Могила

Утро

Обыденное утро. Как и каждый день будильник звонит в семь тридцать, она просыпается, снова надо на работу. Осеннее солнце слепит через тонкое стекло. Обстановка в комнате стабильно подавляющая, стол, стул, да кровать, в углу теснится рыхлый допотопный шифоньер. Стены обшарпаны, так же нуждаются в капитальном ремонте, как и вся ее однушка, доставшаяся от покойных родителей, в самом грязном районе города. Варя встает и идет на кухню за чашкой кофе и привычной сигаретой. Тараканья отрава, лежащая в углу кухни, заманила своих жертв. И сама Варвара, каждое утро добавляющая еще одну порцию этой дряни, не прочь ее отведать. И сегодня, она с уставшей от жизни гримасой, умывается, надевает костюм и выходит из дома.

Ежедневно Варвара Семеновна, офисный планктон, необремененный вечными поисками смысла бытия, следует по одному маршруту: из дома на остановку, оттуда на работу, с работы в магазин и на автобус в сторону своего района.

И в этот день все шло ровно так же, как и обычно. В офисе она сдала в срок отчеты, выпила кофе, прожевала свой скудный обед, состоявший из слипшихся макарон и сосиски. Варя была одинокой женщиной, на работе терпела издевки от коллег, свыклась с гадкими прозвищами, которые так часто слышала в свой след. Она не была уродиной, черты ее лица давали знать о возрасте, но отличались плавностью. Фигура имела некоторую обрюзгшесть, что свойственно Вариному образу жизни, но толстой назвать ее было нельзя. Потухшие безразличные глаза-вот, что отталкивало людей, конечно, помимо ее характера и манер.

Хоть она и хорошо выполняла свою работу, даже начальник любил, порой, бросить скверную шуточку в ее сторону.

По окончании смены женщина вышла из офиса и двинулась в сторону остановки, на продукты в этот день денег не нашлось. Путь предстоял от большой асфальтированной стоянки, за ней проходила узкая автомобильная дорога без тротуара, неосвещенная, темная и пугающая, далее магазин, освещающий своими тусклыми фонарями какую-то часть ее пути, и за ним остановка общественного транспорта.

Уже который день, шагая по переулку, Варя замечала, как ее преследует развалюха до самой остановки. Ей были привычны шутки коллег, и эту раздражающую ситуацию она списывала на них. Женщина терпела это еще неделю, но по итогу ей надоело.

– что за идиотские приколы, в чем тут юмор?

Подумала Варвара Семеновна. Обозлившись до предела, она резко повернулась и направилась к окну водительского сидения. Увидев шофера, ей стало ясно, что это не коллеги. Мужчина, толстый боров с сединой и страшно изуродованным лицом. Она не испугалась, в голове лишь крутились догадки о личности этого человека. Варя только выжала из себя

– сейчас полицию вызову!

За тем она пошла дальше. Не ожидая такого поворота событий, Варя потеряла бдительность, о чем горько пожалела. Посмотрев под ноги, за тем перед собой и наверх, к закрытым тучами звездам, она почувствовала тупую боль от удара по голове, а за ней тьма.

Миша

Вот он, долгожданный диплом об окончании медицинской академии. Будущий врач гинеколог Михаил Валентинович идет в государственную больницу, как лучший выпускник. Проходит семь лет, доктор работает, практически, без выходных, получая опыт и нарабатывая стаж. Михаил брался за всех пациентов, где-то оказывали помощь старшие коллеги, в большинстве случаев он и сам отлично справлялся.

Жизнь Миши Скворцова вертелась вокруг учебы. Золотая медаль в школе, красный диплом в академии. Его не интересовали отношения на данном этапе жизни, мальчик был одиноким с самого рождения, когда мать, алкоголичка, притащила и бросила его, завернутого в газету, словно кусок мяса в бакалейной, на порог детского дома. Он хотел тепла, любви, но не находил времени на отношения. Его строгие принципы ограничивали все порочные мысли. Михаил четко решил, что только после свадьбы испытает тепло женского тела. Он был галантен и добр ко всем дамам. Даже мысли о его матери не вызывали в нем гнева.

Первый приемный день после новогодних выходных. Пациентки идут по записи, но график не забит. Под вечер, на восемнадцать часов и двадцать минут он ждал последнюю на этот день. Осмотр и назначение, все как обычно. Букет заболеваний на лицо. А также раздраженный комментарий женщины:

– козел мой, опять загулял, принес домой заразу, гнида похотливая!

– да, хорошо, видать, погулял, это где ж столько подцепить можно…

Подыграл пациентке Михаил Валентинович. В его голосе слышались нотки сарказма, но лицо выдавало лишь профессиональную строгость.

– так ладно бы загулял, урод-продолжила пациентка-, напился, закатил сцену ревности, мол я к соседу бегаю втихушку, поколотил, так еще и попользовал.

Доктору было противно продолжать этот диалог, он сделал свои выводы о данной персоне еще при опросе. Назначил ей лекарства и повторный прием, но уже у Веры Аркадьевны, ему было просто не приятно вести лечение этой дамочки.

Два следующих дня прошли быстро и не загружено. Миша собрал вещи и направился к выходу. На улице его ждала копейка, первая машина, куплена на заработанную премию и отложенные за долгие годы гроши. Мужчина остановился перед автомобилем, прикурил, вдыхая дым вперемешку со свежим зимним воздухом. До его слуха донесся хруст снега, на который он рефлекторно обернулся. Михаил не успел понять ничего.

Белая палата, все лицо ноет и, трубка в горле не дает вздохнуть полной грудью. Вот и медицинская сестра, заметив, что пациент очнулся, подозвала главного врача. После двух недель госпитализации, Петр Михайлович уже который раз решил попробовать донести до своего, теперь уже бывшего коллеги, что все-таки с ним приключилось.

– Михаил Валентинович, вы слышите меня?

Мычание, отождествляющее положительный ответ.

– вас страшно избили. Поврежден головной мозг, слух, сломаны ребра и нос. Но вы идете на поправку. К сожалению, носом вы дышать не сможете, а вот слух восстанавливается. Злодея уже задержали, при чем сразу. Как вы себя чувствуете?

С тех пор Миша больше не мог нормально говорить, только мычание и обрывки фраз доносились из его уст. Он плохо слышал, дышал только ртом.

Как и без этого пояснения, вы уже поняли, ревнивый муж пациентки от нее же, пьяной в хлам, пытающейся вызвать ревность супруга, узнал, что некий врач осматривал ее сокровенное… обозленный, мало что соображающий, под градусом, ревнивец побежал выяснять, что там за малохольный индюк осматривал его заю, в сопли бухую, воняющую, потную заю. Андрей являлся бывшим боксером, которого выгнали из зала за выходки. Имея связи на стороне, он ревновал жену ко всему, что движется. Да, он и не ошибался. Довольно потешная картина отношений, два алкаша, два любящих сердечка, изредка любящие на стороне, но так бережно хранящие свой союз.

Вот нашему Мише уже и 36, он уже год, как инвалид, получил скудный участок в глухой деревушке, на самой окраине, возле леса. К бутылке Валентиныч приложился практически сразу. Собрал себе избушку с одним единственным окошком, расположенным у самого потолка, через его стекло в темницу проникал дневной свет, освещающий гнилую комнатенку, где пол был земляным, кроватью служил грязный матрас с помойки, рыхлый стол и два стула. У него имелись вещи, которые сохранились с прошлой жизни, для них был местом темный угол земляной коморки, к ним Михаил обращался редко. Ему нравилось представлять себя лесничим, опираясь на свой медицинский опыт, исковерканный в памяти его травмой, он собирал трупы животных и оказывал им услуги скорой помощи.

В его жизни так же присутствовало и другое занятие. В этой истории оно имеет значимую роль. Однажды, прогуливаясь в городе, он шел мимо школы. Его взор привлекла девочка, лет восьми-девяти. Она сидела на лавочке и плакала. Вокруг бегали другие дети, они смеялись над ее горем, кто-то даже учебником по голове шлепнул. Михаил Валентинович почувствовал Варечку родной душой. Она была так же одинока, брошена другими. Каждый день Михаил встречал ее из школы, взглядом, из машины, где он бы не напугал ее своим видом. На его глазах она выросла, пошла в университет, за тем на работу. Все эти двадцать девять лет он был рядом.

В тот октябрьский вечер, когда воздух уже остыл от дневного жаркого солнца, Миша, как и каждый день, приехал увидеть своего ангела. Но что-то пошло не так. Кольнуло сердце, молнией ударила неотвратимость ситуации, его убежище раскрыто и выход лишь один. Мужчина не хотел причинить вред своей любимой. Суматоха в его голове лишила последние намеки на разум трезвости, под рукой была бутылка уже допитой водки, размах и за ним удар. Михаил Валентинович нежно взял свою подбитую голубку на руки и уложил на заднее сидение.