Забытое царство. Страна серебряного лотоса

Глава 3 – Мифы. Создание мира

Когда-то на земле был один большой остров, и огромные моря омывали его. Жили Фатумы подле людей постоянно, и не жалели они своих сил для них, ибо относились они к ним как к своим детям.

Фатумы под предводительством пяти высших существ, учили людей ремёслам, дабы сделать их жизни проще и счастливей, а род Фатумов наполнить смыслом и ликованием. Учили фатумы людей земледелию, животноводству, инженерии и искусству, ибо решено, было Высшими, облегчить судьбу человеческую. И даны были людям знания, дабы осознали они всю красоту дарений.

Люди любили фатумов и были счастливы, возводили храмы в честь них и носили подношения. Фатумы верили людям и доверили им страшную силу, способную убить даже их. Дали они людям священный рунный огонь. Он обладал великой силой, ибо огонь, разожжённый на рунах, не потухает. Пламя его может гореть вечно и обладает большим жаром, который согреет людей в самые холодные зимы.

Фатумы умолчали о том, что рунным огнем можно убить их. Но любопытство людей не имеет границ, как и их коварство. И спросили люди, властны ли Фатумы над этим огнём? И ответили Фатумы без утайки, что огонь этот не только пользу великую может нести, но и смертельно опасен для них. Ибо доверие Фатумов к людям было безгранично, как доверие родителей к собственным детям. Они не боялись людей, как родитель не боится своих детей.

Но люди поняли слабость Фатумов и почувствовали власть над ними. И один из людских правителей приказал своим подданным построить храм из рунных бревен, а вокруг него, выкопать ров наполнив рунными поленами. Люди не могли перечить своему правителю и покорились. Зная о безграничном доверии Фатумов, правитель пригласил одного из них в этот храм, поднося это как благодарность. И просил правитель ожидать внутри храма, ибо ему не гоже в этом месте находится. Но стоило Фатуму войти внутрь, как двери за ним захлопнулись, а ров вокруг храма наполнился реками рунного пламени.

Всю свою жизнь правитель просил Фатума исполнять его желания. И процветало его государство больше всех, а люди жили в нем богато и счастливо. Но даже тогда, Фатум не злился на него, как родитель не злиться на шалости ребенка. Он смиренно ждал, когда дитя наиграется и одумается. Но когда правитель попросил Фатума дать ему бессмертие, Фатум отказал ему. Ибо не может он, дать того, что не в его власти.

Тогда правитель разозлился и пригрозил Фатуму смертью. Но Фатум снова отказал ему и только смиренно поклонился перед человеком. Но старому человеку не нужно было более его смирение. Он боялся смерти.

Разъяренный правитель поджег храм, а Фатум умер в ужасных муках, разрываемый рунным пламенем. И почувствовали другие Фатумы это, тонкой связью между ними. Ощутили они боль своего брата. Но хоть и злость и переполняла их сердца, они боялись. Боялись поддаться ей, так как люди смысл их существования.

Тогда один из высших существ спустился на землю. И, махнув крыльями, раздул весь рунный огонь на человеческие жилища. Люди бегали и кричали, сгорая заживо вместе с душами. И спустился второй дух, покрутив хвостом, разъярил всех животных на суше. Стали грызть они людей и загонять их в бушующее пламя. И спустился третий дух, ударив копытами, и от удара этого, вся земля потрескалась. Гонимые огнем и животным люди, падали в бездну, разбиваясь об острые камни. Четвертый дух покрутил пальцем в воздухе, и создал смерчи пыли. Что собирали все на своем пути, уничтожая государства.

А последний, пятый дух прыгнул в океан, и создал огромную волну, что накрыла землю и растащила по кусочкам в разные стороны света.

Так разозлились высшие духи, как родители злятся на обидчиков детей своих. И забрали духи, своих детей в Царство, где дали им кров и защиту. С тех пор Фатумы не жили более в человеческом мире, а создали свой собственный в мире и гармонии.

Глава 4

Луна наконец-то освободилась от туч и принялась блистать во всей своей красе. Ее свечение немного мрачное, голубовато-серебристое, это так необычно для меня наблюдать. В Царстве нет дня и ночи. Там всегда стоят сумерки, окрашивая небо в пурпурно-желтый, слегка белый цвет. В людском мире цвет неба меняется постоянно. На закате оранжево-синий, днем темно голубой и даже бело-синий, потом ночью черный. Украшали луну не только облака, но и маленькие светлые точки. По истине завораживающие зрелище. – Красиво! – отвлекшись на луну, протягиваю я. Сторин завис в раздумьях, разглядывая темноту. Для него возможно свет луны, был привычным, но во мне он вызывал бурю эмоций.

– Пойдем! – он схватил меня за запястье и потащил вглубь одного из переулков. От неожиданности, я пару раз споткнулась. Но он тянет меня так сильно, что даже если бы я упала. Он бы точно протащил меня по земле пару метров, прежде чем заметил это.

Хоть наш клан и отличается хорошей ловкостью, моя рассеянность иногда препятствует этому убеждению. Конечно, мне пришлось намного больше тренироваться, чтобы реже падать из-за собственной глупости. И без брата здесь не обошлось. Пока он учился в академии. При каждой встречи он старался поставить мне подножки. Что натренировало меня намного лучше, чем любые другие занятия.

– Что, не свалилась? – слышу, как он улыбается. Мне даже не нужно видеть его лицо, чтобы это понять. Нутром чую, лыбится во все клыки.

– Я ловкая, как и ты, может даже ловчее?! – задираю нос.

– Знаю, просто соберись! Не отвлекайся! – уже серьезно говорит он – Прислушайся.

Брат тащил меня, не сбавляя темп. Мое запястье немного заныло от его хватки, но я знаю, что он старается не сдавливать слишком сильно. Надеюсь на это, думаю я, сверля ему затылок. Он слега ослабляет хватку. Я постаралась сосредоточится и что-то услышать. Или учуять. Не знаю. Закрываю глаза. Глубоко вздыхаю и напрягаю свой слух, интуицию, нутро. Что-нибудь, что даст мне желаемый результат. Все звуки вокруг смешиваются, образуя большой темный комок нитей золотистого цвета. Я хватаюсь за одну из них.

– А я ей говорю, не научишься нормально готовить, отправлю в монастырь! – какой-то мужской голос.

– А она че? – другой мужской голос, повеселей.

– А она говорит: «Тогда кроме сухой каши – жрать больше ничего не будешь». Раздается мужской хохот.

– Кто это? – пришёптываю я. Этот язык мне не знаком, но я, понимаю его. Воображение?!

Снова напрягаю слух. Слышу веселую музыку. Звуки переливания жидкости из сосуда в сосуд, по консистенции похожей на кровь. Шипящую кровь. Треск поленьев в костре. Звон метала. Открываю глаза. Эхом в ушах раздается громкий смех и вопли. Мне страшно. Какие бы мы не были сильные, людей все равно больше. Что они там делают?!.

– Давай, быстрей не отставай – поторапливает меня брат – здесь нужно скорей закончить и переместиться в другое место, там я смогу наглядней тебе все показать.

Он опускает мою руку. Сосредотачивается, больше нет возможности. Я в панике ускоряюсь, и прячусь за его спиной, стараясь не отставать. Я не хочу разглядывать то, что там, впереди. Я не хочу больше слушать, то, что нашла. Наша дорога все сужается и сужается. А дома, как будто надвигаются, обретая демонические лица и желая нас раздавить.

Страх пытается окутать меня полностью, затрудняя движения. Так странно. А ведь я считала себя одной из самых смелых. Задирала остальных, и даже говорила, что легко пойду на турнир и выступлю против клана Фригусов – клана снежного волка, или Террасов – клана земляного буйвола. Но стоило мне здесь оказаться, все пропало. Я сжимаю на спине рубашку брата и стараюсь не зареветь. От чего он резко останавливается, а я на всей скорости врезаюсь носом ему в спину. Это определенно немного приводит меня в себя.

– Ай-яй-яй-яй! – тру я нос, прыгая на одной ноге.

– Ты чего? – нахмурившись, спрашивает он.

– Ничего – мне не хочется, чтобы он увидел мои надвигающиеся слезы, поэтому я старательно смотреть куда угодно, только не ему в глаза.

– Пинка дать? – приподнимая одну бровь, он смотрит на меня так сильно, что я чую, чую как он сверлит меня взглядом. Иногда мне не хочется, чтобы у нас была такая сильная связь.

– Ой, да ладно. Ну и испугалась немного. Что с того. – Нехотя признаюсь я, стараясь все также избегать его взгляда.

Он тяжело выдыхает – Чего на этот раз?

– Я услышала – говорю себе под нос я

Сторин наклоняется к моему лицу и сверлит взглядом еще сильней – Что, что ты там пропищала?

– Услышала я! – уже чуть вскрикивая, говорю я – Услышала мужской хохот, и гул, и переливание крови из стаканов и бушующие пламя! – на всякий случай преувеличиваю я. Но сама не зная зачем. Как будто это остановить моего брата.

– Я ничего такого не слышал! – задумчиво отвечает он, снова подымаясь во весь рост. Он на секунду замер, почесывая подбородок. – Думаю нужно посмотреть! – решительный кивок и он разворачивается в сторону звуков.

– Стой! – взволнованно кричу я – Стой! Что ты делаешь? Зачем? Давай вернемся – я тяну его за рукав рубашки и пытаюсь остановить. Страх за него перекрыл все мои тревоги о себе.

– Поздно! – мрачно говорит он и останавливается.

Я нехотя, выглядываю из-за его спины. Мы возле двери. Огромной массивной деревянной двери, под стать роста моего брата. Такой большой, для этого двухэтажного кирпичного дома. Над дверью нависает козырек, с чугунными, витиеватыми обрамлениями, на одном из которых болтается привязанная холщовой веревкой с двух сторон дощечка. Она, мрачно раскачиваясь от малейшего ветра, издает немного скрипящий шлепок. Пришли – осознаю я. Звуки уже совсем близко, прямо здесь, за этой величественной дверью. И не нужно прислушиваться, чтобы их разобрать. В горле появляется комок. Сторин, уверенно, ладонью правой руки, прикасается к двери. Его лицо становиться серьезным и угрюмым.

– Не надо – умоляюще смотрю на него я, пытаясь остановить.

– Нам нельзя отступать. – с горечью в глазах, но храбростью в сердце, шепчет он, поворачивая на меня взгляд и… проваливается сквозь дверь. Сердце уходит в пятки.

– Сториииииииин! Неееееееееет! – визжу я и прыгаю за ним – Нет! Нет! – продолжаю я визжать, хватая руками воздух. Сердце разрывается. Я должна, я просто обязана его спасти. На этой мысли я набираюсь мужества, и открываю глаза. Не сразу, но все же до меня доходит, вся глупость моего поведения.

Что? – вырывается у меня изо рта.

Сторин, как ни в чем не бывало, сидит на одном из деревянных стульев, где люди играют в какую-то игру. Беззаботно пьют желтую жижу из железных кружек, и смеются, от пустой болтовни. Но по сравнению с братом, они кажутся намного меньше и неказистей. Кожа у них заметно тускней, а в лицах нет и доли очарования.

Комната освещена мягким, чуть приглушенным светом свечей, что расположились на столах и стенах. Все помещение неказисто обито деревянными рейками, лишь чугунные опоры для полок и свечей, добавляют немного шарма своими изгибами. У людей определенно своеобразный вкус к жилищам.

Брат, заметив меня, беззаботно кричит – Быстро же ты! Давай сюда, кое-что покажу! – от былого горя в глазах ничего не осталось. Он абсолютно спокоен и расслаблен. Сидит рядом с людьми. А они…, а они его не замечают. Все правильно, они же уже взрослые.

– Хитрый ЛИС! – со злостью вырывается у меня изо рта, от чего мой хвост ежиться вверх. Прошло столько времени, но я все рано поддаюсь на его шутки. От этого еще обидней. Не знаю радоваться сейчас тому что он жив. Или прибить его самой. – Ты обманул меня! Я думала, ты тут в бою, уже помираешь!

– Я?! Да помираю?! – он громко засмеялся – От кого? От них? – смех стал еще громче, уже до слез.

Мне ничего не оставалось делать, как молча подойти к нему и сесть рядом, скрутив губы бабочкой. За столом сидели три мужчины, а позади каждого из них, стояли зрители. Мужчины и женщины в простых холощеных одеждах. Женщина в сером длинном кафтане, довольно крупного телосложения, разносила желтую жижу. Ее бедра качались из стороны, широкой амплитудой, временами расталкивая стулья или людей. Но это определенно никого не смущало.

– Дурак! – бубню я, и перекрещиваю ноги в косичку.

– Аххах, кха кха – заканчивает он смеяться, вытирая наступавшие слезы в уголках глаз. – Фууух, ну и насмешила ты меня. Я думал, ты прикалываешься. А ты и правда боялась, что ли? Все-таки наша разлука ослабила твое чутье.

– Нет, ни ослабила. Просто как ты себе это представлял? – возмущаюсь я. – Я этих людей отродясь не видела, и что они делают, знаю только из мифов, легенд, ну и с книг дарителей фортуны. Там конечно все по-другому. Может немного, мягче. Но! Знаете ли, мифы и легенды никто не отменял!

– Кхмм, – откашливается он. – Нет, ты точно отличница?

– Конечно! – задирая нос, отвечаю я! – Конечно, я много чего упустила из нашего образования. И в моей голове только жалкие обрывки. Но я точно не могла ошибаться. Я видела собственными глазами все эти ужасные картинки. Признаться, честно только они меня и интересовали. Особенно в последнее время, перед тем как спуститься в людской мир.

Сторин понимающе взглянул на меня – Я понимаю, что те, кто практикует применение фортун, не рассказывают ничего о людях, так как это запрещено. Свое мнение о них, каждый формирует сам. Так как оно влияет на наши решения. Мы должны полностью руководствоваться своим нутром – тяжело выдыхая, продолжает он – ты не представляешь, как тебе повезло, что я рядом! Другим нельзя, это табу!

– Я знаю – опуская взгляд вниз, соглашаюсь я. Скорей всего он прекрасно знает о моих «успехах» в академии. Знает о моей популярности, если язвительные колкости в мой адрес можно так назвать. Именно поэтому я редко вникала в суть наших уроков и старалась держаться особняком. Выстроив огромную стену между собой и своими одноклубниками.

Он снова вздыхает – На самом деле я нарушил это табу.

– Чтооо? – притворно удивляюсь я. Хотя знаю. Знаю, что нарушал. Знаю, чем рискнул, чтобы сейчас сидеть здесь, рядом со мной. Знаю, почему так сделал.

– Мой первый день на практике был ужасен, как и второй и третий. И вообще весь первый линар просто один сплошной кошмар.

Такого я точно не ожидала услышать. То, что у Сторина что-то не получилось сделать с первого раза, было для меня невероятным. – Как? Что они с тобой сделали?

– Да вот именно! Ни-че-го! – брат насмешливо улыбается – Я сам себе столько всего надумал и придумал. От чего совершил множество ошибок. А главное, я не дал и шанса людям, поменять мое мнение о себе. Как и ты сейчас. Мы с тобой и правда, родственники. – Сторин оглядел меня с ног до головы и поправил себя – Только я не плакал от страха.

– А я и не плакала! – вновь задирая нос, парирую я – Я сдержалась!

– Да, да! – он закатывает глаза.

– И?! Зачем ты пришел раз нельзя? – решила подразнить его я.

– Я просто тебе покажу как. А что и кому, ты уже и сама решишь.

– Загадочно – задумываюсь я.

– Смотри на них – брат мотает головой в сторону людей – Они играют в игру, я не знаю ее правил, но нам это и не нужно. Просто наблюдай, кто, когда радуется, а кто злится или нервничает.

Я внимательно начинаю смотреть за игрой. Трое мужчин, что играют за столом, были очень скромно одеты. Растянутые холщовые рубахи, и растянутые кальсоны темно-коричневого цвета. Двое, из них, были в легких кожаных шлепанцах. А щуплый мужчина с пухлыми губами, был и вовсе босиком. Сомневаюсь я, что это было нормально для людей не носить обувь. Жаль.

Вернув свое внимание на игру, я задумалась. Лысый мужчина, слегка пухлого телосложения, размахнувшись рукой, бросил на стол кубики с точками. Когда кубики остановились, он задумался. Тихо, ели слышно он посчитал точки на обоих кубиках. Снова задумывается и переворачивает картонку на столе. Затем еще и еще одну, а после забирает себе одну из картонок, складывая в стопку рядом с собой. Сказать, что я ничего не поняла, ничего не сказать. Бессмыслица какая-то! Бррр… я встряхиваю голову я и тру себя по щекам. Еще раз!

Второй, тот который щуплый и с пухлыми губами, забирает у него кубики. Аналогично лысому бросает их на стол. Переворачивает четыре картонки, забирает две.

– Эй, почему четыре уже, в прошлый раз три было! – уже вслух вскрикиваю я

– Да я же сказал, не вникай. Люди столько игр для себя придумали, все правила не запомнишь!

– Сейчас! Я последний раз попробую и все – моя гордость не давала мне остановиться.

– Ну, дерзай – брат в безнадежности оспаривать мое решение, облокачивает голову на кулак.

Я, закрывая глаза, глубоко вдыхаю и выдыхаю. Раз, два, три. Открываю. Так! Бросаем кубики, считаем точки, открываем три картонки… забирает одну. Что они говорят там себе поднос? – «Чет, не чет. Не чет, не чет». Каждый из них бубнил чуть слышно эту мантру. Другой берет кубики, бросает, считает точки, опять открывает три карты. Берет одну. Складывает в кучку. Следующий берет кубики, бросает. Считает точки, открывает четыре картонки, забирает две, складывает в кучку, расстраивается.

– Хммм…..-промычала я, почесывая подбородок – Кажется, я поняла смысл игры!

– А? Да? И какой же? —Сторин, озадачено хлопает глазами. По-видимому, я вырвала его из сна, своим неожиданным умозаключением.

– Слушай! Каждый по очереди кидает кубики и считает точки на них, если сумма точек нечетная, то он переворачивает три картонки, выбирает ту что, понравиться, и складывает себе в кучку. А если четное количество, то можно перевернуть четыре картонки и забрать себе уже две понравившихся.

– И? В чем смысл?

– Раз тот, кто две забрал расстроился, значит либо проигрывает тот, у кого больше в кучке картонок или он просто расстроился, потому что они ему не очень нравились.

– Определенно первое.

– Думаешь?

– Уверен!

– Тогда зачем они их выбирают? – я снова задумчиво тру щеки.

– Говорю же, это не имеет никакого значения!

– Но? – снова удивляюсь я, не жилая оставлять все как есть.

– Если ты сейчас не успокоишься, придется писать объяснительные! Все! Доставай свой блокнот, и заканчиваем здесь.

– Как уже? – я неспешно, вытягиваю блокнот из своей поясной сумки – И, и что писать?

– Ну как что писать?! – возмущается брат – Вас же этому в академии должны были научить.!

– Эм… ну тогда..эммм… пусть мужчина с пухлыми губами к концу игры наберет меньшую кучку картонок из всех игроков. Пойдёт? – вопросительно поворачиваюсь я к брату. Он закатывает глаза.

– Это твое нутро!!! И то что ты решила, формирует твое отношение к людям! – раздраженно отвечает он – Зачем в слух то мне говорить?

– Значит, пойдет. – резюмирую я, не обращая внимание на его раздражение. – главное никого не убить и не развязать войну. Фухх! – я спешно пишу когтем на листке чернильным песком свое решение. Ловким движением руки я отрываю золотой листок, и зажимаю в руке. Медленно подношу ко рту и замираю, поглядывая на брата.

– Ну? Чего ждешь? Кодовое слово придумала или нет, чтобы активировать фортуну? – несдержанно поторапливает меня он.

Я закрываю глаза и уже не слышу его. Конечно, все я придумала. И уже давно. Но как же это приятно иногда его раздражать. Чувствую, как он пристально на меня смотрит. Но нужно быть осторожней. Если случиться так, что это он взбесит меня. Я могу не выдержать и обозвать его дураком, или еще как-нибудь. Тогда это слово останется активатором моих фортун до конца моих дней. А это определенно меня не устраивало.

Я вновь сосредотачиваюсь, но уже серьезно. Мне необходимо зацепить ту силу, которая должна активировать фортуну. Я стараюсь прислушаться к своему нутру. Оно прячется где-то между сердцем и животом, там в глубине моего тела. Тихо. Я чувствую, как воздух наполняет меня при каждом вдохе и стремительно выбегает обратно при выдохе. Чувствую, как наполняется мое тело силой. Вдруг где-то изнутри, еще глубже и ближе к позвоночнику, чем я себе представляла, неведомая мощь, начинает толкаться и рваться наружу. Через сердце к горлу, пока не достигает моих уст. Слово… она ждет, когда я произнесу заветное слово. От которого она вырвется. Немного еще подержав эту мощь где-то в горле, я еще раз думаю над ним. И теперь я точно уверена, что это именно оно.

Я резко открываю глаза и на долгом выдохе, приглушенно протягиваю – Связь – сила стремительно вылетает вместе с воздухом на листок. Он срывается с моих пальцев, устремившись к цели.

Ничего прекрасней я никогда не видела. Золотой, легкий и тонкий листок, кружась в потоках созданного мною ветра, принимает на себя мягкие лучи свечного света. Он летит словно в танце, под свою мелодию, под свой ритм. Кружась и кружась. Но едва коснувшись лба мужчины с пухлыми губами, он вмиг вспыхивает светло-золотым пламенем, оставляя после себя блестящий золотистый пепел. Мелкие крупицы пепла, легко смешиваются с воздухом, перед самым тяжелым вздохом своей цели. От чего тот, рефлекторно начинает почесывать нос.

Сейчас его ход. Он пару раз молится, перекручивая кубики у себя в кулаке. Потом резкий взмах его грязной, волосатой руки и… на мгновение время замедляется. Кубик переворачивается несколько раз и падает на стол.

– Нечет! – вскрикивает он, расцветая в улыбке. Запрыгнув на стул босыми ногами, он оглядывает всех по сторонам. Он отчаянно ищет свидетелей своей удачи. Пара молодых, мужчина и женщина, стоявших позади него разразились в счастливой улыбке. Трудно было понять, какой у них был интерес от его удачи. Но их радость действительно была искренней. Я это ощущала.

Игра проходит по кругу, и вновь его ход. Снова «Нечет». Так повторялось каждый раз, когда он кидал кубики.

Уже погодя, другие стали перешептываться друг с другом, что, мол этого не может быть. А кто-то осмелился сказал прямо – «Мухлюешь ты! Не может быть нечет 6 раз подряд!». Толпа подхватила это, и начала стыдить мужчину с пухлыми губами.