Дело ясное, что дело тёмное

Глава 4

Чувство покоя и умиротворения – так можно назвать ощущение после прогулки, которое испытывала сейчас. Лёжа в постели, укрытая до самого подбородка одеялом, впервые за два года с небольшим хвостиком я предавалась романтическим мечтам.

Последний раз такое со мной случалось ещё дома, в родном клане, перед выпускными экзаменами в школе. Я мысленно выстраивала свою жизнь после учёбы, и она казалась мне необыкновенной, полной свершений – и все исключительно в мою пользу.

Я сбегала от братьев на чердак дома, садилась в уютное старое кресло и смотрела в необычное, ассиметричное окно, любуясь просторами земель, принадлежащих нашему роду. Мне казалось, что выходя во взрослую жизнь, я обязательно смогу её контролировать. Мартин часто говорил, будто контроль над эмоциями – залог успеха в любом деле, и я следовала наставлениям главы нашей семьи. Собиралась так поступать и впредь.

Из-за опрометчивой женитьбы Эмиля часть территорий, принадлежащих семье, отошли кредиторам в аренду на длительное время. Другая часть наделов – сдавалась в аренду открыто, чтобы заработать деньги для нашей семьи. Дабы не расплачиваться за чужие ошибки, я желала удрать из дома, и у меня созрел чёткий план действий. К Мартину можно относиться по-разному, но во многих вещах он оказывался прав. Мне следовало задуматься над собственной жизнью. Так и поступила, пускай даже слишком эгоистично.

Хорошо, хорошо, – себе ведь можно признаться: глядя в даль сквозь окно на родном чердаке, я мечтала доказать Мартину и остальным братьям, что способна обходиться собственной головой, выстраивать отношения с окружающими по своим правилам.

Меня обижала и злила позиция жертвы, ведь именно таковой я видела себя, когда задумывалась над предстоящими неделями сватовства. А ещё я представлялась сама себе товаром, который скидывают по бросовой цене.

Смешно, но мечты от таких размышлений становились только ярче и увлекательнее.

Кошки всегда приземляются на четыре лапы – я не исключение. В плане действий на ближайшее будущее, у меня – выпускницы школы, под номером один стояло обучение с целью приобретения профессии, способной накормить и оплатить кров над головой.

Для полноценной учёбы в университете требовались деньги или государственная стипендия. Ни того ни другого у меня не было в тот момент, но я точно знала, что два первых курса во всех учебных заведениях бесплатные. Свидетельство об их окончании в придачу с работой, пусть даже на побегушках, были обеспечены – работники всегда нужны.

Задача с крышей над шевелюрой тоже решилась сама собой, когда просмотрела предложение филиала знаменитого университета Магогеста. В столице Долины оборотней – Деморате, был открыт филиал учебного заведения номер один в королевстве. Секретарь – отличная специальность, а личный секретарь – бонусы с жильём и пропитанием. Конечно же, я была готова ко всему, и в состоянии побороться за место под солнцем. Ничто меня не остановит.

Именно так я размышляла сидя в кресле на чердаке моего дома, глядя на луга, ограниченные стеной гор. В душе я готовилась к любым трудностям и преодолению их, а на деле, всё оказалось прозаичнее и мельче – порой приходилось сражаться за место в очереди в душ с другими студентками.

Судьба решила меня учить, и начала она это, с заселения в общежитие при учебном заведении. Мне пришлось делить комнату с тремя девушками с разнообразными, по спектрам и направлениям характерами; искать дополнительные средства для обитания; и отвечать за собственные поступки.

М-да. Поступила я на общественного деятеля, хотя думала сидя на чердаке о секретарской должности. Как там говорится: «Бойтесь своих желаний»? Надо было желать чтобы Мартин одумался и перестал меня сватать.

Ну и ладно. Что снова скатываться в грусть?

Сегодняшняя ночь казалась дивной, непохожей на другие – сюрреалистичной. Необычной настолько, что мне хотелось плакать и смеяться одновременно. Я не плюхнулась спать, как делала на протяжении двух лет, проанализировав день, разобрав его на короткие сценки; не поставила день после детального рассмотрения на полку памяти; я грезила, может – сходила с ума, не знаю. Казалось, даже аромат сырой, прохладной ночи, просачивающийся сквозь щели в широких дубовых окнах, воспринимался мной, как напоминание о нескольких часах, проведённых на улице с шефом.

Мы с Валентином долго обсуждали изменения в расписании его дня. Я взяла на себя обязательства проработать и втиснуть в пучину забот хозяина усадьбы, вновь образовавшиеся вопросы. Всё это требовалось сделать до наступления полудня завтрашнего дня, согласовать с Валентином и отправиться собирать вещи в дорогу. Около четырёх часов, вместе с Евгением по плану мы отправлялись на машине в Магогест – столицу земель магов, носившую такое же имя, как и сами земли.

Чемодан я решила собрать утром, из-за чего намеревалась непременно раньше встать – вот только заснуть не получалось. Вместо дрёмы, моё нутро бередила щемящая, непонятная отрада, разгоняющая сердце до бешеного ритма, заставляющая его трепыхаться от удовольствия.

Мысли вернулись к вечерним событиям в парке. Прокручивать в голове хотелось только эти моменты.

– Мы снова здесь, – вздохнула я, заметив на середине пруда плот с кубом, накрытый сверху чёрной тканью. – Вы дадите какие-нибудь распоряжения насчёт цветка?

– Нет, – улыбнулся Буков и облокотился на одну из берёз. – Я сам этим займусь.

Мы стояли у самой кромки воды, на пологом, присыпанном снегом берегу. На фоне сгущающихся сумерек, деревья, склонившие голые кроны к воде, выглядели романтично и печально.

– Мне очень жаль… – проронил Валентин и запнулся, глядя мне в глаза.

Я не знала, как вести себя: попросить мага продолжить фразу или покорно молчать, пока он сам догадается сделать это, может – тему сменит…

От греха подальше, и с позиции воспитанности не стала понуждать мужчину, а смиренно смотрела на него и ждала.

Неожиданно, прямо на моих глазах берёза, рядом с которой стояла я, принарядилась мелкими почками, а у корней проклюнулись подснежники. Кудесник присел, быстро нарвал букетик, и, не вставая, протянул его мне:

– Это вам, Виола.

Вот уж чего не ожидала, так это декабрьских подношений со стороны мужчины весенних «драгоценностей». Я растерялась и не знала, как поступить: брать букетик – не брать? К тому же в голове всплыли другие вопросы и один из них, кстати, весьма настойчивый: как воспринимает сам маг подобные дары своим служащим? Можно по-разному относиться к букетику, но там, где я воспитывалась, подобный презент означал начало романа.

– Благодарю, – наконец, выдавила я, забирая нежные цветочки.

Щёки вспыхнули, выдавая моё душевное состояние, и чтобы хоть как-то реабилитироваться, подарить себе возможность прийти в себя, сунула нос в бутоны.

Делая вид, что наслаждаюсь ароматом, наблюдала за чародеем, который снова усыплял дерево. На моих глазах в убыстренном темпе произошло обновление и увядание кроны. Осыпание пожелтевших листьев прямо поверх ещё масляных почек, из которых они проклюнулись, и сережек, источающих дивный аромат, показалось мне безрадостным, неверным. Зато помогло совладать с эмоциями, и когда Валентин закончил шептать заклинания, я уже спокойно могла смотреть ему в лицо.

– Я начал с того, что мне очень жаль, – снова заговорил Валентин, – и это истина. Мне жаль уезжать отсюда. Здесь так спокойно, размеренно, что мне даже стало казаться, будто мир остановился, и впервые я воспринял это, как правильное состояние.

Некстати в голову пришла мысль, что Женя сейчас стоял где-то поблизости и слушал наш разговор. Наверное, со стороны мы выглядели странной парой.

Передёрнув плечами, чтобы успокоиться, я сдержанно промолвила:

– Мне так не показалось. У вас отличный жизненный темп.

Пф! Вот ляпнула! Темп – ха!

Впрочем, по мне так чародей по жизни не идёт, а прыгает с кочки на кочку, и на каждой успевает повертеться волчком в бешеном ритме.

И что я не сказала: «ритм», а ляпнула: «темп»? Откуда взялось это косноязычие?

Буков посмотрел на меня очень нежно и печально, затем перевёл взгляд на пруд. Мне только и оставалось: пялиться на профиль чародея. А ещё: пытаться отгадать, что же такое хозяин собирался сказать, бросая мне фразы. Или Валентин проговаривал слова пустоте, а я – случайные уши?

Через минуту он сам пришёл мне на помощь:

– Я много путешествую – переезжаю с места на место. Стараюсь заработать, сколотить капитал. Перед тем, как нанять вас, я читал вашу характеристику, предоставленную Центром занятости. Именно они делают запрос в учебные заведения, чтобы подтвердить факт обучения и получения диплома – стандартная процедура для Магогеста… Я читал, что написали про вас…

Чародей резко повернул голову и его взор устремился на меня. В нём бушевало удивление и понимание. Никак не ожидала от парня таких чувств, но ещё больше поразили его слова, прервавшие короткую паузу:

– Мы чем-то похожи с вами, Виола – оба отличники. Но вы органичны, когда гуляете по парку, наслаждаетесь полусном деревьев; когда пишите или запоминаете мои поручения. Себя я никогда не воспринимал нигде, кроме города. Ничто, кроме ритма – мой девиз! Я ошибался. Теперь и только теперь, узнав вас, я хотел бы… Не важно.

Пыл, трепет, огонь в глазах на фоне загорающегося мёртвым закатом неба и восхождения холодной луны, кого хочешь, заставит проникнуться моментом. Я не исключение: грешна – слова захватили меня и проникли в душу. К тому же тонкий аромат подснежников и поваливший густыми хлопьями снег, придавали откровениям молодого мужчины оттенок парадокса и некой символичности, словно сама природа желала создать образ надвигающейся трагедии.

Бр-р-р! Что это мне понесло-то? Какие-такие трагедии? Печали отменяются, а радости – создаются! Точка!

Как же долго он смотрел на меня – наверное, вечность! Вглядывался, не отводя взора, не моргая. Невыносимо, но будоражит!

Он облизнул губы, и я невольно повторила этот жест, почувствовав, как моментально холодный воздух прошёлся по ним. Тело напряглось, загорелось. Тревога – она и только она, начала поглощать моё существо. Я хотела поцелуя и боялась его. К тому же это со мной случится впервые. Наверное, потому моя звериная природа пробудилась, готовясь к трансформации.

Ох, не так я себе представляла первое ощущение от близости с мужчиной. Держаться, Виола! Не поддаваться! Это не провокация – это людская природа. Терпи взгляд Валентина! Терпи и принимай его! Оборот сейчас ни к месту и не ко времени – впереди ждёт неизведанное, но важное…

Сердце гулко ухнуло в груди, отзываясь на откровения парня. Я скорее чувствовала, нежели понимала сказанную молодым человеком фразу, в которой мой рассудок чётко отметил несоответствие начала и окончания, словно бы она была слеплена наспех. Так бывает, когда человека захлёстывают эмоции, мысли, и он не успевает и то и другое облечь в слова.

Я отвела взор не в состоянии справиться с собой. Ох, дорого бы дала за то, чтобы происходящее внутри меня – та буря и огонь, плавившие моё тело, – были рождены симпатией или романтизмом момента, а не магией ликана, замешанной на инстинктах самосохранения.

– Отличники? Оба? Не понимаю…

Хорошая попытка, Виола. Стало немного легче – хоть дыхание могу перевести.

Со смущённой улыбкой маг тряхнул головой и отвёл взор, устремив его на контрастное небо:

– Простите… Давно ни с кем не откровенничал. Моя профессия не предусматривает использование искренности в полной мере – только в рамках, очень наспех и лишь для пользы дела.

Он так и не ответил. Извинился – да, но пояснений – ноль. Жаль. Хотелось бы мне не домысливать самой, а разобраться. Не люблю попадать впросак из-за недопонимания.

Мышцы наливались звериной силой, в голове – кавардак, спасающий от оборота, а так всё нормально – я в своём репертуаре, то есть в размышлениях о том как-бы не попасть впросак. Всё по плану.

Но долго я на размышлениях не продержусь. Уже сейчас готова перекинуться, встать на четыре лапы, рвануть в лес и бежать, подставляя усатую мордаху липким комьям снега, летящим с небес.

Да что же это такое! Снова приступ ликантропии!

Дышать! Неглубоко, прерывисто! Никто не нападает на меня. Тигр хоть и рядом, но сторожит, а не вызывает на бой. Представляю, как воняет от меня Пирраки! На весь парк, наверное. Вот уж Женя от души веселится над моей невоздержанностью.

Мысли об оборотне-тигре придали уверенности в себе, и я почувствовала, как напряжение в теле начало спадать.

– Пойдёмте, – словно бы скидывая давление тревоги внезапно нахлынувшей на молодого человека, произнёс он и раздвинул губы в натужной улыбке. – Дел много.

Пожала плечами и сделала два шага в сторону тропинки. Неожиданно Валентин взял меня за руку, проворно переплетя наши пальцы:

– Виола, я…

Сильный порыв ветра заставил меня поёжиться. Захотелось натянуть капюшон на голову, но обе руки были заняты. Вот что за напасть!

– Да, – коротко бросила я.

Тоска, таившаяся во взгляде Валентина, обрушилась на меня с новой силой. Его взор поймал мой и не отпускал долгое время. Мучительно долгое время!

Это же насколько нужно быть одиноким, чтобы носить в себе такую горечь! И чем она вызвана?

Нет, конечно же, мне не должно быть никакого дела до душевных терзаний работодателя, но человеческая составляющая моей натуры отреагировала на чужую эмоцию, хотя внутренний зверь – вторая ипостась – тут же напомнила о себе выползшими коготками.

– Ай! – встрепенулся маг и отдернул руку.

По ней тонкой, бурой струйкой текла кровь.

Валентин слишком долго смотрел мне в глаза, потому у меня сработали кошачьи повадки – я дала слабину, сконцентрировавшись на человеческих ощущениях. Часть меня восприняла пристальный взгляд за угрозу нападения, и сработали рефлексы – начала защищаться.

– Простите, – опомнилась я, вытаскивая и кармана куртки платок. – Я… Случайно вышло. Простите, великодушно.

Провал! Провал, Виола Нагорная! Сорваться в такой неподходящий момент! А всё они – инстинкты перевертышей. Надо себя контролировать – всегда, каждый момент пока живёшь на территории Магогеста. Так и работу потерять недолго. И куда я потом? К братьям возвращаться и сидеть взаперти, дожидаясь женихов?

Кудесник, быстро перевязал тканью руку и мягко улыбнулся, но в глаза не смотрел, а куда-то в сторону:

– Ничего, ничего. Вам не за что извиняться, я понимаю, Виола.

– Я не знаю, что ещё сказать. Простите.

– Прощаю. Пойдёмте.

Топая по дороге, я корила себя в случившемся, хоть и старалась не подавать вида. Шефу была благодарна за то, что он весь обратный путь молчал. На его лице, сколько бы ни вглядывалась в него, не сумела заметить неприятие или злость, досаду из-за инцидента. Скорее уж, он был погружён в себя.

Вдруг он резко остановился и снова взял меня за руку. Металлическая застёжка-молния на куртке попала между нашими ладонями и больно кольнула меня. Теперь был мой черёд выдергивать руку и говорить: «Ай»!

– Я – идиот! – заявил молодой человек, держа мою раскрытую ладошку в своих руках и дуя на маленькую капельку крови.

– Переживу, – убрала руку я. – Пустяк. Вы так настойчивы в том, чтобы взять меня за руку, что… Я теряюсь.

– Да, глупо выглядит это, наверное, – покачал головой Валентин. – Я – маг земли, и мы чувствительны к тому, что нас окружает. Я чую в вас сочувствие. Оно искреннее и очень… человеческое. Это подкупает, Виола. А ещё мне всё время кажется, что вы сдерживаете себя. Напряжение я тоже чувствую – оно разрушает вас.

– Спасибо за поддержку, – улыбнулась я. – Я рада, что работаю у вас.

Зачем я сказала последнюю фразу? Вот глупая гусыня!

– Теперь мы с вами побратимы, – неожиданно весело сказал маг, и тут же пояснил: – Таков обычай у расы тигров – Евгений мне рассказывал.

– Вот как? И что это значит?

Валентин приблизился. Мне ничего не оставалось, как запрокинуть голову, чтобы смотреть ему в лицо. Вероятно, вспомнив мою реакцию на прямой взгляд, чародей глядел немного в сторону, что позволило мне видеть его глаза.

– Не знаю, – пожал плечами, работодатель, – но звучит очень тепло, не находите? В любом случае, это позволит нам с вами перейти на «ты».

– Позволит?

– Да.

О! Предложение нужно сначала пропустить через рассудок, а потом только впустить в сердце!

Лёгкая, непринуждённая улыбка легла на губы молодого мужчины, и он, посмотрев мне в глаза, подмигнул, а я расплылась в ответной эмоции.

– Пойдём? – переход на «ты» немного коробил слух, и я сморщила нос, добавив окончание слова: – Те.

– Идём, и только так, без уважительного: «те».

М-да. Без «те» лучше.

– Без уважительной глупой приставки, – прошептала я пустоте, лежа в постели в своей спальне.

Повозившись в кровати, я села и снова посмотрела на яркую гирлянду звёзд, на диковинную луну и улыбнулась своим воспоминаниям.

«Без уважительного: «те», – опять всплыли слова Букова в моей памяти. Ну, как такому не улыбнуться? Приятно ведь!

Поднявшись с постели, подошла к окну. Понюхала подснежники, стоящие в высоком стакане с водой. Мой взор манила белая дорожка, простиравшаяся от небесной «невесты» в окружении «блестящих подружек» – звёзд, ко мне.

Стянув с себя пижаму, я осталась, в чём мать родила. Расслабив мышцы, почувствовала пульсацию тела, лёгкий зуд, мощь звериной магии. Не собиралась выпускать её из себя и совершать оборот – просто наслаждалась свободой.

Глубоко вдохнув, я напряглась – звериный импульс проникал ко мне в комнату. Он шёл из коридора, просачивался через узкую щель порога.

Пожалуй, не я одна не могла уснуть спокойно в такую ночь! Луна – она будоражила всех.

Раздались лёгкие шлепки когтями по паркету, фырканье. Я насторожилась и принюхалась. Нет, запах был не лисий – значит это не Анна Морс. Кстати, она куда-то запропастилась. Можно сказать: духу её здесь не было. Но удивляться особенно не приходилось, ведь при такой суматошной жизни, хозяин мог дать девушке поручение, для выполнения которого требовалось несколько дней.

Похоже за дверью Евгений.

Ой, не хочу! Его появление испортит ощущение от вечера.

В дверь постучали. Я стремглав бросилась в кровать и натянула тонкое одеяло до самого подбородка. Только после этого крикнула:

– Войдите!

На пороге стоял Валентин. Его смущённое лицо хорошо просматривалось в свете луны.

– Извини, Виола, – глядя на стену выдавил Буков. – Не хотел тебя беспокоить. Евгений переполошил. Говорит, что чужак ходит по парку. Вернее – был в парке. Я… Прости. Дом остался без охраны, и я подумал…

– О! – воскликнула я. – Совсем забыла рассказать! Да, я тоже почувствовала в дальней части парка перевёртыша. Пыталась нагнать его, но…

Ага! Если не знать правды, то выглядела я бесстрашно, а главное – красиво про это болтала. На это я мастер, чего уж там! Просто: лучшая!

– Понятно… – озадаченно уронил кудесник. – Прости, что разбудил.

Прости. Как же много раз мы сегодня успели попросить друг у друга прощения! Кашу маслом не испортишь – говорят. Пожалуй. Как же славно извиняться и прощать.

Я рассматривала Букова, стоящего в потоке электрического света, льющегося из коридора, и думала о том, что хозяин хорош собой и привлекает меня, как мужчина. Конечно же, такие мысли не соответствовали воспитанию, даваемому кланом и братьями, но сородичи далеко, а я здесь, в землях магов и совсем-совсем одна.

Чародей словно почувствовал направление моих мыслей, повернул голову и поймал мой взгляд. Мне тут же расхотелось размышлять об одиночестве, и ещё немного подтянула одеяло, заставляя успокоиться бухающее в груди сердце.

Нет бы парню, как благонравному человеку покинуть комнату, так он отпустил дверь, и она с лёгким хлопком закрылась, а он замер возле неё!

Что за напасть, а? Я же… голая. Что мне делать? Куда бежать? Сделать оборот – так хоть шерстью покроюсь…

Валентин двинулся ко мне очень медленно, словно боялся спугнуть зайца, на которого охотился, а я, наверное, перестала дышать.

– Знаешь, что я забыл сделать? – усаживаясь на край кровати, спросил чародей.

– Закрыть дверь с той стороны и отправиться спать к себе в комнату? – пискнула я.

Впервые была в такой щепетильной ситуации и оттого не понимала, что делать дальше.

– Само собой, – улыбнулся Валентин, – и это я сделаю. Обещаю.

– Поужинать? Дать распоряжение на завтра?

Я болтала, стараясь отвлечь мужчину от своей персоны. В свете Луны, блеснула цепочка с металлическим кружком, висевшая на его шее. Не замечала её раньше, хотя я очень внимательна от природы. Вероятно, появилась причина, по которой кудесник земли решил надеть украшение.

– Я забыл попрощаться, – выдохнул Буков, наклоняясь и целуя меня в щёку. – Спокойной ночи, Виола.

– С-с-спокойной н-ночи, – пролепетала я, наблюдая за тем, как молодой человек встаёт и подходит к окну, проверяет замки, опускает металлическую решётку, встроенную в раму.

Вскоре я осталась одна с раздираемыми меня ощущениями, которые не могла разобрать. Дружеский поцелуй горел на щеке пламенем, в душе бушевало смятение, а тело изнывало неизвестно от чего.

М-да, уснуть мне сегодня будет крайне трудно.

Ещё немного повозившись под одеялом, поднялась, оделась, достала ноутбук, включила настольную лампу и уселась в кресло. Здраво рассудив, что выспаться можно и в дороге, я принялась за исправление расписания.

Возилась долго, и когда отослала по электронной почте приемлемый вариант шефу, бросила взор на циферблат настенных часов. Маленькая, жирная стрелка указывала на десять, а большая – замерла на шести.

Захлопнув крышку компьютера, я сладко потянулась и бросилась в ванную комнату: принимать душ, приводить себя в порядок. Мне ещё вещи собирать и пирожки в дорогу укладывать. Хорошо, что у меня с новой работой не нашлось достаточно времени разобрать собственный чемодан. Побросаю в него всё, что успела выложить и «по коням».

Глава 5

Я захлопнула крышку ноутбука и откинулась на спинку старого гостиничного кресла. Выгнулась, чтобы ослабить напряжение в затёкшей спине, и прикрыла глаза. Старалась дышать ровно, думать не о цифрах и буквах, а о чём-нибудь приятном – Новогоднем бале, например.

Последняя неделя была просто сумасшедшей по рабочему темпу. Я засиживалась допоздна и вставала чуть свет из-за огромного вороха бумаг, которые разбирала и систематизировала. Выполняла также отдельные поручения от шефа: выезды вместе с Евгением к потенциальным клиентам; выстаивала катастрофически длинные очереди в разного рода специализированные организации, для получения распоряжений, справок, регистраций и перерегистраций чего попало. Выдохлась. Вот честное слово, без сил.

Глубоко вдохнула неживой запах временного жилища и распахнула веки. Перед глазами от усталости тут же полетели блестящие точки, но быстро исчезли, а вот боль в глазницах и сухость в глазах остались. Мозг продолжал анализировать последние предпродажные документы, которые запросил один из клиентов у Валентина Игоревича.

Тряхнула головой, тяжело поднялась и прошлась по небольшой, но из-за отсутствия большого количества мебели казавшейся просторной, комнате. Я размяла ноги, сделал махи руками, наклоны, чтобы скорее прийти в норму, ощутить себя живой, а не измочаленной.

Увы, попытки привести тело в порядок не увенчались успехом, и я принялась раздеваться, чтобы сотворить оборот – так быстрее восстановлюсь.

Ох уж мне эта человеческая ипостась! Никакого прока в ней нет: усталость валит с ног; мышцы на сто процентов не работают; от непрошеных ран избавление приходит в срок от недели до месяца, а то и больше по времени; адреналин вырабатывается впустую; и никакой магии – вообще никакой! Ну, куда такое годится?!

Толи дело обернуться кошечкой! Потянулась, встряхнулась, лапками переступила, мяукнула и побежала, куда очи смотрят – такая свободная в движениях, ни от кого независимая морально! Хочешь охоться – охоться, а желаешь – лежи себе и за птицами наблюдай.

Но самое главное ощущение после трансформации – пульсирующая в теле магия, дарующая осознание могущества и силы.

Я ведь понимала, впрочем, как и все оборотни до последнего щенка или котёнка, что кудесники, живущие издревле по правилам, и нас обвили ими. Мы им потенциальные противники, равные по силе. Вот потому-то и живём в одном государстве и правила исполняем, чтобы не передраться. Потому и земли королевства поделены на три части – Долина оборотней, Магогест и Миргород, – и на каждой действуют законы рас. Но магия ликантропа другого происхождения – генного, и передаётся от поколения к поколению, а не снисходит талантом к избранному стихией или чародейством по одной из ветвей рода. Мы в любой момент можем трансформироваться, объединиться и тогда…

Тогда – война, а её никто не хочет.