Память веков

– Меньше разговоров, травник, – нетерпеливо прервал его барон. – Начинай.

Хелер с недовольством и обидой посмотрел на барона. Этот камень был его любимым детищем, и как смеет Гранселан так пренебрежительно к нему относиться.

– Ложись на камень, лицом в небо, – хмуро скомандовал Хелер. – Сегодня мы испробуем новое средство. Правда, я не до конца знаю, как это работает, – знахарь замолчал и почесал затылок. – Но это не столь важно, – продолжил он. – Ты перенесëшься в прошлое. В течение нескольких минут перед тобой будут появляться видения того, что происходило когда-то. Сам ты будешь как бы во сне. Будешь наблюдать со стороны. И будешь понимать, что это не реальность. По крайней мере, так этот ритуал описывается в книгах.

С каждым словом Хелер становился всё серьёзнее, Кригеру показалось, неувереннее.

– Я так понимаю, раньше ты не проводил этот ритуал? – спросил Кригер.

– Нет… Но я много читал о нëм!

Кригера слова знахаря не успокоили. Он не спешил ложиться на камень, продолжая разглядывать его с безопасного расстояния. Барон начал терять терпение:

– Мы что, весь день здесь будем торчать?

Хелер с удивлением посмотрел на раздражëнного барона:

– Что с тобой, Гранселан? Обычно ты лучше владеешь собой.

Лицо барона запылало. По нему было видно, что он хотел ответить резкостью, но сдержался. Уже более спокойно сказал:

– Начинай, Хелер. У меня сегодня ещё есть важные дела, а мы не знаем, сколько продлится твой… – Гранселан попытался подобрать едкое слово, но, ничего не придумав, выдохнул, – ритуал.

Хелер усмехнулся в сторону, так, чтобы барон этого не заметил и обратился к Кригеру:

– Не будем заставлять Его Милость ожидать, – излишне церемониально. – Давай начинать. Ложись на камень. На спину ложись, – добавил он, заметив, что Кригер раздумывает над позой.

– Будем надеяться, что всё будет так, как ты читал, – мрачно заметил Кригер, выполняя указания Хелера.

От прикосновения к холодной поверхности пробила дрожь. Кригер расслабился, стараясь унять её, посмотрел в небо. Солнце прорывается сквозь ветви деревьев, ослепляя, заставляя жмуриться. И, тем не менее, он рад тому, что тучи рассеялись. От этого настроение само по себе улучшилось. Холодный камень уже не так страшит. Крепнет вера в то, что всё получится. Не может не получиться.

Барон стоял чуть в отдалении и ждал. После слов Хелера о своей раздражительности, он решил больше не вмешиваться в ритуал. Всё равно он ничего в этом не понимает и никак не ускорит его. Поэтому будет просто зрителем.

Хелер дождался, пока Кригер устроится и привыкнет к холоду камня, посмотрел на барона, удовлетворëнно хмыкнул, оценив его самообладание. Достал из балахона несколько пузырьков.

– Где ты их прятал? – не удержался Кригер, внимательно следящий за действиями знахаря. – Ты как сундук с зельями. Может у тебя там припрятано что-нибудь расслабляющее и согревающее? Я бы не отказался…

– Смейся-смейся, пока можешь, – бросил Хелер, сверкнув глазами. Кригер осёкся и побледнел, не закончив мысль.

– Расслабишься потом, – улыбнулся Хелер, он не стал добивать и без того потерянного Кригера. – Вначале ты выпьешь этот зелёный настой, – Хелер взял один пузырёк и поставил его на камень. – Твои глаза закроются. Захочется летать. Скажешь мне, когда это произойдёт. Я волью тебе в рот эту жёлтую жидкость, – Хелер положил на камень рядом с первым второй пузырёк. – Я задам тебе вопрос: «где ты?» Ответишь мне, что в этот момент увидишь, где находишься. Тогда я обрызгаю тебя красной водой, – Хелер положил третий пузырёк. – И ты отправишься в мир грëз.

– Кажется всё просто… зелёный настой, жёлтая жидкость, красная вода и мир грёз, – голос Кригера звучал спокойно, но изнутри его пронизывал холод сомнений. Он старался сохранять присутствие духа. Усилия были тщетны. Решимость воина находилась под угрозой. Страх сковал его сердце. Как ни убеждал себя Кригер, что не страх, а холодный камень, упирающийся в спину, заставляет его дрожать, всё было бесполезно. Он дрожал. Он боялся.

– Раз тебе всё понятно, начнëм, – Хелер подал зелёный настой.

– Я не хочу знать, что это такое и из чего ты его сварил. Скажи только, что со мной будет, если всё сработает не так, как ты полагаешь, – Кригер ещë надеялся, что Хелер успокоит его. Но тот лишь в очередной раз ухмыльнулся, лишая последних надежд:

– Лучше тебе этого не знать… Я тебе потом расскажу, сработало или нет. Или уже не тебе. А может, вообще не расскажу.

Пока сомнения окончательно не лишили Кригера самообладания, он взял баночку из рук знахаря и быстро, залпом влил в себя содержимое. Замер, лёжа на камне, прислушиваясь к своим ощущениям. Вкуса он не почувствовал. Несколько мгновений ничего не происходило. Он смотрел в небо, изучая редкие, проплывающие мимо, облака.

Веки стали тяжелеть. Глаза сами собой закрылись. Не было ни сил, ни желания, открывать их. Ему стало легко, тепло. Облака приближались к нему, опускаясь всё ниже. Или это он поднимается над землёй, парит? Ветер подхватывает его невесомое тело и, словно пушинку, несёт…

Откуда-то издалека, еле слышно пробились наставления Хелера.

– Гла-за… Не открыва-ются… – язык не слушается Кригера.

Хелер только этого и ждал. Он приоткрыл ему рот и влил желтую жидкость, как он сам назвал это снадобье.

Кригер обмяк, затих. Его тело безвольно лежит на камне, заполняя ложбинку. Еле заметное биение вены на шее говорит о том, что он ещё жив.

– Где ты находишься? – громко и отчётливо спросил Хелер.

– У реки… – голос Кригера звучит неестественно, словно исходит из глубокого колодца.

– Что это за река?

– Название не помню. Широкая. Чёрная.

– Хорошо, – Хелер понял, что имел в виду Кригер. Река по ту сторону пустыни, в Моркорде. Широкая и чёрная. Чёрная река, так она и называлась.

Хелер разбрызгал красную воду над Кригером. Тот тут же издал тихий протяжный стон. Вена на шее замерла. Дыхание остановилось.

– Что происходит? – барон одним прыжком оказался рядом с Хелером после того, как Кригер сделал последний вдох. – Он умер?

– Успокойся. Всё так, как и должно быть. Так описан ритуал, – Хелер хотел придать уверенность своему голосу. Не получилось. Голос дрожал. – В любом случае, сейчас остаётся только ждать… – добавил он, помолчав.

Чёрная река разрезает каменистую равнину надвое. На берегу стоит человек. Фигуру его скрывает бесформенный серый плащ, а лицо – капюшон. Человек смотрит вдаль, на противоположный берег, где пятеро мужчин в боевом облачении суетливо садятся в лодку, то и дело, указывая на него. Человек не стал ждать, когда они переправятся. На той стороне реки владения императора. Моркорд. Он бежал из дворца. Преследователи, судя по всему, воины императора. У него не было желания с ними встречаться. Переправа займëт время. К сожалению, немного времени. Надо спешить. Уйти как можно дальше. Спрятаться в камнях, обильно разбросанных на этом берегу. И бежать, бежать отсюда. Он бросил последний взгляд на противоположный берег, развернулся и поспешил прочь от реки. Валуны, которые в большинстве своëм были выше роста взрослого человека, давали возможность укрыться от чужих глаз, а затем, когда всё успокоится, уйти от погони.

– Он где-то здесь! Не мог далеко уйти! – неожиданно совсем рядом раздался шëпот. – Смотрите внимательно. И, по-возможности, он нужен живым. Вы уж постарайтесь не сильно калечить.

Человек укрылся за камнем и замер, пропуская говорившего. Он не мог вступать в бой. Его противники находятся в большинстве и обладают внушительной силой. Каждый из них как минимум на голову выше его. Массивные тела с необычайной лёгкостью скользили между камнями. Он вдруг осознал, что ему не уйти. Его обнаружат. И, когда это случиться, надо, хотя бы, подороже продать свою жизнь. Стараясь не шуметь, он вынул меч из ножен и положил его перед собой. Проверил остальное оружие. На плечах в потайных карманах крепились несколько метательных ножей. Ещё один нож в кожаных ножнах был спрятан в сапоге. Арбалет… Отложен в сторону. Он сейчас не нужен. Действовать нужно наверняка, с близкого расстояния. Не привлекая внимания. Тихо.

Солнце медленно клонилось к горизонту. На каменную равнину спускался сумрак. Тени от камней становились всё больше, гуще. Человек воспрял духом. Спасительная тьма. В своëм сером плаще он не отличим от камня. Можно раствориться в наступающей темноте. Укрыться. Переждать. Не будут же они искать его тут до утра.

Совсем рядом раздались приглушённые шаги, из-за соседнего камня вышел один из преследователей. Он по-настоящему огромный. Облегающая кожаная броня подчёркивает мускулатуру, выделяя каждую мышцу. Великан идёт медленно, держа перед собой меч, готовый в любой момент пустить его в дело. Взгляд рыскает по камням. Человек сразу понял, отсидеться не получится. Как только великан приблизится, поравняется с ним, он его обнаружит. Оставалось только одно – использовать преимущество неожиданности. Человек замер, слился с камнем, затаил дыхание. Поднял меч, обернул его полой плаща, чтобы блеском лезвия не привлечь внимания врага раньше времени. Великан подошëл совсем близко.

«Ещё несколько шагов. Не смотри на меня», – мысленно заклинал человек.

Великан на расстоянии удара. Поворачивает голову в его сторону. Человек резко откинул полу плаща, выкинул руку с мечом, целясь в живот. Он вложил в этот удар всю свою силу, всё отчаяние. Звон металла. Великан отвёл удар. То ли он почувствовал, направленное на него оружие, то ли дала о себе знать выучка, но меч, который должен был проткнуть его насквозь, даже не поцарапал. Мало того, парируя удар, великан выбил меч из рук человека, и оружие с тихим звоном упало на камни. Рассмотрев нападавшего, великан заулыбался:

– Вот ты где, Родвир, а мы тебя обыскались! – его голос был таким радостным и искренним. Человеку на миг показалось, что это не враг, который несёт смерть, а старый добрый друг, с которым он не виделся добрую сотню лет. Это ощущение быстро прошло, так как великан ухмыльнулся, гадко, и с этой ухмылкой налëт дружелюбия сдуло с его лица. – Что же ты так быстро нас покинул? Пропустил самое интересное! Император желает видеть тебя, поэтому следуй за нами, – великан махнул мечом в сторону реки. Голос его был зычным, густым, громким.

Человек, которого великан назвал Родвиром…

«Родвир! Да, правда! Моë имя Родвир!»

Родвир понял, что сейчас на этот голос сбегутся остальные преследователи. Нужно срочно решать, как сохранить свою свободу и жизнь. А это возможно только, если заткнуть великану рот и вновь раствориться в камнях. Сейчас, один на один, у него был, хоть и маленький, но шанс на победу в схватке. Когда подойдут остальные, ничего сделать уже будет нельзя. Его скрутят и отведут к императору, а тот вряд ли пощадит. Сообщники великана разбрелись по равнине и, похоже, не слышали его. По крайней мере, никто не отзывался и не спешил на помощь. Меч лежал в двух шагах. Так близко, но так далеко, учитывая боевые навыки великана. Попытка поднять меч наверняка приведёт к смерти или, по крайней мере, к увечьям. А что если…

Родвир неожиданно выдернул нож из рукава и метнул его, целясь в шею противника, тут же второй – в ногу. Враг мастерски отбил ножи. Один, и, тут же, второй. Пока великан занимался ножами, Родвир прыгнул, в кувырке поднял меч, разворот, кувырок, меч вонзился великану в живот. Родвир с явным удовольствием провернул его в ране. Великан с удивлением и обидой посмотрел на Родвира, на свой живот с торчащим из него мечом, сжал кулак и шагнул в сторону обидчика. Родвир взял в руку нож, намереваясь воткнуть его в глаз врагу. Не понадобилось. Потратив последние силы на этот шаг, великан с жалобным стоном опустился на колени, заглянул Родвиру в глаза и упал на спину, вытянувшись на земле.

Родвир не стал терять время и ждать остальных. Он знает, что они рядом. Слышит их шаги и шёпот переговоров. Двое. Вытаскивать меч из тела поверженного врага некогда. Достав ножи, Родвир спрятался за камнем, сзади обошёл второго преследователя. С тихим свистом нож вошёл в шею верзилы. Перерезал артерию. Ещё несколько секунд и другой нож пронзил грудную клетку третьего в области сердца. Снова наступила тишина. Родвир напряг слух. В стороне, слева, что-то хрустнуло. Родвир с трудом уловил этот звук. Скорее угадал, чем услышал.

«Ещё двое, – подумал он. – Тех, кто переправился через реку. Кого я видел».

Сердце бешено колотится в груди. Азарт боя всегда нравился Родвиру. Он это помнил! Грань между жизнью и смертью манит его. Вдох. Выдох. Родвир подошёл к первому убитому врагу. Тот всё также неподвижно лежит на земле. Вокруг него растеклась тёмная лужа крови. Родвир вытащил меч из раны и вытер его об одежду великана.

Солнце зашло за горизонт. Тишина. Каждый шаг сейчас должен быть отчётливо слышен. Но Родвир не слышал ничего. Ни шагов, ни шорохов. Нападающие знали примерное место, где прятался Родвир, и вели себя осторожнее. Тень промелькнула слева. Родвир метнул в еë сторону нож. Раздавшийся вскрик дал понять, что он попал в цель. Ещё один! Родвир осторожно подошёл, убедиться, что этот враг больше ему не угрожает. В последний миг увернулся от летящего в голову меча. Попытался увернуться. Меч плашмя ударил его по виску. Сознание спуталось. Падая, Родвир, собрав все силы, прочертил мечом место, из которого был нанесён удар. Тьма заполнила всё.

Очнувшись, Родвир огляделся. Рассвело. Он лежит на земле, взгляд его направлен на лужу тёмной, запёкшейся крови. Чья это кровь? Её слишком много. Голова тяжёлая и невыносимо болит, не позволяя рассуждать здраво. Окровавленный меч лежит рядом. Прямо у его лица голова верзилы. Его мёртвые жёлтые глаза глядят в самую душу. Второй тут же. Мёртв! Меч распорол артерию на шее. Выдохнув, Родвир позволил себе расслабиться.

«Повезло, что они оказались не сильно умными, верили в силу, а не в разум», – подумал Родвир.

Внезапно он почувствовал на себе взгляд. Резко повернувшись туда, где, по ощущению, должен находиться наблюдатель, Родвир присмотрелся. На секунду показалось, что он заметил фигуру в чёрных одеждах на большом камне в нескольких сотнях ярдов от него. Фигура была чем-то знакома. Его отвлёк истошный крик грифов, кружащих над полем боя. Когда Родвир снова посмотрел туда, где стоял наблюдатель, там уже никого не было. Похоже из-за ранения ему мерещится всякое. Надо уходить. Он пришёл от реки. Это он помнил. Значит нужно идти в сторону видневшихся вдали песков. Пустыня. Сможет ли он преодолеть её в таком состоянии? А что ещë оставалось? Не возвращаться же к императору.

С трудом поднявшись на ноги, Родвир собрал ножи, подобрал арбалет и пошёл в выбранном направлении. Шум в голове мешал сосредоточиться, ватные ноги не слушались. Но он шёл, собрав всю свою волю в кулак. Камни, песок. Он не понимал куда идёт, но останавливаться было нельзя. Пока идёт, он жив. Солнце опускалось за горизонт, когда силы покинули Родвира, и он без чувств упал на землю.

– Он все ещё не дышит! – высказал барон своё недовольство Хелеру.

– Всё так и должно быть… – не сдавался знахарь.

Звание главного знахаря Грансера обязывало всегда быть уверенным в своих действиях, но то, что происходило сейчас, явно было не по плану. Кригер не должен был умереть. Хелер всматривался в лицо Кригера, проверял пульс на сонной артерии, но никаких признаков жизни не было. Отчаяние начало заполнять его сознание. Он закрыл глаза, повторяя про себя снова и снова: «Живи! Живи!»

– Живой! – тронул барон за плечо Хелера. Голос Гранселана повеселел. Хелер открыл глаза. Вена на шее Кригера пульсировала. Слабо, еле заметно, но пульсировала. Кригер приходил в себя, лицо розовело. Появилось дыхание, сначала редкое, поверхностное. С каждым вдохом оно становилось все глубже, ровнее. Спустя минуту Кригер закашлялся и резко повернулся на бок. Изо рта тонкой струйкой вытекла жёлтая жидкость. Он открыл глаза. Барон облегчённо вздохнул и улыбнулся:

– А ты нас напугал, Кригер.

– Меня зовут Родвир, – хрипло, натужно ответил пленник. – Я бежал из Моркорда, из императорского дворца. На Чёрной реке меня настигли люди императора, – откашлялся, сплюнул остатки жёлтой жидкости. – Я их убил. Один из преследователей перед смертью ранил меня, и я потерял сознание. Очнувшись, пошёл через пустыню. Я не помню, зачем был в Моркорде, почему бежал оттуда, и куда должен идти.

– Родвир… – задумчиво сказал барон. – Родвир… Знакомое имя… где я его слышал?

Хелер осмотрел Родвира. Внешних повреждений не было, взгляд живой, голос не изменился. Ритуал не навредил. Это был успех.

– Ещё один шаг вперёд, – обычная невозмутимость вернулась к Хелеру. – Алтарь помог тебе вспомнить имя. Дал первые воспоминания. Но это не всё, не думай. Это только начало. Алтарь запустил реакцию в твоей памяти. Постепенно будут появляться новые воспоминания. Со временем ты вспомнишь остальное. А сейчас вернёмся в замок, скоро ночь.

В замке барон обратился к Родвиру:

– На алтаре ты был мёртв какое-то время. Твоё сердце не билось. Ты так слепо доверился этому шарлатану?

Хелер бросил на барона взгляд полный ярости и протеста.

– Не возмущайся, знахарь. Это правда. Ты не имел ни малейшего представления о том, как должен был проходить ритуал. Я уверен, что и сейчас не знаешь этого. Всё ли пошло так, как должно было? Какие последствия это принесёт в будущем? Отразится ритуал на Кригере, то есть Родвире, или нет? И вообще, действительно ли он видел прошлое, или это был просто сон, фантазия, вызванные твоими зельями? Есть у тебя ответы на все эти вопросы? Думаю, нет.

Хелер опустил голову, соглашаясь с бароном. У него не было ответов на его вопросы.

Барон продолжал:

– Так вот, Кригер. Или Родвир. Я тебе поверю. Пока поверю. В то, что ты не помнишь себя. Я хочу разузнать о тебе в других городах. Пошлю гонцов. В столицу тоже, к Правителю. Я велел приготовить тебе комнату. Не смотри на меня так. После алтаря у меня было два пути. Или поверить тебе. И тогда незачем запирать тебя в камере. Или не поверить. Тогда тебе прямая дорога на виселицу. Я поверил. Но не думай, ты всё ещё мой пленник и не имеешь права ходить по замку и, тем более по городу, один.

Родвир кивнул. Барон попрощался. Один из сопровождающих стражников приказал Родвиру идти за ним.

– Да, – барон повернулся, – раз ты прибыл из Моркорда с важными новостями, с докладом, как ты говорил, не хочешь сразу отправиться к Правителю?

Родвир отрицательно покачал головой.

– Я думал об этом. После того, что узнал на алтаре. С чем я приеду? У меня есть новости… но я не знаю какие. Как Вы думаете, сколько я проживу после того, как сообщу это Правителю?

Барон понимающе кивнул.

– Благодаря Хелеру, даже если он не совсем понимает, что делает, у меня появился шанс, вспомнить не только то, что я узнал в Моркорде, но и остальную мою жизнь. А там, в столице, у меня будет такой шанс? Если Вы не возражаете, я хотел бы пока остаться здесь, в Грансере.

Барон не возражал.

Комната, которую барон выделил Родвиру, выгодно отличалась от камеры тем, что в ней было окно. Настоящее окно. Ещё в ней был стол. А самое главное, кровать. Родвир с удовольствием развалился на кровати. Какое же это блаженство.

Родвир думал о пережитом на Алтаре.

«Что такого важного и секретного я узнал во дворце императора? Настолько важного, что за мной выслали погоню? Кому я должен передать эти сведения? Правителю? В таком случае я – шпион Правителя, Лисвердена? Получается так. Продолжается ли охота за мной до сих пор? Или эти пятеро были единственными? Император ли их отправил? Кто был тот человек в чёрном? Иллюзия? А убийство сэра Грегори связано с моим появлением в Грансере? Или это случайность? Мог ли сэр Грегори знать обо мне?»

После ритуала появилось ещё больше вопросов. Ответов не прибавилось. Мысли путались в голове Родвира. Возможно, это последствия ритуала. А может общее утомление, Родвир не помнил, когда последний раз отдыхал.

«Спать ещё не время. Нужно решить, что делать дальше. Доказать Гранселану, что я могу быть полезен. Теперь, когда он мне верит, сделать это будет проще. Но как?»

«Проведи расследование смерти сэра Грегори, – напомнил внутренний голос, – ты же шпион, а значит, знаешь толк в таких делах».

Сейчас Родвир не стал отметать это предложение. Нужно найти связь между ним и сэром Грегори, если она есть. А если её нет, то своим расследованием он сможет укрепить доверие барона, что тоже пойдёт на пользу. Но как убедить барона позволить ему проводить расследование?

«Грегори был важен для Гранселана. Это понятно. Чем важен? Барон назвал его своим ближайшим помощником… Альдест, у ворот, капитаном… Грансер – пограничный город. Значит, капитан Грегори, помощник Гранселана, должен был заниматься обороной города, комес. Человек значительный. Что-то такое говорил барон. После смерти капитана оборона города находится под угрозой. Если его смерть не является естественной… Убийство означает, что в Грансере находятся враги. Барон это понимает. Начато расследование смерти. К чему оно придёт? Да, я знаю, чем заинтересовать Гранселана.»

Родвир заснул.