- -
- 100%
- +
меча Марты, возникшее, словно из ниоткуда, наискось разрубив рот кричавшего, заставило его замолкнуть навсегда. Последним упало на палубу обезглавленное тело
командира абордажной команды. Его отрубленная голова, подкатившись к люку, уставилась мертвыми глазами, в которых затаился предсмертный ужас, смешанный с
удивлением, прямо в глаза Мдджэю.
Из ступора, в который впал командир наемников, увлеченный невиданным танцем-
убийством, его вывел удар ноги Яра по люку. Одним движением стопы Второй Отец
отшвырнул люк и прорычал сверху прямо в лицо Мдджэю:
– Все – наверх! Команды обеих галер – добить! Каждого второго гребца – за борт! Оставить
только молодых и здоровых, но вырвать им языки! Вперед, вперед, поддонки! Пришло
время отрабатывать свои дехены!
Эта пара выглядела сейчас не просто страшно, а отвратно-чарующе, если только
чарующими могут выглядеть убийцы в апофеозе своей работы. Залитые чужой кровью с
ног до головы, со слипшимися в кровавые сосульки волосами, источающие запах давно
увядших цветов, мечами, зажатыми в руках, кончики лезвий которых до сих пор
подрагивали от нетерпения продолжать свою жатву. Вид этих кончиков, на которых
приплясывала сама Богиня мертвых Эхаби, буквально вышвырнул команду наемников из
трюма и заставили двумя воющими от жажды убивать сворами, по канатам стремительно
перелезть на галеры фенешийцев и там начать исполнять приказ хозяина. Сами же Яр и
Марта, внезапно отбросив оружие, слились в объятии страстных любовников, очень давно
жаждущих встречи. Они упали на еще теплые тела убитых ими людей и сплелись в
любовном экстазе. Ведь только что принесенная смерть может преподнести
ошеломляющее ощущение – подарить невиданной силы и остроты, достойный самих
Богов оргазм, на месте, где была отнята чужая жизнь!
Когда ладья Шу целеустремленно повернула на запад, приказ Второго Отца был выполнен
полностью. Предсмертные крики на галерах замолкли, выброшенная за борт часть гребцов
пошла ко дну, а наемники, не потеряв при этой бойне ни одного человека, выстроились
перед хозяевами. Яр и Марта к этому времени успели омыть себя забортной водой, и сидя
рядом на корме судна, среди обезглавленных трупов выглядели даже какими-то
умиротворенно-помолодевшими. Вставшему на одно колено перед своими нанимателями
и готовому докладывать Мдджэю, Второй Отец расслабленно махнул рукой:
– Я уже понял, что мой приказ ты выполнил неукоснительно. Все золотые и серебряные
побрякушки, принадлежащие командам этих кораблей – ваша премия, что конечно не
исключает выплаты мной положенного вам ежемесячного вознаграждения. Однако сам
груз галер не трогать. Он мне еще пригодится. Теперь о деле. Через два восхода Шу обе
галеры обязаны блистать чистотой, как невеста перед брачной ночью. Твоя команда, Мдджэй должна быть разбита на две равные части и командир второй половины
наемников станет капитаном другой галеры. На этой расположимся мы с хозяйкой и
первая часть команды. Капитаном нашей галеры я назначаю тебя, Мдджэй. Все твои люди
должны переодеться и выглядеть как фенешийские воины. Через два восхода Шу я жду
обоих капитанов здесь, на этом месте, чтобы услышать, что корабли готовы к
дальнейшему плаванью…
Глава 6
Через двое суток новые капитаны обеих галер, отцепив абордажные крючья, плавно
отвели свои корабли от туканского торгового судна, и Яр широко размахнувшись, бросил
на его палубу несколько зажженных факелов. Заранее облитая маслом палуба вспыхнула
всепожирающим огнем, а вслед за ней немедленно занялись пламенем все постройки.
Когда галеры отошли уже на пятьсот имперских локтей, старый корабль Яра и Марты
представлял собой пылающий почти прозрачным огнем факел посреди лазури моря.
Спутник Марты скомандовал Мдджэю:
– Курс – устье Геона. Возвращаемся в Хут-Ка.
Обратный путь занял несколько большее время, так как пришлось идти на веслах против
течения. После входа в русло реки, вновь справа и слева от кораблей потянулись
тщательно возделываемые поля, перемежаемые пальмовыми рощами. А на десятый день
впереди засверкали белые крепостные стены столицы. Ловко маневрируя среди
множества судов, галеры подошли главному пирсу торгового порта и бросили якоря.
Приход чужих торговых кораблей из пределов Великой Зелени, немедленно и как обычно
собрал большое количество зевак и торговцев, которые держали в порту свои лавочки.
Но их всех бесцеремонно растолкали четыре налоговых чиновника. Бритые наголо, со
свитками под мышкой, одетые лишь в набедренные повязки, но с массивными
ожерельями вокруг шеи, на которых висели отчеканенные медные знаки принадлежности
к имперской службе сбора налогов. Чиновники уверенно и важно взошли по сходням и
главный из них, немедленно и сразу угадавший в Яре главного, обратился к нему строгим
голосом:
– Сбор налогов, уважаемый. Вы должны заплатить сборы на содержание флота Империи, поскольку прибыли на кораблях, а так же торговый сбор – если вы привезли товары для
торговли. Всего это составит шестнадцатую часть привезенного вами.
Спутник Марты расплылся в дружеской улыбке. Сейчас он был сама приятность, почтение и расположенность – полная противоположность той боевой машине, что косила
человеческие жизни с холодной расчетливостью всего двенадцать восходов Шу тому
назад. Он низко и подобострастно склонил голову, а потом в полупоклоне указал рукой на
надстройку на палубе:
– Да, да, несомненно, высокочтимые, силы, радости, здоровья вам! Прошу в мою каюту, где предлагаю обсудить все дела за чашей прекрасного вина из Димашка.
Пробыли в каюте чиновники около часа, и вышли из нее изрядно захмелевшие и очень
довольные. У каждого на руке красовался массивный серебряный браслет, которого
раньше не было. В поджидавшие их возле сходен повозки из трюмов кораблей рабы
бросили несколько тюков и чиновники, уже тепло попрощавшись с Яром и Мартой, убыли. Спутник Марты, проводивший гостей до самых сходен, чуть кивнул Уоти, который, как и было ранее приказано – приходил на пристань каждый день и теперь стоял
в толпе зевак и торговцев возле кораблей. А потом, в сопровождении Марты и окружении
шестерых наемников сошел на берег. Торговцы немедленно собрались возле него и
загалдели:
– Что, что вы привезли, почтеннейший?! Нужно оливковое масло! Беру кедр из Либана!
Продам льняные ткани и финики! Меняю бивни слонов на крепких рабов!
Яр поднял вверх ладони, призывая к тишине:
– Тихо, тихо, друзья. Я привез благовонную смолу, дубовые и кедровые доски из Либана, пурпурную краску из Димашка, оливковое масло с островов на Великой Зелени и олово.
Дела с вами будет иметь мой управляющий – Яр дружески положил руку на плечо Уоти, который к тому времени успел незаметно встать рядом с ним – но все завтра, все завтра, уважаемые. Я поклялся, что если доберусь живым до Тукана, то первым делом принесу
дары богу Тиру, моему покровителю! Меня покинет удача, если я не выполню свое
обещание!
Разочарованные торговцы стали понемногу расходиться и Яр, в сопровождении своих
спутников, а также топы любопытных, двинулся к рынку, который существовал рядом с
портом с момента образования Хут-Ка. Уоти, идущий справа и чуть сзади, шепнул ему на
ухо:
– Есть важные новости, хозяин.
Яр, не оборачивая головы, процедил:
– Все после, жрец. Мне надо довести это представление с прибытием до конца…
Они вышли за пределы порта и со всех сторон их сразу обступил рынок столицы.
Обычные торговцы «с земли», палатки, лавчонки, большие лавки, некоторые даже в два
этажа, но все – упорядоченно. Вот этот ряд со знаменитыми туканскими льняными и
хлопковыми полотнами на все случаи жизни. А за ним начинается ряд кожевенников, который идет параллельно ряду горшечников. Ряды рынка простираются до самых
северных городских стен столицы и товары в них со всего Тукана и освоенных людьми
частей суши и моря. Здесь есть все, что нужно человеку. Для свадьбы или похорон, для
рождения или не рождения ребенка. Для повседневной жизни или больших праздников.
Для тайных услад или устранения соперника на любовном ложе. Здесь действительное
есть ВСЕ. И даже немного больше…
Отельным рядом стоят тихие лавки менял, где путешественники, прибывшие со всех
концов ойкумены в Хут-Ка, могут обменять свое золото или серебро, на медные усены, а
также серебряные и золотые дехены. Кругом шум, гам, крики, все что-то покупают, продают или меняют. Над всем этим водоворотом из товаров, людей, животных, пыли, жара полуденного Шу стелется дым из харчевен, состоящих из обычного навеса и ряда
очагов, в которых печется на углях рыба, птица, мясо, трещит и подгорает капающий жир, на столиках стопками лежат пшеничные и ячменные хлебцы, в горшках булькают
похлебки на любой вкус и кошелек. Запах этого соблазнительного дыма лучшая реклама
от сотворения мира, потому как голод и его вечный спутник – обострившееся обоняние
обязательно выведут проголодавшегося по дыму к ближайшей харчевне. Даже Яр на
мгновенье приостановился, по-звериному вдумчиво принюхавшись к одному из таких
дымов, еле слышно, себе под нос, пробормотал:
– Косуля… Сегодня утром убили… Только на вертел надели… Заманчиво…
Потом, видно, совладав с собой, решительно отвернулся и зашагал в сторону огороженной
части рынка, где продавали, или меняли животных. Здесь он быстро сторговался со
скотоводом из провинции Ануб о продаже ему трех белых быков, трех черных коров, а
также шести белых, шести черных коз и одного белого осла. По его требованию животных
тщательно вымыли, причесали и надели им на шеи гирлянды из цветов. Скотовод сам, после выгодной сделки, выделил четырех опытных погонщиков для их сопровождения, а
для осла купил седло и сбрую.
Марта уселась на осла, шесть наемников, встали за ней, погонщики выстроили сзади
купленных животных, а Яр, вытащив из-за пояса массивное серебряное ожерелье с
медальоном, на котором был изображен бог Тир, надев его на шею, встал во главе этой
процессии, и призывно махнул рукой:
– Идем к храму великого Тира!
В окружении большой толпы любопытных и зевак, жадных до всего нового и необычного, шествие, возглавляемое Яром, степенно двинулось в центральную часть столицы, где
располагались главные храмы Империи Тукан.
Храм бога Тира стоял на одном из холмов столицы. Построенный из желтого гранита, окруженный с трех сторон пышным садом, который в свою очередь окружала стена из
жженого кирпича в два человеческих роста, он надменно взирал на жителей Хут-Ка.
Между двенадцатью огромными колоннами в фасадной части строения, которые были
изваяны в виде фигуры бога мудрости, располагались центральные двери храма из
либанского кедра высотой в шесть имперских локтей. Украшенные богатой резьбой, створки двери, висели на мощных, начищенных до блеска медных петлях в виде лап льва.
К дверям вела широкая гранитная лестница из девяти ступеней, подчеркивающая их
количеством гордое звание Тира как «трижды великого бога мудрости». Ведь, как
известно, святое число «три» помноженное само на себя остается святым числом. Прямо
напротив центральных дверей, у первой ступени лестницы, на постаменте был закреплен
большой медный диск, рядом с которым лежала деревянная колотушка. Любой паломник, если считал свой вопрос мудрым или желал напрямую обратиться сразу к верховному
жрецу храма, мог вызвать его, ударив три раза колотушкой по диску. Но горе тому, чей
вопрос или проблема покажутся никчемными. Надо было проявлять ум и мудрость, прежде чем решаться на то, что ты отрываешь главного жреца от служения Богу
мудрости…
В окружении все увеличивающейся толпы любопытных, Яр, возглавляющий свою
процессию, решительно подошел к постаменту перед храмом, взял в руку колотушку и
три раза ударил ею по диску. Раздался низкий, вибрирующий звук, который казалось, проник в каждый уголок площади перед храмом. А спустя некоторое время, створки
центральных дверей приоткрылись и на верхнюю ступень лестницы вышел главный жрец
храма Нахти. Одетый просто, лишь в одну юбку, но атрибутом верховной жреческой
власти посохом, навершие которого было искусно вырезано в виде головы совы, Нахти
спокойно оглядел толпу перед храмом, а потом перевел взгляд на Яра, стоящего рядом с
диском:
– Это ты хочешь со мной говорить?
Яр склонился в низком и подобострастном поклоне:
– Позволь мне и двум моим спутникам приблизиться к тебе, великий, да будешь ты жив, невредим и здоров!
Жрец благосклонно кивнул:
– Ну что же, подойдите. Я готов выслушать тебя.
Яр, в сопровождении Марты и Уоти, не разгибаясь, быстро преодолел девять ступеней и
пал перед верховным жрецом ниц, уткнувшись лбом в гранит. За его спиной в такой же
позе склонили колени его спутники.
Нахти чуть тронул Яра за плечо:
– Можешь поднять голову странник, а я вижу, что ты странник, и начать говорить.
Спутник Марты, оставаясь на коленях, разогнул свою спину:
– Тысячу раз кланяюсь тебе и целую стопы твоих ног, мудрейший. Я действительно
путешественник и торговец, и проделал долгий путь, прежде чем доплыть до Хут-Ка.
Мной был дан обет богу Тиру, моему покровителю, что если я невредимым доберусь до
столицы Империи Тукан, принести в дар храму бога мудрости трех белых быков, трех
черных коров, а также шесть белых и шесть черных коз. Прошу тебя, прими это скромное
подношение.
Жрец еще раз благосклонно кивнул:
– Храм примет твой дар, странник. Но я вижу у тебя на груди медальон с изображением
бога, которому я служу. Только жрецам храма Тира разрешено носить такие медальоны.
Яр посмотрел Нахти прямо в глаза, и хотя говорить он начал тихо, его ответ и
последующая беседа на ступенях с главным жрецом храма Тира странным образом были
услышаны всеми любопытными, собравшимися на площади:
– Я действительно еще являюсь Хем Нетер – «слугой бога» в храме Тира в городе Сарепта
народа Фенеху, на восточном побережье Великой Зелени, о великий. Мне, как Хем Нетер
было знамение, что всему Тукану угрожает смертельная опасность! И я прибыл с этой
ужасной вестью к тебе!
Лицо верховного жреца закаменело:
– Смертельная опасность Тукану? Я не ослышался?!
– Именно так, мудрейший, здоровья тебе, радости, силы…
Нахти несколько мгновений внимательно осматривал Яра, а затем не сильно стукнул
концом посоха о плиты ступени. Створки центральной двери храма за его спиной тут же
снова приоткрылись и из-за них выскользнули три служителя. Главный жрец указал
подбородком на площадь:
– Животных – в храмовые стада. Воинов странника – проводить в помещение охраны.
Зевак – спокойно, я подчеркиваю, спокойно и вежливо попросить разойтись. А ты Хем
Нетер храма Тира из Сарепта со своими спутниками – следуй за мной.
Они быстро прошли через главный зал храма, потом через внутренний двор со своим
садом и оказались в той части комплекса, где располагались личные покои верховного
жреца. Нахти немедленно выгнал из них всех слуг с рабами, провел своих спутников в
комнату, служащую ему для работы со свитками и плотно затворил за собой двери.
Яр с тяжелым вздохом распрямил до того покорно сгорбленные плечи, огляделся, увидел
большое, широкое кресло, плюхнулся в него и приказал охрипшим голосом:
– Вина мне. Крепкого. Много.
Глава его грязного клана Смотрящих и Изменяющих, и по совместительству верховный
жрец храма Тира, суетливо схватил с отдельно стоящего столика большой серебряный
кувшин, налил из него в золотой кубок вина, встал на колени и с поклоном протянул этот
кубок Яру:
– Прости меня Второй Отец Великого Дома Ибер, силы, радости и крови тебе, что ты
вынужденно преклонил передо мной голову.
Спутник Марты посмотрел на Нахти исподлобья, еще раз вздохнул, и игнорируя
протянутый кубок, отобрал у него кувшин:
– Да плевать. У меня за всю жизнь уже столько корон с этой головы упало… Одной
больше, одной меньше… Но я же сказал – Вина. Много. А ты мне что суешь?
Он заглянул в отобранный кувшин, понюхал его содержимое, удовлетворенно поцокал
языком и начал жадно пить прямо из горлышка.
Марта, до этого с интересом рассматривающая стеллажи со свитками, неодобрительно на
него покосилась:
– Может лучше все же из чаши, яростный?
Ее спутник на мгновенье оторвался от приятного занятия и совершенно по босяцки вытер
рот тыльной стороной ладони:
– Нет, не лучше, незабвенная. Так почему-то вкуснее и быстрее утоляет жажду…
Он решительно допил вино из кувшина, сунул пустую емкость обратно в руки Нахти, сел
в кресле прямо и пробормотал:
– Я, наверно, никогда не привыкну к бессмысленному гвалту этих безволосых хезуров, их
скачущим как блохи мыслям и запаху немытых тел. Клянусь правым верхним клыком
Первого Отца – это отвратительно…
Яр несколько мгновений сидел, глядя прямо перед собой, а потом решительно хлопнул
ладонями по подлокотникам кресла:
– Ладно, это все пустые разговоры… Перейдем к делу. Сегодня слухи о том, что прибыл
некий посланник к верховному жрецу храма Тира с вестью об угрожающей Тукану
смертельной опасности, начнут расползаться по столице. Тайной службе храма следует
эти слухи поддерживать и не позволять им затухать. Через несколько дней они
обязательно дойдут до Императора, и он потребует тебя Нахти к себе. Или ты сам к нему
пойдешь первым. Позже мы определимся, как лучше поступить. Но в любом случае, ты
воспользуешься этим визитом, как и было оговорено на нашей первой встрече, чтобы
представить меня и Первую Мать Санахту. В разговоре с Императором, как бы, между
прочим, заяви, что у нас есть для него дар, достойный такого великого воина как он. Далее
– сегодня ты расскажешь Первой Матери все, что знаешь о гареме Владыки. О
взаимоотношениях между Повелителем Тукана с его женами и фаворитками, о
противоречиях среди женщин и их соперничестве за сердце и милости Санахта… Там
обязательно должно быть острое соперничество и зависть. Самки хезуров еще те
штучки… Я залил огнем весь континент за Большой Водой, который вы называете землей
Кукулькан. Лично растерзал Второго Отца Дома Пикчу и вырезал всех магов из его
чистых кланов. Ходил Тропой по таким местам замирья, от которых даже колдуны сходят
с ума… Но если бы мне предложили разбираться в хитросплетеньях змеиного клубка под
названием гарем хезуров, я бы немедленно наложил на себя руки. Поэтому о нем
рассказывай только Первой Матери. А она мне потом в облегченной форме, чтобы я не
повредился головой, все растолкует. Мне же – ни слова!! Тебе понятно это, жрец?!
Глава грязного клана приложил правую руку к сердцу, тяжело вздохнул и низко
поклонился:
– Я все понял, Второй Отец. Особенно про гарем. Сам порой, выясняя отношения со
своими женами и наложницами чувствую, что совсем теряю рассудок от того, что я всегда
почему-то виноват… Даже в мелочах… А как жалят их змеиные языки!… Сешт бы все их
племя побрал! Так и хочется иногда взять большую палку и…
Марта, стоящая к ним спиной, внезапно развернулась и вопросительно – недоуменно
подняла правую бровь:
– Гм..??
Нахти бросил на нее торопливый взгляд и почти распластался на полу:
– Ох… Простите, Великие!! Силы, крови вам!! Это совершенно не относится к делу! Все
будет так, как вы приказываете!! Но позволено мне будет задать вопрос, Второй Отец?
Яр тоже украдкой покосился на свою спутницу и сделал надменное лицо:
– Позволяю…
– Жрец твоего храма должен был довести до тебя и Первой Матери важную новость. Он ее
довел?
Спутник Марты, не отвечая, перевел взгляд на Уоти, который так же как и Нахти, после
того как они вошли в комнату, упал на колени и до сих пор так стоял, уткнувшись лбом в
пол:
– Подыми голову, Уоти. О каких важных новостях ты мне говорил, когда мы шли к
рынку?
Тот немедленно распрямил спину:
– Среди людей есть маги, Второй Отец…
Яр с Мартой недоумевающе переглянулись. Потом Марта одним неуловимым движением
перенеслась с другого конца комнаты, очутившись стоящей напротив жреца. Она резко
схватила его за подбородок, заставив смотреть себе в глаза, и четко выговаривая слова, произнесла:
– Это невозможно, жрец. От самца и самки хезуров не может быть потомства,
обладающего магическими способностями. Этого не позволит их жизненный код. Ты
лжешь.
Уоти чуть качнул головой:
– Я готов пройти испытание твоим взглядом, Первая Мать, став вечно влюбленным рабом.
Хотя, моя преданность и без того безгранична. Но я не лгу. Среди людей действительно
есть маги.
Произнеся последние слова, жрец внезапно почувствовал, как по самой сути его «я»
прошлась ласковая волна, которая мгновенно разложила его личность на маленькие
кубики, а потом также быстро эти кубики сложила. До него донесся ментальный запах
давно увядших цветов, как подарок за преданность, и ласковая волна исчезла…
Марта медленно повернула голову в сторону своего спутника и недоуменно подняла
брови:
– Он действительно не лжет… Но как это может быть? Маги среди людей? Это же
невозможно…
Яр, теперь напряженно сидящий в кресле, отрывисто бросил:
– Рассказывай Уоти. С самого начала.
Жрец несколько мгновений молчал, сосредотачиваясь:
– Перед своим отбытием, ты приказал выяснить, Второй Отец, кто ненавязчиво начал
следить за нами, когда мы прибыли в Хут-Ка из пустыни. На третий день, вечером, выходя из ворот второго дома, который я купил для вас, я заметил пять человек, которые
очень хорошо маскируясь под нищих, действительно начали следить за мной. Я применил
к ним «глаз Таверет», или по-простому – отвел глаза. Это, как известно, не магический
ритуал, а просто воздействие на внимание другого человека жестами или особым
состоянием собственного «я». «Глаз Таверет » сработал, и они меня потеряли из виду. По-
видимому, старший из преследователей запаниковал, и не удержавшись, для моего поиска
применил магию. Его подчиненные, поняв это как разрешение, тоже выбросили
магические щупальца поиска. Все это продолжалось считанные мгновенья, так как скорее
всего, у них есть приказ на запрет использования магии, потому что меня они так и не
увидели, но магический ритуал немедленно прекратили, как после резкого окрика…
– Ты уверен, что это была магия?
– Да, Второй Отец, уверен. Магический рисунок невозможно ни с чем спутать. Только их
магия была совершенно другого узора и лежала…гм…как бы в другой плоскости. И
почему-то светилась синим цветом… Во всяком случае я так ее воспринял….
– А лица их запомнил?
– Навсегда, Второй Отец.
– Это хорошо…
Яр откинулся в кресле и задумчиво потер подбородок:
– Маги среди хезуров… Кто бы мог подумать… Невероятно…Это может сильно помешать
нашим планам в отношении Императора. Ведь они могут быть на его стороне… Меня не
покидает предчувствие, что эта пятерка всего лишь листья на дереве тайного магического
ордена, который появился у хезуров…
Второй Отец решительно встал с кресла:
– Значит так. Вы оба сегодня вечером прибудете в тот дом, который был куплен для нас.
Ты Нахти, расскажешь Первой Матери все про гарем Санахта, а ты Уоти еще раз, не
упуская не одной детали, расскажешь про твою встречу с человеческими магами. Надо
разработать план, как не вызывая никаких подозрений, одного из этих магов пленить, потом допросить и главное – использовать. Для этого я переподчиню тебе Уоти
наемников. В самое ближайшее время плененный хезурский маг должен сидеть передо
мной. Все ясно полукровка?!
Уоти упал на колени и приник лбом к плитам пола:
– Все будет исполнено так, как ты приказал, Великий, силы тебе и крови…
Конец первой части
Глоссарий к роману «Первая раса. Хозяева».
Афр – континент, на северо-востоке которого расположена Империя Тукан.
Бог Мин – покровитель путешественников, торговцев и как ни странно – воров.
Бог Сешт – Бог смерти, разрушения и хаоса.
Бог Тир – Бог мудрости.
Бог Шу – Бог солнца.