которую мне поведал мистер Риддл; и стоит ли вообще рассказывать ей о самом Риддле. Хотя Грейс я обязана многим, особенно за её поддержку, без неё я бы продолжала считать себя сумасшедшей, отворачиваться от неё ни в коем случае не собираюсь, поэтому принимаю решение рассказать ей всё, как только мы встретимся.

На часах 9 утра, и я понимаю, что сна мне уже не видать. Я встаю с постели и начинаю потихоньку убираться в доме и звоню отцу, чтобы узнать, как идут дела. В 12 звонит Грейс и просит о встрече, я приглашаю её к себе. Когда подруга появляется на пороге, я провожаю её в кухню. Сегодня моё рыжеволосое чудо одето в мешковатый спортивный костюм, видимо, на даче она отъедалась (Грейс всегда носит мешковатые вещи после срывов).

–Привет, Ви, – обнимает меня Грейс, – Как ты? Как самочувствие?

–Привет, дорогая, кушай, – отвечаю я, кладя блинчики перед Грейс, – Даже не знаю, как у меня дела. Я встречала того «метателя молний», которого теперь можно называть Кристианом, дважды.

–Мне нужны все подробности! – выпаливает Грейс, заталкивая блинчики в рот.

И я рассказываю Грейс о голосе из зеркала, о словах Розмари, о другом мире, и о том, как я в него попала.

–Вот это да! Ты у нас – защитница! – восторженно смотрит на меня Грейс, – Но ты так и не рассказала про Кристиана.

–Тогда ночью, он принёс меня домой. В первую нашу встречу он был не особо разговорчив, а во вторую применил своё электрическое поле на мне, но зато я теперь знаю, что он – Тёмный.

–Погоди, но ведь Тёмные – зло, зачем он спасал тебя той ночью?

–Грейс, ради Бога, у меня с каждым днём всё больше вопросов и всё меньше ответов.

–Да, подруга, вот это ты попала. – Покачивая головой, произносит та, – Когда собираешься сказать отцу о своём «переезде»?

–Чего?! – я ошарашено смотрю на Грейс, – какой переезд? Ты представь, что будет, когда папа увидит, на что я способна! Да его отсюда с инсультом увезут! А ты говоришь про жизнь в другом измерении. Плюс, я тебя здесь одну не оставлю, как и карьеру журналиста.

–Вивиан, как ты не понимаешь, у тебя теперь другое призвание, которое в тысячи раз интереснее и достойнее любой колонки в журнале. О тебе легенды слагать будут!

–Всё, Грейси, перестань. Ты так просто об этом рассуждаешь, как будто я просто перееду в Мэн к тётушке. В этом замке я никого не знаю, я пока ещё ни к чему не готова.

–Хорошо-хорошо, остынь. Я ещё заметила такую вещь: ты как-то странно говоришь о Кристиане. Я почувствовала какую-то досаду и печаль в твоём голосе.

–Ну… – я краснею, и Грейс всё понимает.

–Неужели малышка Вивиан влюбилась? – спрашивает Грейс, подбивая меня локтем.

–Да какая любовь, Грейси! – с той же досадой отвечаю я, – Просто я не ожидала увидеть под капюшоном то, что увидела. Лучше расскажи, как вы съездили, хватит с нас мира магии.

–Как, по-твоему, дети ездят на дачу с родителями? Правильно, как на каторгу. Уборка, посадка, раскопки, лес, собирательство – все мои любимые занятия всего за одну поезду! Не без поджаренных на костре зефирок, конечно, это было моим единственным условием поездки.

–Ох, Грейс, как бы я хотела вчера быть с тобой на даче. Лучше бы я полдня пересаживала цветы и собирала грибы, чем разбиралась с этими навалившимися проблемами.

–Ви, ты так же должна понимать, что теперь на тебе лежит большая ответственность. – Эти слова Грейс заставили меня задуматься.

–Чёрт, ты права… – только и отвечаю я, а у самой в голове происходит Армагеддон.

–Нам пора отвлечь тебя от этой суматохи, – Грейс поднимается со стула, убирает посуду в раковину и встаёт, сложа руки, – А как девушки отвлекаются? Правильно – шопинг!

Мы с Грейс поехали в ближайший к нам торговый центр, в котором всегда закупались одеждой и канцелярией к новому учебному году, поэтому меня настигла ностальгия. Как же хочется снова стать школьницей, на плечах которой не лежит ответственность за каждое решение. Живёшь в своё удовольствие, главное – учить. В школе ты все 12 классов мечтаешь стать самостоятельным и независимым человеком, но так как первые курсы колледжа полностью поглощают твоё время, у тебя просто нет возможности устроиться на приличную работу и обеспечивать себя, только подработки. На подработках съехать от родителей вряд ли получится, поэтому в течение ещё пяти лет ты мечтаешь об этой независимости, и вот когда ты её, наконец, получаешь, осознаешь, как глупо было столько лет грезить о таком. Нужно было радоваться каждому дню, наслаждаться всеми моментами, гулять, развлекаться, искать себя в любой творческой сфере, найти себе хобби, потому что больше на это времени у тебя нет. Во всяком случае, в том количестве, котором было.

Хотя на самом деле, когда на чаше весов у меня с одной стороны встанет карьера, а с другой семья, я больше склоняюсь к выбору семьи. Эти роскошные леди, которые пьют вино вечерами в одиночестве, никогда не были для меня примером того, как нужно прожить свою жизнь. В свою очередь, на вопрос о том, почему они не захотели в своё время создать семью, отвечают тем, что не хотели тратить лучшие годы на подгузники и бессонные ночи, что их фигура бы утратила статный вид, а, значит, мужчин бы они тоже потеряли (они просто не верят в долголетние счастливые браки). И жить всю жизнь ради себя любимой – не для меня. Я уже вижу, как радуюсь первому слову, первому зубу, первым шажочкам своего ребёнка, а не десятому мужчине и дорогому алкоголю.

Мы с Грейс накупили кучу вещей на осенне-зимний период и решили сходить в кино. Объевшись попкорном, мы отправились по домам, потому что с пакетами было идти тяжело, да и дома нас ждало задание по биографии писателя на завтрашнюю пару. С каждым днём вечера становились всё холоднее, но осень – моё любимое время года, а вот Грейс идёт и стучит зубами, возмущаясь окончанию лета. Проводив её до дома, я отправляюсь к себе, разбираю пакеты, делаю задание и ложусь спать. Сегодня был первый день, напоминающий мою прошлую обыденную жизнь. Спасибо, Грейси.

9 глава.

Утром я привожу себя в порядок и выдвигаюсь в колледж. Сегодня я впервые видела обычный сон, никаких ведьм, Кристиана и других миров, что даёт мне надежду на то, что я всё-таки смогу продолжить жить своей жизнью.

Время на парах сегодня идёт со скоростью улитки, я уже просто не знаю, чем себя занять, разрисовав половину тетради пейзажами из другого измерения. Когда приходит время физкультуры, я действительно радуюсь, потому что отсидела уже все части тела, а любимый волейбол будет очень кстати. На этом заканчивается второй день из моей обычной непримечательной жизни, и я отправляюсь домой, чтобы подготовиться к завтрашнему тесту по предмету журналистики. «Привет, ещё одна бессонная ночь!» – говорю я себе, садясь в трамвай.

Когда я выхожу на своей остановке, и собираюсь повернуть в сторону дома, замечаю странное движение на дороге. Мальчик, лет четырёх, выбегает вперёд трамвая, который уже начал своё движение, и в тот же момент в его сторону летит неуправляемый Ниссан, который уже пересёк две сплошные. Время как будто замирает. Я слышу пронзительный крик матери малыша, которая пытается успеть добежать до него, сигналы гудков автомобиля и восторженные охи беспомощных наблюдателей. Моё тело реагирует само, и я рефлекторно бегу к малышу. Когда я цепляю его тело рукой и прикрываю собой, а трамвай вместе с машиной оказываются уже в сантиметрах от меня – я взлетаю.

Вокруг меня фиолетовый туман, волосы развиваются на ветру, и я чувствую прилив мощнейшей силы и энергии. Руки мне уже не поддаются. Меня как будто разрывает изнутри от этого скопления мощи, и я расправляю руки в стороны и громко кричу. В этот момент моё тело посылают такую сильную волну, которая отталкивает трамвай и автомобиль, а прохожие просто не могут устоять на ногах и их также отбрасывает немного назад. Когда эта волна заканчивается, я обессиленная падаю на асфальт, рядом с мальчиком, который не отрывал от меня всё это время глаз.

Водители выходят из машин, некоторые прохожие убегают, а оставшиеся тычут в меня пальцем. У водителя трамвая по лбу стекает кровь после столкновения с лобовым стеклом, а это значит, что пострадали и пассажиры. Мать мальчика подбегает к нему, хватает и говорит мне:

–Руки прочь от моего сына, чудовище! – она уходит с дороги, и я вижу лицо мальчика, чьи губы беззвучно говорят «Спасибо».

–Ведьма! – Кричит кто-то из толпы.

–Вызывайте полицию, она ведь монстр!

–Эй, ты погнула мне капот!

Я поднимаюсь с земли полностью опустошённая. Оглядываясь по сторонам, я осознаю, ЧТО я только что натворила и чем это уже оборачивается. От прохожих в ушах стоит гул, и я бегу прочь, как можно дальше от этих людей.

Паника овладевает мной, она двигает мои ноги с такой скоростью, что олимпийские спортсмены бы позавидовали. Я вбегаю в дом, закрываю дверь на все три замка, падаю на пол и истерически всхлипываю и содрогаюсь в рыданиях. Что же я наделала, а если я кого-то убила? Я ведь просто хотела спасти малыша! Что теперь будет? Меня будет искать полиция? Я включаю телевизор в гостиной, протирая глаза от слёз, и переключаю на новостной канал, где увиденное заставляет меня закрыть рот руками и упасть на диван.

«Срочные новости.

В спальном районе Портленда, прямо на трамвайных путях, сегодня произошло нечто странное. По словам очевидцев, некая девушка-блондинка выбежала вперёд трамвая, чтобы спасти маленького мальчика, оставленного без присмотра, то, что люди увидели дальше, они назвали «Фиолетовым туманом».

Как сообщает водитель трамвая – Джереми Баклер, «Девица пустила туман, взлетела и оттолкнула от себя трамвай и ниссан! Вы представляете?! Да она – ведьма!»

К сожалению, камерам наблюдения в этой части не удалось зафиксировать молодую леди, так как они, почему-то, именно в этот промежуток времени прекратили работу. Очевидцы, все как один, не могут дать описание девушки – вся эта ситуация напоминает цирковое выступление. По только что поступившей к нам в студию информации, трое пассажиров трамвая госпитализировано, ещё один прохожий при падении повредил голову, а пьяный водитель нисана покинул место происшествия, бросив автомобиль, полиция уже ищет нарушителя, как и молодую леди. Обошлось без жертв».

Я выключаю телевизор и смотрю на черный экран. «Я навредила людям». – Думаю я, – «Я опасна. Меня считают монстром». Судорога охватывает каждую часть моего тела и меня начинает тошнить, я бегу в туалет, прощаюсь с содержимым желудка и пытаюсь придумать, что делать дальше. От раздумий меня отвлекает телефонный звонок.

–Я уже иду к тебе. – Говорит запыхавшаяся Грейс.

–Не стоит, – Но тут же слышу звонок в дверь. Я спускаюсь, приподнимаю шторку у окна, чтобы удостовериться, что Грейс одна, и открываю ей дверь.

– Вивиан! – Крепко сжимая и вытирая мои слёзы, произносит Грейс, – не буду спрашивать, что случилось, ты вряд сама решила сделать такое.